«Look you stupid son of a bitch, if you were going to die you'd be dead by now», — именно так медик Майк Роуз приводил в чувство раненых бойцов в джунглях Лаоса, пока вокруг горели вертолеты, а вражеское кольцо неумолимо сжималось. Секретная операция Tailwind 1970 года стала одной из самых яростных и успешных миссий спецназа США, но спустя 28 лет выжившим ветеранам пришлось выдержать еще один бой — против ложных обвинений медиагиганта CNN в использовании нервно-паралитического газа и военных преступлениях.
🚁 Операция Tailwind: Стальное небо над Лаосом
Масштаб и стратегический замысел операции Tailwind
Операция Tailwind (сентябрь 1970 года) вошла в историю как одна из самых успешных и одновременно засекреченных миссий в рамках восьмилетней «секретной войны» во Вьетнаме и Лаосе. Будучи классической операцией сил Hatchet Force, она представляла собой рейд силами роты за пределы стандартной зоны ответственности. Основные события развернулись в период с 11 по 14 сентября 1970 года .
Масштаб миссии был беспрецедентным для SOG: в ней участвовали 116 бойцов из числа коренных народов (индигенный персонал) и 16 «Зеленых беретов» из состава FOB-2 (CCC — Command and Control Central). Из-за того, что цель находилась глубоко на западе, для переброски войск пришлось привлечь тяжелые вертолеты морской пехоты CH-53 Delta. Воздушное прикрытие обеспечивали ганшипы эскадрильи HML-367 с позывным Scarface, в рядах которых служил Барри Пенсек .
Стратегически Tailwind была частью более сложной шахматной партии. В марте 1970 года в Камбодже произошел переворот, в результате которого принц Сианук был свергнут генералом Лон Нолом. Это привело к перекрытию «тропы Сианука», через которую проходило до 70% военного снабжения коммунистов . Чтобы восстановить логистику, силы Северного Вьетнама попытались взять под контроль долину реки Секонг. В ответ ЦРУ инициировало операцию Gauntlet, задействовав около 5700 наемников. Операция Tailwind задумывалась как отвлекающий маневр, призванный оттянуть на себя резервы NVA (армии Северного Вьетнама) и дать передышку силам ЦРУ .
Сложность задачи подчеркивалась тем, что к 1970 году на территории Лаоса находилось около 90 000 вьетнамских солдат. Логистическая сеть была превращена в инженерный шедевр с мостами, скрытыми под водой, и пятью различными трубопроводами для топлива . Барри Пенсек отмечает, что миссия с самого начала была крайне опасной: в то время как обычные разведгруппы (Recon Teams) при обнаружении должны были эвакуироваться, группе Tailwind было приказано любой ценой оставаться на земле и продвигаться вглубь территории противника . Позже в разговоре они кратко коснулись того, как наземная группа вступила в ожесточенные бои и столкнулась с первыми потерями.
Эволюция вертолетов: от «рабочих лошадок» до чистокровных убийц
В ходе обсуждения Барри Пенсек и Джоко Уиллинк подробно останавливаются на техническом аспекте поддержки с воздуха, сравнивая возможности Huey (UH-1) и пришедших им на смену специализированных ганшипов AH-1 Cobra.
До 1968 года морская пехота использовала старые модели UH-1E. Эти машины были хронически недогружены мощностью: при полной загрузке боеприпасами они с трудом отрывались от земли . Появление Cobra стало революцией — этот вертолет изначально проектировался исключительно как летающая оружейная платформа.
Среди ключевых отличий и особенностей эксплуатации техники Барри выделяет следующие:
- Огневая мощь и прицеливание: В отличие от старых Huey, где пилотам приходилось использовать примитивные «железные» прицелы из проволоки, Cobra была оснащена турелью в носовой части с 40-мм гранатометом и пулеметом Minigun . Система позволяла стрелять в любом направлении, куда указывал прицел оператора.
- Условия работы: Cobra имела закрытый фонарь и систему кондиционирования воздуха, что было роскошью по сравнению с открытыми окнами Huey .
- Уязвимости: Несмотря на мощь, первые модели Cobra также страдали от нехватки мощности двигателей. В жаркие дни пилотам иногда приходилось «подпрыгивать» на взлетной полосе, чтобы поймать воздушный поток и взлететь . Из-за ограничений по весу они часто брали лишь 1000 фунтов топлива вместо положенных 1800.
Тактическое применение ганшипов требовало предельной концентрации. В первый же день высадки вертолет Барри получил пять попаданий. Еще хуже пришлось его коллеге Джо Дрисколлу, в чью машину попало 10 пуль . Одна из них прошла прямо через вал хвостового ротора, а другая застряла в спинке кресла пилота. Несмотря на потерю радиосвязи и электроники, экипажи продолжали выполнять заходы, подавляя огонь противника . Барри вспоминает курьезный и одновременно страшный случай: ракета попала в ракетный блок вертолета Джо, из-за чего все 19 снарядов вылетели одновременно, оставив пилотов в полном недоумении .
Будни под огнем: инциденты на взлетных площадках
Интенсивность боев в Лаосе ощущалась еще до пересечения границы. Барри описывает драматические события на точках подскока и лаунч-сайтах (таких как Дак То и Кхум), где вертолеты поддержки часто становились легкой добычей для вьетнамских минометчиков.
Помимо подразделений морской пехоты Scarface, поддержку SOG оказывали армейские подразделения, например, вертолеты Huey с позывным Bikini и их прикрытие — Cobra из состава Pink Panthers . Именно один из ганшипов «Розовых пантер» запечатлен на обложке книги Барри Пенсека в момент уничтожения.
Инцидент произошел во время подготовки к вылету. Минометный обстрел накрыл площадку, когда экипажи находились рядом с машинами. Пилот по имени Пит едва успел упасть на землю, когда мина разорвалась рядом с его «Коброй» . Осколки пробили фонарь, капоты двигателей и подожгли ракетные блоки. Барри, находившийся в тот момент на крыше бункера, пытался запечатлеть происходящее на камеру . Однако в суматохе боя он допустил типичную ошибку «непрофессионального военного фотографа» — большинство его кадров оказались снимками внутренней стороны крышки объектива. Единственный удачный снимок, сделанный изнутри бункера, в итоге стал историческим свидетельством яростных атак противника на тыловые базы снабжения .
🪖 Кровопролитная игра в кошки-мышки: будни на земле и стальной заслон ПВО 25:24
Быт и потери на земле: мучительные решения и дефицит снабжения 25:24
С первых дней проведения исторической операции Tailwind бойцам Hatchet Force пришлось столкнуться с нечеловеческими испытаниями и жестким противостоянием на лаосской земле. Сложный рельеф, густые джунгли и постоянное преследование со стороны превосходящих сил врага критически замедляли продвижение американского отряда и их союзников. Единственный медик миссии, Майк Роуз (Mike Rose), практически сразу осознал, что передвигаться с телами погибших в таких условиях невозможно, и принял мучительное решение оставлять убитых на поле боя. Этот выбор оставил глубокий след в его душе на всю оставшуюся жизнь: спустя годы ветеран вспоминал, что до сих пор не может забыть тех безымянных парней, которых пришлось оставить завернутыми в обычные армейские пончо посреди глуши. Тяжелораненые бойцы на носилках также колоссально снижали мобильность группы, вынуждая командира, капитана Джина Маккарли (Jean McCarley), вести изнурительную тактическую игру в «кошки-мышки» с батальонами Вьетнамской народной армии. Сам Майк Роуз, будучи раненным осколками в руку и в ногу, наотрез отказался бросать свои обязанности и продолжал оказывать медицинскую помощь раненым, используя свой автомат CAR-15 вместо костыля.
Позже в разговоре Барри и Джоко подробно коснутся драматичного спасения сбитых экипажей поддержки и эвакуации на вертолетах CH-53, но на земле ситуация требовала немедленных решений. Вторая ночь на земле превратилась в сплошной гранатный бой в кромешной тьме, где ориентироваться приходилось лишь по звукам сигнальных бамбуковых палочек противника. В один из редких моментов затишья боец Джимми Лукас (Jimmy Lucas) попытался схватить раненого врага за руку, надеясь взять пленного, но с противоположной стороны солдата ВНА в темноте стал тянуть кто-то еще. К третьему дню положение группы стало по-настоящему критическим: запасы продовольствия полностью иссякли, голод отступил перед угрозой уничтожения, а патроны собирали у раненых, введя жесточайшую огневую дисциплину.
Задачи операции и контекст: стратегический заслон ЦРУ 31:39
Важно понимать, что операция Tailwind не была изолированным столкновением местного значения — она являлась частью масштабного, глубоко засекреченного геополитического противостояния в Юго-Восточной Азии. В ходе беседы Барри Пенсек (Barry Pencek) и Джоко Уиллинк (Jocko Willink) подробно подчеркивают, что дерзкие действия Hatchet Force в тылу врага служили стратегическим отвлекающим маневром для гораздо более крупной и важной операции ЦРУ. Главной целью этого масштабного плана американского командования было полное и бескомпромиссное перерезание ключевых путей снабжения коммунистов, которые непрерывно шли через лаосскую территорию. Именно из-за колоссальной стратегической значимости этого логистического узла северовьетнамское руководство задействовало колоссальные мобильные резервы, стягивая технику и живую силу прямо по шоссе, что превратило зону операции в эпицентр круглосуточных ожесточенных боев.
Масштабы тропы Хо Ши Мина: превращение в неприступную крепость 31:52
К 1970 году знаменитая тропа Хо Ши Мина окончательно перестала быть просто сетью замаскированных лесных тропинок, по которым передвигались пешие партизаны. Она эволюционировала в сложнейшую, высокоразвитую инженерную и логистическую систему, включающую полноценные автомобильные дороги, скрытые базы снабжения и даже развитую сеть подземных трубопроводов. После того как в конце 1968 года президент Джонсон официально прекратил бомбардировки Северного Вьетнама, коммунисты незамедлительно воспользовались политической передышкой для беспрецедентного наращивания сил в южной части Лаоса. Потоки живой силы и военных грузов сопровождались тотальным усилением противовоздушной обороны. Против американских сил SOG и поддерживающих их авиаторов были развернуты сразу три полноценных полка ПВО, вооруженных крупнокалиберными пулеметами ДШК и мобильными 37-миллиметровыми автоматическими зенитными пушками. Попризнанию ветерана Барри Пенсека (Barry Pencek), если 37-мм орудие представляло смертельную угрозу для скоростных истребителей, то низколетящий неповоротливый вертолет при встрече с ним был гарантированно обречен. Сведения о перемещении этих грозных зенитных систем были обязательной и самой пугающей частью каждого утреннего брифинга для пилотов перед вылетом на задание.
Успехи в сборе разведданных: цена секретных документов 38:42
Несмотря на тотальное окружение, критическую нехватку еды, медикаментов и непрерывные штурмы превосходящих сил врага, бойцы Hatchet Force продолжали цепляться за лаосскую землю и удерживать инициативу. Главным триумфом всей операции, полностью оправдывающим колоссальный риск, тяжелые ранения и гибель бойцов, стал успешный захват ключевой базы снабжения ВНА. В руки оперативников SOG попал бесценный массив сверхсекретных документов противника. Этот грандиозный разведывательный успех, раскрывающий всю внутреннюю структуру снабжения тропы, необходимо было защищать в течение всей миссии, несмотря на яростное преследование. Ситуация на земле с каждым часом становилась все более отчаянной, напоминая, по воспоминаниям участников, настоящий ад, однако сохранение добытых документов оставалось приоритетом номер один до самого момента прибытия эвакуационных вертолетов.
🚁 Спасение под огнем: критические моменты эвакуации 50:25
Напряжение операции достигло пика к 14 сентября, когда ситуация для отряда Hatchet Force стала критической. Ранее в разговоре участники затрагивали общие задачи операции, однако на четвертый день основное внимание сместилось на отчаянные попытки спасения. В условиях плохой погоды и окружения противником, тактика взаимодействия сил поддержки и вертолетов эвакуации стала единственным шансом для выживших.
Роль авиации и Spectre в критические моменты 51:56
В ходе операции применялись нестандартные методы поддержки. Рассматривалась возможность «combat spear» — специальной операции C-130 по сбросу снабжения на предельно малой высоте (около 10 футов) без посадки. Несмотря на то, что такие миссии обычно требовали 48-часовой подготовки, запрос был одобрен адмиралом Маккейном, и планировалось сбросить более 3700 фунтов снаряжения в двух с половиной километрах от отряда.
В ночное время критически важную роль играли самолеты огневой поддержки Spectre. Между сигнальными ракетами и огневыми налетами, команда продолжала маневрировать, удерживая оборону. Однако к четвертому дню, 14 сентября, ситуация ухудшилась из-за погодных условий: низкая облачность и густой туман сделали невозможной полноценную авиаподдержку, без которой наземные силы оставались крайне уязвимыми.
Операция по спасению: поддержка и риск 54:52
Когда погодные условия не позволили первым самолетам Skyraider (Spad) оказать помощь, отряд Барри Пенсека и Джоко Уиллинка оказался фактически отрезанным. На помощь пришло подразделение, известное как Operational Location Alpha (OLA) — небольшая группа из 12 пилотов на 10 самолетах A-1 Skyraider под командованием подполковника Мела Суонсона.
Пилот Том Стамп, пробившись через плотный туман, смог установить связь с капитаном Маккарли, используя функцию автоматического поиска направления (ADF) на FM-радио. В момент, когда враг готовился к финальной атаке, Стамп и его ведомый лейтенант Крис Татиша начали работу по целям в непосредственной близости от своих — иногда всего в 50 метрах от периметра.
«Они заходили так близко к позициям SOG, что выброшенные гильзы от 20-миллиметровых пушек падали прямо на наших солдат», — вспоминает Барри Пенсек.
Драматическая эвакуация на CH-53 1:10:28
Для финальной эвакуации были задействованы тяжелые вертолеты морской пехоты CH-53 Delta. Операция сопровождалась применением слезоточивого газа (CS), который сбрасывали с самолетов для дезориентации наступающих сил противника. В этот момент вертолеты поддержки, включая машину Барри Пенсека, заняли позицию для прикрытия.
Героизм проявил сержант первого класса Берни Брайт. Пренебрегая опасностью, он вышел в центр зоны высадки с двухфутовой оранжевой панелью, чтобы навести вертолеты под шквальным огнем. Несмотря на то, что один из вертолетов едва не задел его при посадке, Брайт продолжал руководить процессом, в перерывах между заходами машин отстреливаясь от противника. Эти драматические усилия позволили успешно начать эвакуацию раненых и вывоз критически важных разведданных, захваченных на командном пункте противника ранее тем же утром.
🚁 Героическое спасение и роль авиационной поддержки 1:15:31
В ходе операции спасения на территории, контролируемой противником, критическую роль сыграли пилоты A1 Skyraider, чьи действия стали последним шансом для группы, находившейся на грани полного уничтожения. В условиях крайне сложной погодной обстановки летчики совершили серию вылетов, которые позволили удерживать позиции и обеспечить эвакуацию. Среди участников событий того дня особо выделяется самоотверженность экипажей, которые до последнего оставались в зоне активного огня.
Ситуация на земле была критической: вертолеты заходили на посадку под плотным прикрытием, при этом бойцы на земле вели ответный огонь прямо из иллюминаторов машин. Один из американских морпехов, несмотря на полученные в ходе боя ранения, продолжал вести огонь по наступающим солдатам NVA, даже будучи уже непосредственно у борта вертолета.
🧪 Газ, маскировка и хаос эвакуации 1:16:40
Одним из ключевых факторов, позволивших группе продержаться на точке эвакуации, стало применение слезоточивого газа CS. Использование газа создало временную дезориентацию в рядах солдат NVA, что стало решающим преимуществом. Противник подошел к хвосту вертолета CH-53 настолько близко, что теоретически мог забросить ручные гранаты, однако бойцы SOG смогли удержать позицию, имея достаточно боеприпасов для отражения натиска.
Не обошлось и без трудностей при использовании специального снаряжения. В ходе операции возникли проблемы с эксплуатацией дыхательных масок — незнакомое оборудование мешало пилотам и членам экипажа в условиях экстремального стресса. После того как вертолет поднялся в воздух, экипаж должен был снять маски, однако сразу после этого обнаружилось, что повреждения от огня противника привели к утечке топлива прямо внутрь кабины, что создало новую смертельную угрозу для всех присутствующих.
⚔️ Финальный бой и аварийная посадка 1:18:26
Заключительный этап операции прошел в режиме полной неопределенности. Командир группы пытался подтвердить, все ли бойцы подняты на борт, но связь была затруднена из-за того, что один из членов экипажа, бортовой стрелок по прозвищу «Шейки» Стивенс, получил тяжелое ранение в шею. Из-за того, что Стивенс истекал кровью и не мог говорить, связь с ним превратилась в поток неразборчивых звуков.
Ситуация усугубилась, когда из-за повреждений, полученных на земле, второй двигатель вертолета отказал уже в воздухе. Пилоту пришлось совершать экстренную посадку в условиях горной местности. Поскольку пространства для маневра не было, экипаж выбрал для посадки небольшую песчаную зону у реки. Машина жестко приземлилась и перевернулась, но, несмотря на риск возгорания из-за разлитого топлива, экипаж и медики под командованием Майка Роуза провели эвакуацию всех раненых. Оказание помощи сопровождалось драматическими сценами: в частности, Майк Роуз использовал жесткие психологические приемы, чтобы привести в чувство раненого Стивенса и не дать ему впасть в шок. Несмотря на тяжесть ранения, «миллионную рану», как позже назовут ее участники, Стивенс выжил, проведя в госпитале всего три дня.
🚁 Испытания в джунглях и медийные войны 1:40:31
Работа в составе подразделений SOG требовала не только предельной концентрации в бою, но и готовности к нештатным ситуациям в воздухе. Барри Пенсек (Barry Pencek) вспоминает, что реальность операций в Лаосе была далека от простых сценариев. Даже в случае вынужденного приземления, знание местных языков не гарантировало спасения — столкнувшись с противником, пилот вряд ли смог бы убедительно сыграть роль заблудившегося лесоруба, ищущего дорогу к вьетнамской границе.
Аварийная посадка: когда техника подводит 1:40:31
Одной из критических страниц истории стали технические проблемы авиации. Ранее в разговоре участники уже затрагивали тему использования и потерь тяжелых вертолетов в секретной войне. Барри Пенсек подчеркивает, что риск был постоянным спутником каждого вылета. Отказ двигателей на CH-53, перевозившем раненых, поставил экипаж в ситуацию, где успех зависел от мастерства пилотов. Жесткая посадка в джунглях могла стать финалом, но благодаря слаженным действиям удалось провести эвакуацию, несмотря на полученные повреждения техники.
Скандал с CNN: фабрикация «Долины смерти» 1:42:26
Наиболее тяжелым ударом для ветеранов стала клевета, обрушившаяся на них спустя десятилетия. В 1998 году, спустя почти 30 лет после событий, телеканал CNN выпустил документальный фильм «Долина смерти» (Valley of Death). В нем авторы обвинили американских военных в использовании нервно-паралитического газа против мирных жителей и собственных перебежчиков.
Барри Пенсек детально разбирает механизмы этой «журналистики»:
- Отсутствие проверки: Продюсеры программы, стремясь к сенсации, игнорировали факты. Например, утверждения одного из источников о «спецгазе» базировались на абсурдных допущениях, противоречащих реальной логистике войны того периода.
- Искажение свидетельств: Бывший лейтенант Ван Баскерк, страдавший от проблем с памятью и склонный к выдумкам, в своих интервью неоднократно менял версию событий, дойдя до фантастических рассказов о «блондинах-перебежчиках», которых он якобы пытался вытащить из укрытия.
- Предвзятость: Команда CNN, возглавляемая Риком Капланом, искала «пикантности» для конкуренции с 60 Minutes и намеренно ограничила доступ к профессиональным военным консультантам, которые могли бы пресечь ложь на этапе подготовки.
Уроки дискредитации и современность 1:56:04
Последовавшее расследование, проведенное адвокатом Флойдом Абрамсом по заказу самой CNN и структурами Министерства обороны, подтвердило необоснованность обвинений. Канал был вынужден принести извинения, хотя ветераны до сих пор считают их неполными и формальными.
Барри Пенсек и Джоко Уиллинк (Jocko Willink) сходятся во мнении, что этот случай стал симптомом «патологии» медиасистемы. Если раньше информация проходила через фильтры верификации, то сегодня, в эпоху интернета, любой может распространить непроверенные слухи, которые мгновенно становятся «истиной» для массовой аудитории. Эксперты отмечают, что современная погоня за заголовками в стиле «если это кровоточит — это в топе» (if it bleeds it leads) ставит под удар репутацию реальных героев, превращая историю в товар для рекламодателей.
🎖️ Наследие и вечная память: незавершенная миссия секретной войны 2:05:43
Преемственность подвига и авиация Корпуса морской пехоты 2:05:43
В финальной части масштабного разговора ведущий подкаста Джоко Уиллинк переходит к традиционным, но от этого не менее значимым словам признательности в адрес тех, кто посвятил свою жизнь служению обществу и государству. Он выражает благодарность не только действующим военнослужащим и ветеранам вооруженных сил, проливавшим кровь за свою страну, но и представителям внутренних служб безопасности и экстренного реагирования. В их число входят офицеры пограничной службы, сотрудники правоохранительных органов, спасатели, специалисты скорой медицинской помощи и работники пенитенциарной системы. Особое упоминание заслужил медицинский персонал, который на протяжении двух тяжелейших лет пандемии находился на переднем крае борьбы, сталкиваясь с беспрецедентными вызовами и ежеминутно рискуя собственными жизнями. Все эти люди, по мнению автора канала, олицетворяют собой фундамент национальной безопасности и преданности долгу.
Однако главным фокусом этой главы становится историческая преемственность поколений, связывающая прошлое и настоящее американских вооруженных сил. Обращаясь непосредственно к гостю программы, ветерану SOG Барри Пенсеку, Джоко Уиллинк подчеркивает неоценимый вклад ветеранов ушедших эпох в формирование современных стандартов воинской доблести. Служба Барри Пенсека в авиации Корпуса морской пехоты США рассматривается не как изолированный эпизод далекой кампании, а как важнейшая часть великого исторического наследия. Ранее в разговоре собеседники подробно касались опасных вылетов, крушений вертолетов и жестких боев на точках эвакуации, но именно в этой финальной точке становится понятен истинный масштаб наследия, которое оставили после себя участники миссий MACV-SOG. Их мужество вписано в историю американской авиации, которую, по словам ведущего, ни в коем случае нельзя упускать из виду.
Скорбные цифры Юго-Восточной Азии: 1581 имя в списках MIA 2:06:37
Наиболее пронзительным моментом финала становится обращение к трагической и до сих пор не закрытой странице Вьетнамской войны — судьбе военнослужащих, которые так и не вернулись домой и чьи имена навсегда остались в списках пропавших без вести (MIA — Missing in Action). Эта тема до сих пор отзывается глубокой болью в ветеранском сообществе. Масштабы этой трагедии выражены в сухих, но пугающих цифрах статистики, которые приводят участники дискуссии. На момент проведения интервью официально подтверждены следующие данные о пропавших без вести:
-
Общее число американских военнослужащих, чья судьба во Вьетнаме до сих пор остается официально невыясненной, составляет 1581 человек.
-
Элитное ядро сухопутных сил специального назначения потеряло без вести 50 «Зеленых беретов» (Green Berets), выполнявших сверхсекретные задачи в глубоком тылу врага.
-
Потери среди летного состава, обеспечивавшего поддержку наземных операций, по разным оценкам превышают 100 авиаторов, чьи тела или места захоронения так и не были обнаружены.
Эти цифры наглядно демонстрируют, какую колоссальную цену заплатили американские вооруженные силы, и в особенности элитные подразделения, за участие в конфликте. Для бойцов MACV-SOG, действовавших в условиях строжайшей секретности за пределами Южного Вьетнама — на территории Лаоса и Камбоджи, — риск оказаться в списках MIA был многократно выше. Специфика их миссий исключала возможность проведения крупномасштабных поисковых операций в случае провала, из-за чего многие погибшие оперативники и пилоты десятилетиями оставались лежать в безымянных могилах под густым пологом тропических джунглей.
Неизвестные герои неба: верификация авиационных потерь 2:06:51
Особое внимание в дискуссии уделяется детальному анализу потерь среди военных летчиков, которые обеспечивали прикрытие и спасение наземных групп в ходе таких масштабных и опасных миссий, как операция Tailwind. Расхождение в статистических данных, упомянутое собеседниками, подчеркивает всю сложность архивной и поисковой работы. В то время как ветеранские свидетельства и воспоминания очевидцев, на которые ссылается Барри Пенсек, говорят о более чем сотне погибших и пропавших без вести пилотов, официальным исследователям на сегодняшний день удалось строго документально подтвердить статус и обстоятельства гибели 83 авиаторов.
Эта разница в цифрах объясняется хаосом воздушных боев над тропой Хо Ши Мина. Зенитный огонь противника в этих секторах был невероятно плотным, и зачастую самолеты или вертолеты падали в труднодоступных районах, полностью контролируемых северовьетнамской армией. Зафиксировать факт гибели пилота или спасения его на парашюте в таких условиях было практически невозможно, что автоматически переводило экипаж в статус пропавших без вести. Тем не менее, как подчеркивают Джоко Уиллинк и Барри Пенсек, официальное документирование 83 имен — это свидетельство непрекращающейся, кропотливой работы военных историков и специализированных ведомств, которые продолжают искать ответы, изучать архивы и проводить раскопки на местах крушений в джунглях. Подкаст завершается торжественным салютом в честь памяти этих неизвестных героев и выражением надежды на то, что их подвиг никогда не будет предан забвению, а работа по возвращению их останков на родину продолжится.
