От золота к роботам: как Артем Соколов строит компанию на $100 млрд

После 10 дней випассаны и полной тишины владелец ювелирной империи SOKOLOV решил сменить драгоценности на датчики и приводы, инвестировав 100 миллионов долларов личных средств в создание «физического ИИ». Сегодня его стартап Humanoid — первый европейский единорог в сфере робототехники, который намерен заменить миллионы рабочих колесными гуманоидами и совершить революцию в нейроинтерфейсах без трепанации черепа.

🤖 На стыке ювелирного мастерства и ИИ: рождение Humanoid 2:36

После успеха в семейном ритейле Артем Соколов (Artem Sokolov) переключился на создание одной из самых амбициозных технологических компаний Европы — Humanoid . Офис стартапа в Лондоне символично расположился в одном здании с офисом Anthropic , подчеркивая масштаб притязаний фаундера. Артем развивает идею «физического ИИ» (Physical AI), считая, что настоящий общий искусственный интеллект (AGI) возникнет не в чат-ботах, а через взаимодействие программ с материальным миром через железо .

Опыт в SOKOLOV как импульс к автоматизации 14:52

Корни интереса к робототехнике уходят в историю семьи Соколовых. Бабушка и дедушка Артема всю жизнь проработали на ювелирном производстве , а позже он сам столкнулся с вызовами управления огромным штатом — на пике в компании работало около 3 000 человек . Артем признается, что ювелирное дело привлекало его как большая система, но сам продукт не вызывал страсти .

Попытки автоматизировать ручной труд в SOKOLOV предпринимались неоднократно:

• В течение двух лет на производстве жили инженеры из Toyota Engineering, пытаясь отладить циклы .
• Был создан мощный IT-департамент из 200 специалистов для цифровизации процессов .
• Однако мелкая моторика ювелирных изделий оставалась барьером, который не удавалось преодолеть традиционными методами .

Как предприниматель Соколов видел в этом «бутылочное горлышко»: люди выгорали на монотонной работе , а бизнес было сложно масштабировать из-за нехватки рабочих рук . Эти проблемы сформировали запрос на создание универсального робота-помощника.

Випассана и смена жизненного вектора 20:30

Переломный момент наступил после переезда Артема из России более четырех лет назад . К тому моменту ювелирный бизнес достиг выручки в 70 млрд рублей, но возможности кратного роста на локальном рынке были ограничены . Артем почувствовал, что «перегорел» к теме ритейла .

Чтобы определиться с будущим, он прибег к радикальному методу — 10-дневному курсу випассаны (молчаливой медитации) .

1. Подготовка: Перед уходом в тишину он загрузил в память огромный объем аналитики по форсайтам и технологическим трендам будущего .
2. Процесс: Соколов описывает этот опыт как тяжелую перезагрузку системы: первые шесть дней мозг не мог успокоиться без телефона , а условия подразумевали отсутствие общения и даже визуального контакта с другими участниками .
3. Результат: Именно из этого состояния «чистого сознания» он вышел с твердым решением — делать гуманоидных роботов . Несмотря на то, что ранее в разговоре они касались продажи SOKOLOV, именно этот момент стал точкой невозврата к прошлой индустрии.

Запуск в Лондоне: вопреки скепсису 21:48

Выбор локации для нового проекта пал на Лондон, так как Артем не нашел нужной концентрации инженеров и доступа к «железу» ни в Дубае, ни на Кипре . На старте он не обладал специфическими знаниями в робототехнике, поэтому начал с глубокого изучения конкурентов и прямого хантинга специалистов в интернете .

Многие опытные друзья-бизнесмены и стартаперы отговаривали Соколова, предупреждая о высоком риске «сжечь» капитал в дорогом производстве . Несмотря на то, что затраты на запуск превысили план более чем в три раза (вместо ожидаемых $25–30 млн) , Артему удалось соблюсти жесткие сроки разработки продукта . В этот период он уже начал формировать звездную команду, включая Бориса Янгеля , привлекая людей не столько деньгами, сколько масштабным видением развития гуманоидов .

🦾 Становление империи: от ювелирного гиганта к роботам-гуманоидам 25:12

Артем Соколов прошел путь, который редко встречается в бизнесе: в 19 лет он возглавил семейную компанию SOKOLOV , а спустя десятилетие переключился на создание «железных людей». Этот опыт управления огромным ритейлом напрямую влияет на то, как сегодня строится стратегия его технологического стартапа Humanoid.

Бизнес-империя SOKOLOV: управление в 19 лет 25:37

Передача власти в семейном бизнесе произошла спонтанно: родители Артема Соколова решили переехать в Европу и полностью доверили управление сыну . К 19 годам Артем уже контролировал почти все функции — от HR и финансов до маркетинга и безопасности . Чтобы соответствовать должности, он параллельно обучался на двух программах MBA (в Мирбисе и Сколково), ради чего даже подделал справку о возрасте .

Первые годы на посту CEO стали жестким стресс-тестом:

• Конфликты с «гвардией»: Директор по производству отказывался подчиняться «шкету», что привело к полной смене топ-менеджмента .
• Налоговый кризис: В 2014 году компания столкнулась с претензиями ФНС на сумму более 1 миллиарда рублей . Артему пришлось лично посещать налоговую около 40 раз, договариваться о рассрочке на несколько лет и проводить часть юрлиц через процедуру банкротства .
• Трансформация: Несмотря на кризис, компания была переименована из «Диаманта» в SOKOLOV , была создана дизайн-команда из 40 художников, выпускавшая по 400 новых изделий в месяц .

Стратегия ритейла: модель Apple Store 35:50

Долгое время бизнес Соколова работал как оптовое производство, поставляя товар в 14 000 партнерских точек . Однако Артем Соколов понял, что без собственной розницы невозможно контролировать «покупательский экспириенс» . Партнеры часто не могли донести ценности бренда, несмотря на наличие 20 штатных тренеров и сложные системы мотивации для 20 000 продавцов по всей стране .

Прорыв произошел в разгар пандемии. Когда конкуренты закрывались, Соколов принял рискованное решение:

1. Масштабирование: За один год компания открыла 200 собственных флагманских магазинов .
2. Аналитика: Была выстроена Big Data модель, которая предсказывала выручку любой точки с идеальной точностью .
3. Финансирование: Чтобы реализовать этот прыжок, Артем взял кредиты в Сбере, ВТБ и Совкомбанке на сумму, превышающую EBITDA в семь раз . По его словам, банкиры сначала смотрели на него «как на дурачка», когда он обещал выручку в 50 млрд рублей через три года .

Эволюция продукта: от ног к колесам 40:47

В процессе разработки Humanoid Артем Соколов пришел к важному индустриальному инсайту. Хотя компания создала и ходячего робота (с характерными мощными «квадрицепсами» ), общение со 100 клиентами из списка Fortune 500 показало, что рынку нужно другое решение .

90% промышленных задач эффективнее решаются на колесах по ряду причин:

• Отсутствие препятствий: Склады и заводы изначально проектируются с плоскими полами без ступенек .
• Регуляция: На колесных роботов уже существуют стандарты безопасности (Safety Standards), позволяющие им работать бок о бок с людьми . Для ходячих моделей регулятивные акты еще только разрабатываются, так как риск падения робота на человека остается открытым вопросом .
• Энергоэффективность: Поддержание баланса при ходьбе требует огромных затрат энергии и сложнейших вычислений .

Тем не менее, верхняя часть робота сохраняет человеческие пропорции. Это позволяет интегрировать его в рабочие места без переделки инфраструктуры (принцип Plug and Play) . Такая модель окупается клиенту менее чем за год, в то время как полная автоматизация склада требует инвестиций с горизонтом 7+ лет .

Бизнес-модель: Робот как услуга (RaaS) 46:50

Humanoid не просто продает «железо», а внедряет модель Robot as a Service (RaaS) . Основной упор сделан на аренду: за 5–6 тысяч долларов в месяц клиент получает готовое решение «под ключ», включая обучение и сервис . Для тех, кто привык к капитальным вложениям (например, автогиганты), предусмотрена продажа за $70 000 с обязательной сервисной подпиской в 15% годовых .

Экономика производства выглядит следующим образом:

• Себестоимость «крафтовой» альфа-версии (сделано 15 штук) — $250 000 .
• Целевая себестоимость при массовом производстве (от 10 000 штук) — $25 000 .
• При тираже более 100 000 штук цена упадет ниже $10 000 за единицу .

Один такой робот заменяет трех сотрудников, работая 24/7 без перерывов и отпусков .

Сотрудничество с гигантами: Schaeffler и Bosch 50:15

Стратегия выхода на рынок Humanoid опирается на глубокое партнерство с немецкой промышленностью. Компания Schaeffler уже подписала обязывающий (binding) контракт на 2 000 роботов на сумму более $300 млн .

Вторым ключевым партнером выступает Bosch. На их мощностях в Германии во второй половине 2025 года планируется запуск массового серийного производства . Эти гиганты выступают одновременно и инвесторами, и первыми полигонами для внедрения, стремясь закрыть дефицит кадров — только в США и Европе сейчас открыто по 8 млн незаполненных вакансий в промышленности .

🚀 Рождение «единорога»: $100 млн инвестиций и путь к статусу Unicorn 55:24

Инвестиции в Humanoid: путь к «единорогу» 1:06:19

История Humanoid — это редкий пример того, как компания достигает оценки в $1 млрд всего за два года . Артем Соколов изначально выбрал рискованную стратегию «all-in»: он вложил около 100 млн долларов собственных средств, прежде чем привлечь внешнее финансирование . По его словам, это было необходимо, чтобы не терять скорость на бесконечный фандрайзинг на ранних этапах и не размывать долю по низкой оценке .

Путь к раунду A не был легким:

• Соколов провел более 500 встреч с венчурными фондами .
• Многие инвесторы не имели готового тезиса для рынка робототехники и просили «показать прототип» или «прийти после первого контракта» .
• Финальный раунд составил 152 млн долларов при оценке 1,35 млрд долларов .

Лид-инвестором выступил американский фонд PML (Prime ML), который специализируется на DeepTech и хардвере . Также в капитал вошли стратегические партнеры Bosch и Schaeffler, тайваньский гигант Foxconn и даже фонд Aglaé — инвестиционное подразделение семьи Бернара Арно . Несмотря на привлечение гигантов, Соколов сохранил за собой контрольный пакет (более 60%) и ввел «золотую акцию» (акция класса S), дающую право вето на стратегические решения .

Интересной деталью стала проверка на стрессоустойчивость от одного из инвесторов: во время переговоров в Вайоминге предпринимателям пришлось сначала кататься на сноубордах, а затем сидеть в ледяном пруду с температурой воды +4°C .

Продажа SOKOLOV: выход из семейного дела 56:00

Решение о продаже семейного бизнеса далось Артему Соколову непросто. Несмотря на то что операционное управление в SOKOLOV уже было отлажено и компания приносила стабильные дивиденды (около 150 млн долларов EBITDA в последние годы ), Артем чувствовал необходимость полностью сфокусироваться на роботах. «Сидеть на двух стульях было невозможно» .

Процесс продажи растянулся на два года из-за ряда сложностей :

1. Поиск «чистого» покупателя: Важно было найти инвестора, не входящего в санкционные списки, чтобы средства можно было беспрепятственно использовать на Западе для развития Humanoid .
2. География сделки: Список потенциальных покупателей, способных потянуть такой крупный актив, сузился до 3–5 имен .
3. Бюрократия и KYC: Сделку пришлось согласовывать с Европейской комиссией и Центральным банком Швейцарии, так как Соколов настаивал на прозрачном переводе средств в Европу .

Покупателем выступил предприниматель по фамилии Пак, который ранее уже был знаком с ритейл-бизнесом SOKOLOV . Елизавета Осетинская в интервью выразила сомнение в происхождении столь крупной суммы у частного лица, однако Соколов подчеркнул, что все проверки (KYC) со стороны европейских банков были пройдены успешно . «Меньше знаешь — лучше спишь», — резюмировал он свой подход к деталям партнерств покупателя, добавив, что его главной целью было максимально быстрое и чистое завершение выхода из актива .

Корпоративная культура и опционы 1:09:51

В отличие от многих закрытых стартапов, Humanoid придерживается политики радикальной прозрачности . Одним из принципиальных решений Соколова стало наделение каждого сотрудника компании статусом акционера . На старте команде было выделено около 12,5% акций, и этот опционный пул продолжает расширяться для привлечения топовых талантов со всего мира . Ранее в разговоре Елизавета и Артем уже касались темы найма инженеров, но именно здесь Соколов подчеркивает, что партнерская модель — единственный способ выиграть «войну за мозги» в индустрии .

Детство на фабрике и «университеты» Соколова 1:02:40

Фундамент предпринимательского мышления Артема был заложен в поселке Красное-на-Волге, где сосредоточено 50% всего ювелирного производства России . Несмотря на отсутствие формального высшего образования — Артем поступил в университет, но ни разу не пришел на лекции, выбрав работу , — он системно обучался через практику и чтение. Его методом стало изучение «топ-30 книг» по любой необходимой теме: от маркетинга до бережливого производства (Six Sigma) . Первый опыт заработка Соколов получил еще в школе, занимаясь поиском старинных монет с металлоискателем и сдачей металлолома . Этот «дух приключенчества» позже трансформировался в умение нанимать людей умнее себя, которое он оттачивал, просматривая по 50–60 кандидатов на одну вакансию еще в ювелирном бизнесе .

🤖 Охота за талантами: как собрать инженеров Boston Dynamics 1:15:30

Фундамент любой технологической компании — это люди, и Артем Соколов подошел к вопросу найма с фанатичной тщательностью. Чтобы собрать костяк будущей команды, он лично провел около 1000 собеседований за первые шесть месяцев работы . Целью было отобрать 30 «звездных» специалистов, которые в дальнейшем стали бы магнитом для других талантов и нанимали лучших людей уже из своего круга общения .

Команда из Boston Dynamics и битва за лидеров 1:16:20

Главным успехом в формировании команды стало привлечение специалистов из легендарной Boston Dynamics. Сегодня бостонское подразделение Humanoid насчитывает 40 человек, из которых более 15 — выходцы из BD . Одним из ключевых приобретений стал Дэвин (Devin), инженер с 20-летним стажем в Boston Dynamics, который руководил разработкой всей электрической части и возглавлял программу Atlas . Примечательно, что на момент перехода Дэвин выбирал между Humanoid и компанией Figure AI (оценка которой достигает $40 млрд), но в итоге сделал выбор в пользу проекта Соколова .

Другим важным приобретением стал Джаред (Jared), занявший пост CTO. Артем признается, что «ухаживал» за ним и переманивал его около месяца, ведя переговоры даже в новогодние праздники . Чтобы убедить топового инженера, Соколов приглашал его к себе домой в Лондон, где подробно делился своим видением продукта и знакомил с уже нанятыми экспертами .

Артем выделяет три фактора, которые позволяют ему, предпринимателю без глубокого технического бэкграунда, привлекать инженеров мирового уровня:

• Личная харизма и энергия ;
• Стратегически верный фокус на колесных роботах как на более быстром пути к рынку ;
• Международный состав команды, исключающий имидж узколокального стартапа .

Прагматичная стратегия против «универсальных мозгов» 1:18:44

В отличие от многих конкурентов, Humanoid выбрал максимально прагматичный подход, ориентированный на решение конкретных болей клиентов . Соколов скептически относится к созданию «универсальных мозгов» (AI-моделей), отделенных от «тела» робота. Он убежден, что на текущем этапе развития технологий невозможно делать софт в отрыве от железа .

Для достижения человеческих показателей эффективности компания идет по пути глубокой вертикальной интеграции. «Вы не можете сделать софт, который будет эффективно работать на любом железе», — поясняет Артем . По его прогнозам, универсальные модели появятся лишь через 3–4 года, когда хардверные решения и AI-модели станут массовым товаром (commodities) . Сейчас же победит тот, кто владеет интеграцией и данными с реальных производств .

Экономика внедрения: от $250 000 до $40 000 за робота 1:23:26

Финансовая модель проекта строится на агрессивном масштабировании. Артем Соколов ожидает выручку в десятки миллионов долларов в ближайшем году, сотни миллионов — в следующем, и выход на миллиардные обороты к 2028 году . Целевой показатель на среднесрочную перспективу — внедрение 200 000 роботов и выручка в $10 млрд .

Ключевым фактором успеха является радикальное снижение стоимости производства:

• Текущая стоимость (партия 15 шт.) — $250 000 ;
• Стоимость через 2 месяца (партия 100 шт.) — $90 000 ;
• Целевая стоимость в следующем году (партия 500 шт.) — $40 000 .

Интересно, что проект является крайне капиталоемким, и для финансирования производства Humanoid планирует привлекать кредитные линии от банков, используя юнит-экономику роботов как залог . Окупаемость одного робота как для производителя, так и для клиента составляет менее года .

Лабораторные испытания и «восстание» против рутины 1:27:05

В лабораториях компании работа не прекращается ни на день. Код пишут не только люди, но и AI-агенты, что позволяет ускорять итерации . Сейчас фокус смещается с перемещения крупных коробок на мелкую моторику . К концу 2027 года роботы должны научиться работать даже с ювелирными изделиями .

Соколов видит будущее в сосуществовании людей и роботов на складах и заводах, а не в полной автоматизации . По его мнению, внедрение гуманоидных помощников произойдет гораздо быстрее, чем строительство полностью автономных «тёмных» складов, требующих колоссальных инвестиций .

Дизайн, рост и социальные последствия 1:32:35

Обсуждая внешний вид роботов, Артем отмечает, что для домашнего использования они специально проектируются ростом около 150 см — это ниже среднего человеческого роста, что помогает избежать «роботофобии» . Домашние роботы, по прогнозам Соколова, появятся массово через 5 лет, с задержкой в 1–2 года относительно промышленного сектора .

На вопрос о социальной напряженности и потере рабочих мест Артем отвечает как «технологический супер-оптимист» . Он сравнивает ситуацию с работой программистов: появление AI не лишило их работы, но позволило выпускать в 10 раз больше продукта . Соколов верит, что в будущем труд станет опциональным, а государства введут безусловный доход, позволяя людям заниматься творчеством или семьей .

Ранее в разговоре они касались темы эволюции продукта от ног к колесам, что позволило ускорить выход на рынок.

🤖 Будущее домашних роботов и глобальная конкуренция 1:40:39

В развитии робототехники наступает «эпоха следующего года» — период перехода от эффектных демонстраций и танцующих прототипов к реальной выручке и индустриальному внедрению . Артем Соколов подчеркивает, что его компания использует стратегию «преимущества второго игрока» (second mover advantage), внимательно изучая существующие наработки, в том числе китайские, чтобы быстрее запустить продукт в серию . Успех в индустриальном секторе станет фундаментом для экспансии в сервисную сферу и, в конечном итоге, в наши дома .

Подписка на помощника: цена массовости 1:41:40

По прогнозам предпринимателя, эра домашних роботов наступит быстрее, чем кажется . Чтобы технология стала по-настоящему массовой и охватила сотни миллионов домохозяйств, стоимость владения должна быть сопоставима с подпиской на уровне 300–500 долларов в месяц . Артем Соколов отмечает, что такая модель подразумевает:

• Полное обслуживание, поддержку и ремонт робота силами производителя .
• Окупаемость устройства для компании в течение 2–3 лет при себестоимости «железа» около 10 000 долларов .
• Способность робота выполнять широкий спектр задач: от загрузки посудомойки и стирки до помощи пожилым людям .

Особое внимание уделяется индустрии ухода за пожилыми в странах «золотого миллиарда», где старение населения создает огромный дефицит кадров и высокий платежеспособный спрос на автоматизированных помощников .

Геополитика и технологический суверенитет 1:43:30

Современный мир радикально изменился по сравнению с эпохой тотальной глобализации десятилетней давности . Сегодня на первый план выходит вопрос суверенитета: роботы — это продукция двойного назначения, и страны стремятся обезопасить свою критическую инфраструктуру . США уже фактически закрыли свой рынок для китайских роботов и компонентов, приняв соответствующие законодательные акты . Ожидается, что Европа последует этому примеру в ближайшие год-два .

Артем Соколов выделяет несколько ключевых факторов этой «технологической войны»:

1. Проблема «черного хода» (backdoor): невозможно использовать китайское «железо» со своим софтом и быть на 100% уверенным, что контроль над роботом не будет перехвачен извне .
2. Лидерство в ИИ: основная гонка идет между американскими командами, обладающими лучшими «мозгами» (алгоритмами), и Китаем, который мыслит на 50 лет вперед и имеет колоссальную государственную поддержку , .
3. Локализация в Японии: страна, которая долгое время считалась лидером робототехники, обнаружила отсутствие собственных гуманоидных проектов и сейчас экстренно пытается вернуть технологии домой .

Несмотря на российское происхождение основателя, компания успешно проходит все процедуры проверки (KYC) у европейских гигантов вроде Schaeffler . Артем признает, что статус «выходца из России» требует дополнительного внимания к прозрачности бизнеса, но не является блокирующим фактором для коммерческих контрактов и инвестиций в Британии и ЕС .

Эра изобилия и работа как опция 1:55:21

Миссия Humanoid выходит за рамки простого заработка денег — Артем Соколов верит в наступление эры «полного изобилия» через роботизацию . Статистика шокирует: человечество ежедневно тратит 16 миллиардов часов на неоплачиваемый и рутинный труд — уборку, стирку и готовку .

Автоматизация этих процессов позволит:

• Полностью исключить участие людей в опасных и повторяющихся операциях на производстве .
• Высвободить время миллионов людей для творческой и полезной деятельности .
• Сформировать базу для безусловного дохода, где физический труд перестанет быть средством выживания .

Амбиции: цель в 100 миллиардов долларов 1:56:30

Артем ставит перед собой предельно амбициозную финансовую планку: создать публичную компанию с капитализацией 100 миллиардов долларов к 2028–2030 годам . Ранее в разговоре он упоминал опыт управления SOKOLOV, но новый масштаб требует иных инструментов. IPO рассматривается не просто как «выход» для инвесторов, а как стратегический рычаг :

• Траст: статус публичной компании уравнивает стартап в правах с крупнейшими корпорациями-клиентами, упрощая бюрократические процедуры .
• Ресурсы: доступ к капиталу необходим для закупки вычислительных мощностей для тренировки моделей и привлечения лучших талантов из DeepMind, OpenAI и Tesla , .
• Мотивация: ключевые сотрудники компании уже сейчас являются «бумажными» миллионерами, и IPO превратит эти опционы в реальный капитал .

Для ускорения обучения роботов компания агрессивно собирает данные, закупая их у партнеров и используя специальные костюмы («съюты») с камерами, которые позволяют обычным людям записывать действия для нейросетей . Как и в случае с его шахматным прошлым, Соколов выстраивает систему, где каждый ход — от найма топ-менеджеров из Европы до инвестиций в SpaceX и Anthropic для «изучения технологий» — ведет к доминированию на рынке , .

🧠 Наночастицы вместо трепанации и шахматная стратегия успеха 2:05:39

Вторая половина интервью раскрывает Артема Соколова не только как строителя робототехнической империи, но и как футуролога, инвестирующего в радикальное улучшение человеческих возможностей. Его амбиции выходят за рамки механических помощников и направлены внутрь человеческого мозга, а фундаментом для таких масштабных планов послужило дисциплинированное «шахматное» детство.

Subscence: нейроинтерфейс «по кнопке» 2:05:50

Параллельно с развитием Humanoid, Артем Соколов финансирует проект Subscence — стартап в области Brain-Computer Interface (BCI), который он называет «скорее проектом, чем просто инвестицией» . В компании работают 40 человек, а лаборатории базируются в Пало-Альто (Калифорния) . Цель амбициозна: создать двунаправленную связь мозга с компьютером, позволяющую как считывать нейронную активность для управления техникой, так и стимулировать нейроны .

Ключевое отличие Subscence от проекта Neuralink Илона Маска заключается в отказе от инвазивных методов. Соколов подчеркивает: «Я себе точно не буду пилить черепушку, чтобы вставлять чип» . Технология Subscence строится на использовании наночастиц:

• Метод доставки: частицы вводятся назально в виде спрея (2–4 дозы), попадают в мозг и удерживаются там 1,5–2 месяца, после чего органически выводятся .
• Принцип работы: используются два вида наночастиц — для считывания и для стимуляции сигнала. Взаимодействие происходит через внешний «шлем» или ободок с помощью магнитного поля .
• Потенциал: Соколов верит, что это позволит «закачивать» в мозг новые навыки, например, учить языки за часы , управлять эмоциями и настроением — своего рода создание Human 2.0 .

На текущий момент проект находится на стадии тестирования на мышах . В 2025 году планируются испытания на свиньях и обезьянах, а к 2028 году — клинические испытания на людях . Первым рынком станет MedTech: лечение болезней Паркинсона и эпилепсии . Ранее Артем упоминал, что на этот проект его вдохновил опыт медитации, показавший, как можно управлять своим состоянием, но в Subscence этот эффект планируется достигать «по кнопке» . В разработку уже вложено несколько десятков миллионов долларов личных средств предпринимателя .

Шахматное прошлое и системное мышление 2:14:10

Рассуждая о важности образования, Артем признается, что считает традиционные дипломы утратившими смысл в эпоху ChatGPT, если у человека нет энергии и дисциплины . Однако он выделяет фундамент, который считает необходимым: физика, математика и шахматы — дисциплины, развивающие системное мышление .

Для самого Соколова этот фундамент был заложен в глубоком детстве:

1. Спортивные достижения: Артем входил в топ-5 лучших шахматистов России среди юношей (в возрасте 10-12 лет) .
2. Дисциплина: Занятия шахматами занимали по 3–4 часа ежедневно .
3. Переход в спорт: Из-за малоподвижного образа жизни в шахматах Артем начал набирать вес, что заставило его уйти в футбол, однако навыки стратега остались с ним навсегда .

Это системное мышление помогает ему сегодня «определять суть в вещах» и быстро двигаться в бизнесе . Несмотря на то, что Артем называет Илона Маска (за вычетом его токсичности) своей ролевой моделью в плане скорости и амбиций , он опирается на собственный аналитический аппарат. Даже отдых предприниматель выбирает «сложный»: восхождения в горы (недавний поход вокруг Кайласа в Тибете) или медитации, которые помогают ему «перезагружать систему» [02:14:54, 02:16:50].

На вопрос о том, что бы он изменил в мире, Артем отвечает глобально: он хотел бы избавить человечество от страданий, заменив их «изобилием и безусловным счастьем» . К этой цели он идет двумя путями: через создание роботов-помощников и через технологии прямого взаимодействия с человеческим разумом.