В новом выпуске подкаста Рича Ролла двукратная олимпийская бегунья Кара Гучер раскрывает шокирующие подробности своей карьеры в проекте Nike Oregon Project. Её история, ставшая основой бестселлера «The Longest Race», — это предельно честный отчет о допинговых манипуляциях, психологическом насилии и корпоративном цинизме одного из самых влиятельных спортивных брендов в мире.
🏃♀️ Путь к мечте: Вступление в Nike Oregon Project 16:54
В 2004 году Кара Гучер и её муж Адам Гучер переживали спад в карьере из-за хронических травм. Приглашение от Альберто Салазара присоединиться к Nike Oregon Project (NOP) выглядело как «мечта любого бегуна» . Проект предлагал беспрецедентный уровень профессионализации:
- Использование антигравитационных и подводных беговых дорожек .
- Проживание в специальных «высотных домах» (altitude houses) для имитации условий разреженного воздуха .
- Полное покрытие медицинских расходов, включая МРТ, операции и услуги физиотерапевтов .
На тот момент первый контракт Кары с Nike составлял 35 000 долларов в год . По словам спортсменки, она чувствовала себя «второстепенным приобретением», так как Салазар изначально был заинтересован в тренировках её мужа, Адама . Тем не менее, возможность тренироваться на базе кампуса Nike казалась билетом в высшую лигу мирового спорта.
🧠 Психологическая ловушка: Салазар как «отец» и контролер 21:42
Кара Гучер утверждает, что отношения с тренером Альберто Салазаром быстро вышли за рамки профессиональных. Салазар внедрялся в личную жизнь атлетов, постоянно звонил им и приглашал к себе домой .
Гучер связывает свою готовность терпеть такое поведение с детской травмой: её отец погиб по вине пьяного водителя, когда она была маленькой, и она подсознательно искала сильную мужскую фигуру . По мнению Кары, Салазар манипулировал этим состоянием:
- Он называл её «дочерью» и утверждал, что она появилась в его жизни «по воле божьей» .
- Он использовал «спортивного психолога» Даррена Трежера для сбора конфиденциальной информации об атлетах .
- Как выяснилось позже, Трежер не имел психологического образования — его степень PhD была в области кинезиологии .
По словам гостьи, Трежер передавал Салазару детали их частных бесед, которые тренер затем использовал для «газлайтинга» и манипуляций . Салазар намеренно стравливал Кару с её напарницей по команде Эми Бегли, заставляя их верить в то, что они ненавидят друг друга .
💉 Тёмная медицина: Допинг под видом лечения 38:31
Одной из самых спорных тем интервью стало обсуждение медицинских практик в NOP. Кара Гучер подробно описывает схему использования препаратов для лечения щитовидной железы.
Основные факты и подозрения, озвученные в беседе:
- Эндокринолог Джеффри Браун: Почти всем участникам команды ставили диагноз «гипотиреоз» и выписывали препарат L-voxyl (левотироксин) .
- Манипуляции с анализами: По мнению Кары, доктор Браун подгонял результаты тестов под нужные показатели . Когда в 2016 году USADA получила медицинские записи Гучер, эксперты агентства заключили, что у неё никогда не было проблем с щитовидной железой .
- Внутривенные инфузии: Гучер утверждает, что видела, как её товарищам по команде ставили капельницы с физраствором перед крупными соревнованиями. По её мнению, это могло использоваться для сокрытия следов применения ЭПО (эритропоэтина), так как инфузии разбавляют концентрацию веществ в крови .
- Случай Мо Фара: Кара вспоминает, как в 2011 году была потрясена внезапным прогрессом британского бегуна Мо Фара, у которого неожиданно появился невероятный финишный рывок. Она признается, что именно тогда впервые вслух высказала подозрение в мошенничестве .
Гучер отмечает, что Альберто Салазар часто хвастался тем, что «свел всё к науке» и знает, как обходить правила допинг-контроля .
🚫 Культура насилия и весовой контроль 36:58
Тренировочный процесс в NOP сопровождался жестким давлением по поводу веса и физического состояния. По словам Кары, Салазар регулярно подвергал её и других атлетов публичному взвешиванию .
Особенно сильно от «фэтшейминга» страдала Эми Бегли. Кара утверждает, что Салазар заставлял Бегли подписать контракт, запрещающий ей дружить с кем-либо в команде, аргументируя это тем, что дружба мешает конкуренции .
Самым болезненным откровением Кары стал рассказ о сексуальных домогательствах. Она описывает два случая:
- Лиссабон, 2006 год: Салазар начал делать ей неуместный массаж в состоянии алкогольного опьянения . Гучер признается, что тогда она убедила себя, что это «случайность», так как боялась разрушить свою карьеру .
- Перелет, 2011 год: Ситуация повторилась в самолете. По словам Кары, Салазар часто смешивал алкоголь со снотворным (амбиеном) и терял контроль над поведением .
Она долго скрывала эти факты даже от мужа, чувствуя стыд и страх .
🤰 Беременность как «нарушение контракта» 1:12:06
Отношение Nike к беременным атлетам стало одним из ключевых скандалов, поднятых Карой Гучер совместно с Элисон Феликс. Кара подробно описала, как бренд использовал её образ матери для маркетинга, при этом лишив её средств к существованию.
- Маркетинговый цинизм: Nike размещала Кару на билбордах и снимала в рекламе во время беременности, чтобы продвигать образ «про-женского» бренда . Фотографии её живота при этом часто ретушировались .
- Приостановка выплат: В июле 2010 года, за два месяца до родов, Кара обнаружила, что Nike прекратила выплаты по контракту . Руководство компании заявило, что её состояние является «медицинским случаем», из-за которого она не может выступать, а значит — не должна получать деньги .
- Ультиматум: Директор Nike по спортивному маркетингу Джон Каприотти, по словам Кары, игнорировал её запросы. В итоге ей предложили 12-месячную «подвеску» (suspension) без оплаты .
Чтобы вернуть финансирование, Кара была вынуждена выйти на старт Бостонского марафона всего через 6,5 месяцев после родов, продолжая кормить грудью и тренируясь по 120 миль в неделю .
🤫 «Тефлоновый» бренд: Роль руководства Nike 1:09:00
Кара Гучер выразила разочарование по поводу того, что высшее руководство Nike, включая бывшего CEO Марка Паркера, знало о методах Салазара.
- Паркер был в копии электронных писем, обсуждавших эксперименты с тестостероновым гелем и другими медицинскими манипуляциями .
- Несмотря на это, Nike удалось избежать серьезных санкций. Кара и Рич Ролл сошлись во мнении, что Nike — это «тефлоновый» бренд, чьи маркетинговые бюджеты позволяют перекрывать любой негатив .
По словам Кары, единственное, чего она хотела бы получить от компании — это признание ответственности за нездоровую среду, но она понимает, что «будет ждать этого долго» .
🩺 Жизнь после спорта: Неврологический диагноз 1:30:51
Завершение карьеры Кары было омрачено редким заболеванием — дистонией бегуна (Runner's Dystonia). Это неврологическое расстройство, при котором мозг посылает мышцам неверные сигналы во время бега .
- Симптомы: Потеря контроля над левой ногой, ощущение «скольжения» по льду босиком даже на сухом асфальте .
- Опасность: Кара вспоминает, как падала под колеса машин и теряла сознание на беговой дорожке .
- Лечение: Сейчас она вынуждена делать инъекции ботокса в мышцы ноги, чтобы «отключать» ошибочные сигналы мозга, и принимать препараты от болезни Паркинсона .
В настоящее время Кара Гучер работает комментатором на NBC и активно выступает за реформу системы SafeSport . Она призывает молодых атлетов доверять своей интуиции: «Если что-то кажется неправильным — скорее всего, так оно и есть» .
