В интервью для Forbes заместитель главного редактора издания Елена Тофанюк беседует с австралийским предпринимателем и венчурным инвестором Кэмпом Бэдуэтрином. Приехав в Россию в 2006 году, Кэмп прошёл путь от командированного сотрудника Citigroup до основателя крупной альтернативной финтех-платформы Simple Finance и создателя сети зонтичных компаний. В материале подробно разбираются скрытый потенциал российского малого бизнеса, барьеры для технологических стартапов, последствия резонансного дела Baring Vostok для инвестиционного климата и технологическое превосходство отечественного финтеха над западными аналогами.
🇦🇺 От Уолл-стрит до Москвы: путь австралийского предпринимателя 1:02
Кэмп Бэдуэтрин начал заниматься бизнесом в раннем возрасте: свой первый IT-проект он создал в Австралии, когда ему было всего 12 лет. В 2000 году, на пике бума доткомов, подростку удалось выгодно продать эту компанию публичной структуре. Посчитав себя состоявшимся гением, Кэмп попытался запустить аналогичный бизнес в США, однако потерпел неудачу, что заставило его осознать острую нехватку фундаментальных финансовых знаний.
Для восполнения пробелов Кэмп получил высшее образование в Нью-Йоркском университете (NYU), после чего несколько лет проработал на Уолл-стрит в сфере Private Equity. Переломным моментом в карьере стала встреча топ-менеджмента Citigroup с основателем фонда Blackstone, где обсуждались перспективы развития рынков БРИК. На вопрос руководства о готовности отправиться в Россию Кэмп ответил согласием, и уже 24 декабря 2006 года приехал в заснеженную Москву, абсолютно не зная русского языка и местной культуры.
Проработав в Ситибанке около года, Кэмп оценил масштаб открывающихся возможностей и принял решение уйти из корпорации. Накануне мирового кризиса 2008 года он запустил два независимых направления бизнеса:
- Апартаменты: покупка, ремонт и объединение квартир на единой технологической платформе — фактически прообраз сервиса Airbnb.
- Рестораны и бары: инвестиции в столичную развлекательную индустрию.
Оба проекта впоследствии были выгодно проданы. Кроме того, предприниматель успел получить экзотический операционный опыт, прожив несколько месяцев в Лагосе (Нигерия), где помогал выстраивать сеть сервисных апартаментов в условиях хаотичного африканского мегаполиса.
💼 Парадоксы российского малого бизнеса: живучесть вопреки статистике 8:01
После серии сделок Кэмп сосредоточился на российском сегменте малого и среднего предпринимательства (МСП), который он считает недооценённым и крайне перспективным финансовым сигналом. По мнению гостя, в России принято жаловаться на то, что малый бизнес слаб, не поддерживается и системно уничтожается, однако официальная статистика не отражает реального положения дел.
Кэмп утверждает, что российский сектор МСП обладает колоссальной устойчивостью, которая подпитывается неофициальными финансовыми потоками, генерирующими огромные объёмы оборотного капитала. В качестве сегмента для инвестиций малый бизнес привлекает его своей адаптивностью. По словам Кэмпа, мелкие предприниматели, вынужденные ежедневно бороться за выживание, гораздо креативнее, энергичнее и вовлечённее, чем наёмные сотрудники крупных корпораций.
В Москве Кэмп регулярно проводил встречи со сторонними инвесторами, открыто обсуждая бизнес-идеи. Он убеждён, что бояться кражи идей не стоит: рынок переполнен задумками, но на нём критически не хватает компетентных операционных лидеров, способных довести проект до реализации. В результате партнерства с крупным капиталом Кэмпу удалось протестировать несколько концепций и создать зонтичную холдинговую структуру, объединившую около 15 различных компаний в сфере финтеха и недвижимости.
📉 Почему российским стартапам тяжело привлекать капитал 11:53
Переход стартапа от стадии презентации нескольких основателей до уровня операционно зрелого бизнеса в России сопряжён с огромными трудностями. Кэмп выделяет три ключевые причины этой проблемы:
- Слабость венчурной экосистемы. В России практически отсутствует многоуровневая система фондов, готовых диверсифицировать риски и сопровождать компанию от раунда к раунду, как это устроено в США или Европе.
- Негибкие условия локальных инвесторов. Поиск денег среди состоятельных частных лиц в России часто упирается в нереалистичные требования к долям, жесткие формы договоров и попытки установить тотальный контроль над операционной деятельностью стартапа.
- Низкая финансовая грамотность авторов проектов. Российские разработчики обладают высочайшим уровнем таланта и способны создавать уникальные продукты, но они абсолютно не умеют транслировать ценность продукта на языке бизнеса и финансов.
В западных странах базовым основам ведения бизнеса учат со школьной скамьи и в университетах, в то время как в России этот пласт образования, по оценке инвестора, развит слабо. В итоге гениальный продукт часто остаётся без финансирования просто потому, что фаундер не способен объяснить инвестору модель генерации чистой прибыли и её капитализации.
💰 «Токсичные деньги» и завышенные ожидания: мифы и реальность инвесторов 18:41
Елена Тофанюк подняла вопрос о «токсичности» российского капитала, ссылаясь на жалобы ряда предпринимателей, заявляющих, что отечественные инвесторы жестко давят на проекты и не соблюдают коммитменты. Кэмп с такой категоричной оценкой не согласился. По его мнению, неэтичное поведение инвесторов — это индивидуальная черта конкретных людей, а не географический признак; с подобным давлением и нарушением договорённостей он регулярно сталкивался и в Австралии, и в США.
Основной конфликт на российском рынке, как полагает гость, кроется в психологическом несовпадении сторон:
- Предприниматели всегда избыточно оптимистичны и закладывают в бизнес-планы идеальные показатели.
- Инвесторы искренне хотят верить в эти радужные прогнозы.
В реальности около 90% бизнес-планов не выполняются в срок. Когда показатели падают, инвесторам и фаундерам не хватает гибкости и человеческого подхода для реструктуризации отношений, поскольку фаундеры склонны завышать ценность своей доли и прошлых компетенций.
Комментируя структуру своего первого зонтичного фонда, Кэмп подтвердил информацию Forbes о том, что первыми инвесторами его проектов выступали представители младшего поколения семей крупных девелоперов — Года Нисанова и Зараха Илиева. Молодые наследники проявляли огромный интерес к коммерческой недвижимости и финтеху, стремясь реализовать свой потенциал через новые технологические проекты.
📦 От индивидуального хранения к финтех-гиганту: Simple Finance и другие проекты 21:32
Помимо финтеха, Кэмп активно развивал в России бизнес в сфере индивидуального хранения вещей (self-storage) — формат, крайне популярный в США, Великобритании и Австралии. Проект оказался востребованным как среди физических лиц, так и со стороны малого бизнеса, нуждающегося в небольших гибких складах. Компания успешно привлекала раунды финансирования, развивала франшизу (дойдя почти до 100 точек) и в итоге вышла на операционную прибыль. На текущий момент этот складской бизнес масштабируется на международные рынки, включая Кипр.
Тем не менее в конце прошлого года Кэмп принял решение отойти от операционного управления складской сетью, чтобы полностью сфокусироваться на компании Simple Finance. Ему ближе роль инвестора и ментора, который помогает зарождаться новым концепциям. Свой активный предпринимательский фокус Кэмп сознательно ограничил тремя смежными сферами, где обладает глубочайшей экспертизой: недвижимость (Real Estate), финансовые технологии (Fintech) и технологии в недвижимости (PropTech).
🦠 Стресс-тест пандемией: как спасти многомиллиардный портфель 25:10
Период пандемии COVID-19 стал самым жестким стресс-тестом для Simple Finance, специализирующейся на кредитовании малого бизнеса. Опираясь на негативный опыт Китая, руководство компании начало тестировать удалённый формат работы ещё в феврале-марте 2020 года, а в конце марта совет директоров полностью перевёл штат на «удалёнку» и заморозил выдачу новых займов.
На момент начала локдауна кредитный портфель Simple Finance составлял порядка 32–33 млрд рублей. К концу июня из-за приостановки выдач и плановых погашений он сжался до минимальной точки в 22 млрд рублей. Компания перевела всех заёмщиков на ежедневный мониторинг и запустила проактивную реструктуризацию для клиентов из пострадавших отраслей.
Портфель Simple Finance состоит из диверсифицированных краткосрочных продуктов:
- Займы на исполнение госконтрактов (в рамках 44-ФЗ и 223-ФЗ);
- Финансирование оборотного капитала и факторинг;
- Залоги под коммерческую недвижимость;
- Кредитование секторов e-commerce и маркетплейсов.
В пиковый период пандемии в контур реструктуризации попало около 800 клиентов, а общая сумма задолженности под риском составила 360 млн рублей. Изначально аналитики прогнозировали рост невозвратов (NPL) выше 100 млн рублей. Однако благодаря оперативным мерам реальный объем NPL удалось удержать на уровне всего 40–50 млн рублей, с целевым ориентиром снижения до менее чем 20 млн рублей. Кэмп подчеркнул, что для портфеля в 33 млрд рублей это феноменально низкий показатель. За всю историю с 2016 года Simple Finance выдала кредитов почти на $1 млрд, списав в убыток всего около 30 млн рублей.
⚡ Скорость вместо инноваций: бизнес-модель Simple Finance 29:25
Кэмп признаёт, что в таких продуктах, как заем под залог коммерческой недвижимости, сложно придумать фундаментальные инновации — базово этот инструмент одинаков у всех игроков. Главным конкурентным преимуществом Simple Finance является технологическая скорость. Компания собирает огромные массивы верифицированных данных из десятков альтернативных источников, что позволяет принимать кредитные решения и зачислять деньги на счёт клиента практически мгновенно.
Средний срок займов (за исключением залоговых) составляет всего несколько месяцев. Если у клиента возникают проблемы, Simple Finance реагирует молниеносно, опережая неповоротливые классические банки. По словам Кэмпа, их юридическая служба зачастую первой подаёт в суд, выигрывает процесс и забирает деньги по исполнительным листам до того, как опомнятся другие кредиторы.
В текущем году Simple Finance запускает масштабную программу секьюритизации кредитного портфеля. Бизнес-модель компании кардинально отличается от банковской: Simple Finance не держит кредиты на своем балансе долго, а выступает в роли оригинатора — привлекает клиентов через обширную сеть агентов, брокеров, тендерных и e-commerce платформ, упаковывает продукт и быстро перепродает пулы займов сторонним инвесторам. Такая легкая модель снимает ограничения на капитализацию, потенциал которой Кэмп оценивает в несколько сотен миллионов долларов.
🌍 Россия vs Кремниевая долина и Австралия: где маржа выше? 33:13
На вопрос Елены Тофанюк о том, почему бы не перенести финтех-технологии в Кремниевую долину США, Кэмп ответил, что американский рынок кредитования МСП чрезмерно перегружен регулированием. Из-за жесткого и раздробленного законодательства разных штатов построение общенационального финтех-бизнеса в США превращается в безумно дорогой и затяжной процесс. В России же Simple Finance видит колоссальный неудовлетворённый спрос, слабую конкуренцию со стороны традиционных банков и очень высокую маржинальность. При этом компания не боится экспансии и прямо сейчас тестирует свои гипотезы на зрелом рынке Великобритании, выдав первые пилотные займы в Лондоне.
Возвращаться на родину в Австралию Кэмп пока не планирует, несмотря на то, что считает её настоящим природным и климатическим раем для жизни и спорта. Главный минус Австралии — её критическая географическая удаленность от мировых экономических центров. Для построения масштабной международной карьеры Кэмп предпочитает находиться в европейском макрорегионе, где Россия выступает отличным плацдармом.
🏦 Магия Тинькова, продвинутый Центробанк и удар по венчурному рынку 35:49
В российском финтех-секторе Кэмп выделил Олега Тинькова и команду «Тинькофф Банка», назвав их «волшебниками», сумевшими построить потрясающий креативный бизнес мирового уровня. По оценке инвестора, в России созданы уникальные технологические сервисы и условия для банкинга, которых близко нет ни в Западной Европе, ни в США, ни в Австралии. Огромная заслуга в этом принадлежит Центральному банку РФ, которого Кэмп назвал на редкость продвинутым и гибким регулятором, дающим финтех-сектору феноменальные возможности для запуска инновационных продуктов — в Великобритании таких регуляторных условий не существует.
В то же время Кэмп выразил глубокое сожаление по поводу ситуации вокруг основателя фонда Baring Vostok Майкла Калви. Калви обладал безупречной международной репутацией и на протяжении десятилетий успешно строил цивилизованный инвестиционный бизнес в России. По мнению Кэмпа, арест Майкла Калви стал катастрофическим фактором, который фактически уничтожил российский венчурный рынок. Гость признался, что во время еженедельных звонков с международными инвесторами из Китая, Европы и США он постоянно сталкивается с одинаковой шоковой реакцией на «дело Калви». Зарубежные партнеры воспринимают происходящее как сигнал к полной остановке инвестиций в страну. Среди других успешных российских инвесторов, сумевших доказать свой класс на мировом уровне, Кэмп особо выделил Юрия Мильнера и его проекты в США.
