«Я стал тем парнем, которого убили несколько миллионов подростков в игре Soldier of Fortune», — вспоминает ветеран Джон Маллинс. Пройдя через удушающие подземные лагеря Вьетнама, секретные психологические проекты и руководство элитными отрядами ликвидаторов, он превратил свой жестокий боевой опыт в захватывающие романы и военные инновации. Это хроника жизни культового спецназовца, чей реальный путь оказался гораздо опаснее и парадоксальнее любого компьютерного шутера.
🌿 Сюрреализм лагеря Бентон и секреты проекта Borden 0:00
Боевое крещение и подземный быт лагеря Бентон 4:49
Воспоминания ветерана элитного спецподразделения MACV-SOG Джона Ф. Маллинса (John F. Mullins) о войне во Вьетнаме открываются драматичным фрагментом из его художественного романа «Дни огня» (Days of Fire). Несмотря на статус художественного вымысла, этот текст предельно точно и кинематографично воссоздает суровые реалии боевых действий в Юго-Восточной Азии. Маллинс передает сюрреалистичное восприятие первого боя: продвижение сквозь густую слоновью траву, аккуратно «скошенную» шквальным пулеметным огнем, и странное ощущение красоты от вспышек дульного пламени вражеского оружия на фоне оглушительного стука собственного сердца. В этом хаосе американских солдат окружали союзные бойцы-горцы (монтеньяры), которые умудрялись бежать быстрее, отчаянно отстреливаясь на ходу. Джон вспоминает, как один из ухмыляющихся горцев внезапно споткнулся и закашлялся яркой кровью, а его место тут же занял другой. Наступающим открывалась картина страшного разгрома: разрушенные артиллерией бункеры, фрагменты тел и поднимающийся от разорванных торсов пар. В такой обстановке выучка работала на автомате — боевец срывал чеку с гранаты М26, давал ей прогореть пару секунд, чтобы враг не успел выбросить её обратно, и метал в лисью нору. Очистив позицию, Маллинсу приходилось в упор выпускать весь 20-патронный магазин своей винтовки М16 в оглушенного, но все еще живого солдата северовьетнамской армии (НВА), превращая его в окровавленные лохмотья.
Этот опыт Маллинс накопил, будучи в звании первого лейтенанта во время своей второй командировки во Вьетнам. Местом его службы тогда стал лагерь Бентон (Benton), затерянный в одноименной долине в Центральном нагорье. Джон прямо называет его ужасным местом для военной базы. Окруженный со всех сторон горами, лагерь находился на самом дне низины, что позволяло противнику безнаказанно простреливать американские позиции сверху в любое время. Из-за непрекращающихся обстрелов инфраструктуру лагеря полностью зарыли под землю и укрепили бетоном. Единственным сооружением, возвышавшимся на поверхности, оставался деревянный армейский туалет. Джон с юмором описывает этот специфический быт: сидеть на лагерном «очке» и внезапно услышать характерный хлопок вышибного заряда из минометной трубы противника было делом привычным. В такие моменты солдаты мгновенно прерывали свои дела и прыгали в ближайший спасительный окоп, благо траншеи выкапывались буквально в паре футов от уборной. За первые два срока службы лейтенант Маллинс сполна заплатил за этот опыт, заслужив две Серебряные звезды и Пурпурное сердце, сознательно стремясь в дальнейшем избегать новых ранений.
Проект Borden: вербовка и психологическое оружие Лонгтана 10:45
Когда в 1968 году Джон Ф. Маллинс прибыл во Вьетнам в третий раз, армейская бюрократия встретила заслуженного ветерана требованием пройти стандартный курс внутристрановой подготовки, что вызвало у него лишь глухое раздражение. Однако вскоре его старый товарищ, майор Марк Понзилло (Mark Ponzillo), сообщил, что переводится в секретное спецподразделение SOG, и предложил лейтенанту отправиться с ним. Их пунктом назначения стала стратегическая база Лонгтан. Там Маллинса привлекли к работе в рамках совершенно уникальной и глубоко засекреченной инициативы под кодовым названием «Проект Borden», неофициально именовавшейся оперативниками «milk run» («регулярный рейс»).
Целью проекта Borden было ведение изощренной психологической войны, призванной сеять раздор, взаимную ненависть и панику в сельских районах Северного Вьетнама, а также в закрытых зонах Лаоса и Камбоджи. До введения официального запрета на полеты над ДРВ в ноябре 1968 года администрацией президента Джонсона, спецназовцы SOG успели провести ряд дерзких операций непосредственно на севере. Практическая реализация проекта строилась на вербовке агентов из числа бывших партизан Вьетконга и регулярных бойцов НВА, содержавшихся в южновьетнамских лагерях для военнопленных. Американцы вели постоянный и тщательный отбор кандидатов совместно с офицерами южновьетнамской армии. Маллинс подчеркивает, что его вьетнамские коллеги обладали поразительным чутьем на ложь и мгновенно отсеивали ненадежных лиц или потенциальных двойных агентов обратно за колючую проволоку.
Самым сильным инструментом «перевербовки» и психологического воздействия (psyops) оказалась демонстрация реальности. Коммунистическое руководство годами внушало солдатам Севера, что американцы полностью уничтожили экономику Юга, а население Сайгона умирает от голода. Чтобы разрушить этот миф, отобранных пленных под строгим надзором вывозили на экскурсию в Сайгон. Вид оживленных городских улиц, сотен мотороллеров, торговцев и улыбающихся, сытых людей действовал на коммунистов как шоковая терапия. У них буквально открывались глаза на то, как масштабно им лгали собственные политруки.
После такой обработки и ускоренного курса подготовки новоиспеченных агентов забрасывали вглубь закрытых территорий на вертолетах либо парашютным способом с использованием статического троса. Несмотря на то, что местная контрразведка вычисляла и ликвидировала большинство этих одиночных лазутчиков в течение нескольких суток после высадки, и ни один из них так и не вернулся назад, проект Borden выполнил свою главную задачу по дезинформации. Позднее, благодаря перехватам Агентства безопасности армии (ASA) — предтечи современного АНБ, — выяснилось, что северовьетнамское командование в панике перебросило целую боевую дивизию на тропу Хо Ши Мина только ради того, чтобы прочесать джунгли в поисках мифических американских шпионов.
Ранее в разговоре собеседники также вскользь упомянули начало деятельности Маллинса в секторе I-Corps и его перевод в провинцию Куангчи для участия в масштабной и спорной программе «Феникс» (Phung Hoang), направленной на выявление и ликвидацию подпольной административной сети Вьетконга, о политических и тактических тонкостях которой детально будет рассказано в следующей главе.
🛡️ Программа «Феникс» и борьба за инфраструктуру Вьетконга 25:21
Система разведки, выстроенная Джоном Ф. Маллинсом, основывалась на сборе данных из множества источников: от мониторинга радиочастот специалистами АНБ до сообщений от местных провинциальных чиновников, которые вели собственные сети наблюдения за инфраструктурой противника. Собранная информация позволяла точно идентифицировать цели — не просто рядовых бойцов, а конкретных людей, составлявших костяк управления Вьетконга в деревнях.
Важным поворотным моментом стало наступление Тет в 1968 году. Несмотря на объявленное перемирие, силы Северного Вьетнама и Вьетконга развязали масштабное наступление, кульминацией которого стала «резня в Хюэ». В ходе этих событий коммунисты систематически уничтожали представителей местной власти — мэров, учителей, священников и всех, кто поддерживал стабильность и развитие общин. Эта трагедия, по словам Маллинса, стала мощным инструментом убеждения: видя жестокость врага, выжившие жители деревень охотнее шли на контакт, помогая американцам выявлять кадры Вьетконга в своих районах.
🕵️♂️ Тактика допросов и «перевербовка» агентов 28:01
Одной из самых сложных задач было преодоление страха местных жителей перед террором Вьетконга. Как только доверие удавалось завоевать, разведка становилась крайне эффективной. Оперативники использовали цепочку связей: перехват курьера («Roadrunner») позволял выйти на тех, кто отдавал приказы, постепенно добираясь до высокопоставленных лиц.
Основными целями были районные руководители. В ходе допросов их пытались либо склонить к сотрудничеству («перевербовать»), либо передать властям для заключения, чтобы получить максимум информации о структуре противника. После наступления Тет ряды Вьетконга были серьезно прорежены, а многие выжившие чувствовали себя преданными руководством Севера, которое не оказало им обещанной поддержки. Это разочарование стало ключом к успешным вербовкам: перевербованные агенты становились «золотой жилой» для программы, позволяя не только нейтрализовать другие ячейки, но и способствовать возвращению деревень к нормальной жизни.
🗡️ Отряды PRU: элитные контрпартизанские подразделения 35:10
Провинциальные разведотряды (PRU) были «силовым крылом» программы «Феникс». Это не были обычные военные подразделения; скорее, это были специализированные полицейские силы, состоявшие исключительно из местных жителей, досконально знавших местность. Маллинс подчеркивает, что он полностью доверял своим людям: он часто выходил на операции вместе с ними, будучи единственным американцем в группе, что значительно укрепляло боевой дух.
Тактика операций варьировалась от скрытных рейдов по «выдергиванию» конкретной цели до полномасштабных атак силами от взвода до роты. Несмотря на то что высшее руководство пыталось ограничить присутствие молодых офицеров в полевых операциях из карьерных соображений, Маллинс считал личное участие критически важным фактором успеха. Подобная вовлеченность строила прочные отношения и взаимоуважение с бойцами PRU, которые были крайне эффективны в операциях по ликвидации угрозы, исходящей от функционеров Вьетконга и проникающих в деревни частей СВА.
📉 Политика и упадок программы 40:02
Несмотря на тактические успехи, программа столкнулась с серьезным политическим давлением внутри США. В январе 1970 года ситуация изменилась кардинально после того, как сенатор Дж. Уильям Фулбрайт публично обвинил программу «Феникс» в том, что она является «программой убийств». В результате этого скандала военные советники, включая Маллинса, были оперативно отозваны.
Управление программой было передано гражданским структурам, что, по мнению ветеранов, привело к катастрофическому снижению её эффективности. Маллинс отмечает, что подобные обвинения часто основывались на ложных данных, предоставленных врагами, или на попытках местных жителей свести личные счеты через программу. Тщательная проверка поступающей информации была обязательным условием выживания «Феникса», и передача управления гражданским лицам разрушила этот механизм контроля. К моменту вывода американских кадров война на инфраструктурном уровне была практически выиграна, однако политическая конъюнктура и антивоенные настроения в США, подпитываемые в том числе и пропагандой коммунистов, перечеркнули эти достижения.
🪖 Путь в спецназ: от фермы в Оклахоме до «Зелёных беретов» 52:10
История Джона Ф. Маллинза в элитных подразделениях началась неожиданно. Будучи 17-летним парнем с фермы в Оклахоме, в 1960 году он решил круто изменить свою жизнь, отправившись к армейскому вербовщику. Его наставником стал сержант, ветеран 101-й воздушно-десантной дивизии, прошедший Вторую мировую войну. Именно этот человек своими рассказами о прыжках с парашютом заразил Маллинза идеей службы в десанте, а позже, по словам самого Джона, буквально «выбил» из него недисциплинированность, направив на путь в «Зелёные береты».
Подготовка в 101-й дивизии в Форт-Кэмпбелле разительно отличалась от стандартных программ того времени в Форт-Беннинге. Тренировки длились три недели и включали изнурительные упражнения для физической подготовки, а также практику прыжков без современных симуляторов. Ключевым элементом психологического отбора была 32-футовая вышка. Обучающиеся должны были прыгнуть с неё, будучи пристегнутыми к стальному тросу, что служило проверкой решимости: многие новобранцы буквально цеплялись за дверь, не в силах преодолеть страх высоты.
Поворотным моментом в сознании Маллинза стала встреча с представителями зарождающегося спецназа, которые носили неавторизованные береты. Позже он стал одним из тысяч солдат, принявших решение вступить в ряды «Зелёных беретов» после прочтения книги Робина Мура, который, чтобы написать достоверную историю, прошел весь курс подготовки лично. Когда Маллинз, будучи уже медиком, пересекался с Муром на полевых учениях, его больше всего удивляло, как гражданскому автору удавалось находить столько бутылок виски в полевых условиях.
🏥 «Школа выживания»: обучение медиков спецназа и работа в полевых условиях 1:01:33
После Форт-Брэгга Маллинз был направлен в Форт Сэм Хьюстон на обучение по специальности военного медика. В то время программа подготовки медиков «Зелёных беретов» считалась лучшей в мире и охватывала период почти в год, включая изучение всего спектра заболеваний — от простуд до тяжелых боевых ранений.
Обучение было невероятно интенсивным; сам Маллинз описывал этот процесс как «питье из пожарного шланга». Медики должны были знать наизусть около 50-60 тропических болезней и способы их лечения, не имея доступа к смартфонам или внешней помощи в глубоком тылу. Их «библией» был шестидюймовый справочник The Merck Manual. Ежедневные и еженедельные тесты были крайне строгими: любая ошибка приводила к отчислению из программы без шансов на второй шанс.
Вершиной суровой подготовки была так называемая «собачья лаборатория» (surgical lab). Чтобы научить солдат справляться с боевыми ранениями в отсутствие антибиотиков и госпиталей, практиканты должны были оперировать животных.
- Инструктор стрелял в бедро собаки (избегая кости).
- Курсант обязан был обработать рану, используя только йод и тампоны.
- Медик должен был поддерживать жизнь животного в течение всей недели.
Эта практика требовала навыков «инспектора плоти» — медики учились определять жизнеспособность тканей по их эластичности и удалять некротизированные участки, чтобы предотвратить гангрену. Позже, в ходе службы во Вьетнаме, Маллинзу неоднократно приходилось применять эти навыки в полевых условиях, когда было невозможно эвакуировать тяжелораненых, и единственным шансом на спасение оставалась глубокая полевая хирургия. Ранее в беседе они упоминали программу «Феникс», которая была частью более широкой стратегии по борьбе с противником, где такие медицинские навыки играли важную роль в программе «завоевания сердец и умов» местного населения.
🩺 Медицина, засады и «Сумасшедшая лошадь»: будни в нагорье 1:15:30
Первая командировка: медицина и гибель офицеров 1:16:12
В 1963 году, во время своей первой командировки, Джон Ф. Маллинс (John F. Mullins) столкнулся с тем аспектом войны, который редко попадает в голливудские боевики — гуманитарной миссией. Его подразделение занималось медицинским обслуживанием местных деревень, работая в тесном контакте с камбоджийцами, которых они обучали на месте. Маллинс вспоминает, что за шесть месяцев вьетнамской службы он вырвал зубов больше, чем за всю остальную жизнь, и даже принял двое родов .
Медицинские выезды преследовали и разведывательную цель. Пока медики обрабатывали раны и раздавали лекарства, сержант по разведке непринужденно общался с жителями. Зеленые береты действовали методом убеждения: они объясняли основы гигиены — например, что отхожие места нужно располагать ниже по течению реки, а не выше . Главными конкурентами спецназа были традиционные целители. Маллинс с иронией отмечает, что тогда он скептически относился к их методам вроде «вакуумных банок», которые сегодня широко используют звезды НБА для восстановления мышц .
Однако эта «борьба за сердца и умы» вызывала ярость у Вьетконга. Коммунисты решили положить конец успехам американцев и устроили засаду на единственной дороге, ведущей к одной из часто посещаемых деревень.
Трагедия произошла, когда новое командование решило лично взглянуть на работу медиков. Капитан Мошер, капитан Хэкли и первый сержант Гудман выехали на джипе без сопровождения и тяжелого вооружения. Вьетконговцы расстреляли машину из засады. Мошер и Гудман погибли мгновенно. Раненый Хэкли успел скатиться в кювет и попытался отстреливаться, но враги забросали его гранатами . Эти офицеры стали 64-м, 65-м и 66-м американцами, погибшими во Вьетнаме .
После окончания этого тура Маллинс вернулся в Форт-Брэгг. Чтобы избежать рутинных работ вроде стрижки газонов и сбора сосновых шишек, он добровольно отправился в лингвистическую школу в Монтерее, где изучал французский, а позже — испанский и русский языки. Также в этот период он прошел изнурительную школу рейнджеров в зимних условиях, что, по его словам, лишь добавило «нашивку на плечо», но не дало новых знаний сверх того, что он уже умел .
Операция Crazy Horse и бои в нагорье 1:24:33
В 1967 году Джон Ф. Маллинс (John F. Mullins) вернулся во Вьетнам уже в составе 3-й группы спецназа, действуя в интересах SOG и программы «Феникс» (о которой он упоминал ранее в беседе). Его базой стал лагерь Бентон в Центральном нагорье — стратегически важный район, через который проходили маршруты снабжения элитной северовьетнамской дивизии «Золотая звезда» .
Конфликт между армейским командованием и спецназом назрел, когда 1-я кавалерийская дивизия отрапортовала о полной «зачистке» территории. Несмотря на эти заявления, лагерь Маллинса продолжали обстреливать из минометов практически ежедневно. В ходе одной из разведывательных операций группа Маллинса захватила прицел от 120-мм миномета . Это было неопровержимым доказательством: оружие такого калибра использовалось только регулярными полками противника, а значит, в джунглях скрывались огромные силы.
Армейское руководство проигнорировало предупреждение спецназа. Офицеры «кавалерии» заявили, что это лишь остатки разбитых частей, и добавили: «Раз вы там так боитесь, мы пришлем роту проверить обстановку» . Результат был катастрофическим: рота попала в ловушку, потеряв большую часть личного состава и двух журналистов. Один из генералов, облетая место боя, бросил фразу: «Это самая безумная лошадь (Crazy Horse), на которой я когда-либо ездил» . Так операция получила свое название.
В итоге кавалерии пришлось признать правоту спецназа. Четыре группы Green Berets были брошены в джунгли, чтобы найти и зафиксировать позиции целого полка северовьетнамцев, прежде чем их попытаются уничтожить основными силами армии.
Штурм холма и метание гранат с горцами 1:30:18
Поиски привели группу Маллинса к заросшему «слоновьей травой» холму. Эта трава, достигающая 3–4 метров в высоту, была крайне опасной: она острая как бритва и при движении создает шум, который слышно за полмили . Пробираясь сквозь эти заросли, группа Маллинса буквально прокладывала тропу для врага.
Когда они вышли на открытый участок склона, их встретил плотный огонь. Вьетнамский командир группы закричал: «Buku VC!» (очень много вьетконговцев) . Оказавшись в «мертвой зоне», где отступление означало неминуемую смерть под огнем с высоты, Маллинс принял решение атаковать.
Спецназовцы начали штурм, используя тактику перебежек под прикрытием огня, которую Маллинс до автоматизма отрабатывал со своими бойцами из числа местных племен (montagnards). Бой шел на критически коротких дистанциях. Когда у Маллинса закончились гранаты, произошел эпизод, который он называет одновременно смешным и пугающим:
- Горцы, видя, что лейтенант кидает гранаты дальше, чем они, начали снабжать его своими боеприпасами .
- Противник находился так близко, что гранаты, брошенные обычным способом, успевали скатиться обратно по склону до взрыва.
- Маллинс начал «готовить» гранаты — выдергивал чеку, отпускал рычаг и выдерживал 1–2 секунды перед броском, чтобы взрыв происходил сразу при падении на позицию врага .
Горцы решили «помочь» командиру и облегчить ему работу. Они начали выдергивать чеку, отпускать рычаг и бросать уже активированную гранату самому Маллинсу в руки, чтобы он просто перенаправил её врагу . Маллинс вспоминает, как судорожно ловил эти тикающие снаряды, в ужасе приказывая бойцам прекратить такую «помощь».
Этот тур едва не закончился для него роковым образом. Во время патрулирования по поиску тайников с рисом Маллинс обычно шел вторым или третьим в колонне. Однако в тот день он ненадолго отошел в сторону, чтобы навести порядок во фланговом охранении, и вернулся в строй на шестую позицию. В этот момент прогремел взрыв дистанционно управляемой мины — вьетнамского аналога «Клеймора», сделанного из крышки бочки, взрывчатки C4 и кусков металлолома . Первые три человека погибли на месте. Маллинс, находившийся в радиусе поражения, выжил чудом, хотя был буквально изрешечен осколками .
🎖️ Ранения, лыжи и виртуальные войны: Жизнь после SOG 1:40:39
После тяжелого ранения, полученного в результате подрыва на дистанционной мине (о чем упоминалось ранее в разговоре), Джон Ф. Маллинс (John F. Mullins) оказался в госпитале. Джон вспоминает, что в тот момент ему было всего 22 года, и медсестра, которой было за тридцать, казалась ему глубокой старухой. Несмотря на то что он был накачан обезболивающими и просто радовался тому, что выжил, поведение медицинского персонала поначалу его озадачило: медсестры едва сдерживали смех, глядя на него.
Ироничная реабилитация и «Пикколо» 1:41:29
Правда открылась во время обхода. Врач сообщил Джону, что три поражающих элемента от мины прошли навылет через его пенис и застряли в бедре. Самый комичный и одновременно унизительный момент наступил вечером, когда старшая медсестра в сопровождении целой свиты помощниц эффектно откинула простыню Джона и воскликнула: «Девочки, вы когда-нибудь видели такой агрегат?». Из-за травмы орган распух в три раза, за что Маллинс тут же получил от медсестер прозвище «Жеребец».
Однако армейский юмор был куда беспощаднее. Несколько дней спустя сержант из подразделения Джона пришел навестить его с бутылкой виски. Глядя на перебинтованные ранения друга, он задал вопрос, который закрепил за Маллинсом прозвище на долгие годы: «Как ты из этого справляешь нужду? Играешь на нем, как на флейте-пикколо?». С тех пор позывной «Пикколо» преследовал его годами.
Вернувшись в лагерь, Джон столкнулся с еще одной нелепой ситуацией. Два его сержанта постоянно дрались, разрушая дисциплину. Проблема решилась случайно: один из них, выходя из уборной, зацепился пистолетом за дверь с пружиной. Произошел случайный выстрел, и пуля 45-го калибра пробила парню ягодицу. Маллинс, оказывая медицинскую помощь, пригрозил, что подаст документы на «Пурпурное сердце», чтобы вся армия узнала, как сержант получил ранение в задницу в туалете. В обмен на молчание драчун согласился на перевод в другую часть, что Джон называет верхом оперативной эффективности.
Немецкие Альпы: Лыжный марш на потеху публике 1:47:28
После окончания службы во Вьетнаме и прохождения продвинутых курсов пехоты, Джон Ф. Маллинс решил сменить обстановку. Он выучил русский язык в Монтерее и получил назначение в Бад-Тёльц, Германия, в 1-й батальон 10-й группы спецназа. Это было время Холодной войны, и спецназовцы готовились к заброске в тыл СССР для организации партизанского движения в случае начала конфликта.
Подготовка включала обязательное обучение ходьбе на лыжах — навык, который Маллинсу, только что покинувшему джунгли Юго-Восточной Азии, казался экзотическим. Оснащение было, мягко говоря, специфическим:
- Огромные белые лыжи со звездой, которые казались бесконечной длины и невероятной ширины.
- Крепления были настолько ненадежными, что нога могла коснуться земли раньше, чем лыжа вставала на кант.
- Вместо специальных лыжных ботинок использовались обычные рабочие ботинки Wolverine.
Кульминацией тренировок был ежегодный лыжный марш через горы. Маллинс со смехом вспоминает, что немцы каким-то образом всегда узнавали расписание американцев. К моменту, когда измотанные спецназовцы должны были спускаться с последнего склона к гостевому дому, все местные жители собирались внизу с пивом. Для них это было лучшим бесплатным шоу: американцы, не умеющие толком управлять своими «дровами», летели вниз, создавая регулярные «снежные взрывы» при падениях.
Колумбия: На защите судей и взрыв в Боготе 1:51:12
Прослужив в армии в общей сложности 22 года, Джон обнаружил, что его специфические навыки не слишком востребованы в корпоративной Америке. После работы в Саудовской Аравии по контракту с Национальной гвардией и получения степени MBA, он попал в программу ICITAP при Госдепартаменте. Его новой миссией стала Колумбия, где в разгаре была война с наркокартелями.
Задача Маллинса заключалась в защите судей, которых в то время убивали со скоростью один человек в неделю. Джон вспоминает, что главной проблемой была беспечность: например, судьи держали баллоны с пропаном прямо у забора, что позволяло террористам легко превратить их в мощную бомбу. Из-за разреженного воздуха на высоте 6000 футов (около 1800 метров) их бронированный Suburban с карбюраторным двигателем не мог разогнаться быстрее 30 км/ч, поэтому группе приходилось передвигаться на обычных такси, смешиваясь с толпой.
Самый страшный эпизод произошел у штаб-квартиры DAS (колумбийский аналог ФБР и ЦРУ). Маллинс проводил аудит безопасности здания и предупреждал руководство, что стеклянный фасад при взрыве превратится в тысячи смертоносных осколков. В день финальной встречи таксист, везший Джона, попал в пробку и начал петлять по дворам, за что Джон его нещадно ругал. В этот момент раздался оглушительный взрыв. Террористы подогнали к зданию школьный автобус, начиненный взрывчаткой. Взрыв был такой силы, что на месте образовалась воронка глубиной 10 метров, погибло более 80 человек. Опоздание из-за таксиста спасло Джону жизнь, и вместо совещания ему пришлось в буквальном смысле по щиколотку в крови оказывать медицинскую помощь выжившим.
От мемуаров до Soldier of Fortune 1:58:27
Литературный путь Джона начался еще в детстве, когда он писал «пикантные романы» для одноклассников в Оклахоме. Однако серьезно к перу он приложился только после службы. Импульсом послужил вид колышущейся на ветру травы в Оклахоме, которая напомнила ему «слоновью траву» Вьетнама (тема из Главы 4) и вызвала шквал воспоминаний.
При поддержке писателя Джима Морриса, ветерана «Зеленых беретов», первая книга Маллинса «Days of Fire» была опубликована в издательстве Pocket Books. С тех пор он написал 14 книг, в том числе серию о герое, который из-за конфликтов с армейским руководством становится наемником.
Особую известность Джон получил благодаря сотрудничеству с Activision. Разработчики игры Soldier of Fortune пригласили его в качестве технического консультанта. После нескольких сессий они спросили, могут ли они использовать его имя и внешность для главного героя. Маллинс согласился при условии достойной оплаты. «В итоге меня виртуально убили миллионы подростков по всему миру», — шутит Джон, вспоминая, как стал прототипом одного из самых известных героев шутеров начала 2000-х.
🎯 Реализм в тренировках и вечное наследие SOG 2:07:09
💥 Революция в огневой подготовке: изобретение хрупких пуль 2:07:09
После завершения активной службы в специальных подразделениях Джон Ф. Маллинс (John F. Mullins) нашел применение своему колоссальному опыту в оборонной индустрии, занявшись разработкой инновационного оружия и боеприпасов. Около 25 лет назад он совершил настоящий прорыв в сфере тактической подготовки, изобретя хрупкие пули (frangible ammunition). Этот тип боеприпасов кардинально отличается от классических свинцовых патронов и создавался специально для того, чтобы сделать огневые тренировки в закрытых помещениях максимально реалистичными и безопасными как для инструкторов, так и для бойцов.
Основная технологическая особенность хрупких пуль заключается в их поведении при встрече с препятствием:
-
При ударе о любую твердую поверхность пуля мгновенно дезинтегрируется, превращаясь в порошок.
-
Полностью устраняется риск опасных рикошетов и разлета осколков (splashback) в замкнутых пространствах.
-
Появляется возможность проводить огневую подготовку в формате «лицом к лицу» на экстремально близких дистанциях.
Чтобы наглядно продемонстрировать безопасность своего изобретения, Маллинс на презентациях производит выстрел, удерживая дульный срез пистолета всего в двух дюймах (около пяти сантиметров) от стальной мишени. Попытка повторить подобное с обычным армейским или полицейским патроном привела бы к гарантированному тяжелому ранению стрелка рикошетом — с последствиями подобных инцидентов Джону уже приходилось сталкиваться лично во время службы во Вьетнаме.
Практическая польза таких боеприпасов для правоохранительных органов колоссальна. В условиях реального штурма или огневого контакта в городском массиве промах сотрудника полиции может стать фатальным для гражданских лиц. Обычная пуля способна пробить стену насквозь и убить случайного человека в соседней комнате, тогда как хрупкий боеприпас при попадании в стену просто разрушается, не нанося вреда конструкции и людям за ней.
Маллинс убежден, что полноценная подготовка штурмовых групп не может быть эффективной без использования боевых патронов: пока боец не научится входить в дверной проем с осознанием того, что за ним находится живой противник, готовый открыть огонь, все тренировки остаются лишь «аркадной игрой». Для обкатки своей технологии Джон развернул производственную линию на территории бывшей базы стратегических бомбардировщиков B-52. Он приспособил старое двухэтажное бетонное хранилище авиабомб с внутренними лестничными пролетами под идеальный симуляционный комплекс для зачистки комнат. Установив внутри стальные мишени, бойцы могли вести огонь в любом направлении, четко фиксируя попадания и не опасаясь рикошетов. Такая реалистичность подготовки критически необходима современным полицейским, которые регулярно сталкиваются с растущей агрессией на улицах.
После завершения работы над этим проектом Маллинс также успел послужить под прикрытием в интересах американских спецслужб, застав события 9/11 в Македонии и успев поработать в Афганистане вместе с другой легендой «зеленых беретов» — Билли Во (Billy Waugh). Ранее в разговоре собеседники также вскользь упоминали его успешную литературную карьеру и создание вымышленного оперативника Джеймса Кармайкла. Завершая официальную часть интервью, ветеран с присущим ему черным юмором отметил, что его главная жизненная цель на сегодня — «прожить достаточно долго, чтобы взбесить еще не родившиеся поколения».
⚔️ Наследие SOG: разбор полетов и сохранение исторической правды 2:14:01
После того как Джон Ф. Маллинс покинул студию, ведущий подкаста и технический эксперт — ветеран 101-й воздушно-десантной дивизии Чед (Chad) — провели традиционный финальный анализ услышанного. Чед не скрывал своего восхищения масштабом личности гостя, признавшись, что почерпнул много новой и уникальной информации. В частности, он выделил оперативные детали работы секретной программы «Феникс» и ее штурмовых отрядов PRU, методология которых подробно разбиралась в более ранних разделах интервью.
Главная ценность воспоминаний Маллинса заключается в возможности очистить историю войны в Юго-Восточной Азии от накопившихся мифов и откровенной лжи. По признанию участников дискуссии, большая часть доступной литературы о MACV-SOG либо поверхностна, либо в корне неверна. Джон прямо и бескомпромиссно восстанавливает истину, жестко дистанцируясь от ангажированных журналистов, к которым у гостя осталось стойкое неприятие со времен трагической гибели репортеров в зоне боевых действий.
Чед подчеркнул, что несмотря на абсолютную уникальность боевого пути каждого ветерана SOG, всех их объединяет одна фундаментальная черта — исключительное качество человеческой породы. Эти солдаты никогда не романтизировали войну и не строили из себя искателей приключений. Находясь в самом пекле, они просто хладнокровно делали то, что требовалось для выполнения боевой задачи. Профессиональное кредо Маллинса идеально описывает этот подход: война была его тяжелой работой, но никогда не становилась смыслом всей его жизни.
Отдельного упоминания удостоился подвиг военных медиков спецназа, чья стойкость в условиях массового триажа при фатальных ранениях поражает даже бывалых десантников. Чед напомнил, как иронично сложилась судьба Джона, который изначально обучался на связиста, но в итоге нашел свое истинное призвание в медицине и изучении иностранных языков.
В финале выпуска авторы подкаста привели трагическую статистику: на сегодняшний день 1583 американских военнослужащих до сих пор официально числятся пропавшими без вести в ходе Вьетнамской войны, и шансы на их репатриацию тают с каждым годом. Именно поэтому сохранение правды об их подвигах через доступные аудио- и видеоплатформы остается главным приоритетом для создателей проекта.
