Известный инвестор Кремниевой долины и сооснователь успешных технологических платформ Кевин Хартц стал гостем подкаста Гарри Стеббингса 20VC. В ходе глубокого аналитического разговора собеседники разобрали скрытые механизмы венчурного рынка, причины упущенных многомиллиардных сделок и специфику работы с уникальными талантами. Главным лейтмотивом встречи стало обсуждение глобальных экономических циклов — от уроков кризисов прошлых десятилетий до зарождения масштабного финансового пузыря в сфере искусственного интеллекта.
🌟 Экосистема Кремниевой долины и уроки великих менторов 0:36
Становление Кевина Хартца как инвестора и предпринимателя происходило во время первой волны интернет-бума в Кремниевой долине. По воспоминаниям Хартца, его ранние карьерные ориентиры формировались под влиянием отца-адвоката, партнерство в юридической фирме которого казалось молодому выпускнику Стэнфорда труднодостижимой вершиной успеха. Однако главным стимулом для интеграции в технологический сектор для него стали не финансовые амбиции, а постоянное стремление к непрерывному обучению и поиску интеллектуально стимулирующей среды. Инвестор отмечает, что современное понятие «Кремниевой долины» давно вышло за рамки конкретной географической локации, превратившись в распределенную глобальную экосистему.
Особое место в формировании профессионального мировоззрения Хартца заняли три знаковые фигуры венчурного рынка, с которыми ему довелось тесно сотрудничать на ранних этапах:
- Питер Тиль — сооснователь PayPal и Founders Fund. Хартц характеризует его как мыслителя с уникальной ментальной оптикой, способного раскладывать сложные явления на составляющие и видеть скрытые паттерны там, где остальные видят лишь хаос.
- Рулоф Бота — управляющий партнер фонда Sequoia Capital. По словам гостя подкаста, Бота олицетворяет собой абсолютное хладнокровие и взвешенность суждений. Хартц подчеркивает, что в периоды жесточайших турбулентностей на рынке Бота неизменно остается непоколебимым и, как однажды выразился Джефф Безос, «оказывается прав в большинстве случаев».
- Пьер Ламонд — легендарный инвестор и оператор французского происхождения. Ламонд привил Хартцу бескомпромиссное отношение к качеству корпоративного управления и формированию топ-менеджмента.
В качестве иллюстрации радикального подхода Пьера Ламонда к кадровой политике Хартц приводит случай из периода совместной работы над стартапом Xoom, в который инвестировал фонд Sequoia Capital. На первой же индивидуальной встрече Ламонд заставил Хартца составить на доске список из семи его прямых подчиненных и ранжировать их по эффективности от лучшего к худшему. После этого Ламонд молча подошел к доске, вычеркнул имя седьмого сотрудника и жестко приказал немедленно его уволить. По мнению Хартца, этот жест послужил суровым, но крайне эффективным уроком: в высококонкурентной организации нет места компромиссам, а общая планка стандартов должна оставаться на недосягаемой высоте.
💰 Закон Бойля в венчурном капитале и парадокс избыточных денег 10:04
Одной из ключевых системных проблем современной венчурной индустрии собеседники называют колоссальный переизбыток ликвидности на ранних стадиях развития компаний. Гарри Стеббингс выразил серьезную обеспокоенность тем, что избыточные финансовые вливания на этапе посевных инвестиций (seed) зачастую разрушают потенциально сильные бизнес-модели, лишая основателей базовой дисциплины. Кевин Хартц полностью согласился с этим тезисом, предложив оригинальную экономическую интерпретацию, основанную на физических законах. По его оценке, к венчурному рынку применим условный «закон Бойля для капитала»: объем финансовых трат компании расширяется пропорционально размеру ее банковского счета.
Хартц утверждает, что если стартап привлекает в сид-раунде $1 млн, он расходует его максимально эффективно и достигает плановых операционных показателей. Если же та же команда получает $5 млн или $10 млн, она тратит всю сумму с той же скоростью, но приходит ровно к тем же самым результатам. В результате избыток денег размывает жесткую дисциплину, заставляя основателей терять фокус и контроль над эффективностью каждого цента. При этом Хартц констатирует, что рынок перенасыщен капиталом, но испытывает острый дефицит качественной практической поддержки и стратегического надзора со стороны инвесторов.
Рассматривая подходы к корпоративному управлению, Хартц выделяет две противоположные венчурные философии:
- Модель Sequoia Capital и Рулофа Бота — предполагает глубокую интеграцию инвестора в процессы стартапа, включая помощь в рекрутинге, маркетинге и выстраивании go-to-market стратегий.
- Модель Founders Fund и Питера Тиля — базируется на убеждении, что гениальным основателям калибра Илона Маска или Марка Цукерберга нужны исключительно деньги, а любое внешнее операционное вмешательство лишь мешает их автономии.
Сам Кевин Хартц явно склоняется к методологии Sequoia Capital. Он аргументирует это тем, что квалифицированный совет директоров и экспертная оценка со стороны опытных партнеров позволяют стартапу срезать углы и избегать фатальных ошибок, которые неизбежно совершают первопроходцы.
🏠 Стратегия пожизненного удержания активов и кейс Airbnb 16:50
История участия Кевина Хартца в сид-раунде Airbnb является классическим примером поиска неочевидных рыночных ниш. Инвестор вспоминает, что на момент зарождения стартапа идея о том, что люди будут массово пускать незнакомцев в свои дома, казалась большинству венчурных фондов абсурдной. Хартц сформулировал собственный инвестиционный тезис: он рассмотрел Airbnb как модель «распределенного хранения», но не для цифровых данных или медиафайлов, а для людей. По его мнению, создание децентрализованной сети временного жилья по всей планете изначально превосходило традиционную капиталоемкую отельную индустрию по эффективности и гибкости.
Первоначальный раунд финансирования Airbnb сопровождался жестким тактическим противостоянием. Хартц совместно со своими партнерами по ангельским синдикатам Китом Рабоа и Джаведом Каримом (сооснователем YouTube) сделал основателям компании Брайану Чески и Джо Геббиа официальное предложение, подкрепив его так называемым «взрывающимся терм-шитом» (exploding term sheet) с жестко ограниченным сроком действия. Эта практика вызвала резкое недовольство со стороны главы инкубатора Y Combinator Пола Грэма, который в частном порядке жестко раскритиковал инвесторов за попытку заблокировать основателей и лишить их возможности изучить рынок. Несмотря на то, что фонд Sequoia Capital в итоге перехватил лидерство в раунде, Хартцу и его партнерам удалось войти в сделку. В дальнейшем они также нарастили долю в раунде Series A, который возглавил Рид Хоффман.
Обсуждая долгосрочное управление долями, Хартц сформулировал жесткую позицию относительно фиксации прибыли:
- Гарри Стеббингс признался, что его главными ошибками последних лет стал отказ от своевременной продажи долей в Be Real, Hopin и Clubhouse на пике их популярности.
- Кевин Хартц, напротив, декларирует стратегию «пожизненного удержания» акций (holding for life). По его убеждению, венчурный бизнес полностью подчиняется степенному закону (power law), согласно которому редкие супер-победители портфеля демонстрируют настолько колоссальный рост, что масштабы их капитализации полностью нивелируют любые потери от списания остальных активов в ноль.
В качестве примера Хартц приводит OpenSea, где он выступал сид-инвестором. Во время криптобума 2021–2022 годов оценка маркетплейса достигала $13,5 млрд. Несмотря на наличие высокого спроса и ликвидности на вторичном рынке, инвестор сознательно отказался продавать даже часть своей доли, рассчитывая на дальнейший экспоненциальный рост объема транзакций (GMV). Хартц проводит параллель с ранними инвестициями Microsoft в Facebook по оценке в $10 млрд и считает, что нахождение в статусе долгосрочного акционера в фундаментальных ИТ-платформах всегда выгоднее краткосрочной фиксации прибыли.
🛠 Стратегия фонда A Star и новая конкуренция на рынке ранних стадий 22:55
Три года назад Кевин Хартц перешел от ангельских инвестиций к институциональному венчурному капиталу, запустив компанию A Star. На текущий момент под управлением структуры находится $600 млн, а ее второй фонд объемом $300 млн находится в активной фазе развертывания. Стратегия A Star базируется на «подходе штанги» (barbell approach): около 70% капитала распределяется между стадиями pre-seed и seed, а оставшиеся 30% резервируются под выборочное участие в раундах Series B, полностью минуя стадию Series A. Одним из знаковых примеров реализации этой стратегии стало недавнее инвестирование $10–20 млн в раунд Series B компании Warp, развивающей сервисы для креативной экономики.
Хартц скептически относится к стандартному макроэкономическому планированию и скрупулезному анализу совокупного адресуемого рынка (TAM). По его мнению, чрезмерное увлечение расчетами TAM на ранних стадиях переоценено. Инвестор руководствуется тезисом о том, что выдающиеся команды всегда находят способ совершить качественный рывок и катапультировать стартап из узкой ниши в принципиально более масштабные смежные рынки.
Хартц и Стеббингс сошлись во мнении, что современный рынок посевных инвестиций стал беспрецедентно агрессивным и жестким. Рост конкуренции обусловлен тремя факторами:
- Экспансией многостадийных фондов, начавших активно заходить на территорию ранних раундов.
- Появлением новой волны авторитетных инвесторов-операторов, таких как братья Коллисоны (Stripe), Дилан Филд (Figma) и Даниэль Гросс.
- Аномально высокими ценовыми параметрами сделок — средняя оценка для качественных команд на выходе из инкубаторов зафиксировалась на уровне «5 на 25» (инвестиции $5 млн при оценке $25 млн pre-money).
🔄 Инкубация «ретро-хитов» и аллокация времени инвестора 42:25
Анализируя свои неудачи, Кевин Хартц вспоминает инвестиции в стартап Tokbox, развивавший технологии потокового видео задолго до появления FaceTime. Несмотря на участие Рулофа Боты и привлечение в совет директоров Тони Бейтса (экс-главы Skype), компания столкнулась со сложнейшими проблемами масштабирования и отсутствием явного соответствия продукта рынку (product-market fit). Стартап удалось спасти от полного банкротства за счет продажи телекоммуникационному гиганту Telefonica за $70 млн, что обеспечило инвесторам скромный двукратный возврат на вложенный капитал, однако Хартц считает этот опыт крайне болезненным и не стоившим затраченных усилий.
Этот кейс, наряду с трагической судьбой некогда сверхпопулярного проекта HQ Trivia, натолкнул Хартца и Стеббингса на идею создания специализированного бизнес-инкубатора для перезапуска исторических технологических хитов. По оценке собеседников, в условиях жесткой борьбы за внимание пользователей реанимация ностальгических брендов с понятным продуктовым соответствием может быть высокоэффективной. В рамках этой концепции Хартц выразил готовность проинвестировать $10 млн, а Стеббингс обязался софинансировать аналогичную сумму для выкупа и модернизации таких платформ, как penny-аукцион Madbid или Be Real, потенциал которого, по мнению Стеббингса, был упущен из-за недостаточного фокуса на видеоформате.
Говоря об управлении портфелем, Хартц отвергает тезис известного инвестора Фреда Уилсона о том, что партнер должен тратить большую часть времени на проблемные компании ради сохранения репутации. Хартц убежден, что фокус инвестора должен быть жестко смещен в сторону растущих компаний-победителей портфеля, поскольку именно они формируют итоговую доходность фонда. В то же время он занимает бескомпромиссную позицию в отношении основателей, которые превращают стартапы в комфортный инструмент поддержания личного стиля жизни (lifestyle business) за счет средств внешних инвесторов. В подобных случаях Хартц считает оправданным требование о возврате неиспользованного капитала вкладчикам.
🧠 Ментальное здоровье в ИТ-индустрии и упущенные возможности 51:22
Венчурная карьера Кевина Хартца содержит ряд крупных «ошибок бездействия» (sins of omission). Инвестор признает, что из-за психологического выгорания на посту генерального директора Xoom он в свое время проигнорировал презентацию концепции YouTube от Чада Харли, посчитав идею онлайн-видео бесперспективной. Еще одной стратегической ошибкой Хартц называет отказ от предложения Питера Тиля войти в состав сооснователей Palantir на этапе зарождения проекта. Тогда Тиль предложил использовать алгоритмы выявления мошенничества PayPal для борьбы с террористическими угрозами, но Хартц, будучи убежденным либертарианцем, раскритиковал проект за потенциальное вмешательство в частную жизнь, о чем впоследствии неоднократно сожалел.
Во второй половине подкаста дискуссия перешла в плоскость обсуждения личных кризисов и системных проблем ментального здоровья. Кевин Хартц впервые публично рассказал о тяжелой болезни своей 16-летней дочери, у которой было диагностировано тяжелое расстройство пищевого поведения (анорексия), усугубленное синдромом избыточного бактериального роста (SIBO) и колоссальным давлением со стороны социальных сетей и балетной школы. Девочка трижды оказывалась в критическом состоянии в госпитале и была вынуждена оставить очное обучение в школе. Гарри Стеббингс в ответ поделился собственной историей борьбы с булимией в подростковом возрасте и рассказал об алкоголизме своей матери.
Собеседники констатировали, что современные методы лечения психических и неврологических расстройств остаются крайне неэффективными и зачастую варварскими. Кевин Хартц сформулировал масштабный тезис:
«По мере того как человечество успешно побеждает онкологические и сердечно-сосудистые заболевания, именно неврологические недуги — болезнь Альцгеймера, деменция с тельцами Леви, биполярное расстройство и тяжелые аддикции — становятся главным вызовом нашего времени. Обществу необходима полномасштабная государственная программа борьбы с ментальными заболеваниями, аналогичная „войне с раком", объявленной Ричардом Никсоном в 1970-х годах».
⚡ Блиц-опрос: ИИ-пузырь, VY Capital и советы начинающим ангелам 1:04:14
Завершая беседу, спикеры провели серию блиц-вопросов, зафиксировав позиции Хартца по ключевым трендам индустрии:
- Оборонные технологии (Defense Tech): Хартц признал, что за последние 12 месяцев кардинально изменил свое мнение в пользу этого сектора. По его оценке, стремительный взлет Palantir и Anduril продемонстрировал критическую неготовность США к новым глобальным геополитическим вызовам и создал колоссальный рынок для военных стартапов.
- Эталон в венчуре: Наибольшим уважением Хартца пользуется фонд VY Capital (основанный Александром Тамасом и Джоном Хэррингом). Инвестор выделяет их феноменальное терпение, мудрость и абсолютную сфокусированность на максимизации сверхприбылей от мега-исходов.
- Рекомендации для бизнес-ангелов: Хартц советует начинающим инвесторам сразу жестко ограничить сумму капитала, которую они готовы безвозвратно потерять, и придерживаться фиксированного размера чека (например, $50 тысяч) в каждой сделке, не пытаясь играть в ложную аналитику уровней уверенности. Он сослался на тезис Винода Хослы о том, что инвестор должен «сжечь» не менее $40 млн в венчуре, прежде чем начнет обладать реальным распознаванием паттернов.
- Оценка рынка ИИ: По мнению Хартца, выход Nvidia на позиции самой дорогой корпорации мира — это лишь предвестник «пузыря всех пузырей» в сфере искусственного интеллекта. Несмотря на неминуемую волну рыночного безрассудства, инвестор убежден, что стадия формирования базовых технологических платформ (таких как архитектура Transformer и ChatGPT) открывает беспрецедентные возможности для создания прикладных приложений. Хартц прогнозирует, что доходность венчурных фондов в текущем цикле будет значительно выше показателей кризисного периода 2021–2022 годов.
В качестве финального резюме Кевин Хартц отметил, что самым важным и табуированным вопросом, который никогда не задают венчурным лидерам, является вопрос об их собственных ментальных расстройствах, будь то депрессия, тревожность или зависимости, поскольку честность в этой сфере помогла бы сделать индустрию более гуманной.
