«В современной Америке осталось всего две работы: ты либо кам-гёрл, либо профессиональный разжигатель расовой войны», — утверждает Тим Диллон, фиксируя смерть искренней дискуссии под давлением алгоритмов и цензуры. Пока стоимость одной единицы социального жилья в Лос-Анджелесе взлетает до 740 тысяч долларов, юмор превращается из развлечения в опасное признание, за которое судят как за официальный аффидавит.
😷 Пандемия, пропаганда и цифровая клетка 0:00
Последствия локдаунов и свобода выбора 0:50
Разговор начинается с обсуждения текущего положения дел в США на фоне пандемии. Тим Диллон, недавно вернувшийся к выступлениям, отмечает, что комедийные клубы во многих штатах снова заполняются, несмотря на попытки соблюдать социальную дистанцию. Джо Роган подчеркивает, что вопрос вируса стал чрезмерно политизированным . По его мнению, хотя количество выявляемых случаев растет, смертность значительно снизилась, так как медицина научилась эффективнее лечить болезнь, а люди стали больше заботиться о своем иммунитете, принимая витамины D, C и цинк .
Собеседники критикуют жесткие ограничения, указывая на примеры разных штатов. Пока Флорида полностью открывается, позволяя проводить даже концерты на аренах , Калифорния остается в состоянии глубокой заморозки. Тим Диллон приводит цитату экономиста Томаса Соуэлла: «Нет решений, есть только компромиссы» . В данном случае ценой локдаунов стали не только разрушенные жизни и банкротства, но и резкий всплеск социальных проблем:
- Уровень самоубийств значительно вырос из-за финансовой безысходности .
- Зафиксирован рост случаев домашнего насилия и жестокого обращения с детьми под давлением стресса .
- Экономическая катастрофа затронула людей, которые не совершили никаких ошибок, но лишились средств к существованию .
Джо Роган выражает недовольство «культурой шейминга», когда обеспеченные знаменитости стыдят обычных рабочих за желание вернуться к делам . Он настаивает на праве человека на риск: если взрослый гражданин готов рисковать здоровьем ради заработка, это его выбор, сопоставимый с прыжками с парашютом или употреблением алкоголя . Главное — проявлять осторожность в отношении групп риска, например пожилых родственников, но не парализовать общество целиком.
Влияние соцсетей и цифровая зависимость 7:54
Обсуждая расширение полномочий правительства, которое редко возвращает полученную в кризис власть (по аналогии с периодом после 9/11), собеседники переходят к теме технологического контроля. Тим Диллон настоятельно рекомендует к просмотру документальный фильм «Социальная дилемма» . Он отмечает, что для обычного человека, поглощенного работой, механизмы манипуляции в сети остаются незаметными, в то время как алгоритмы специально настроены на разжигание вражды и распространение негатива, так как это лучше удерживает внимание .
В качестве противоядия Диллон предлагает периодический цифровой детокс. Он вспоминает свой опыт охоты в лесах Юты, где отсутствие связи в течение трех дней принесло чувство необычайной ясности и радости . Роган соглашается, добавляя, что зависимость от дофамина, получаемого через лайки и комментарии, превращает пользователей в «наркоманов» .
В качестве радикального решения обсуждается «Light Phone» — минималистичное устройство с черно-белым экраном, которое поддерживает только звонки, текстовые сообщения и простейшие функции вроде будильника или подкастов . Это гаджет для тех, кто осознал свою неспособность контролировать время, проводимое в смартфоне. Джо отмечает, что даже интеллектуалы, такие как Сэм Харрис, признаются: удаление Twitter делает их бесконечно счастливее, так как избавляет от необходимости вступать в бесконечные споры с анонимными критиками .
Пропаганда спецслужб в Голливуде 11:57
Тим и Джо затрагивают теорию о том, что спецслужбы (в частности, ЦРУ) имеют огромное влияние на индустрию развлечений. Диллон уверен, что киноиндустрия используется для формирования нужного общественного мнения и оправдания государственной политики . В качестве примера приводится фильм «Цель номер один» (Zero Dark Thirty), который, по мнению комиков, служил инструментом легитимизации методов пыток и определенных операций НСА через массовую культуру .
Джо Роган иронизирует над слухами о том, что спецслужбы якобы контролируют и подкастеров. Он вспоминает, как зрители всерьез обсуждали теорию, будто комик Уитни Каммингс является его «куратором от ЦРУ» и запрещает обсуждать острые политические темы . Тем не менее, Роган признает, что его гость Майк Бейкер, бывший оперативный сотрудник ЦРУ, действительно вызывает у публики подозрения в «мягкой пропаганде», хотя их личное общение вне эфира касается исключительно рыбалки и бытовых тем .
Кризис любознательности и культура отмены 14:14
Тим Диллон сетует на то, что современная эпоха стала временем «смерти любознательности» . Раньше люди могли слушать радикальных радиоведущих вроде Боба Гранта или Раша Лимбо ради интереса к чужому мнению и чистого развлечения, не требуя их немедленного запрета . Сегодня же господствует «культура подлавливания» (gotcha culture), где любое слово, вырванное из контекста многочасового подкаста, может быть использовано для уничтожения репутации .
Диллон подчеркивает абсурдность ситуации:
- Комедия всегда строилась на произнесении вещей, которые говорить не положено .
- Публика перестала отличать «размышления вслух» и шутки от официальных заявлений под присягой .
- Социальные сети и политическая поляризация (особенно в эпоху Трампа) заставляют людей требовать от окружающих полной конформности и соблюдения «партийной линии» .
Джо Роган добавляет, что социальные сети лишили нас человеческого фактора в общении. В интернете люди пишут гадости, которые никогда не посмели бы сказать в лицо . Личный контакт предполагает регистрацию эмоций собеседника, что сдерживает агрессию, в то время как цифровой барьер превращает любую дискуссию в ожесточенную войну за лайки, в которой больше всего выигрывают 16-летние тиктокеры, танцующие под музыку и зарабатывающие миллионы на полном отсутствии серьезности .
🕵️♂️ Политический шантаж и предвыборные махинации 25:10
Разговор Джо Рогана и Тима Диллона неизбежно сворачивает в сторону «цифрового безумия» и того, как социальные сети — тему которых они подробно разбирали ранее — искажают восприятие реальности. Тим отмечает, что современная среда превратилась в «чистилище», где даже бывшие наркодилеры внезапно становятся активистами движения QAnon, призывая «спасать детей» . Однако за фасадом безумных теорий заговора скрываются пугающие факты, которые мейнстримные медиа зачастую предпочитают игнорировать.
Траффикинг как инструмент влияния: Тень Джеффри Эпштейна 29:31
Тим Диллон подчеркивает парадокс: хотя многие сторонники теорий заговора выглядят безумцами, их базовая посылка о существовании сетей торговли людьми верна. В качестве примера приводится реальная операция «Safety Net» в Огайо, в ходе которой маршалы США спасли 25 пропавших детей . Проблема траффикинга — это не фантазия, а масштабная индустрия, которая находит лазейки в системе опеки и детских домах .
Самым мрачным аспектом этой темы остается использование преступлений против детей как инструмента политического контроля. Диллон и Роган обсуждают фигуру Джеффри Эпштейна не просто как сексуального преступника, а как оперативника, чья деятельность, вероятно, курировалась спецслужбами.
- Шантаж как метод: Смысл существования подобных сетей в высших эшелонах — получение рычагов давления (leverage) на влиятельных лиц .
- Исторические прецеденты: Упоминается «скандал Франклина» в Омахе, Небраска, где сеть педофилов обслуживала интересы богатых и власть имущих .
- Роль спецслужб: Тим предполагает, что элементы ЦРУ могли допускать подобные ужасы, чтобы собирать компромат на политиков и бизнесменов .
Роган соглашается, что для людей с «садистскими наклонностями» создается рынок, а для тех, кто ищет власти, — идеальный механизм управления через страх разоблачения .
Project Veritas и культура политического спектакля 34:42
Переходя к современным методам политической борьбы, собеседники анализируют деятельность Джеймса О’Кифа и его организации Project Veritas. Обсуждение концентрируется на расследовании против Ильхан Омар, касающемся сбора (harvesting) избирательных бюллетеней в Миннесоте .
Тим Диллон признает, что методы О’Кифа часто напоминают «трюкачество» и напоминают смесь пранк-шоу с политическим разоблачением . Однако он подчеркивает, что в нынешнем медийном климате, где за внимание приходится бороться с самим Дональдом Трампом, «трезвый и рациональный подход» просто не работает . Чтобы тебя услышали, ты обязан устраивать шоу.
В ходе дискуссии всплывают важные факты, подтвержденные расследованиями О’Кифа:
- Цензура в IT-гигантах: Видеозаписи, где сотрудники Twitter открыто обсуждают механизмы «теневого бана» (shadow banning) и блокировку консервативных голосов .
- Манипуляции с голосами: Обсуждение законности сбора бюллетеней, когда активисты собирают конверты у граждан, что в некоторых штатах ограничено или запрещено .
Роган отмечает, что если подобные разоблачения окажутся ложными, авторы должны нести суровое наказание за манипуляцию общественным мнением . Тем не менее, сам факт того, что сотрудники техгигантов ведут себя как политические активисты, больше не вызывает сомнений .
Крах Берни Сандерса и «грязные игры» Демпартии 43:30
Финальная часть этого сегмента посвящена предвыборной гонке 2020 года и тому, почему системный истеблишмент США оказался сильнее народных движений. Джо Роган, ранее выражавший симпатию Берни Сандерсу, с горечью констатирует, что Национальный комитет Демократической партии (DNC) уже дважды «подставил» сенатора от Вермонта .
Основные причины поражения Сандерса, по мнению Рогана и Диллона:
- Излишняя мягкость: В то время как Трамп буквально «сжег» республиканский истеблишмент, высмеивая Джеба Буша и Джона Маккейна , Сандерс продолжал называть своих оппонентов в Демпартии «коллегами» и проявлять к ним уважение .
- Слаженная атака: Момент, когда Пит Буттиджич, Эми Клобушар и Элизабет Уоррен синхронно выбыли из гонки, чтобы консолидировать голоса вокруг Джо Байдена, называют «грязной игрой» DNC .
Тим иронизирует, что Сандерсу следовало бы поучиться у Трампа и использовать «тактику выжженной земли». Вместо этого Сандерс остался «хорошим парнем», который теперь просто уедет в Вермонт писать книгу, которую никто не купит .
Разговор плавно переходит к фигуре самого Байдена, а точнее — к скандалам вокруг его сына Хантера. Упоминаются сообщения о транзакциях в 3,5 миллиона долларов от российской бизнесвумен и работа Хантера в украинской компании Burisma . Роган и Диллон сходятся во мнении, что в политике обе стороны погрязли в коррупции, но масштаб этой коррупции часто игнорируется СМИ, если он не вписывается в нужный нарратив .
📺 Индустрия гнева: СМИ как развлекательный контент 50:43
В современном медиапространстве грань между объективной журналистикой и чистым шоу окончательно стерлась. Джо Роган и Тим Диллон начинают обсуждение с парадоксальной защиты, которую юристы Fox News использовали в суде: они утверждали, что ни один «разумный зритель» не должен воспринимать слова Такера Карлсона как чистые факты, поскольку его шоу — это, по сути, развлекательный формат, близкий к пародии . Это признание ставит телеканалы в один ряд с рестлингом, где за внешней борьбой скрывается заранее прописанный сценарий для удержания рейтингов .
Тим Диллон отмечает, что эта стратегия характерна для всех крупных игроков. Пока Fox News уходит в «развлечение», CNN сталкивается с этическими проколами своих главных звезд. В центре внимания — Крис Куомо, которого обвиняют в театральности и лицемерии. Всплыли записи, на которых Куомо инструктирует Майкла Коэна, как именно тот должен отвечать в интервью, чтобы это выгодно смотрелось в эфире . Роган подчеркивает абсурдность ситуации: пока один брат (Эндрю Куомо) занимает пост губернатора, второй «освещает» его деятельность в новостях, превращая семейную лояльность в редакционную политику.
Символом этой «постановочной» реальности стали два инцидента с Крисом Куомо:
- Фальшивый выход из подвала после карантина, который Роган называет «домашним видео», а не новостями .
- Фотография с 100-фунтовой гантелей, вызвавшая шквал критики со стороны бодибилдеров, заподозривших использование фальшивых весов из-за странного угла удержания .
Джо Роган, сам опытный атлет, защищает физическую возможность такого жима, но признает: когда новости превращаются в обсуждение веса гантелей ведущего, это сигнализирует о глубоком кризисе индустрии . Тим Диллон резюмирует, что Такер Карлсон, при всей своей спорности, выглядит более профессионально, так как не скрывает своей позиции, в то время как CNN продолжает имитировать объективность, будучи полностью ангажированными .
🚫 Скандал в Spotify: Эбигейл Шрайер и границы допустимого 1:02:16
Одной из самых острых тем главы становится обсуждение внутренней цензуры в Spotify. После того как Джо Роган пригласил в подкаст Эбигейл Шрайер, автора книги «Необратимый урон», сотрудники компании якобы выразили протест, требуя редактирования или удаления эпизода. Роган прямо заявляет: руководство Spotify ни разу не обращалось к нему с требованиями цензуры, и все слухи о давлении остаются на уровне кулуарных обсуждений сотрудников .
Суть конфликта заключается в обсуждении трансгендерного перехода среди подростков. Шрайер утверждает, что наблюдается феномен «социального заражения» (social contagion), когда группы психологически уязвимых детей, часто с аутизмом или социальными трудностями, решаются на переход под влиянием сверстников и интернет-трендов . Роган защищает право на обсуждение этой темы:
- Отсутствие нюансов: Публичная дискуссия превратилась в бинарную систему, где любое сомнение в целесообразности гормональной терапии для детей клеймится как «трансфобия» .
- Реальность сожаления: Существуют люди, которые искренне сожалеют о переходе и сталкиваются с необратимыми физическими последствиями, и их истории нельзя игнорировать ради политической повестки .
- Свобода слова vs Корпоративная культура: Роган иронизирует над «прогрессивными» сотрудниками Spotify, напоминая, что на их же платформе размещены тексты рэп-исполнителей, которые по уровню агрессии и неполиткорректности в разы превосходят любые дискуссии в подкасте .
Тим Диллон добавляет, что современная левая идеология переняла методы цензуры, которые в 90-е годы использовали правые религиозные консерваторы (вспоминая Типпер Гор и скандалы вокруг выставки «Piss Christ») . Если раньше верующие пытались запретить «оскорбительное» искусство, то сегодня «прогрессивная» молодежь пытается закрыть рты тем, кто отходит от новой ортодоксии. Роган подчеркивает, что он не против транс-сообщества, но настаивает на праве обсуждать научные и психологические аспекты вопроса без страха увольнения .
⚖️ Верховный суд и будущее Роу против Уэйда 1:10:14
Разговор неизбежно переходит к политике и номинации Эми Кони Барретт в Верховный суд США. Тим Диллон и Джо Роган обсуждают личность Барретт, отмечая её глубокую католическую веру и наличие семерых детей, двое из которых были усыновлены на Гаити . Роган называет нападки на её семью и попытки представить её «расисткой» из-за усыновления темнокожих детей «гротескными» и «отвратительными» .
Основной страх либеральной общественности — возможная отмена прецедента «Роу против Уэйда», гарантирующего право на аборт на федеральном уровне. Роган занимает четкую прочойс-позицию, но вносит важные уточнения:
- Вопрос сроков: Он поддерживает право женщины на выбор, но считает «безумием» аборты на поздних сроках (8-9 месяцев), когда ребенок уже жизнеспособен .
- Права штатов: Обсуждается сценарий, при котором решение вопроса вернется на уровень штатов. Это создаст ситуацию, в которой бедная 18-летняя девушка в консервативном штате может оказаться в ловушке без возможности выехать в другой регион для проведения процедуры .
- Конфликт мировоззрений: Роган отмечает, что невозможно прийти к компромиссу с людьми, которые верят, что жизнь начинается строго в момент зачатия, так как это религиозная догма, не подлежащая рациональному спору .
Собеседники сходятся на том, что Америка находится в состоянии глубокого раскола, где каждая сторона пишет свою «новую религию», используя законодательство как инструмент идеологической борьбы .
📱 Приватность данных, экономика OnlyFans и груз ранней славы 1:18:37
Обсуждение политических перестановок в Вашингтоне плавно переходит к теме могущества технологических гигантов. Джо Роган и Тим Диллон выражают обеспокоенность тем, что Apple, Google и Facebook обладают сегодня большей властью, чем Рокфеллеры или Карнеги в своё время . Несмотря на попытки администрации Трампа ограничить влияние таких платформ, как TikTok, из-за агрессивного сбора данных , основные игроки рынка продолжают диктовать свои правила.
Цифровая крепость Apple и война с рекламной моделью Facebook 1:18:37
Центральной темой беседы становится новая политика конфиденциальности Apple в iOS 14. Тим Диллон отмечает, что Facebook находится в ярости из-за внедрения функций, которые заставляют приложения запрашивать явное разрешение на отслеживание данных пользователя . По мнению гостя, если пользователю честно предложить выбор: «Хотите ли вы, чтобы Facebook продавал ваши данные?», подавляющее большинство ответит «нет» . Это ставит под удар бизнес-модель, приносящую соцсетям сотни миллиардов долларов.
В ходе разбора новых функций iOS Роган и Диллон выделяют несколько ключевых обновлений:
- Приблизительная геолокация: возможность делиться с приложениями не точными координатами, а лишь примерным местоположением .
- Индикаторы записи: появление световой точки в строке состояния, когда приложение использует камеру или микрофон .
- Прозрачность трекинга: обязательное всплывающее окно с вопросом о разрешении отслеживать действия пользователя в других приложениях и на сайтах .
Тим Диллон иронизирует, что данные стали ценнее нефти , но пользователи годами отдавали этот ресурс бесплатно ради удобства — например, чтобы телефон знал, через сколько минут вы будете дома . Роган добавляет, что единственная альтернатива «огороженному саду» Apple — это переход на Android, который он называет менее защищённым в плане приватности . Джо также рекомендует использовать мессенджер Signal, ссылаясь на советы Эдварда Сноудена, поскольку он обеспечивает сквозное шифрование и не хранит сообщения на центральных серверах компаний .
OnlyFans: новая экономика в эпоху пандемии
[[JUMP:1:1:31:37]]
Переходя от глобальных корпораций к индивидуальному заработку, комики обсуждают взрывной рост платформы OnlyFans во время локдаунов. Тим Диллон саркастично замечает, что в современной Америке осталось только две доступные профессии: «либо ты кам-гёрл, либо разжигаешь расовую войну» .
Пандемия стёрла границы морали для многих: люди, которые раньше были в паре шагов от проституции, теперь массово устремились в онлайн-секс-работу . В качестве примера приводится Аарон Картер, бывшая детская поп-звезда, который начал зарабатывать на платформе, транслируя обнажённые выступления и общение с фанатами . Диллон с юмором описывает абсурдность ситуации, когда артист пытается играть на гитаре в ню-статусе, а зрители в чате требуют от него «просто раздвинуть булки», игнорируя творчество . По расчётам собеседников, даже с небольшим количеством подписчиков такие знаменитости могут зарабатывать около 30 тысяч долларов в месяц, что значительно превышает доходы от обычных работ, доступных людям с татуировками на лице .
Тяжёлое бремя славы: от Майли Сайрус до Аарона Картера 1:35:20
Обсуждение судьбы Аарона Картера, который вынужден сдавать оружие по решению суда из-за психической нестабильности и угроз окружающим , приводит к более глубокой теме — разрушительному влиянию ранней популярности. Роган называет путь детей-звёзд «неуправляемой дорогой» .
В качестве позитивного примера Джо приводит Майли Сайрус, которая недавно была гостем его подкаста. По его мнению, она справилась с давлением славы «настолько хорошо, насколько это вообще возможно» . Тем не менее, даже у неё видны психологические барьеры, выстроенные годами жизни под прицелом камер с 12-летнего возраста . Роган восхищается талантом Майли, вспоминая её кавер на песню «Jolene» , и отмечает её необычный, «хриплый» голос, который Тим Диллон в шутку сравнивает с голосом 45-летней официантки из Флориды .
Завершая главу, собеседники касаются темы возвращения к нормальной жизни. Ранее в разговоре они затрагивали проблемы цензуры и политики, а теперь Роган делится планами открыть собственный комедийный клуб в Остине , чтобы дать комикам безопасную площадку для выступлений вне «умирающего» Лос-Анджелеса. Это обсуждение прерывается новостями о приостановке испытаний вакцин из-за неврологических побочных эффектов у добровольцев, что вызывает у Рогана скепсис и желание подробнее изучить аргументы таких фигур, как Роберт Кеннеди-младший .
💉 Скепсис, миллиардеры и кризис корпоративного юмора 1:40:30
В пятой главе обсуждение смещается от вопросов приватности и цифровой экономики к глубокому кризису доверия — как к медицинским институтам, так и к культурным элитам. Джо Роган и Тим Диллон анализируют, почему фигуры вроде Роберта Кеннеди-младшего находят отклик у аудитории, почему Билл Гейтс превратился в «злодея комиксов» и как современная комедия на телевидении стала стерильным инструментом пропаганды.
Роберт Кеннеди-младший и неудобные вопросы к медицине 1:40:30
Разговор начинается с обсуждения Роберта Кеннеди-младшего, чья позиция по вакцинации часто подвергается жесткой цензуре в СМИ. Джо Роган отмечает, что Кеннеди-младший, недавно появившийся в подкасте Майка Тайсона , не является «антипрививочником» в классическом понимании. Скорее, он юрист, указывающий на системные проблемы безопасности и отсутствие ответственности фармацевтических гигантов.
Роган подчеркивает, что доверие подрывается самой системой:
- Специализированный «вакцинный суд» (National Vaccine Injury Compensation Program) к октябрю 2019 года выплатил компенсаций на сумму более 4,2 миллиарда долларов .
- Существует реальный страх перед количеством вакцин, которые дети получают в очень короткий промежуток времени .
- Комик Рон Фанчес делился личным опытом, рассказывая, как его ребенок «закрылся» и изменился сразу после вакцинации .
Тим Диллон добавляет, что скепсис усиливается из-за того, как подается информация о пандемии. Хаос в СМИ, где одна статья утверждает о скором появлении вакцины, а следующая — о невозможности её создания, заставляет людей сомневаться во всём . По мнению Диллона, страх вызывает не столько сама медицина, сколько обстановка: «Тебя вакцинируют в паршивой аптеке, где ты покупаешь яйца, а укол делает человек с минимальной зарплатой, который сам не понимает, что происходит» .
Билл Гейтс: от филантропии к образу «суперзлодея» 1:46:00
Фигура Билла Гейтса в 2020 году претерпела радикальную трансформацию в общественном сознании. Диллон замечает, что никто не пострадал от локдауна имиджево сильнее, чем основатель Microsoft, который внезапно стал восприниматься как «злодей эры Бэтмена» . Хотя Гейтс и его фонд вложили миллиарды в образование и инфраструктуру в бедных странах, его попытки диктовать мировые стандарты здравоохранения вызывают отторжение.
Основная претензия Диллона заключается в том, что миллиардеры начинают выдавать прямые указы (эдикты) населению. «Я не хочу слышать, что мне делать, ни от правительства, ни от миллиардера», — заявляет Тим . Ситуацию подогревают и конфликты внутри клуба сверхбогатых. Джо Роган упоминает скепсис Гейтса в отношении электрических грузовиков Tesla Semi. Гейтс утверждал, что из-за веса батарей перевозки на дальние расстояния нерентабельны, на что Илон Маск лаконично ответил: «Он понятия не имеет, о чём говорит» .
В этом же ключе комики высмеивают «образ простого парня», который культивирует Уоррен Баффет. Диллон называет его «хладнокровным триллионером», чьи рассказы о жизни в маленьком доме и любви к кока-коле — не более чем спектакль . Тим иронизирует, что под этим «маленьким домиком» наверняка скрыта военная база, и призывает аудиторию пристально следить за каждым шагом таких людей, особенно когда они начинают рассуждать о вживлении чипов для оплаты в торговых автоматах .
Гендерная идентичность как социальный тренд 1:55:48
Тим Диллон, открытый гей, подвергает жесткой критике современную «моду на небинарность». Он утверждает, что для многих обеспеченных белых девушек из колледжей вроде Оберлина или Уэслиана смена идентичности — это способ выйти из категории «угнетателя» и переместиться в категорию «жертвы» . По его словам, это позволяет им встроиться в иерархию угнетения, не теряя при этом своего привилегированного экономического статуса.
Диллон предсказывает, что через 20 лет эта мода будет выглядеть так же нелепо, как брюки-клёш: «Отец будет говорить сыну: "Твоя мать в колледже считала, что у неё нет гендера, и сжигала федеральные суды в Сиэтле"» .
В разговоре выделяются несколько проблем современного активизма:
- Разрыв поколений: Пожилые геи, пережившие эпидемию ВИЧ и боровшиеся за реальные права, не понимают концепции «гендер не существует», так как вся их жизнь строилась на влечении к конкретному полу .
- Скука и морализм: Современные гей-активисты стали «букинистическими и злыми», потеряв чувство юмора и самоиронии, которые всегда были частью культуры .
- Иллюзия преследования: Диллон считает, что большинство людей на самом деле не испытывают ненависти к трансгендерам — им просто всё равно. Людей больше волнует очередь в Chick-fil-A или счета за воду, чем чужая личная жизнь .
Крах корпоративного юмора и премия «Эмми» 2:00:05
Завершая главу, Тим и Джо обсуждают деградацию вечерних ток-шоу и церемонии «Эмми». В качестве примера приводится неловкий скетч Джимми Киммела и Энтони Андерсона, где они выкрикивали лозунги Black Lives Matter в пустом зале . Для Диллона это выглядит как «дистопия», где юмор принесён в жертву корпоративной повестке и страху перед рекламодателями.
Комедия, по мнению Рогана, должна жить в «серых зонах» и не иметь священных коров . Однако ведущие вроде Джимми Фэллона выглядят «прикованными к столу», вынужденными шутить с маппетами и избегать любых острых углов, чтобы сохранить свои многомиллионные контракты . Диллон резюмирует, что Голливуд выбрал путь саморазрушения, создавая контент для узкой прослойки активистов, игнорируя реальные проблемы миллионов людей, которым грозит выселение из-за экономических последствий локдауна .
🎭 Детство на «Улице Сезам» и урбанистический апокалипсис 2:07:28
Разговор Джо Рогана и Тима Диллона переходит в личную плоскость, когда Тим вспоминает о своем кратком и довольно абсурдном опыте в качестве ребенка-актера. В отличие от многих коллег по цеху, Диллон не испытывает ностальгии по ранней славе, скорее — облегчение от того, что его карьера в 90-х закончилась, не успев по-настоящему начаться.
Несостоявшаяся звезда: Тим Диллон против Джонатана Тейлора Томаса 2:07:28
Тим Диллон признается, что в детстве он отчаянно жаждал внимания и сам просил родителей возить его на кастинги. Его актерский путь длился с шести до двенадцати лет . За это время он успел трижды появиться на «Улице Сезам», участвуя в сценах с такими персонажами, как Снаффлапагас. Однако, по словам Тима, его карьера провалилась из-за странного несоответствия внешности и голоса: «У меня был тот же голос, что и сейчас, и это пугало кастинг-директоров» . В то время как его конкуренты, такие как Джонатан Тейлор Томас, становились кумирами подростков, Тим оставался «пухлым ребенком с голосом взрослого мужчины».
Рассуждая о судьбах детей-актеров (тема, которую Джо и Тим затрагивали ранее в контексте тяжелого бремени ранней славы), Диллон отмечает, что его неудача стала для него спасением. Он убежден, что его родители — типичные, как он выражается, представители «отбросов Лонг-Айленда» — неизбежно растратили бы все его заработки, если бы он стал звездой . Тим подчеркивает:
- Слава в юном возрасте лишает человека реальности и способности справляться с обычными жизненными трудностями .
- Его собственный путь к известности был «медленной капельницей» (slow drip), начавшейся еще в середине 90-х, что позволило ему сохранить рассудок .
Одним из самых ярких воспоминаний Тима о съемках на студии «Астория» в 1994 году стал образ Биг Берда (Большой Птицы), который в перерывах между дублями выходил на улицу покурить сигареты прямо в костюме . В те годы курение при детях и за закрытыми окнами автомобилей было нормой, что сегодня кажется обоим собеседникам дикостью.
Калифорнийский кризис: Миля палаток в Венеции 2:24:03
Обсуждение постепенно переходит к текущему состоянию американских мегаполисов, в частности Лос-Анджелеса, который, по мнению Рогана и Диллона, находится в глубочайшем упадке. Джо Роган упоминает шокирующее видео, присланное ему Бриджет Фетэси, снятое в районе Венис-Бич . На записи запечатлена бесконечная вереница палаток бездомных, растянувшаяся более чем на милю вдоль побережья .
Ситуация в Лос-Анджелесе описывается как катастрофическая:
- Неэффективность расходов: Городские власти пытаются строить «доступное жилье», стоимость которого из-за бюрократии и коррупции доходит до 740 тысяч долларов за одну единицу жилья .
- Отсутствие контроля: Тенты занимают все тротуары, вынуждая пешеходов выходить на проезжую часть, при этом администрация города не предпринимает реальных шагов по наведению порядка .
- Изоляция элит: Богатые жители Беверли-Хиллз или Хэмптона остаются полностью оторванными от реальности, считая, что проблемы города существуют только в Твиттере .
Джо Роган отмечает, что именно этот упадок и неэффективное управление стали катализатором его окончательного решения переехать в Остин. Он описывает свой переезд как масштабную логистическую операцию, занявшую всего шесть недель — от принятия решения до полной перевозки семьи, сотрудников и оборудования студии .
Упадок мегаполисов: От Лос-Анджелеса до Нью-Йорка 2:28:19
Тим Диллон, недавно посетивший Нью-Йорк, подтверждает, что восточное побережье находится не в лучшем состоянии. Он жестко критикует мэра Билла де Блазио, утверждая, что тот «уничтожил 15 лет прогресса за пять месяцев» . Диллон описывает свои впечатления от поездки в Uber через Таймс-сквер: водитель был одет в костюм химической защиты, а салон автомобиля был полностью обмотан целлофаном и скотчем, напоминая сцены из фильма «12 обезьян» .
Нью-Йорк, по словам Тима, перестал быть местом, где турист или обычный житель может чувствовать себя комфортно. Город выглядит заброшенным, а сокращение финансирования полиции на 100 миллионов долларов только усугубляет ситуацию с безопасностью . В конце главы собеседники упоминают публичный спор между комиком Джерри Сайнфелдом и инвестором Джеймсом Алтушером о будущем Нью-Йорка . Диллон считает, что оба они неправы, так как ни один из них фактически не живет в городе в этот сложный период. По его прогнозу, Нью-Йорк ждет «несколько лет тьмы», прежде чем цикл сменится и в город снова вернутся художники и настоящая жизнь, привлеченная низким спросом на аренду .
⚖️ Закон, порядок и оправдание хаоса 2:30:41
В финале масштабного разговора Тим Диллон и Джо Роган переходят к фундаментальному вопросу выживания мегаполисов и цивилизованного общества в целом. На фоне обсуждения упадка Лос-Анджелеса, затронутого ранее, Тим Диллон выражает надежду на возможный ренессанс городов через экономический цикл: когда арендная плата упадет, в города вернутся художники и архитекторы, готовые заново изобретать общественные пространства . Однако этот оптимистичный сценарий невозможен без базовой безопасности и решительного лидерства.
Уроки Нью-Йорка: Эффект Джулиани 2:31:06
Тим Диллон утверждает, что современному Лос-Анджелесу в конечном итоге потребуется лидер, способный «жестко навести порядок» . В качестве исторического прецедента он приводит Нью-Йорк эпохи Руди Джулиани. По мнению комика, многие современные критики забывают, в каком плачевном состоянии находился город до реформ 90-х годов.
В начале 1990-х в Нью-Йорке фиксировалось от 2900 до 3000 убийств в год . Решительные инициативы того времени позволили снизить этот показатель до 400–500 случаев, что радикально изменило качество жизни миллионов людей. Джо Роган вспоминает атмосферу Таймс-сквер тех лет как крайне «мутное» и опасное место, которое позже превратилось в подобие безопасного торгового центра . Собеседники сходятся во мнении, что общество часто проявляет неблагодарность к жестким мерам прошлого, предпочитая приписывать успех другим факторам и игнорируя реальную статистику снижения насильственных преступлений .
Кризис оправдания насилия 2:32:11
Центральной темой обсуждения становится эрозия основ правопорядка. Джо Роган подчеркивает, что даже будучи прогрессивным и открытым человеком, он осознает: обществу жизненно необходимы правила и наказания за их нарушение . Без этого социального контракта цивилизация перестает существовать.
Тим Диллон называет «самым безумным явлением в своей жизни» тот факт, что СМИ и политики начали героизировать или оправдывать случайные акты насилия и уничтожение частной собственности ради достижения политических целей . По его словам, оправдание хаоса, направленного против невинных людей и их имущества, является симптомом глубокого системного кризиса.
В качестве примера приводится риторика политиков, подобных Эндрю Куомо, который задавался вопросом: «С каких это пор протест должен быть мирным?» . Диллон характеризует подобное мышление как «вирус разума», поражающий элиты, которые ошибочно полагают, что смогут контролировать вызванную ими стихию.
«Врата ада» и иллюзия контроля 2:33:06
Анализируя поведение истеблишмента, Тим Диллон предполагает, что многие богатые и влиятельные фигуры пытаются заигрывать с радикальными движениями в надежде стать «своими» для протестующей толпы. Он иронично описывает позицию условного «богатого белого парня», который призывает «сжигать всё дотла», рассчитывая, что его самого не тронут .
Для иллюстрации иллюзорности этой безопасности комик вспоминает вирусное видео: дети в доме показывают протестующим большой палец в знак солидарности, но в следующую секунду в их окно летит камень . Хаос, по мнению Диллона, невозможно направить в нужное русло или содержать в заданных рамках.
Основные выводы финала дискуссии:
- Развязывание хаоса приглашает неконтролируемую силу, которая в итоге поглотит и тех, кто её спровоцировал .
- Попытки политиков манипулировать радикальными настроениями сравнимы с открытием «врат ада» .
- Будущее американских городов зависит от того, насколько быстро удастся вернуться к принципам личной ответственности и соблюдения закона.
Подкаст завершается на тревожной, но реалистичной ноте в преддверии выборов 3 ноября, когда Тим Диллон призывает аудиторию следить за развитием событий и пристегнуть ремни перед лицом грядущих перемен .
