В новом выпуске подкаста Prof G Conversations профессор Скотт Гэллоуэй и философ Сэм Харрис обсудили глубокий кризис доверия к общественным институтам и деградацию информационной среды в США. Собеседники разобрали причины популярности Дональда Трампа, деструктивное влияние социальных сетей на примере Илона Маска, а также роль идеологии DEI в расколе общества. Особое место в беседе заняли вопросы ментального здоровья, практика медитации и личные истории участников об их воспитании сильными одинокими матерями.
🌐 Кризис экспертизы и эпоха «Трампистана» 0:00
Обсуждение начинается с констатации подрыва доверия к институтам, которые необходимы для преодоления будущих кризисов. Сэм Харрис отмечает, что уровень недоверия к медиа, правительству и научному сообществу значительно превышает масштаб их реальных ошибок. Ошибки «прогрессивной» (woke) прессы последних лет или просчеты властей в период пандемии COVID-19 не оправдывают тот «свободный полет» в конспирологию, который наблюдается сегодня.
По мнению философа, в так называемом «Трампистане» и пространстве независимых медиа физика восприятия информации полностью изменилась. В результате безумцы вроде Алекса Джонса или Такера Карлсона воспринимаются аудиторией как честные брокеры информации. Харрис выражает серьезное опасение, что американское общество становится неуправляемым. В случае наступления следующей масштабной катастрофы — будь то новая пандемия или реальная война — дезинформация и откровенная ложь не позволят государству эффективно среагировать.
Основные факторы подрыва доверия, по мнению Харриса:
- Ошибки прогрессивных медиа последних лет, искажающие объективную реальность.
- Просчеты научных и правительственных институтов во время пандемии, давшие почву конспирологам.
- Популяризация альтернативных лидеров мнений в пространстве независимых медиа и подкастов.
Путь к исправлению ситуации лежит через восстановление доверия, однако это двусторонний процесс: сами институты должны доказать свою надежность. Харрис иронизирует над современной культурой подкастов, где любой комик с доступом к ChatGPT начинает считать себя экспертом по геополитике, конфликту на Ближнем Востоке или эпидемиологии.
🏛️ Феномен Трампа и уязвимость американской системы 5:41
Скотт Гэллоуэй выдвигает тезис о том, что Америка, судя по опросам, скорее готова принять автократа и клептократа, чем слабую партию. Сэм Харрис соглашается, выражая недоумение по поводу того, почему действия Трампа не становятся для избирателей дисквалифицирующими. Он приводит в пример Барака Обаму, заметившего, что любой из сотен поступков Трампа уничтожил бы президентство любого другого лидера.
Одним из самых вопиющих примеров коррупции Харрис называет запуск Трампом собственной мем-монеты (memecoin). По его мнению, это является инструментом для получения взяток от мошенников и иностранных агентов за счет доверчивых сторонников. Система оказалась пугающе уязвимой перед лицом деструктивного и эгоистичного актера.
В качестве примера личного обогащения за счет государственной политики Харрис приводит гипотетическую, но показательную ситуацию с Вьетнамом. После введения 46%-го тарифа Вьетнам пытается смягчить ущерб для экономики, приглашая Starlink Илона Маска и одобряя курортный проект семьи Трамп стоимостью 1,5 миллиарда долларов. По словам Харриса, в идеальном мире за такие действия люди должны отправляться в тюрьму.
🪓 Критика Демократической партии и ловушка «повестки» 11:17
Анализируя стратегию Демократической партии, Харрис утверждает, что их ультралевое активистское крыло не дает никаких разумных советов. Поражение Камалы Харрис на выборах 2024 года, по его мнению, было предопределено ее попытками играть в «четырехмерные шахматы» с woke-идентичностью. Вместо четкого отказа от радикальных заявлений прошлых лет она выдавала «словесный салат». Страх перед «интерсекциональными маньяками» в сети X парализовал партию.
Харрис убежден, что левые несут прямую ответственность за подъем трампизма из-за создания атмосферы моральной паники вокруг расовых вопросов. В качестве примера «абсурдного потакания» левым радикалам он приводит речь Джо Байдена в Морхаус-колледже, где президент уверял чернокожих выпускников, что система полностью настроена против них.
Харрис подчеркивает, что в реальности квалифицированный чернокожий выпускник в те годы имел огромные преимущества при поступлении в медицинские школы или найме в такие структуры, как Netflix или Фонд Гейтсов. Сегодня аббревиатура DEI (разнообразие, равенство и инклюзивность) стала токсичной, превратившись, по мнению гостя, в «реверсивный расизм».
📊 Социальное неравенство: класс вместо расы 18:39
Скотт Гэллоуэй поднимает вопрос о различиях в применении DEI в академической среде и корпоративном секторе, где женщины по-прежнему составляют лишь 16% среди генеральных директоров Fortune 500. Харрис отмечает, что гендерный разрыв в доходах во многом корректируется, если учесть годы, отданные женщинами беременности и воспитанию детей, а также разницу в карьерных амбициях.
Переходя к расовой теме, философ напоминает, что движение за гражданские права в 1960-х годах имело под собой веские основания, но со временем позитивная дискриминация начала приносить вред. Целью общества должно быть «цветовое ослепление» (color-blind society), завещанное Мартином Лютером Кингом, когда цвет кожи не имеет морального или политического значения. Левые радикалы же открыто отвергают эту цель, стремясь вести бесконечную войну идентичностей, где белые мужчины находятся на низшей ступени иерархии.
Рассматривая альтернативные модели, такие как отказ от расовых квот в пользу оценки по уровню дохода (adversity score), как это было сделано в UCLA в 1997 году, Харрис поддерживает смещение фокуса на борьбу с экономическим неравенством. Хотя среднее благосостояние чернокожих семей в США исторически составляет лишь 1/8 от благосостояния белых семей, сегодня главным препятствием для человека является не активный расизм, а социально-экономические и образовательные факторы. Использование класса и уровня дохода в качестве прокси-метрики позволит эффективно помогать нуждающимся, включая цветное население.
🎭 Модели маскулинности и «деградация» Илона Маска 30:23
Собеседники затронули проблему кризиса среди молодых мужчин, которые часто оказываются под влиянием деструктивных ролевых моделей вроде Эндрю Тейта, проповедующего абсурдный материализм. Харрис называет Гэллоуэя «анти-Тейтом», демонстрирующим здоровую и этичную маскулинность. При этом Скотт выражает обеспокоенность тем, что самые влиятельные люди Америки — Дональд Трамп и Илон Маск — вместо мудрого наставничества демонстрируют регресс.
Харрис подробно останавливается на личности Илона Маска, с которым раньше дружил. По его мнению, Маск переживает глубокий личностный распад под влиянием зависимости от славы и платформы X. Комментируя слухи из Wall Street Journal о частом употреблении Маском кетамина, нейробиолог отмечает, что это точно не помогает ситуации.
Харрис описывает поведение Маска в соцсети X как психопатическое и жестокое к жертвам доксинга и травли со стороны его культа. Гость вспоминает инцидент с Dogecoin, когда Маск своими действиями парализовал благотворительные программы USAID в странах Африки к югу от Сахары, что могло привести к огромному числу смертей. Харрис также жестко критикует Маска за заигрывание с антисемитами, возвращение на платформу радикалов вроде Ника Фуэнтеса и финансирование ультраправой партии в Германии.
Последней каплей, подорвавшей репутацию Маска в геймерском сообществе, стал скандал с фальсификацией его игровых достижений. Выяснилось, что миллиардер лгал в подкастах у Джо Рогана и Лекса Фридмана о том, что входит в число лучших игроков мира, в то время как за его персонажа тайно играл нанятый человек из Китая. В ответ Скотт Гэллоуэй признается, что совет Сэма удалить аккаунт в Twitter (где у Харриса было 1,5 миллиона подписчиков) стал лучшим лайфхаком для его ментального здоровья за последние 10 лет.
🧘♂️ Медитация как суперсила против тревоги 47:20
Скотт Гэллоуэй признается, что с возрастом его уровень тревожности стал чрезмерным, особенно на фоне политических новостей, и он теряет способность переключать внимание на семью. Сэм Харрис, написавший книгу и создавший приложение Waking Up, называет медитацию своей суперсилой. Наша реакция на события важнее самих событий, а тревога заставляет человека страдать дважды — сначала в ожидании беды, а затем при ее наступлении.
Сэм отмечает, что если человек страдает, он почти наверняка находится в плену неосознанных мыслей, теряя связь с реальностью, подобно спящему в кошмарном сне. Медитация дает свободу «сойти с этого аттракциона». В качестве примера он приводит ситуацию, когда ребенку требуется серьезное обследование, и родителям приходится ждать результатов МРТ все выходные из-за несовершенства медицинской системы. Благодаря осознанности можно не проводить эти дни в мучительной тревоге, а подарить детям полноценное качественное время. В конце концов, все мы смертны, и главное — научиться быть счастливыми в условиях, когда все вокруг изменчиво и непостоянно.
🤱 Личные истории: Сьюзан Харрис и уроки отцовства 57:12
Харрис делится, что столкнулся с темой смертности очень рано: его лучший друг умер, когда Сэму было 13 лет, а отец ушел из жизни, когда ему исполнилось 17. Родители Сэма развелись, когда ему было два с половиной года, и его воспитывала мать-одиночка. Ей оказалась знаменитая Сьюзан Харрис (Susan Harris) — создательница культовых американских сериалов Soap, Benson и The Golden Girls.
Услышав это имя, Скотт Гэллоуэй приходит в восторг, признаваясь, что эти шоу буквально вырастили его и впервые познакомили с позитивными образами геев и чернокожих лидеров на ТВ. Сэм вспоминает детскую историю, когда мама честно предупредила его, что ради финансового благополучия и покупки дома с бассейном ей придется работать намного больше, а ему — проводить время с нянями. Маленький Сэм тогда без колебаний ответил: «Покупай бассейн, мама!». Сьюзан Харрис совершила настоящий профессиональный подвиг, написав первые 75 эпизодов сериала Soap в одиночку, без штата сценаристов.
В завершение беседы Харрис дает совет по отцовству: он предпочитает делегировать функции требовательного учителя школе, чтобы дома оставаться для своих двух дочерей просто любящим отцом, сопереживающим их трудностям. В его доме, где помимо него живут три женщины, царит атмосфера доброго юмора и иронии в его адрес.
