Глобальная макроэкономическая система переживает тектонические сдвиги, затрагивающие монетарную политику, рынки недвижимости и сырьевых товаров. В рамках подкаста Top Traders Unplugged ведущий Нильс Каструп-Ларсен и соведущий Джим Кэзен обсудили с известным финансовым аналитиком Грантом Уильямсом долгосрочные исторические циклы, кризис доверия к центральным банкам и изменение общественного восприятия ключевых фигур современной экономики.
⏳ Исторические циклы и концепция «Четвертого превращения» 2:26
В начале беседы Нильс Каструп-Ларсен упомянул интервью Гранта Уильямса с демографом Нилом Хау, которое вдохновило его на глубокое изучение исторических закономерностей. Грант Уильямс подчеркнул, что текущие геополитические и экономические события нельзя рассматривать изолированно, поскольку они подчиняются долгосрочным историческим циклам. Он напомнил о концепции «Четвертого превращения» (The Fourth Turning), сформулированной Нилом Хау и Уильямом Штрауссом, которая описывает наиболее кризисные и волатильные периоды в истории человечества.
По мнению Уильямса, мир находится в эпицентре масштабного сдвига, связанного со сменой поколений. Поколение бэби-бумеров постепенно уходит от дел, а бразды правления, минуя поколение X, переходят к миллениалам. Гость утверждает, что этот процесс неизбежно повлечет за собой колоссальное перераспределение богатства, поскольку новые лидеры будут действовать в интересах своего поколения. Этот переход, как считает Уильямс, редко происходит мирно, так как капитал приходится буквально изымать у старой гвардии. Ситуация осложняется географическим смещением центра силы на Восток на фоне подъема Китая, где отношение к смене поколений традиционно отличается от западного.
🗺️ Фреймворк Питера Зейхана: геополитические преимущества США и слабости конкурентов 5:56
Обсуждая глобальную карту макроэкономики, собеседники обратились к трудам геополитического аналитика Питера Зейхана. Нильс Каструп-Ларсен отметил высокую популярность идей Зейхана среди инвесторов, но выразил сомнение относительно его крайне оптимистичного взгляда на будущее США и скептического прогноза для Китая и России на ближайшие 10–20 лет. Ведущий указал на внутренний раскол американского общества и изношенную инфраструктуру США, которая по швейцарским меркам выглядит запущенной.
Грант Уильямс согласился, что слепо принимать позиции Зейхана было бы опрометчиво, но призвал разделять фундаментальные географические факторы и качество политического управления. По словам Уильямса, Зейхан описывает долгосрочные преимущества США ex-military (без учета военной мощи):
- Полная энергетическая независимость.
- Продовольственная безопасность.
- Уникальная внутренняя речная система, снижающая логистические издержки.
При этом Уильямс признал, что величие США постепенно подрывается посредственностью их политического класса. Вспоминая свои первые поездки в Америку, гость отметил уход от прежней «культуры одобрения успеха» к зависти и усилению государственного вмешательства. Он подтвердил тезис Нильса об упадке инфраструктуры, сравнив современные азиатские аэропорты (такие как Чанги в Сингапуре) с нью-йоркским аэропортом имени Джона Кеннеди, который оставляет впечатление объекта из развивающейся страны. Уильямс подчеркнул, что эта проблема копилась десятилетиями при Клинтоне, Буше, Обаме, Трампе и Байдене, поскольку руководство страны тратило заемные средства на внешние нужды, игнорируя внутренний раскол.
🏦 Монетарная политика и кризис доверия к Федеральной резервной системе 16:07
Джим Кэзен высказал мнение, что Федеральная резервная система США сыграла ключевую роль в деградации экономической системы. По его оценке, отцы-основатели США стремились создать систему сдержек и противовесов, понимая коррупционную природу абсолютной власти. Однако создание ФРС для сглаживания бизнес-циклов привело к тому, что вместо частых мелких кризисов экономика столкнулась с редкими, но гораздо более глубокими и затяжными потрясениями, усилившими социальное неравенство.
Грант Уильямс согласился с этой оценкой, процитировав Джона Мейнарда Кейнса о том, что едва ли один человек из миллиона способен вовремя распознать скрытые механизмы инфляции. По словам Уильямса, ФРС была создана как кредитор последней инстанции под карательные процентные ставки, но со временем ее функция исказилась до попыток полностью предотвратить естественные спады в экономике путем масштабной эмиссии фиатных денег.
Гость выделил следующие последствия политики ФРС:
- Искажение стоимости капитала: бесплатные деньги на протяжении почти тридцати лет коррумпировали структуру всех повседневных сделок.
- Уничтожение рыночной дисциплины: фондовый и облигационный рынки стали полностью зависимы от ликвидности центрального банка.
- Эрозия доверия: потеря доверия к деньгам ведет к утрате доверия внутри самого общества.
Уильямс убежден, что руководство ФРС прекрасно осознавало риски невозможности удержать инфляцию на уровне 2%, а их заявления о контроле над ситуацией были чистой гордыней. В качестве символической детали он упомянул недавнее возведение забора с колючей проволокой вокруг здания ФРС в Вашингтоне, отметив, что если бы граждане до конца понимали роль регулятора в ухудшении их благосостояния, меры безопасности оказались бы весьма своевными.
Джим Кэзен добавил, что в течение последних 40 лет ФРС стимулировала экономику предложения, снижая стоимость капитала, что породило глобализацию и технологическую революцию. Этот процесс, по мнению Кэзена, носил дефляционный характер и маскировал реальное положение дел, усугубляя разрыв между богатыми и бедными.
📈 Природа инфляции и мифы о выравнивании доходов 25:15
Нильс Каструп-Ларсен поднял вопрос о том, может ли высокая инфляция способствовать сокращению неравенства, снижая реальную стоимость активов богатых слоев населения. Грант Уильямс категорически не согласился с этим тезисом, подчеркнув, что инфляция бьет по бедным слоям общества гораздо сильнее.
Уильямс пояснил, что в течение 20 лет политика количественного смягчения (QE) вызывала инфляцию цен на активы — акции, облигации и недвижимость, что делало держателей этих активов еще богаче. Обычные граждане, не имеющие крупных портфелей, не ощущали этого прироста. Сегодня же мир столкнулся с классической потребительской инфляцией (CPI), которая проявляется в росте цен на бензин и продукты питания. По словам Уильямса, рост цен на топливо воспринимается людьми особенно остро из-за еженедельной фиксации цен на заправках. Для обеспеченных людей подорожание чека в супермаркете является лишь статистическим фактом, не меняющим их потребительское поведение, тогда как для малоимущих это означает вынужденный отказ от качественных продуктов, например, замену говядины на курицу.
Джим Кэзен отметил, что в период с 1968 по 1982 год фондовый рынок США не рос в номинальном выражении, а в реальном, с поправкой на инфляцию, потерял около 70% своей стоимости. Тем не менее, по его мнению, в те годы происходило восстановление и рост среднего класса, несмотря на экономические трудности. Уильямс в ответ напомнил, что после краха 1929 года индексу Доу Джонса потребовалось время до начала 1950-х годов, чтобы вернуться к прежним максимумам. Современные инвесторы привыкли к непрерывному росту рынков и психологически не готовы к ситуации, когда акции могут стагнировать в течение 10–20 лет.
🪙 Феномен криптовалют как религиозный протест 34:54
Джим Кэзен предположил, что популярность криптовалют среди молодого поколения является прямым следствием монетарной политики ФРС. Миллениалы имеют самые низкие показатели накоплений и первоначальных взносов в американской истории, из-за чего испытывают глубокое недоверие к государственным институтам. Криптовалюты, по мнению Кэзена, стали для них своеобразным религиозным выражением веры в технологии и способом сократить экономическое отставание.
Грант Уильямс признался, что сохраняет глубокий скептицизм в отношении криптоиндустрии и не считает биткоин «спасителем мира». Его пугает превращение инвестиционного инструмента в аналог религии. Уильямс с тревогой упомянул недавний крах экосистемы Terra Luna, в результате которого многие инвесторы, включая его личных друзей, мгновенно лишились сбережений, на восстановление которых уйдут десятилетия. С его точки зрения, бездействие регуляторов в условиях, когда десятки миллиардов долларов исчезают за одну ночь без возможности управления рисками, выглядит халатностью.
Гость выделил несколько ключевых аспектов эволюции крипторынка:
- Психология легких денег: молодые люди используют криптоактивы в надежде быстро заработать на покупку жилья или свадьбу, поскольку традиционные социальные лифты заблокированы.
- Лозунги Давосского форума: Уильямс увязал популярность альтернативных активов с продвигаемой Всемирным экономическим форумом (WEF) концепцией «вы ничего не будете владеть и будете счастливы», которую он считает попыткой элит сохранить накопленные богатства.
- Институционализация: ссылаясь на аналитика Бена Ханта, Уильямс отметил, что биткоин был кооптирован Уолл-стрит и превратился в корпоративный продукт («Bitcoin TM»), обогащающий традиционную финансовую систему.
Уильямс согласился с мнением Дэвида Дора о том, что блокчейн является важной технологией, но ошибочно полагать, будто первая версия продукта (версия 1.0 в виде биткоина) останется окончательной и неизменной. Он ожидает появления более совершенных технологических решений в будущем.
💴 Монетарный тупик в Японии и уязвимость мировых регуляторов 42:52
Нильс Каструп-Ларсен перевел дискуссию на тему «Центральные банки 2.0», процитировав отчет Дэвида Дредджа о действиях Банка Японии (BOJ). Японский регулятор в рамках политики контроля кривой доходности (YCC) удерживает доходность 10-летних гособлигаций (JGB) на уровне около нуля. На момент записи подкаста BOJ уже владел 67% всех выпусков JGB и при текущих темпах выкупа мог полностью поглотить этот рынок за 50 дней. Нильс спросил, к каким последствиям может привести ситуация, когда центробанк скупает 100% государственного долга.
Грант Уильямс рассказал, что обсуждает эту проблему с Биллом Флекенштейном в рамках цикла «Эндшпиль» (The End Game). Ситуация дошла до абсурда: бывали дни, когда объем торгов 10-летними облигациями Японии — страны G7 — падал до нуля, что немыслимо для нормального рынка. Уильямс напомнил об опыте Резервного банка Австралии (RBA), который пытался зафиксировать доходность короткого конца кривой, но был вынужден капитулировать под давлением рынка. График доходности австралийских облигаций наглядно демонстрирует, что происходит при провале контроля кривой.
В Японии ситуация начала отражаться на национальной валюте: иена пережила резкое ослабление, потеряв около 20% стоимости за год. Уильямс предположил, что в случае выкупа всех облигаций Банк Японии и Министерство финансов могут пойти на техническую уловку — выпустить вечную беспроцентную облигацию (zero coupon perpetual bond) и списать долг, однако долгосрочные последствия такого шага для доверия к валюте непредсказуемы.
По мнению Уильямса, мировые центробанки стремительно теряют ореол всемогущества:
- Глава RBA Филип Лоу публично извинился за ошибочные прогнозы и упущенную инфляцию.
- Руководитель Банка Англии Эндрю Бейли расписался в собственном бессилии перед лицом растущих цен на продовольствие.
- Председатель ФРС Джером Пауэлл признал, что с учетом ретроспективного анализа регулятору следовало начать ужесточение политики раньше.
Уильямс сравнил тактику рынков с охотой комодского варана: хищник наносит жертве один ядовитый укус и затем просто следует за ней, ожидая, пока та ослабнет и упадет. Продемонстрированная регуляторами уязвимость станет сигналом для инвесторов, которые начнут тестировать их на прочность.
📉 Стратегия Феликса Зулауфа и крах пассивного инвестирования 51:50
Нильс Каструп-Ларсен упомянул своего соседа по Цугу, известного инвестора Феликса Зулауфа, который внимательно следит за парой доллар/иена как за главным макроэкономическим индикатором. Грант Уильямс подтвердил, что недавно общался с Зулауфом, и изложил его текущий рыночный фреймворк.
Согласно прогнозу Зулауфа, индекс S&P 500 может снизиться до уровня 3000 пунктов. После этого ожидается мощное спекулятивное ралли, способное удвоить показатели индекса к 2024 году. Однако уже в 2025 году, по расчетам Зулауфа, рынок столкнется с глобальным крахом масштаба 1929 года, в ходе которого падение индексов может составить 85–90%.
Уильямс подчеркнул, что наступающая эпоха будет крайне болезненной для розничных инвесторов, привыкших к пассивным стратегиям и историям успеха фондов вроде ARK Invest Кэти Вуд. В условиях высокой волатильности и разнонаправленных рыночных движений ключевое значение приобретет профессиональное управление капиталом. Люди, пришедшие на рынок в период недавней спекулятивной эйфории, столкнутся с событиями, которые они считали невозможными, и начнут требовать от властей компенсации убытков. Резкое движение пары USD/JPY Уильямс назвал «крошечной канарейкой в огромной угольной шахте».
Джим Кэзен добавил, что эмиссия долларов в рамках QE долгое время не вызывала инфляции, поскольку эти деньги не попадали в реальную экономику, а их скорость обращения (velocity) оставалась нулевой или отрицательной. Кэзен сравнил Кремниевую долину с отдельной планетой («Planet Palo Alto»), куда стекался капитал последние 20–40 лет. Вместо возврата денег в оборот эта система генерировала дефляционные технологические продукты (Uber, Amazon, Tesla). Ситуация кардинально изменилась с началом прямой фискальной поддержки граждан во время пандемии. Вливание 12 триллионов долларов прямых стимулов, сопоставимых по масштабу с «Новым курсом» Рузвельта в период Великой депрессии, резко увеличило скорость обращения денег и привело к текущему всплеску инфляции.
🏠 Кризис на рынке недвижимости: глобальные пузыри и китайский фактор 58:44
Нильс Каструп-Ларсен затронул тему рынка недвижимости, ссылаясь на недавний аналитический обзор Гранта Уильямса и данные о падении продаж существующего жилья в США в апреле на 2,4% до двухлетнего минимума. Уильямс отметил, что, согласно расчетам Феликса Зулауфа, мировой рынок недвижимости оценивается в колоссальные 400 триллионов долларов.
Гость указал на психологическую особенность инвесторов в недвижимость, сославшись на исследование Стива Диггла перед кризисом 2007 года. Тогда 75% опрошенных ожидали падения цен на рынке жилья в целом, но 95% были уверены, что стоимость их собственного дома не снизится. Уильямс подчеркнул, что единого глобального рынка недвижимости не существует — это конгломерат миллионов локальных рынков.
Наиболее опасная ситуация, по мнению Уильямса, сложилась в трех странах:
- Австралия.
- Новая Зеландия.
- Канада.
Показатели долга домохозяйств к располагаемому доходу и доступности жилья к медианному доходу в этих регионах превосходят параметры американского пузыря 2008 года. Рост инфляции вынуждает местные центробанки поднимать ставки, что напрямую бьет по заемщикам, так как в этих странах, в отличие от США, нет практики фиксации ипотечных ставок на 30 лет. Ситуацию усугубляет новый запрет властей КНР, запрещающий чиновникам Компартии и их семьям владеть зарубежными активами. Это спровоцирует масштабный отток китайского капитала из недвижимости Ванкувера, Сиднея, Мельбурна и Окленда.
Механизм падения рынка недвижимости, как описал Уильямс, всегда одинаков: сначала исчезают покупатели с избыточными предложениями (bids), затем ценовые запросы становятся более реалистичными, возникает затяжной пат в отношениях между продавцами и покупателями, который в итоге разрешается капитуляцией продавцов под давлением выросших расходов на обслуживание ипотеки.
🌾 Новый сырьевой суперцикл: переход от виртуального к материальному 1:07:06
Собеседники обсудили перспективы сырьевого сектора. Нильс Каструп-Ларсен привел данные из отчета компании Горинга и Розенцвайга, в котором соотношение товарного индекса Goldman Sachs (GSCI) к индексу Доу Джонса за последние 100 лет находится на историческом минимуме, что указывает на крайнюю недооцененность реальных активов. Ситуация усугубляется тем, что во второй половине 2022 года у ОПЕК могут полностью исчерпаться свободные мощности для увеличения добычи нефти, а мировое сельское хозяйство страдает от сильнейших засух в Китае, Бразилии, США и Канаде.
Грант Уильямс согласился с этими выводами, процитировав своего друга Тони Дидена, который охарактеризовал прошлую эпоху как «век виртуального». Мир увлекся бесплатными печатными деньгами, NFT и цифровыми обещаниями, забыв о базовых ценностях материального мира. Текущий кризис заставляет общество осознать, что напечатанными деньгами невозможно утолить голод.
По словам Уильямса, мир входит в долгосрочный сырьевой суперцикл, который может продлиться десятилетия. Ярким примером последствий дефицита ресурсов он назвал недавние социальные взрывы и погромы в Шри-Ланке, вызванные голодом. Способность прокормить население гость считает главной «ахиллесовой пятой» Китая. В рамках этого цикла Уильямс ожидает неизбежного роста процентных ставок и возврата интереса инвесторов к золоту как к единственной надежной форме реальных денег в противовес обесценивающимся фиатным валютам.
🚗 Илон Маск как барометр смены эпох 1:13:42
В завершение беседы Грант Уильямс предложил обратить пристальное внимание на трансформацию публичного образа Илона Маска, которую он считает важнейшим индикатором изменения рыночной психологии. По мнению Уильямса, Маск является символом уходящей эпохи нулевой стоимости капитала. Его компании, включая Tesla и SpaceX, могли годами сжигать миллиарды долларов инвесторских денег, не заботясь о правилах и текущей прибыли, под обещания скорого полета на Марс и создания полноценного автопилота.
Уильямс констатировал, что сегодня отношение к Илону Маску в общественном сознании стремительно дрейфует от восприятия его как гениального шоумена к оценке как шарлатана. На это влияют скандалы вокруг покупки Twitter, судебные обвинения и его политический транзит от Демократической партии к Республиканской. Гость заметил, что даже в социальных сетях активность защитников Маска резко снизилась.
По словам Уильямса, сырьевой сектор и реальное производство являются полной противоположностью тому, что олицетворяет Илон Маск. Наступающая эпоха потребует реальных результатов вместо бравады, эгоцентризма и бесконечных обещаний. Падение доверия к фигуре Маска станет сигналом к переоценке всех виртуальных и спекулятивных активов в пользу осязаемого, материального производства.
