Американский философ, эксперт по вопросам родительства и профессор Темпльского университета Джордан Шапиро в рамках проекта Talks at Google представил свою книгу «Father Figure: How to be a Feminist Dad». В беседе с ведущей Ребеккой Допп он предложил радикально новый взгляд на отцовство, деконструируя традиционные гендерные роли, укоренившиеся со времён индустриальной революции. Спикер подробно объяснил, почему разрушение патриархальных стереотипов необходимо не только для воспитания свободных детей, но и для психологического благополучия самих мужчин.
🎭 Сбрасывая маски: природа родительского чувства вины 1:28
Традиционные семейные сценарии зачастую навязывают родителям жёсткие рамки, которые, по наблюдениям ведущей Ребекки Допп, порождают лишь чувство вины, страх и панику.
По мнению Джордана Шапиро, эти автоматические паттерны мышления и готовые «скрипты» в наших головах заставляют людей принимать поспешные решения, не задумываясь об их истинном смысле.
Спикер считает, что подобные ментальные ограничения сдерживают человеческий потенциал и мешают семейному счастью, поэтому его работа направлена на обретение родителями автономии и свободы.
Для описания этого феномена Джордан Шапиро использует метафору масок, напоминая, что латинское слово persona изначально означало именно театральную маску.
В современном обществе люди продолжают использовать церемониальные «костюмы», даже не осознавая этого. Шапиро приводит в пример несколько устоявшихся культурных традиций:
- Британские барристеры до сих пор носят накрахмаленные напудренные парики.
- Невесты надевают пышные свадебные платья.
- Игроки в гольф обязательно облачаются в специализированные футболки Under Armour.
Сами по себе ритуальные костюмы не несут вреда, однако в контексте отцовства, как утверждает Шапиро, критически важно распознавать моменты, когда мы начинаем следовать чужим, деструктивным сценариям.
По мнению философа, психотерапия как раз и помогает человеку осознать истории, в которые он неосознанно вживается, чтобы начать делать осознанный выбор в пользу собственных интересов и блага семьи.
✊ Феминизм для мужчин: зачем деконструировать власть отца 5:11
Несмотря на то, что книга посвящена отцовству, собеседники сходятся во мнении, что её идеи применимы к любому человеку, стремящемуся к равноправию.
Джордан Шапиро объясняет, что его главной целью было написать книгу о феминизме, ориентированную именно на мужскую аудиторию, поскольку современные гендерные дискуссии и движения вроде MeToo часто оставляют мужчин в растерянности.
По мнению спикера, феминистское движение проделало колоссальную работу по деконструкции системного неравенства, но практически не предложило мужчинам понятных альтернативных моделей поведения.
В результате возникает общественная защитная реакция («бэклэш»), вызванная не сознательным желанием мужчин поддерживать мизогинию, а их неспособностью проанализировать собственные привычки.
Шапиро подчёркивает, что патриархат вредит самим мужчинам, и стремится сделать феминистскую литературу доступной, не вызывающей агрессии или желания защищаться.
Выбор темы отцовства философ объясняет этимологией самого термина «патриархат»:
- Слово происходит от греческого pater, что означает «отец».
- Вторая часть корня — archein, означающая «правда», «власть» или «вождь».
Таким образом, патриархат буквально переводится как «власть отца», и, по логике Шапиро, невозможно переосмыслить эту систему, не деконструировав сам институт отцовства.
Спикер опирается на каноническое определение феминизма, сформулированное писательницей бел хукс (bell hooks), определяя его как движение против угнетения, эксплуатации и любого подчинения, основанного на гендерных стереотипах.
Достоинство этого подхода, по мнению Шапиро, заключается в том, что оно не противопоставляет мужчин и женщин, а указывает на то, что от стереотипов страдают все.
Философ настаивает на интерсексуальном (пересекающемся) подходе, который должен включать в себя борьбу не только с сексизмом, но и с расизмом, исламофобией, трансофобией и эйблизмом (дискриминацией людей с инвалидностью).
🏫 Системное неравенство: от школьного класса до мифа об «альфа-самцах» 11:37
Вертикальные иерархии в обществе, по мнению Шапиро, транслируют скрытые закодированные сигналы о власти и авторитете, заставляя воспринимать системное неравенство как естественный порядок вещей.
Философ иллюстрирует это на примере своей преподавательской практики в Темпльском университете (Temple University) и наблюдений за собственными детьми.
В традиционном школьном классе, где учитель является абсолютным авторитетом, дети учатся молчать и пассивно принимать информацию, из-за чего у них формируется убеждение, будто в любой структуре обязательно должен быть главный.
По словам Шапиро, именно эта ментальная привычка заставляет взрослых людей повсюду искать «альфа-самца».
При этом спикер указывает на примечательный научный факт: автор оригинального исследования волков, который ввёл термин «альфа», спустя несколько лет признал свою ошибку и заявил, что никаких альфа-волков в природе не существует, однако человеческая культура продолжает цепляться за этот миф.
Культурные образы, начиная от рекламы в супермаркетах Target и заканчивая телешоу, продолжают внушать детям, что отец — это непререкаемый «король дома».
Шапиро делится личной историей: его собственные дети открыто спросили его, как он может писать книгу о феминизме, если в их семье всё равно всем заправляет он, а не его жена.
Это привело к долгому семейному обсуждению, и Шапиро считает, что готовность родителей подвергать сомнению собственную власть гораздо важнее, чем попытка навязать абсолютные законы.
Философ убеждён, что в семье должны быть нерушимые этические правила — например, полный запрет на язык ненависти (hate speech) и требование быть добрыми, — но распределение авторитета должно оставаться предметом диалога.
Родителям необходимо научиться отказываться от доминирующего, подавляющего лидерства, которое Шапиро называет «латентно насильственным», поскольку оно нарушает личную автономию ребёнка.
🏭 Наследие индустриальной эпохи: как экономика разделила дом и работу 20:31
Одним из ключевых тезисов Джордана Шапиро является утверждение, что современные представления о роли отца не имеют ничего общего с вечными архетипами — они представляют собой продукт индустриальной эпохи.
Проводя исторический анализ, Шапиро опровергает популярный миф о том, что женщина исторически всегда сидела на кухне, а мужчина уходил на заработки:
- Понятие «работа» (work) как конкретное место, куда нужно ходить, появилось в английском языке только в XX веке; до этого слово использовалось исключительно как глагол.
- В доиндустриальную эпоху все члены семьи работали вместе дома или на прилегающих полях, а обособленных кухонь в домах-хижинах попросту не существовало.
- Детей заводили как дополнительную рабочую силу для фермерского хозяйства, и даже современное школьное расписание с летними каникулами — это реликт тех времён, когда детей освобождали для сезонных полевых работ.
По мнению Шапиро, ситуация резко изменилась с появлением фабрик и офисных зданий в эпоху индустриализации.
Бизнес потребовал разделения религиозных и моральных ценностей от производственных процессов, породив циничную фразу «ничего личного, просто бизнес».
Чтобы заставить мужчин работать в этих эмоционально холодных и жёстких условиях, общество разделило человеческий опыт на две гендерные сферы: дом стал оазисом тепла и заботы, закреплённым за женщинами, а работа — пространством холодного рационального мышления, закреплённым за мужчинами.
Философ утверждает, что идея о «врождённой» склонности женщин к заботе и «естественной» рациональности мужчин была сконструирована искусственно, чтобы оправдать экономические изменения.
Научных доказательств того, что родительские функции должны строго разделяться по биологическому признаку, не существует.
Напротив, по мнению Шапиро, такое разделение наносит вред: дети, видящие, что только отец отвечает за рациональные задачи (например, планирование маршрута по карте), вырастают с убеждением в правильности гендерной сегрегации.
Это делает невидимыми трансгендерных и гендерно-неконформных людей в мире, жёстко поделенном на мужское и женское.
⛓️ Ловушка «невозможной маскулинности» 26:33
Искусственные гендерные мифы наносят глубокие психологические травмы всем участникам семейных отношений.
Шапиро отмечает, что матери часто испытывают колоссальный стыд и стигматизируют себя, если не соответствуют вымышленному образу идеальной, биологически предопределённой няни.
Аналогичные процессы происходят и с мужчинами, которые сталкиваются с феноменом, называемым исследователями «невозможной маскулинностью».
По мнению Шапиро, требование быть «альфа-самцом», абсолютным лидером, самым успешным, богатым и привлекательным во всех сферах жизни — невыполнимо.
Не имея возможности соответствовать этим нереалистичным идеалам, мужчины всю жизнь живут с чувством глубокого стыда и синдромом самозванца.
Спикер считает, что этот внутренний кризис заставляет мужчин компенсировать свою мнимую слабость деструктивным поведением:
- В относительно мягких проявлениях это выливается в высокомерное поведение, менсплейнинг (снисходительное объяснение вещей женщинам) и газлайтинг. Шапиро иронично замечает, что мужчины менсплейнят дома именно потому, что не могут позволить себе делать это на работе перед лицом генерального директора.
- В худших сценариях подавленный стыд приводит к домашнему, физическому или сексуальному насилию как попытке вернуть утраченное чувство контроля и власти.
- Крайним проявлением этой патологии спикер считает феномен инцелов (недобровольных девственников), ярким примером чего стали трагедии с массовыми расстрелами, совершёнными мужчинами из-за ложного чувства завышенных ожиданий и права на секс.
Шапиро подчёркивает, что традиционная маскулинность индустриальной эпохи окончательно потеряла эффективность в современном мире.
Сегодняшняя экономика базируется на коммуникации, эмпатии и способности быть уязвимым — качествах, которые долгое время ошибочно считались исключительно «женскими».
Мужчины, пытающиеся действовать с позиции грубой силы и доминирования, стремительно теряют реальную власть.
Поэтому, по мнению философа, отцы обязаны учить сыновей быть самими собой, а не пытаться соответствовать устаревшим шаблонам «мужественности».
🌌 Столкновение мифов: мы не всегда герои в чужих историях 31:48
Важным этапом личной эволюции Шапиро стало осознание концепции «сталкивающихся мифов», которую ему когда-то озвучил его психоаналитик.
Спикер выдвигает гипотезу, что до 99% всех конфликтов в отношениях — как романтических, так и детско-родительских или рабочих — происходят из-за того, что кто-то другой «портит наш личный сценарий».
Каждый человек искренне считает себя главным героем собственной истории, условным Люком Скайуокером, и злится, когда окружающие нарушают этот нарратив.
Однако, как напоминает Шапиро, в чужих историях мы можем играть совершенно иные роли: ментора, второстепенного персонажа или даже злодея.
Философ признаётся, что для своих детей он нередко выглядит «злым троллем под мостом», который не отпускает их гулять, пока они не разгадают загадку, и родителю необходимо смириться с этой ролью.
По мнению Шапиро, именно здесь кроется причина яростного сопротивления мужчин феминизму.
Патриархальная культура приучила мужчин к тому, что они имеют эксклюзивное право находиться в центре вселенной — это подкрепляется кинематографом, где подавляющее большинство главных героев до сих пор остаются белыми мужчинами.
Когда такой мужчина сталкивается с реальностью, он внезапно обнаруживает, что в общем гендерном нарративе он превратился из благородного героя в угнетателя и злодея.
Возникает когнитивный диссонанс: человек не может примирить своё искреннее стремление быть хорошим парнем с тем, что для огромной группы людей он выглядит как Дарт Вейдер.
Шапиро считает, что зрелость заключается в способности выдерживать это напряжение и понимать, что мы одновременно являемся и героями, и злодеями в разных системах координат.
📱 Экранное время: почему технологии пугают консервативное общество 35:43
В ходе дискуссии собеседники затронули первую книгу Шапиро «The New Childhood», которая в своё время вызвая немало споров среди педагогов и родителей.
Спикер категорически заявляет, что само по себе экранное время не является токсичным, а столетние попытки врачей и исследователей доказать обратное (начиная со времён появления первых телевизоров) полностью провалились.
Никакого физического или ментального вреда от самого факта созерцания экрана наука не зафиксировала, хотя это и не означает, что сидеть перед ним круглые сутки полезно.
По мнению Шапиро, ключевой вопрос заключается не в количестве часов, проведённых с гаджетом, а в содержании деятельности и в том, как ребёнок осмысляет увиденное.
Шапиро признаёт, что как отец он тоже беспокоится, когда его дети часами смотрят YouTube, опасаясь, что алгоритмы могут затянуть их в ультраправые «кроличьи норы» радикального контента.
Задача родителя — быть ментором, помогающим фильтровать и критически оценивать входящую информацию, а не пытаться полностью запретить технологии, которые стали неотъемлемой частью жизни.
Философ критикует исследования, пытающиеся связать использование смартфонов с ростом депрессий и самоубийств среди подростков.
Он указывает на то, что эта негативная статистика начала расти ещё до массового распространения смартфонов, а истинными причинами психологического кризиса молодёжи, по мнению Шапиро, являются куда более масштабные факторы:
- Глобальное изменение климата.
- Рост авторитаризма в мире.
- Усиление трайбализма (межгрупповой вражды).
Технологии пугают консервативную часть общества прежде всего потому, что они разрушают те самые жёсткие границы индустриальной эпохи между домом и внешним миром.
Сидя на диване в гостиной, ребёнок может общаться со сверстником из Украины, и этот прозрачный мир подрывает традиционные представления о контролируемом домашнем очаге и гендерном воспитании.
Пандемия COVID-19 и опыт дистанционного обучения лишь обострили эти страхи, обнажив при этом глубокое неравенство в распределении домашнего труда. Спикер выразил надежду, что этот кризис заставит общество вынести данные проблемы на обсуждение.
🗂️ Проектный менеджмент вместо «эмоционального труда»: практические советы родителям 42:07
Отвечая на вопросы сотрудников Google, Шапиро затронул тему смены поколений.
Философ считает, что между современными детьми и их родителями существует разрыв в используемом словаре (например, в вопросах политкорректности и гендерных местоимений), но нет разрыва в уровне эмпатии.
Он вспомнил, как разозлился и встал в оборонительную позицию, когда собственные дети поправили его за использование неверного местоимения в отношении их друга.
Шапиро подчёркивает, что даже ему, профессору, изучавшему критическую гендерную теорию, трудно признавать свои ошибки перед подростками, однако родителям и преподавателям жизненно необходима смиренность, чтобы просить прощения и учиться новому языку у подрастающего поколения.
Особое внимание спикер уделил вопросу дисбаланса домашних обязанностей. Шапиро предлагает отказаться от популярного термина «эмоциональный труд» (emotional labor) в пользу понятия «проектный менеджмент» (project management).
По его мнению, слово «эмоциональный» используется патриархальной культурой лишь для того, чтобы замаскировать чистую логистику под «врождённое женское желание заботиться».
В составлении планов визитов к педиатру, закупке обуви для футбола или организации детских праздников нет ничего эмоционального — это чистый менеджмент проектов, с которым мужчины обязаны справляться наравне с женщинами.
Чтобы преодолеть этот негласный дисбаланс, который, согласно исследованиям, сохраняется даже в прогрессивных семьях, Джордан Шапиро даёт радикальный совет — вести открытый учёт и буквально «считать очки» в отношениях.
Философ убеждён, что популярная идея «в любви нельзя вести подсчёты» — это патриархальная пропаганда, поскольку в любой структуре то, что не внесено в бюджетную строку, автоматически обесценивается и скатывается к патриархальному шаблону по умолчанию.
Распределение обязанностей в семье должно происходить не на основе строения гениталий, а исходя из навыков, удобства и взаимных договорённостей.
Сам Шапиро выполняет в доме всю работу повара, поскольку в прошлом был профессиональным шеф-поваром и приготовить ужин на шестерых членов семьи для него не составляет труда.
Он призывает родителей внимательно следить за тем, чтобы у детей обязанности не делились по классической схеме «дочь моет посуду, сын стрижёт газон».
В противном случае девочки с раннего возраста приучаются добровольно уступать свои привилегии ради комфорта братьев, что впоследствии переносится во взрослую рабочую среду, где женщины в офисах неосознанно берут на себя роль обслуживающего персонала.
Главный совет, который Джордан Шапиро даёт всем, кто хочет начать менять устоявшуюся структуру власти, — подвергать сомнению всё, что кажется «естественным» и «неизменным».
Каждый раз, когда звучит фраза о том, что человек «запрограммирован» (hardwired) на определённое поведение, за этим скрывается попытка защитить текущие властные бенефиты тех, кому выгодна существующая иерархия.
Человеческая культура и психология пластичны, и готовность вести открытый диалог — это единственный путь к созданию справедливого общества.
