В современном медийном пространстве наблюдается беспрецедентный сдвиг: разговоры о возможности применения ядерного оружия перешли из разряда табуированных катастроф в формат обыденного телевизионного дискурса. Журналистка Ксения Собчак в своем масштабном разборе анализирует, как пропаганда и политические деятели приучают общество к мысли о допустимости ядерного удара, и к каким последствиям это может привести. В центре исследования — психологические триггеры, исторические параллели и мнения военных экспертов о реальности атомной угрозы.
📺 Нормализация кошмара: как атомная бомба стала телезвездой 0:00
Те, чье детство пришлось на поздние советские годы, отчетливо помнят глубинный страх перед атомной катастрофой. В тот период многолетнее противостояние СССР и США подпитывало ежеминутную тревогу о том, что привычный мир может в любой момент исчезнуть. Ситуация изменилась в конце 1980-х годов, когда благодаря политике Михаила Горбачева и руководства США стартовала программа взаимного ядерного разоружения. Наступила эпоха, когда мир избавился от ощущения неизбежного конца.
Однако после 24 февраля 2022 года реальность кардинально трансформировалась. На смену многолетнему табу пришла медийная нормализация ядерного конфликта. Теперь гипотетический обмен ядерными ударами преподносится в телестудиях как вполне допустимый и даже обыденный вариант развития событий.
Ярким примером этой тенденции, по мнению автора видео, стало заявление главного редактора RT Маргариты Симоньян в эфире программы Владимира Соловьева. Симоньян выразила убеждение, что ядерный удар является наиболее реалистичным исходом текущих событий:
«Или мы проигрываем на Украине, или начинает третья мировая. Лично я считаю наиболее реалистичным путь третьей мировой... зная нашего руководителя Путина Владимир Владимировича, этого просто не может быть [то есть поражения]. Вот самое невероятное, что в конце концов все это закончится ядерным ударом, мне представляется все же более вероятным».
В ходе этих дискуссий медиаперсоны нередко апеллируют к знаменитой фразе Владимира Путина, сказанной в 2018 году: «Мы в рай, они просто сдохнут». Однако контекст этого высказывания претерпел серьезные искажения. Изначально российский президент подчеркивал, что Россия рассматривает ядерное оружие исключительно как средство ответного удара и никогда не применит его первой. В современных реалиях этот критически важный нюанс спикеры предпочитают опускать.
Параллельно градус риторики повышается официальными предупреждениями. При объявлении специальной военной операции Владимир Путин пригрозил потенциальным интервентам последствиями, с которыми они «в своей истории еще никогда не сталкивались», а 27 апреля на встрече с Советом законодателей пообещал «молниеносные» встречные удары в случае создания стратегических угроз для страны.
🚀 «Сарматы» над Лондоном и техническая некомпетентность в эфире 4:59
Официальные заявления руководства страны послужили сигналом для радикализации риторики в государственных СМИ. Дмитрий Киселев в эфире своей программы перешел от старых тезисов о «радиоактивном пепле» к прямым угрозам в адрес Великобритании. По его словам, российский подводный робот-беспилотник «Посейдон» мощностью до 100 мегатонн способен двигаться на километровой глубине со скоростью 200 км/ч и превратить Британские острова в «радиоактивную пустыню».
Не менее агрессивные сценарии озвучиваются в ток-шоу «60 минут». Депутат Государственной думы Алексей Журавлев в прямом эфире рассуждал о нанесении ударов межконтинентальными ракетами по европейским столицам, оперируя конкретным временем подлета ракеты «Сармат» из Калининграда:
- До Берлина — 106 секунд;
- До Парижа — 200 секунд;
- До Лондона — 200 секунд.
Приглашенный в студию «Осторожно: Собчак» военный эксперт назвал подобные расчеты телевизионных спикеров абсолютно бредовыми и далекими от технической реальности. С технической точки зрения, ракетные комплексы «Сармат» никогда не будут размещаться в Калининградской области — их реальные позиционные районы находятся в Оренбургской области и Красноярском крае.
Специалист пояснил технические нюансы траектории полета баллистических ракет:
- Межконтинентальные ракеты рассчитаны на полеты через океан на огромные расстояния.
- Отправка «Сармата» по ближним целям экономически и стратегически бессмысленна.
- Из-за необходимости лететь по крайне высокой дуге (траектории) ракета будет добираться до условного Берлина около часа, а не пару минут.
На основе этого эксперт делает вывод, что рассуждающие на федеральных каналах спикеры демонстрируют уровень компетентности, который значительно уступает даже базовым представлениям рядовых граждан.
🎯 Три адресата ядерного шантажа: кому грозят медиа 10:27
По оценке аналитиков, агрессивные заявления информационных ресурсов преследуют конкретные цели и направлены одновременно на три разные аудитории:
- Зарубежный адресат (Запад): Поскольку быстрых военных успехов достигнуть не удалось, ядерное оружие используется как инструмент сдерживания, призванный напугать западные страны и заставить их отказаться от прямого вмешательства в украинский конфликт.
- Внутренний адресат (граждане России): На фоне недоумения общества из-за затягивания боевых действий пропаганда пытается продемонстрировать, что решимость руководства никуда не исчезла и страна по-прежнему готова на самые жесткие меры.
- Глава государства (главный зритель): По мнению Ксении Собчак, российская информационная номенклатура всегда говорит с прицелом на одного человека. В медиасреде разворачивается жесткая конкуренция и «соревнования в оголтелости» ради того, чтобы понравиться высшему руководству и поддержать его курс.
Эта волна радикализации заставляет политиков совершать резкие идеологические кульбиты. Так, лидер партии «Справедливая Россия» Сергей Миронов стал активно угрожать Европе ядерным ударом в соцсетях. При этом журналисты обнаружили, что еще в августе 2021 года на его личном сайте был опубликован текст к годовщине бомбардировок Хиросимы и Нагасаки, где утверждалось, что применению ядерного оружия «нет и не может быть никакого оправдания», а сам этот акт назывался «преступлением против человечества».
Западная сторона реагирует на эти сигналы сдержанно, но твердо. Пресс-секретарь Белого дома Джен Псаки в тот период в очередной раз подчеркнула официальную позицию Вашингтона: в ядерной войне не может быть победителей, и США не намерены напрямую отправлять свои войска в зону конфликта.
Как отмечают эксперты, активная апелляция к ядерному арсеналу началась в России около 10 лет назад, когда Барак Обама пренебрежительно назвал РФ «региональной державой». Именно тогда, на фоне утери других весомых геополитических и экономических аргументов, Москва стала активно напоминать миру о своей способности уничтожить планету. В условиях текущего кризиса этот довод стал главным и фактически единственным аргументом.
💥 Тактическое против стратегического: иллюзия контролируемой эскалации 15:08
В общественном дискурсе часто возникает путаница между типами вооружений. Военный эксперт объяснил разницу между ними максимально просто:
«Тактическое ядерное оружие предназначено для поля боя, для нанесения ущерба воинам противника. Стратегическое — это нанесение ущерба мирным гражданам, городам, промышленности. Разница именно в целях».
В медиа звучат предложения нанести тактические удары по Риге, Вильнюсу или Варшаве. Однако специалисты предостерегают: любой удар по крупному городу — это не демонстрация силы, а автоматическое втягивание сторон в тотальный глобальный обмен ударами. Существует теоретическое понятие «сигнального» взрыва (в безлюдной пустыне или на удаленной военной базе для демонстрации решимости), но атака на территорию стран НАТО неизбежно вызовет ответный залп американских ракет Trident по Москве, Санкт-Петербургу и Новосибирску.
Гипотетический сценарий применения тактического ядерного оружия на территории Украины выглядит технически более «реалистичным» только потому, что она не входит в блок НАТО. Однако эксперты называют саму идею ведения даже ограниченной ядерной войны вблизи собственных границ чудовищной.
Реальные последствия локального ядерного взрыва будут иметь катастрофический характер:
- Мгновенное разрушение инфраструктуры в зоне взрыва и массовые жертвы.
- Выпадение радиоактивного следа в радиусе от 50 до 500 километров в зависимости от мощности заряда и метеоусловий.
- Массовое развитие лучевой болезни у населения в зоне поражения и резкий рост онкологических заболеваний на отдаленных территориях.
Особую опасность представляет роза ветров в регионе: воздушные потоки в этих широтах устроены так, что радиоактивные осадки с высокой долей вероятности понесет прямо на территорию России. Эксперты сходятся во мнении, что удержать конфликт в «ограниченных» рамках после первого же реального взрыва будет практически невозможно.
📜 Исторический урок: от манифеста Эйнштейна до страхов Брежнева 22:02
Ядерная эра началась в августе 1945 года с американских бомбардировок Хиросимы и Нагасаки, породив в человечестве первобытный страх перед иррациональной смертью. После того как в 1949 году СССР создал собственную бомбу, возник паритет страха. В 1955 году величайшие умы планеты — Бертран Рассел, Альберт Эйнштейн, Фредерик Жолио-Кюри, Макс Борн и другие — выпустили знаменитый манифест, призвав человечество помнить о риске всеобщей гибели и отказаться от войн.
В XX веке к голосу ученых прислушивались, а советское руководство, состоявшее из людей военного поколения, испытывало подлинный страх перед атомным оружием. Бывший начальник Главного оперативного управления Генштаба генерал-полковник Андрей Данилевич вспоминал случай из начала 1970-х годов. Во время учений генеральному секретарю Леониду Брежневу предложили нажать символическую «красную кнопку» для учебного пуска трех МБР без боеголовок. Брежнев побледнел, его рука дрожала, и он несколько раз испуганно переспрашивал министра обороны Андрея Гречко: «Андрей Антонович, вы точно уверены, что это просто учения?».
Единственным моментом, когда мир оказался на грани катастрофы, стал Карибский кризис осени 1962 года. Огромную роль в его мирном разрешении сыграли неформальные закрытые каналы связи между советским послом Анатолием Добрыниным и братом президента США Робертом Кеннеди. В тот период из-за отсутствия прямой связи заявления Кремля иногда приходилось транслировать по обычному радио, чтобы американцы успели их услышать до начала атаки. Именно этот кризис заставил создать систему экстренной связи между лидерами государств.
Сегодня эти механизмы деградировали. Нынешний российский посол в Вашингтоне Анатолий Антонов признавался в интервью изданию Politico, что находится в полной изоляции, не может полноценно общаться с американскими властями и несколько лет не разговаривал по телефону с Владимиром Путиным из-за рисков прослушки.
🎬 От Кубрика до Охлобыстина: эволюция ядерного мифа в культуре 29:54
Отражение ядерных страхов всегда ярко прослеживалось в мировом кинематографе. В США снимались как классические нуары вроде «Целуй меня насмерть» (1955), заканчивавшиеся атомным взрывом, так и острая сатира Стэнли Кубрика «Доктор Стрейнджлав, или Как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу» (1964). Примечательно, что режиссер Оливер Стоун во время съемок своего документального проекта убедил Владимира Путина посмотреть шедевр Кубрика. Посмотрев фильм, российский президент отметил, что в нем есть вещи, которые «заставляют кое о чем задуматься» и предупреждают о реальных опасностях.
Советская культура подходила к теме иначе. Фильмы вроде «Девять дней одного года» (1962) Михаила Ромма подчеркивали антивоенную позицию ученых и недопустимость глобальной войны. Режиссер Леонид Гайдай вставил кадры ядерного взрыва в финал комедии «Бриллиантовая рука» исключительно как отвлекающий маневр для цензоров: он согласился удалить этот шокирующий финал в обмен на сохранение других сомнительных шуток в картине. На советской эстраде регулярно звучали песни о борьбе за мир, которые в 2022 году, по замечанию Собчак, исполнять на улицах городов уже фактически запрещено.
Перелом в массовом сознании произошел в 2000 году с выходом фильма «ДМБ», сценаристом которого выступил Иван Охлобыстин. Именно там прозвучала ставшая культовым мемом фраза: «Обязательно бахнем, и не раз, весь мир в труху». Спустя годы Охлобыстин превратился из богемного московского постмодерниста в ультраконсервативного идеолога. В 2017 году в своей колонке для RT под названием «Райский подарок» он открыто призывал к ядерной войне:
«Всем очень-очень нужна война. Назрела, оформилась общее представление о предстоящих баталиях... без атомной бомбы в итоге не обойдется... Реализуем себя творчески всей страной, доведем противника до истерики, пока он первый кнопку не нажмет».
По мнению Собчак, этот пример демонстрирует психологию глобального троллинга: российские элиты и значительная часть общества действуют по принципу «насолить дяде Сэму» и испугать Запад, превратив всю государственную идеологию в чистую «анти-Америку».
🌍 Откат в XIX век и симуляция народной причастности 37:56
Последствия полноценного применения стратегических арсеналов России и США хорошо просчитаны научным сообществом. Такой конфликт не уничтожит планету физически, но кардинально изменит уклад человечества, отбросив привычный уровень жизни и технологий как минимум на два века назад — в девятнадцатый век. В гипотетическом поиске безопасных мест эксперты иронично выделяют Африку, Новую Зеландию и северные районы Красноярского края (например, Норильск).
Главный вопрос заключается в том, почему общество перестало испытывать страх перед катастрофой. Психологической причиной этого феномена аналитики называют «иллюзию причастности» (партисипации). Обычный российский гражданин полностью отчужден от принятия политических решений: он не выбирает правительство, не влияет на законы и лишь формально одобряет кандидатуру президента.
Взамен реальных гражданских прав государство предлагает человеку суррогат величия:
- Возможность почувствовать себя частью «изменения мирового порядка».
- Канализацию внутренней фрустрации и бедности в гнев против внешнего врага (Запада).
- Ощущение собственной значимости через осознание того, что «наша ракета стоит на боевом дежурстве».
В результате этот нереализованный социальный инстинкт трансформируется в готовность «претерпеть ради великой цели» и рассуждения о том, что погибнуть в ядерном апокалипсисе — приемлемый исход.
Ситуация усугубляется тем, что изначально планировавшийся сценарий быстрой и легкой военной кампании полностью провалился, и конфликт затянулся. Слова Путина об угрозах ядерным оружием, сказанные до начала операции и повторенные в условиях масштабных поставок западного вооружения Украине, имеют принципиально разный политический вес и смысл.
Подобные опасные игры с нарушением табу напоминают поведение подростков, исследующих границы дозволенного. Однако в вопросах выживания человечества ставки слишком высоки, и обществу остается лишь надеяться, что у лиц, принимающих окончательные решения, возобладает базовая ответственность взрослых людей.
