Американское внешнеполитическое ведомство и военное руководство США вплотную подошли к возможности участия в наступательных операциях против ядерных объектов Ирана. Ведущий Такер Карлсон и военный эксперт, бывший высокопоставленный чиновник Пентагона Дэн Колдуэлл анализируют последствия потенциального удара американской авиации, оценивают степень уязвимости контингента США на Ближнем Востоке и раскрывают глубокий математический кризис в системе противоракетной обороны западной коалиции. По оценкам собеседников, новая эскалация способна не только втянуть Вашингтон в нежелательную войну ради смены режима в Тегеране, но и полностью истощить ресурсы, необходимые для сдерживания Китая в Тихоокеанском регионе.
🪤 Американские войска как «мина-ловушка» на Ближнем Востоке 0:41
В американском экспертном сообществе и прессе активно обсуждается сценарий, при котором Вооруженные силы США могут нанести удар по подземным иранским объектам по обогащению урана с использованием сверхмощных конventional противобункерных бомб. Дэн Колдуэлл подчеркивает, что в случае реализации этого сценария под ударом окажутся тысячи американских военнослужащих, находящихся на передовых базах и кораблях в регионе. По его словам, многие высокопоставленные офицеры и опытные контрактники, отслужившие по 15–25 лет, признаются в глубокой усталости: для многих из них текущие ротации стали седьмыми или восьмыми по счету. Несмотря на формальное завершение активных фаз войн в Ираке и Афганистане, американская военная машина остается критически перегруженной.
Эксперт обращает внимание на резкое ухудшение стандартов жизни внутри самих Вооруженных сил США: инфраструктура многих казарм разрушается. В качестве примера он приводит недавний инспекционный визит министра военно-морских сил Джона Фэйлена на Гуам, где бытовые условия морских пехотинцев оказались настолько катастрофическими, что министр приказал немедленно закрыть часть казарм. Очередная масштабная война, по мнению Колдуэлла, окончательно лишит оборонное ведомство ресурсов, необходимых для проведения назревшей реформы армии, которую пытается инициировать министр сухопутных войск Дэн Дрисколл.
Особую опасность представляет изоляция экипажей американских кораблей. В ходе недавнего противостояния с йеменскими хуситами авианосец «Гарри Трумэн» (USS Harry S. Truman) едва избежал попадания противокорабельной ракеты: пилотам истребителей F-18 пришлось совершать критически агрессивные маневры уклонения, из-за чего один из самолетов сорвался за борт. На борту корабля в этот момент находилось около 6000 моряков и морских пехотинцев, для которых ситуация была делом жизни и смерти.
Текущая миссия США в Ираке, по утверждению Колдуэлла, выглядит парадоксально. Основная задача американского контингента на авиабазе Айн аль-Асад в западной провинции Анбар заключается в обучении и поддержке иракских сил безопасности. Однако в состав этих сил официально входят Силы народной мобилизации (PMF) — конгломерат шиитских милиций, которые исторически создавались, финансировались и обучались силами «Кудс» под руководством иранского генерала Касема Сулеймани. Таким образом, американские солдаты вынуждены тренировать и субсидировать те самые группировки, которые приказом из Тегерана будут атаковать их в случае начала войны. Колдуэлл считает, что американские подразделения в Ираке и Сирии превратились в легкие мишени и выступают в роли «мины-ловушки» (tripwire) — их гибель послужит автоматическим поводом для полномасштабного американского вмешательства.
❌ Саботаж в Белом доме и уроки сирийской кампании 11:17
Дэн Колдуэлл заявляет о существовании системного саботажа со стороны гражданских и военных чиновников в Вашингтоне, которые сознательно подрывали приказы политического руководства. В качестве примера он приводит деятельность Джима Джеффри, бывшего специального представителя США по Сирии в период первой администрации Дональда Трампа. После ухода со службы Джеффри публично хвастался в Вашингтоне тем, что систематически лгал президенту об истинной численности американских войск в Сирии, чтобы не допустить их полного вывода.
По мнению эксперта, этот саботаж привел к трагическим последствиям в начале 2024 года, когда трое американских резервистов погибли в результате удара беспилотника по объекту «Башня 22» (Tower 22) в Иордании. Эта база существует исключительно для тылового обеспечения американского гарнизона Эт-Танф, расположенного непосредственно сирийской территории. Первоначальная миссия Эт-Танфа заключалась в подготовке антиасадовской оппозиции для борьбы с ИГИЛ, однако со временем она трансформировалась в задачу по перекрытию наземных путей сообщения Ирана через Ирак в Сирию. Когда ситуация изменилась и сирийская правительственная армия начала координировать действия с курдами, база потеряла стратегический смысл, и чиновники администрации Джо Байдена в частных разговорах признавали, что у США нет внятной политики по Сирии, но выводить войска нельзя, чтобы это не выглядело как «капитуляция».
В результате многолетней американской кампании в Сирии, на которую были потрачены десятки миллиардов долларов и где гибли американские военные, фактическую победу одержали радикальные структуры, вышедшие из «Аль-Каиды» (включая группировку под руководством Абу Мухаммада аль-Джулани), которые заняли место режима Башара Асада в ряде регионов. При этом Колдуэлл напоминает, что сразу после терактов 11 сентября 2003 года Вашингтон прагматично сотрудничал с Асадом, отправляя задержанных террористов в сирийские тюрьмы для допросов, поскольку у обеих стран был общий враг в лице «Аль-Каиды».
Кроме того, пребывание американских войск в Сирии регулярно балансировало на грани прямого столкновения с Россией. Помимо известного крупного боя с бойцами ЧВК «Вагнер», американская и российская авиация еженедельно пересекались в одном воздушном пространстве, а патрули сталкивались на земле. Любая ошибка или недопонимание могли запустить неконтролируемую спираль эскалации между двумя ядерными державами.
🚀 Лестница эскалации и математический тупик противоракетной обороны 21:46
В случае нанесения ударов по Ирану ситуация мгновенно перейдет на верхние ступени так называемой «лестницы эскалации». Иранская сторона неизбежно ответит массированными ударами по американским объектам. Под угрозой окажутся крупные базы США в странах Персидского залива:
- Катар,
- Кувейт,
- Бахрейн,
- Объединенные Арабские Эмираты,
- Саудовская Аравия.
При этом Колдуэлл подчеркивает, что арабские монархии залива сейчас занимают гораздо более взвешенную позицию, чем в 2019 году, и нет никакой гарантии, что они разрешат использовать свою территорию для нападения на Иран. Под удар также попадут дипломатические представительства США и торговые суда в Аравийском море и Персидском заливе.
Опыт иранского ответа на ликвидацию Касема Сулеймани в 2020 году показал, что Тегеран обладает внушительным ракетным потенциалом. Тогда иранцы через бэк-каналы предупредили США о готовящейся атаке, что позволило американским военным укрыться в бункерах базы Айн аль-Асад, однако сам залп баллистических ракет был чрезвычайно плотным. В ходе недавних прямых столкновений с Израилем Иран выпустил от 400 до 500 баллистических ракет. По имеющимся у эксперта данным, в результате этих обстрелов погибли около 25 израильтян и около 600 получили ранения, хотя в Израиле действует жесткая военная цензура и точные цифры потерь обеих сторон оценить сложно из-за пропаганды.
В данный момент противостояние Израиля и Ирана превратилось в чистую «гонку на истощение запасов вооружений». Стратегическая задача Израиля — уничтожить как можно больше иранских мобильных пусковых установок до того, как у исчерпаются противоракеты для комплексов Arrow, David's Sling, американских систем THAD и корабельных ракет SM-3/SM-6. Иран же стремится сохранить свой ракетный арсенал и перенасытить израильскую ПВО.
Для США прямое вмешательство в этот конфликт оборачивается тяжелейшим математическим тупиком:
- По открытым данным, оборонно-промышленный комплекс США производит всего от 100 до 150 ракет-перехватчиков в год для комплекса THAD — самой передовой американской системы противоракетной обороны.
- За все время производства в США было выпущено всего около 900–1000 противоракет для THAD.
- В то же время ракетный арсенал Ирана, способный достигать Израиля и американских баз, оценивается в диапазоне от 2000 до 3000 баллистических ракет.
Даже при 100-процентной эффективности перехвата у союзников физически не хватит противоракет для отражения затяжного конфликта. Американский оборонный сектор, несмотря на бюджет в 1 триллион долларов в год, оказался не готов к войнам нового типа, где требуется массовое производство относительно дешевых средств поражения, увлекшись созданием штучных сверхдорогих платформ с избыточными технологическими опциями.
🌏 Выгодополучатели конфликта: стратегический расчет Китая и России 34:22
По оценкам Дэна Колдуэлла, крупный конфликт на Ближнем Востоке кардинально изменит баланс сил в пользу главных геополитических соперников США. Россия, по его мнению, не станет напрямую вмешиваться в войну на стороне Тегерана, поскольку ее собственный военно-промышленный комплекс полностью задействован в украинском конфликте. Эксперт приводит примечательный факт со ссылкой на генерального секретаря НАТО: оборонная промышленность России сейчас производит за три месяца больше оружия и боеприпасов, чем все страны НАТО вместе взятые за целый год. При этом российская стратегия опирается на подавляющую огневую мощь, что исключает возможность масштабных поставок систем ПВО или истребителей Ирану. Кроме того, между спецслужбами Москвы и Тегерана сохраняется историческое недоверие, обусловленное тем, что Россия дважды оккупировала Иран в XX веке.
Главным бенефициаром ближневосточной войны станет Китай. Пекин ведет крайне прагматичную политику, избегая прямого военного присутствия, но извлекая экономические выгоды при помощи «мягкой силы». В случае войны США будут вынуждены расходовать именно те типы вооружений, которые критически необходимы для сдерживания КНР в Тихом океане:
- системы противовоздушной обороны (включая Patriot и THAD),
- высокоточные ракеты класса «воздух-поверхность»,
- дальнобойное управляемое оружие.
Все эти ресурсы будут изъяты из потенциального тихоокеанского театра, что ослабит американские позиции и поставки союзникам — Японии, Филиппинам, Южной Корее и Тайваню.
При этом Иран, в отличие от Китая (обладающего крупнейшим в мире флотом и сотнями межконтинентальных баллистических ракет) или России (с ее 6000 ядерных боеголовок), не представляет экзистенциальной угрозы для выживания США. Экономика Ирана сопоставима по масштабам с экономикой американского штата Пенсильвания, а одна только Саудовская Аравия тратит на оборону в четыре раза больше Тегерана. Иран окружен историческими противниками, включая ядерный Пакистан и Израиль с его мощной ядерной триадой, и не обладает конвенциональной способностью нанести удар по американской территории, за исключением потенциальной угрозы инфильтрации террористических ячеек.
🏛️ Кризис «либеральной гегемонии» и идеологический раскол в Вашингтоне 45:04
Причиной деструктивного фокуса Вашингтона на Иране Колдуэлл называет доминирование в американском истеблишменте идеологии «либеральной гегемонии». Американские политики по-прежнему убеждены, что США должны быть не просто сильной державой, а доминирующей силой, насаждающей свои либеральные ценности по всему миру. Ярким примером такого мышления собеседники считают позицию неоконсервативного обозревателя Бретта Стивенса, который публично заявлял, что мечтает увидеть бойцов 82-й воздушно-десантной дивизии США на улицах Тегерана, охраняющих гей-прайд. Такер Карлсон и Дэн Колдуэлл сходятся во мнении, что подобные взгляды группы ведущих авторов The New York Times (таких как Дэвид Брукс, Дэвид Френч и Бретт Стивенс) отражают опасный культ насилия, замаскированный под американские интересы. При этом Дэвид Френч сегодня выступает скорее барометром настроений внутри верхушки Демократической партии, которая в своей платформе 2024 года заняла гораздо более жесткую и ястребиную позицию по отношению к Ирану, чем в 2020 году.
Тем не менее, Колдуэлл заявляет, что традиционный неоконсервативный фланг в Республиканской партии (представленный Митчем Макконнеллом, Томом Коттоном, Тедом Крузом и Марком Левином) постепенно превращается в угасающее меньшинство. В американском обществе полностью отсутствует популярная поддержка идеи новой большой войны: по данным опросов YouGov и Брукингского института, прямую военную интервенцию против Ирана поддерживают всего около 16% американцев.
Кроме того, в структурах исполнительной власти появляется новое поколение реалистов (таких как Элбридж Колби, Джо Кент, Майкл Антон), чьи взгляды в корне отличаются от подходов эпохи Пола Вулфовица или Джона Болтона. Создана альтернативная экспертная инфраструктура, успешно атакующая внешнеполитический консенсус вашингтонского «Блоба» (The Blob). По мнению Колдуэлла, нынешняя агрессивная кампания неоконсерваторов — это жест отчаяния перед лицом наступающего поколения молодых республиканцев, настроенных изоляционистски.
Эксперт развенчивает иллюзию того, что ядерную программу Ирана можно ликвидировать одними лишь воздушными ударами. Чтобы полностью остановить программу, потребуется наземная оккупация и масштабные инспекции для верификации уничтожения тысяч центрифуг, документации и ликвидации инженерных кадров. Воздушная кампания лишь временно отбросит Тегеран назад, но неизбежно запустит маховик полноценной войны за смену режима, последствия которой для Ближнего Востока и самого Израиля совершенно не просчитаны, так же как не были просчитаны последствия свержения Саддама Хусейна, которое в итоге лишь усилило Иран.
📉 Истощение ресурсов: почему война с Ираном остановит поддержку Украины 59:34
Конфликт с Ираном наглядно продемонстрирует ограниченность американских ресурсов и сделает невозможным продолжение масштабного снабжения Украины. Колдуэлл напоминает, как после атаки ХАМАС 7 октября президент Джо Байден в эфире программы «60 минут» самоуверенно заявлял, что США справятся с одновременной поддержкой и Израиля, и Украины. Однако уже через неделю Пентагон был вынужден экстренно перенаправить предназначенную для ВСУ партию артиллерийских снарядов израильской стороне.
За несколько месяцев до этих событий администрация США с согласия тогдашнего израильского премьера Нафтали Беннета полностью опустошила американские склады передового базирования в Израиле, перебросив накопленные там снаряды для обеспечения украинского контрнаступления. В результате к моменту начала кризиса на Ближнем Востоке стратегические резервы оказались исчерпаны, так как Украина расходовала больше артиллерийских боеприпасов в месяц, чем США способны произвести.
Если в случае с артиллерией речь шла о относительно простых технологиях, то в потенциальной войне с Ираном главным и самым дефицитным девайсом станут ракеты для комплексов ПВО Patriot. Зенитные управляемые ракеты к Patriot — это именно то, что Владимир Зеленский называет своей главной потребностью в переговорах с Вашингтоном. Однако при начале боевых действий против Ирана американскому контингенту потребуются абсолютно все имеющиеся в наличии ракеты Patriot для самообороны. Поставки Киеву прекратятся мгновенно в силу банального физического отсутствия свободных единиц на складах.
Исторический анализ показывает, что дестабилизация Ирана несет прямые риски для безопасности самого Израиля. Во время холодной войны премьер Давид Бен-Гурион сформулировал «доктрину периферии», в рамках которой Израиль выстраивал стратегические союзы с неарабскими государствами региона — Турцией, Эфиопией и шахским Ираном, чтобы уравновесить враждебное арабское окружение. Даже после исламской революции 1979 года, когда аятолла Хомейни провозгласил курс на уничтожение еврейского государства, Израиль оставался главным тайным поставщиком оружия для Тегерана во время ирано-иракской войны.
Израильское руководство тогда рассматривало светский Ирак Саддама Хусейна как гораздо более опасную и близкую угрозу и сознательно поддерживало Иран, что легло в основу скандала «Иран-контрас» с участием американских деятелей вроде Эллиотта Абрамса и Майкла Ледина. Уничтожение или превращение Ирана в несостоявшееся государство (failed state) разрушит баланс сил, приведет к распаду страны по этническим линиям (поскольку меньшинства составляют около 40% населения Ирана) и вновь сделает арабские монархии враждебными по отношению к Тель-Авиву.
🤫 Скрытые механизмы саботажа мирных переговоров 1:14:36
Такер Карлсон делится деталями своих недавних встреч с европейскими дипломатами, которые в кулуарах (по правилам Chatham House) прямо заявляли, что они заинтересованы в бесконечном продолжении войны на Украине. По их логике, затягивание конфликта выгодно Европе, поскольку пока Россия воюет на Украине, она не может переориентировать свои силы против других европейских стран. Собеседники характеризуют позицию британского оборонного истеблишмента как иррациональную попытку цепляться за статус глобальной империи при полном отсутствии ресурсов и внутренней деградации самой Великобритании.
Касаясь внутренней кухни украинского трека, Колдуэлл указывает на деструктивную роль бывшей американской послицы в Киеве Бриджит Бринк, которая недавно демонстративно ушла в отставку и написала полную штампов колонку для Detroit Free Press в рамках подготовки к своей будущей конгрессменальной кампании в Мичигане. Бринк жестко критиковала реалистичный подход новой администрации Трампа, настаивающей на дипломатическом урегулировании. В частных беседах Бринк требовала в качестве базового условия переговоров немедленный возврат Крыма, совершенно не понимая, что попытка реализовать это требование означает гарантированное начало глобальной ядерной войны. При этом даже внутри украинского правительства многие чиновники прекрасно осознают реальное положение дел и понимают, что Крым не вернется.
Колдуэлл раскрывает подоплеку недавней масштабной атаки украинских беспилотников по стратегическим объектам на территории России (включая базу атомных подводных лодок на севере). Атака была совершена ровно за день до того, как официальная переговорная группа должна была вылететь в Стамбул для встречи с российской стороной. По мнению эксперта, высшее руководство в Белом доме, ЦРУ и Пентагоне действительно могло не знать о готовящемся налете, так как они были бы категорически против срыва дипломатического трека.
Однако операцию полностью курировали и поддерживали средние звенья американского разведывательного сообщества и военные советники в Европейском командовании ВС США (EUCOM), вовлеченные в проект еще при прошлой администрации. Они сознательно скрыли информацию от руководства, чтобы сорвать мирные переговоры и спровоцировать Россию на жесткий ответ.
США, по мнению Карлсона и Колдуэлла, демонстрируют полное неумение управлять сателлитами и выстраивать классические имперские отношения «патрон-клиент», регулярно позволяя зависимым лидерам совершать действия, прямо бьющие по американским интересам. При этом внутри Вашингтона развернута скоординированная кампания по дискредитации и травле чиновников-реалистов (таких как Тулси Габбард или сам Колдуэлл). С помощью сфабрикованных обвинений в «утечках информации» неоконсерваторы пытаются запугать аппарат, заставить замолчать оппонентов и полностью заблокировать любые внутренние дебаты, направленные на предотвращение большой войны.
