В условиях современного научного кризиса, когда ни одна из 22 доминирующих теорий сознания не может претендовать на истину, писатель и исследователь Майкл Поллан предлагает радикальный пересмотр самого метода познания. В интервью для The Institute of Art and Ideas он обсуждает свою новую книгу «A World Appears», исследует границы между субъективным опытом и объективной наукой, а также объясняет, почему растения могут быть более «живыми», чем искусственный интеллект.
🌀 Психоделики как инструмент исследования «лобового стекла» 1:22
Майкл Поллан начал глубокое изучение сознания после выхода своей книги «Как изменить разум» (2018), посвященной возрождению психоделических исследований . Автор называет свой метод «иммерсивной журналистикой»: чтобы понять нейробиологов и философов, он сам прошел через серию исследовательских трипов.
По мнению Поллана, в обычном состоянии сознание прозрачно для нас, как вода для рыбы. Психоделики же «запачкивают лобовое стекло» (smudge the windscreen) . В этот момент человек внезапно осознает наличие самого посредника между собой и реальностью. Один из ключевых опытов Поллана произошел в его саду в Новой Англии под воздействием псилоцибина: он почувствовал, что растения обладают собственной интенциональностью и «отвечают ему взглядом» .
Для оценки подобных мистических озарений Поллан использует прагматизм Уильяма Джеймса :
- Насколько полезно считать это истиной?
- Можно ли проверить эти инсайты другими способами познания?
- Стоит ли относиться к ним как к гипотезам, требующим научной верификации?
🚦 Классическая наука и «слепое пятно» объективности 15:02
Поллан утверждает, что современная наука в том виде, в котором она существует со времен Галилея, принципиально не приспособлена для решения «трудной проблемы» сознания . Галилей намеренно вывел душу (и, следовательно, субъективный опыт) за рамки науки, оставив её церкви, чтобы сосредоточиться на объективном и квантифицируемом мире .
По словам исследователя, ученые часто льстят себе, полагая, будто занимают «позицию Бога» или стороннего наблюдателя. Однако в изучении сознания это невозможно:
- Замкнутый цикл: сознание — это единственный инструмент, которым мы обладаем для изучения самого сознания .
- Сходство с космологией: как невозможно изучать Вселенную, находясь вне её, так нельзя объективизировать субъективный опыт .
- Социальная практика: физические науки игнорируют феноменологию прожитого опыта, что делает их описание реальности неполным .
Автор упоминает Фрэнсиса Крика, который в конце 80-х сделал тему сознания респектабельной в нейробиологии . Крик искал «нейронные корреляты сознания» (НКС), надеясь найти конкретные нейроны, генерирующие опыт. Однако его коллега Кристоф Кох позже признал: даже если мы найдем все НКС, это не объяснит, как материя порождает нематериальное ощущение «я» .
🌿 Чувствительность растений: за пределами нейронов 26:19
Одной из самых захватывающих тем беседы стала «нейробиология растений» — термин, намеренно провокационный, так как у растений нет нейронов . Поллан приводит поразительные факты, ставящие под сомнение человеческую исключительность:
- Обучение и память: эксперименты показывают, что растения способны запоминать информацию и решать проблемы выживания .
- Сенсорная сложность: растения обладают примерно 20 чувствами, в то время как у человека их традиционно выделяют 5 или 6 .
- Эффект анестезии: те же препараты, что усыпляют человека (например, перед операцией), лишают чувствительности венерину мухоловку . Если растение можно «анестезировать», значит, в обычном состоянии оно обладает неким уровнем бдительности или присутствия.
Поллан предлагает различать «сознание» (complex consciousness) и «чувствительность» (sentience) . Последняя — это способность воспринимать среду, оценивать её (хорошо/плохо) и действовать. По его мнению, чувствительность может быть универсальным свойством жизни, присущим даже бактериям.
🤖 Искусственный интеллект в «пещере Платона» 39:05
Обсуждая большие языковые модели (LLM), такие как ChatGPT, Поллан высказывает скептицизм относительно их сознательности. Он называет интернет не миром, а лишь «тенью, которую мир отбрасывает» .
Его аргументы против сознания ИИ:
- Отсутствие трения с реальностью: LLM манипулируют человеческими репрезентациями, а не взаимодействуют с физическим или социальным миром напрямую .
- Единство «железа» и «софта»: в мозге программное обеспечение и аппаратная часть идентичны — каждое воспоминание физически меняет структуру органа, в отличие от сменных носителей ИИ .
- Уязвимость и смертность: истинные чувства (голод, боль, страх) проистекают из биологической хрупкости. Машина, заявляющая «мне нужно больше электричества», лишь имитирует феноменологию чувства .
Поллан критикует стремление наделить ИИ статусом «личности». Он проводит аналогию с корпорациями в США, которым предоставили права личности, что привело к коррупции в политике . Признание ИИ сознательным может привести к потере человеческого контроля.
📚 Литература как прецизионный инструмент 7:53
В финале беседы Поллан встает на защиту гуманитарных наук. Он утверждает, что великие писатели, такие как Марсель Пруст или современные романисты (например, Бен Лернер), достигли в описании сложности сознания гораздо больших успехов, чем физика .
Наука стремится к универсалиям (например, понятию «красный цвет»), но Пруст показал, что ни одна мысль не повторяется дважды — на восприятие влияет память, настроение и предыдущая мысль . Поллан призывает ученых включить поэтов и писателей в дискуссию о сознании, так как именно они владеют языком для передачи многослойной, одновременной реальности человеческого опыта .
