«У нас в каждом поколении есть беженец — это забавно и грустно одновременно», — признается комик Гарик Оганисян, проделавший путь от сценариста «Вечернего Урганта» до основателя стендап-клуба в Ереване. За фасадом громких политических шуток и скандалов скрываются глубокая депрессия на антидепрессантах, три унизительных депортации и потеря полумиллиона рублей из-за телефонных мошенников.
🇦🇲 Релокация как спасение и новый «дом» в Ереване 0:21
Для Гарика Оганисяна Армения стала не просто временным убежищем после начала событий февраля 2022 года, а местом профессиональной и личностной трансформации. В разговоре с Катериной Гордеевой комик признается, что для многих его коллег и айтишников Ереван изначально казался лишь транзитным пунктом, но в итоге стал домом . Это ощущение «дома» для Гарика складывается из мелочей: от споров с ереванскими таксистами до прогулок по местам, которые заставляют забыть о московском ритме .
Путь к окончательному переезду сопровождался сложной логистикой и внутренним сопротивлением. Ранее в разговоре Гарик упоминал свои попытки закрепиться в Грузии, однако из-за проблем на границе и «естественного отбора» обстоятельств, именно Армения приняла его окончательно . Важным проводником в новой реальности для съемочной группы стал Хачатур Егунян — гид и водитель, который не только показывает Катерине Гордеевой и Гарику достопримечательности вроде храма Гарни, но и олицетворяет местное гостеприимство .
Творческое коммьюнити и «Villa Stage»: создание почвы под ногами 4:54
Создание юмористического сообщества в Ереване стало для Гарика Оганисяна не столько бизнес-проектом, сколько механизмом психологической адаптации. Он вспоминает, что идея собственного клуба возникла из острой необходимости иметь «запасной аэродром» и место, где можно говорить на одном языке со своими . Вместе с партнерами, Костей и Васей, Гарик вложил все имеющиеся средства в площадку Villa Stage .
Процесс запуска был стихийным и во многом самоотверженным:
- Сцену в помещении заливали буквально сразу после аренды, не имея четкого плана на будущее .
- Гарик долгое время жил непосредственно в клубе, на том же этаже, где проходили выступления .
- Работа над проектом служила защитным экраном — фокус на дедлайнах и открытии площадки позволял временно абстрагироваться от катастрофических новостей извне .
Комик отмечает, что в апреле 2022 года выступление перед эмигрантами в Кукольном театре Еревана стало для него важной точкой опоры . Это была аудитория людей, которые, как и он сам, потеряли привычный мир и искали в стендапе способ справиться с новой реальностью .
Момент невозврата: прогулка по Маросейке и «Попкорн» 19:04
Гарик Оганисян детально описывает день, когда он окончательно осознал невозможность оставаться в России. Это было связано с ощущением тотального абсурда, пропитавшего московские улицы. Прогуливаясь по Маросейке, комик ловил на себе взгляды «космонавтов» (силовиков) и чувствовал полное бессилие что-либо изменить .
Последней каплей стала встреча с Володей Котляровым из группы «Порнофильмы» . Гарик вспоминает сюрреалистичную картину на площади: музыкант взял гитару и начал петь песню «Это пройдет», а единственными его слушателями оказались три аниматора в костюмах жирафа и коровы . Этот контраст между мощным смыслом песни и равнодушием пустой площади, по которой бродили лишь ростовые куклы, стал для Оганисяна сигналом к отъезду. После этого он вернулся домой и понял, что больше не может продолжать привычную деятельность в Москве .
Цена адаптации: депрессия и «медикаментозный фокус» 22:28
Несмотря на внешнюю продуктивность и активную работу в Ереване, спустя год после переезда Гарик столкнулся с серьезным эмоциональным кризисом. Он признается Катерине Гордеевой, что долгое время работал на износ — на протяжении семи лет у него практически не было полноценного отпуска . Когда первый шок от эмиграции прошел и наступила стадия осознания, психика не выдержала.
Гарик описывает симптомы своего состояния как «эмоциональный разнос»:
- Постоянные срывы и неконтролируемая агрессия в адрес окружающих .
- Злоупотребление алкоголем как попытка заглушить тревогу .
- Внезапные приступы слез и ощущение потери контроля над собственной жизнью.
Решением стал поход к специалисту и начало приема антидепрессантов. Гарик подчеркивает, что медикаментозное лечение стало для него способом «собрать голову» и вернуть необходимую для работы концентрацию . Несмотря на то что раньше он мог иронизировать над подобными состояниями, сейчас комик рассматривает таблетки как необходимый инструмент для выживания в условиях затяжного стресса. Он признает, что находится в «фокусе» благодаря терапии и надеется со временем отказаться от препаратов, когда его состояние стабилизируется .
Гарик также мельком касается своего опыта работы на телевидении, упоминая, что Иван Ургант и работа в его шоу были важной частью прошлой жизни, но теперь этот контекст кажется далеким на фоне нынешних личных и глобальных вызовов .
🏠 Билет в один конец: Грозный, Саратов и страх возвращения 27:33
Смерть бабушки и невозможность прощания 27:33
Для Гарика Оганисяна разрыв с Россией стал не просто политическим жестом или сменой локации, а глубокой личной трагедией, зафиксированной в конкретной дате. В разговоре с Катериной Гордеевой комик признается, что окончательное осознание невозможности вернуться домой пришло через десять дней после его отъезда, когда в родном Саратове умерла его бабушка . Это событие стало «сильнейшим ударом» , так как риски ареста на границе сделали физическое прощание с близким человеком невозможным.
Гарик описывает это состояние через внезапные вспышки эмоций. Он вспоминает, как в Лондоне, выйдя из аэропорта в казалось бы комфортную и «крутую» обстановку, он просто начал рыдать, не в силах сдержать накопившееся напряжение . Невозможность прилететь в Саратов даже прямым рейсом, который открыли незадолго до этого, превратилась в постоянную рефлексию о том, как бы он вел себя на границе .
В его воображении часто прокручивается диалог с условным пограничником. «Дядя, мы же раньше ездили...» — так Гарик пытается найти слова, чтобы объяснить представителям власти свою позицию, апеллируя к общему прошлому и человеческим связям . Этот внутренний монолог отражает его общее отношение к ситуации: Оганисян убежден, что даже с теми, кто находится на «другой стороне», можно найти подход, если сохранять человечность . При этом он остро чувствует потерю привычного комфорта и статуса: «Не говорите, что власти меня выкинули — я сам чего-то добился, создал свою зону комфорта и потерял её» . Ранее в разговоре они уже касались темы открытия клуба в Армении, который стал для него новой точкой опоры в эмиграции.
«Беженец в каждом поколении»: от Арцаха до Чечни 44:06
История семьи Гарика — это хроника повторяющихся исходов. Выясняется, что статус беженца является для его рода почти наследственным: «У нас в каждом поколении есть беженец. Это забавно и грустно одновременно» . Хотя корни семьи уходят в Арцах, покинули они его задолго до современных конфликтов, перебравшись в Грозный в поисках лучшей жизни .
Бабушка комика до конца дней вспоминала Грозный как идеальный город — место, где «можно было оставлять двери открытыми на ночь, и ничего бы не случилось» . Однако эта идиллия рухнула в начале 90-х. Гарик пересказывает семейные воспоминания о 1993 годе, когда оставаться в Чечне тем, кто не был чеченцем по национальности, стало смертельно опасно . Семья была вынуждена бежать, оставив всё, и в 1994 году осела в Саратове, где и родился Гарик .
Этот опыт предков накладывается на нынешнюю судьбу самого комика. Рассказы о том, как «приходили люди и меняли всю твою жизнь» , теперь звучат для него не как преданья старины, а как актуальная реальность. Даже случайные дорожные истории, которыми делится водитель Хачатур Егунян — например, о фантасмагорическом перелете в Одессу, где из-за путаницы с билетами пришлось чуть ли не спускаться по веревочной лестнице на взлетную полосу — подчеркивают общий фон хаоса и неопределенности, сопровождающий жизнь их семей на протяжении десятилетий.
Саратовский апокалипсис и «Долой губернатора» 47:35
Саратов в воспоминаниях Гарика — это не только место взросления, но и пример катастрофического управленческого провала. Живя в Ленинском районе, он наблюдал, как родной город постепенно превращается в зону бедствия, особенно в зимний период . Комик вспоминает «зимний апокалипсис», когда обледеневшие улицы становились смертельно опасными для жителей.
Оганисян не ограничивался простым наблюдением. Он организовал концерт под ироничным названием «Долой губернатора», пытаясь привлечь внимание к разрухе . Гарик вспоминает, как буквально «поднимал бабушек» на льду и пытался задействовать свои связи в медиа, чтобы поднять шум вокруг ужасающей статистики травматизма в городе .
«Я спрашивал своих друзей из медиа: почему мы не выходим и не говорим об этом? Мы же буквально умираем здесь», — вспоминает он свои попытки достучаться до общественности .
Особую горечь у него вызывает контраст между реальными проблемами и официальной повесткой, где политики вроде Дмитрия Пескова (о котором шла речь ранее) или местные чиновники отчитываются об открытии очередных детских площадок . Гарик с горечью резюмирует апатию земляков: на его призывы что-то предпринять люди отвечали вопросом «А что мы сделаем?» . Одиночный пикет на главной площади Саратова казался ему бессмысленным жестом на фоне общего безразличия, хотя чувство несправедливости было настолько острым, что буквально доводило до физической боли .
🎭 Между хайпом и трагедией: штрафы, шутки и беженцы 50:35
Оплата штрафа Соболь и «теги» Кадырова 53:26
В разговоре с Катериной Гордеевой Гарик Оганисян вспоминает эпизод, который стал одной из первых точек его столкновения с жесткой политической реальностью через призму соцсетей. История началась с того, что Любовь Соболь выписали штраф после её визита к предполагаемому участнику отравления Алексея Навального. Гарик, решив проявить гражданскую солидарность в ироничной манере, написал в Twitter, что готов оплатить этот штраф.
Первоначально комик планировал перевести символическую тысячу рублей, но ситуация быстро набрала обороты . Коллега Гарика, Кирилл Селегей, предложил добавить истории остроты, напомнив Оганисяну о его корнях (ранее в интервью Гарик уже упоминал свое детство в Грозном). Селегей посоветовал сделать скриншот оплаты и подписать: «Уроженец Грозного оплатил штраф Любови Соболь», тегнув при этом официальный аккаунт Рамзана Кадырова .
Этот пост вызвал эффект разорвавшейся бомбы. Любовь Соболь сделала репост, и Гарик мгновенно оказался в центре внимания, которое в России того времени уже начинало становиться опасным. «Тогда было время, когда люди платили за это», — констатирует комик, вспоминая, как шутка на грани политического фола превратилась в повод для реальной тревоги . Несмотря на то, что это был один из самых ярких комедийных моментов того периода, Гарик не включил его в свой сольный концерт. Он объясняет это тем, что упоминание Навального в начале сета могло задать слишком специфический тон всему выступлению, который он не хотел поддерживать .
Скандал с шуткой о гибели Татарского 56:14
Одной из самых тяжелых тем главы становится обсуждение выступления Гарика в Берлине, где он вместе с Александром Долгополовым обыграл обстоятельства гибели военкора Владлена Татарского. Оганисян признается, что до сих пор анализирует тот поступок и не пытается «отбелиться» в глазах общественности . Реакция на видео была колоссальной: Ксения Собчак посвятила этому гневный пост, Оскар Кучера назвал комиков «идиотами», а Юрий Хованский, сам ранее столкнувшийся с уголовным преследованием за песню, напомнил формулу «комедия — это трагедия плюс время» .
Гарик признает, что репост этого фрагмента в социальные сети был избыточным и именно об этом действии он сожалеет . Однако, когда речь заходит о самой сути шутки, он остается тверд в своей позиции: «Я не могу заставить себя испытывать жалость». Он объясняет это контекстом войны и публичными высказываниями самого Татарского, который призывал к насилию .
«Мою аудиторию волнует Навальный», — говорит Гарик, подчеркивая пропасть между ценностями разных групп общества . Он вспоминает, как после публикации видео провел четыре часа в самолете, находясь в информационном вакууме и нервно обновляя ленту новостей через платный Wi-Fi, ожидая реакции властей или даже упоминания в речи президента, которая совпала по времени с этим скандалом . Александр Долгополов тогда пытался успокоить друга, утверждая, что в нынешней ситуации даже Лие Ахеджаковой «нужно было бы выписаться из русских», намекая на абсурдность масштабов критики .
Помощь беженцам из Арцаха в Армении 1:04:48
Эмоциональный вектор беседы резко меняется, когда Гарик начинает рассказывать о трагедии в Арцахе (Нагорном Карабахе). Для него это глубоко личная история: его дед был родом из этих мест, и Гарик всегда мечтал побывать в Степанакерте . Когда в Армению хлынул поток беженцев — более ста тысяч человек, покинувших свои дома за считанные дни, — Оганисян не смог остаться в стороне.
Вместе с друзьями и волонтерами он включился в процесс сбора и распределения гуманитарной помощи. Гарик описывает тяжелые встречи с людьми, которые потеряли всё. «Мы заходим, а у них ничего нет, им нужно просить о помощи», — вспоминает он . Особое потрясение у комика вызвал контраст между его собственными «проблемами» и реальностью беженцев. Рассказывая о посещении семей с детьми, Гарик признается, что не мог сдержать слез: «Я еду домой с Саней, я плачу… только сейчас понимаю, что мы живем в мире, где идет несколько войн» .
Гарик использовал свои социальные сети для сбора средств, и его поразил отклик: деньги присылали не только армяне, но и его подписчики из России, Украины и Беларуси . Он детально отчитывался за каждый потраченный драм, закупая матрасы, постельное белье и одежду . В какой-то момент он даже столкнулся с этическими дилеммами, когда некоторые беженцы, находясь в шоковом состоянии, просили вещи, не являющиеся предметами первой необходимости, например iPhone, что вызывало у волонтеров смешанные чувства .
В этом процессе Гарик общался и с другими артистами, например, с группой «Pornofilmy», которые также направляли средства на помощь пострадавшим . Финализируя эту тему, Гарик говорит о необходимости двигаться дальше, несмотря на горечь поражения и потери территорий. Он считает, что если фокусироваться только на трагедии, это лишает человека желания созидать и делать что-то светлое .
🚪 Границы, селфи с Песковым и эзопов язык: Гарик Оганисян о компромиссах 1:16:04
Четвертая глава беседы с Катериной Гордеевой посвящена сложным вопросам идентичности, столкновениям с государственными системами и профессиональной этике юмориста, работающего на главном канале страны. Гарик Оганисян рассуждает о том, как менялось его восприятие политики и где пролегает граница между допустимым компромиссом и потерей лица.
Арцах: Смирение ради живых 1:16:04
Обсуждая трагедию Арцаха и исход более 100 тысяч армян со своих земель, Гарик занимает позицию, которую сам называет «хождением по лезвию ножа» . В то время как многие призывают к реваншизму и бесконечным спорам об исторической принадлежности территорий, комик подчеркивает важность сохранения жизней.
«Нужно смирение. Нужно признать: мы проиграли, земли потеряны», — говорит он, указывая на то, что сейчас важнее сосредоточиться на интеграции тех, кто приехал в Армению . Для него вопрос земли вторичен по отношению к вопросу безопасности людей. Оганисян отмечает, что исторические аргументы можно приводить бесконечно, ссылаясь и на советское прошлое, и на древние времена, но это не должно мешать строительству современного, регулируемого государства .
Свои попытки глубже понять армянскую идентичность он описывает через посещение знаковых мест вроде Хор Вирапа, где зародилось христианство Армении . Однако даже здесь Гарик остается комиком, замечая трудности погружения: например, сложность армянского языка («unique difficulty»), который он пытается учить, несмотря на свой «саратовский акцент» . Ранее в разговоре они уже касались темы его эмиграции, но здесь акцент смещается именно на философское принятие потерь ради будущего.
Грузинский «бан»: Серия унизительных депортаций 1:21:43
Одной из самых болезненных тем для Оганисяна стал запрет на въезд в Грузию. Это не было разовым инцидентом — Гарик пережил целую серию отказов, которые он описывает как глубоко унизительные . Первый раз его развернули на границе просто потому, что он, по его словам, «выглядел опасно» .
Самый яркий и горький эпизод произошел, когда его снимали с поезда. Оганисян вспоминает, как сидел в вагоне, открыл «Медузу» и увидел заголовок: «Россиян массово разворачивают на границе с Грузией» — и в этот момент к нему подошел пограничник .
- Его выводили из поезда под взглядами всех пассажиров, словно «хулигана, пойманного за воротник» .
- Местные полицейские и пограничники уже узнавали его в лицо, но продолжали штамповать отказы .
- В итоге это привело к чувству глубокого разочарования в отношении грузинских властей к российским эмигрантам .
Гарик иронизирует над этой ситуацией, вспоминая свои шутки о том, что «хинкали в Армении вкуснее», что само по себе в контексте кавказских споров звучит как «скандал» .
Селфи с Песковым: Анатолия одной ошибки 1:26:34
Катерина Гордеева поднимает вопрос о фотографии 2018 года, на которой Гарик запечатлен с пресс-секретарем президента Дмитрием Песковым. В соцсетях этот снимок часто использовали как доказательство «лояльности» комика. Оганисян объясняет: это было время чемпионата мира по футболу, когда на Никольской улице царила атмосфера всеобщего праздника .
Он признает, что тогда, в 22 года, он был недостаточно погружен в политику и воспринимал происходящее как некий «либеральный карнавал» . «Я видел Пескова, подбежал и сказал, как всё круто. Тогда казалось, что в России происходит что-то нормальное», — вспоминает он .
Гарик подчеркивает, что его поколение долгое время жило в «иллюзии свободы», где любые политические изменения (включая поправки в Конституцию) превращались в мемы и шутки, не вызывая реального протестного отклика . Отсутствие глобального фидбека от власти привело к тому, что даже коллективные обращения комиков (в которых участвовали Михаил Шац и другие) не воспринимались всерьез .
«Вечерний Ургант»: Иллюзия свободы в прайм-тайм 1:32:36
Работа сценаристом в шоу «Вечерний Ургант» была для Гарика не компромиссом, а профессиональной вершиной . Он объясняет внутреннюю кухню проекта: пока другие комики становились звездами в StandUp на ТНТ, он выбрал работу «за кадром» на Первом канале .
Главные тезисы Гарика о работе на ТВ:
- Эзопов язык: Сценаристы постоянно пытались протащить острые шутки через фильтры цензуры, используя игру слов и намеки .
- Иллюзия свободы: Гарик признает, что шоу создавало ощущение, будто в стране можно шутить обо всем, хотя на самом деле это было жестко ограниченное пространство .
- Личные победы: Для него было важно, чтобы Иван Ургант читал новости с «классными шутками», даже если это требовало работы за меньшие деньги, чем он мог бы получать в турах .
Оганисян вспоминает, как радовался «забросам» — шуткам, которые проходили в эфир вопреки всему. Например, каламбур про депортацию, который для зрителя выглядел безобидно, но для авторов был важным политическим высказыванием . «Для меня было круто работать именно в этих рамках», — заключает он, признавая, что это была попытка сохранить нормальность внутри системы .
⛰️ Озеро Севан, «отмена» юмора и трагедия Фрунзика Мкртчяна 1:40:55
Переход от работы в «Вечернем Урганте» к нынешней реальности для Гарика Оганисяна стал не просто сменой площадки, но и глубоким профессиональным кризисом. Ранее в разговоре они с Катериной касались внутренней кухни шоу Ивана Урганта, но теперь комик смотрит на ситуацию шире: что происходит с юмором, когда он сталкивается с государственной машиной и культурой доносов.
Легитимизация доносов: почему современный юмор в тупике 1:45:22
Одной из самых болезненных тем для Гарика становится фигура Екатерины Мизулиной и то, как медиасреда начала её «одомашнивать». По мнению комика, появление политиков такого толка в развлекательных шоу и дружелюбные интервью с ними — это катастрофа для жанра . Он с ужасом наблюдает, как молодая аудитория в TikTok и Shorts ставит тысячи лайков под роликами, где Мизулина рассуждает о том, «нужен ли нам Моргенштерн» .
Для Гарика это не просто вопрос вкуса, а этический тупик:
- Предательство профессии: Комик считает, что, приглашая «доносчиков» в свои программы, его коллеги легитимизируют репрессивные механизмы .
- Исчезновение границ: Когда юмор перестает быть оппозиционным или хотя бы критическим, он превращается в «Международную пилораму», где шутки строятся на унижении и агрессивных гомофобных стереотипах .
- Финансовый соблазн: Гарик признается, что перед отъездом ему предлагали миллионные контракты на RUTUBE. «Меня уже утвердили, после начала войны. Я понимал: если сейчас снимусь, у меня будут деньги, но я не смогу смотреть на себя в зеркало» . В итоге он отказался от нескольких миллионов рублей, выбрав свободу, и на следующий день его проекты были просто заархивированы платформой бесплатно .
Гарик убежден, что настоящий юмор рождается на грани, там, где нет цензурных барьеров и можно «разбалтывать политику» . Современный же российский ТВ-юмор он называет «квинэссенцией пузыря», где остались только несмешные мемы и полное отсутствие саморефлексии . Ранее в интервью они упоминали его селфи с Дмитрием Песковым, и здесь Гарик проводит черту: одно дело — случайный кадр, другое — системное участие в пропагандистской машине.
Фрунзик Мкртчян и «улыбка сквозь слезы» как код нации 2:00:40
На фоне разговоров о кризисе современного юмора, Гарик находит опору в классике, которая для него неразрывно связана с армянской идентичностью. Мы стоим на берегу озера Севан — уникального высокогорного водоема на высоте 1900 метров . Здесь, среди чистейшей воды и рассказов о знаменитом сиге, который невозможно разводить искусственно , Гарик рассуждает о природе армянского смеха.
Центральной фигурой для него остается Фрунзик Мкртчян. Для Оганисяна это не просто комик из «Мимино» (который Гарик называет своим любимым советским фильмом ), а «квинэссенция армянского духа» .
«Фрунзик — это история про сочетание невероятного трагизма и комизма в одном лице» , — говорит Гарик. Он выделяет несколько причин, почему Мкртчян стал национальным достоянием:
- Глубина боли: Армянский юмор всегда был способом компенсировать тяжелую историю и боль нации . Фрунзик воплощал это состояние: когда на человека достаточно просто посмотреть, и ты уже чувствуешь и его горе, и его доброту .
- Жанр трагикомедии: Гарик считает это направление высшим пилотажем. В качестве примера он приводит малоизвестный широкому зрителю арт-хаусный фильм «Солдат и слон» — сюрреалистическую военную драму с Мкртчяном, которая поразила его своей странностью и глубиной .
- Искренность против коммерции: В отличие от современных комиков, которые «не заботятся ни о чем, кроме денег», Фрунзик был про бедность, про народ и про настоящие чувства .
Гарик сравнивает масштаб драматического таланта комика с Джимом Керри в «Шоу Трумана», подчеркивая, что лучшие комические роли — всегда те, за которыми стоит личная драма . Для него Фрунзик Мкртчян — это ориентир в мире, где юмор всё чаще пытаются превратить в инструмент лояльности или пустой хайп.
В завершение прогулки у Севана Гарик делится надеждой: Армения сможет процветать, если люди научатся понимать друг друга, а огромная диаспора продолжит помогать стране, как это было на протяжении десятилетий . «У меня есть чувство, что всё будет хорошо» .
🎭 Очеловечивание мемов, цена доверчивости и дуэт с Михаилом Шацем 2:05:35
В финальной части беседы Гарик Оганисян предстает не только как комик, но и как человек, глубоко рефлексирующий над природой интернет-популярности и личными уязвимостями. От масштабных размышлений о судьбах страны и профессии разговор переходит к конкретным проектам и частным историям, которые раскрывают гостя с неожиданной стороны — как филантропа-документалиста и доверчивого друга.
«Деобъективация» интернет-героев: проект о Никите Литвинкове 2:05:35
Одним из самых личных и важных для Гарика начинаний стал проект, посвященный героям старых интернет-мемов. Комик признается, что его всегда задевала судьба людей, ставших заложниками случайной популярности в сети. Для миллионов зрителей они остаются «картинками» или «смешными видео», но за каждым таким образом стоит реальный человек с зачастую трагической судьбой .
Гарик ставит перед собой задачу «очеловечить» этих персонажей. Ярким примером стал Никита Литвинков — герой легендарного ролика про «хороший борщ с капусткой, но не красный». Оганисян отмечает, что этот образ прилип к Никите на всю жизнь, фактически лишив его права на иную идентичность . В рамках проекта комик стремится показать, что происходит с такими людьми через десять-пятнадцать лет после того, как стихла волна хайпа.
«У них очень сложные судьбы», — подчеркивает Гарик. Это не просто попытка снять ностальгическое видео, а форма социальной помощи и деобъективации. Рассказывая о героях интернета, Оганисян пытается вернуть им субъектность, вырвав их из плена бесконечного воспроизведения одной и той же шутки. Он вскользь упоминает, что аналогичная помощь оказывалась и другим героям видео прошлых лет, подчеркивая, что жизнь после мема продолжается, и она не всегда бывает легкой .
Полгода работы в один клик: как мошенники обманули комика 2:07:38
Откровенность Гарика проявляется и в рассказе о крайне неприятном инциденте, связанном с мошенничеством в Telegram. На фоне накопившейся усталости и приема определенных медикаментов (ранее в интервью комик подробно рассказывал о своей борьбе с депрессией), он стал жертвой аферистов, действовавших от имени Татьяны Лазаревой .
Злоумышленники тщательно подготовились, изучив круг общения комика. Когда в мессенджере пришло сообщение от «Татьяны» с просьбой о финансовой помощи, Гарик, не задумываясь, перевел крупную сумму. Итог оказался плачевным: полмиллиона рублей ушли в руки преступников . Только позже, зайдя в Instagram настоящей Татьяны Лазаревой, он увидел предупреждение о взломе и орудующих мошенниках.
Эта ситуация стала для Оганисяна серьезным эмоциональным ударом. Он описывает это чувство как «ощущение обреченности»: «Ты как будто карабкаешься на эту скалу, а потом срываешься вниз» . Потеря суммы, которую пришлось зарабатывать долгими месяцами выступлений в эмиграции, заставила его снова почувствовать необходимость начинать всё с нуля. Друзья позже спрашивали, почему он просто не позвонил Татьяне, но Гарик признает, что в тот момент его психологическое состояние и природная готовность помогать близким сыграли против него .
Михаил Шац: «Младший» коллега и приемный отец 2:09:39
Важной опорой в жизни и творчестве Гарика в период эмиграции стал Михаил Шац. Их сотрудничество переросло формат простых рабочих отношений, превратившись в уникальный творческий тандем. Гарик с теплотой называет Шаца «нашим маленьким панком», отмечая его невероятную энергию и готовность к экспериментам в возрасте, когда многие предпочитают покой .
Отношения Оганисяна и Шаца строятся на интересном парадоксе. С одной стороны, Михаил — опытный наставник и «приемный отец» для молодых комиков. С другой — в мире современного стендапа он выступает как «приемный сын», который учится новому языку юмора у младшего поколения . Гарик вспоминает, как они вместе писали материал и как Шац пришел к нему с идеей нового проекта, почувствовав необходимость найти иную сторону творчества.
Их совместная работа над шоу показала, что даже в условиях «апокалипсиса», как Гарик характеризует нынешнее время, можно находить поводы для улыбки и продолжать созидать . Оганисян подчеркивает невероятную химию, которая возникла между ними, и то, как этот союз помогает обоим сохранять профессиональную актуальность и человеческую бодрость.
Завершая разговор традиционным блицем, Гарик делает однозначные выборы, которые характеризуют его нынешнюю позицию:
Несмотря на ощущение жизни в «апокалипсисе», Гарик призывает культивировать внутреннюю силу и продолжать работать над собой . Интервью заканчивается на символической ноте — дегустации армянского коньяка «Арарат», что возвращает беседу к корням героя и его новой реальности в Ереване .
