В интервью каналу Forbes российский экономист, профессор ВШЭ Олег Вьюгин подробно проанализировал текущее состояние и скрытые дисбалансы российской экономики. Эксперт затронул темы реальной инфляции, налоговых изменений, процессов деприватизации и выявил ключевые риски для национальной валюты. Особое внимание было уделено феномену «замкнутого котла» внутренних финансов и изменению ландшафта инвестиций.
🛒 Рыночные механизмы на фоне оборонного заказа 1:20
По мнению Олега Вьюгина, российскую экономику в 2024 году всё еще можно охарактеризовать как принципиально рыночную и коммерческую. Исключение составляют предприятия оборонно-промышленного комплекса (ОПК), производящие оружие и смежные изделия. Базовые рыночные критерии, такие как свобода ценообразования и свобода заключения контрактов, продолжают функционировать в большинстве гражданских секторов.
Государственное вмешательство в ценообразование в потребительском секторе носит ограниченный характер. Вьюгин описывает действия властей, например, в ситуации с резким ростом цен на куриные яйца, не как жесткое регулирование, а как «окрики» с требованиями снизить торговую маржу. Свобода контрактов фактически отсутствует только в оборонных отраслях, где исполнение гособоронзаказа обязательно для холдингов, находящихся на особом положении. Однако даже эти контракты оплачиваются государством по рыночным ценам, не загоняя предприятия в глубокие убытки.
⚖️ Судьба золотовалютных резервов и иностранных активов 3:36
Обсуждая возможную передачу замороженных российских золотовалютных резервов (ЗВР) украинской стороне, Олег Вьюгин высказал мнение, что Запад, скорее всего, не пойдет на этот шаг из-за стремления найти строго легальные пути, защищенные в судебной системе. В случае конфискации единственной симметричной контрмерой со стороны России станут длительные тяжбы в международных судах против экспроприации суверенной собственности.
В качестве ответного шага внутри страны возможна экспроприация собственности иностранных частных компаний. Однако это приведет к затяжным встречным искам и необходимости финансировать «огромную орду адвокатов». Вьюгин констатирует, что для текущей российской политики международные нормы стали условными, что позволяет изымать активы по принципу «извините, так получилось».
Объем оставшихся в России иностранных активов экономист оценивает в сотни миллиардов долларов. По его расчетам, ушедшая из страны меньшая часть компаний потеряла более 100 млрд долларов. С учетом дисконта в 50% и 15%-го взноса в бюджет, уходящие игроки смогли вернуть лишь около трети реальной стоимости активов (примерно 130 млрд долларов). Применив коэффициент к оставшейся доле бизнеса, общая стоимость оставшихся иностранных активов может составлять от 400 млрд до 1 трлн долларов. По данным эксперта, Россию покинули лишь 20–25% иностранных компаний по наименованиям. Главной причиной стабильности оставшегося зарубежного бизнеса является его высокая прибыльность и глубокая локализация, позволяющая использовать местное российское сырье. В качестве примеров ушедших брендов, которых «ушли» принудительно, упоминается Danone, в то время как сеть Ашан продолжает работу.
🇨🇳 Китайский прагматизм и дефицит внешних инвестиций 11:01
Олег Вьюгин подчеркивает, что массовый исход западных компаний после 24 февраля 2022 года стал неожиданностью для бизнеса, поскольку изначально предполагался краткосрочный сценарий конфликта по аналогии с событиями в Грузии в 2008 году. Под давлением западного общественного мнения ситуация изменилась, и теперь, по прогнозу экономиста, западные инвесторы не вернутся в Россию на протяжении десятилетий. Возвращение возможно только в формате торговли готовой продукцией, но не прямых инвестиций.
Текущий поворот на Восток не приносит России капитальных инвестиций. Китайская промышленная машина производит избыток продукции, которую из-за сжатия внутреннего рынка и ограничений в США и Европе необходимо куда-то сбывать. По словам Вьюгина, Китаю незачем строить заводы внутри России — он просто замещает рынок готовыми машинами, самосвалами, грузовиками и тракторами. Другие крупные игроки, включая страны Арабского залива, проявляли интерес к российским активам, но ни одного масштабного инвестиционного проекта так и не возникло.
🌋 «Замкнутый котёл» российского капитала и феномен ультранетов 18:00
Российская экономика превратилась в замкнутый финансовый котёл. Ранее профицит платежного баланса, формируемый за счет экспорта энергоресурсов, балансировался оттоком капитала за рубеж и накоплениями государства в стабилизационных фондах и ФНБ. Сейчас легальный отток капитала практически прекратился, так как российских собственников за границей «нигде не ждут».
В результате огромные объемы частных денег варятся внутри страны, что провоцирует аномальный рост фондового рынка. Вьюгин отмечает, что люди массово скупают акции компаний, которые сам он приобретать бы не стал, поскольку это продиктовано не инвестиционной стратегией, а банальным отсутствием альтернатив для размещения капитала.
На Московской бирже сформировался новый обособленный класс инвесторов — «ультранеты» (Ultra High Net Worth). Это сверхбогатые российские граждане и юридические лица, оперирующие на рынке десятками миллиардов рублей. Именно эти избыточные внутренние деньги толкают вверх инфляционные процессы, одновременно поддерживая видимость краткосрочного роста экономики.
📈 Перегрев экономики и реальная инфляция против жировок 21:13
По оценке Олега Вьюгина, российская экономика находится в состоянии нездорового перегрева. Страна оказалась в ловушке гонки зарплат и цен. Дефицит трудовых ресурсов вынуждает работодателей резко повышать оклады. Значительные выплаты получают участники боевых действий и их семьи, а также рабочие оборонных заводов. Однако этот денежный спрос не подкреплен ростом производства гражданских товаров, так как основные производственные потоки перенаправлены в ОПК. Избыточное потребление перетекает в спрос на импорт, что ведет к девальвации рубля и последующей корректировке цен на услуги и товары народного потребления.
Экономист констатирует неэффективность текущей жесткой денежно-кредитной политики: ключевая ставка ЦБ на уровне 16% не охлаждает потребительскую активность, поскольку в экономике одновременно растут и сбережения, и расходы.
Вьюгин утверждает, что реальная инфляция существенно превышает официальный показатель в 7,5%. В качестве аргументов он приводит два индикатора:
- Личные счета за жилищно-коммунальные услуги (жировки ЖКХ), которые с 2022 года по начало 2024 года выросли на 35%. Индексация в этой сфере отражает реальный рост издержек (костов), без которого сектор не сможет функционировать.
- План Минфина по ростом ненефтегазовых доходов бюджета в 2024 году сразу на 22–24%. В условиях отсутствия официального повышения налогов и скромного роста ВВП на 2–3%, эксперт объясняет это «чудо» тем, что финансисты министерства заложили в расчеты реальный, скрытый уровень инфляции, который автоматически увеличит сборы по НДС, налогу на прибыль и НДФЛ.
Экономист констатирует, что для обуздания инфляции правительству придется либо пойти на сокращение бюджетных трат, либо Центральный банк будет вынужден поднять ставку еще выше 16%.
🏭 Деприватизация и формирование новой лояльной элиты 27:44
Масштабный процесс национализации, затронувший около 60 предприятий по искам Генпрокуратуры, Олег Вьюгин связывает с пересмотром итогов приватизации 1990-х годов по критерию «лояльности» собственников. Ярким примером выступает дело макаронной фабрики «Макфа», где акции изымаются в пользу государства, поскольку прежние владельцы (бывшие губернаторы и депутаты) уехали за границу и управляют бизнесом через третьих лиц.
Экономист убежден, что государство не планирует долгосрочно управлять пищевыми производствами, так как «управлять макаронной фабрикой министерству — это смешно». Активы будут перераспределены в пользу новых, абсолютно лояльных государству элит. Вьюгин проводит историческую аналогию с Российской империей периода бурного роста 1900–1917 годов, когда крупные фабриканты и владельцы заводов одновременно являлись государственными чиновниками высокого ранга, интегрированными в систему власти.
Политический климат меняет горизонт планирования частного бизнеса. Крупные проекты стоимостью в сотни миллиардов рублей требуют деликатных отношений с властью и несут высокие некоммерческие риски. Текущая банковская доходность по депозитам в 16% годовых приучила инвесторов мыслить короткими отрезками в 3–6 месяцев. Капитал уходит в нишевые высокодоходные проекты. Популярным направлением в Москве стала реновация старых зданий под мелкие офисы площадью 20–25 кв. метров с минимальной рентабельностью в 30%. Вложения в стрит-ритейл (аптеки, табачные киоски) приносят инвесторам стабильный рентный доход около 12%.
🚗 Санкционная карта отраслей: от металлургии до подержанных двигателей из Габона 36:42
Олег Вьюгин оспаривает тезис официальной пропаганды о том, что крупные российские компании не пострадали от санкций. Ситуация по отраслям выглядит крайне неоднородно:
- Гражданская авиация: Оказалась в глубоком кризисе из-за отсутствия обещанных отечественных самолетов. Авиакомпании вынуждены эксплуатировать остатки парка Airbus и Boeing, закупая подержанные двигатели в Габоне, а также постоянно менять дефицитные фильтры и шасси.
- Автомобилестроение: Практически полностью разрушено из-за ухода европейских концернов, обеспечивавших локализацию компонентов. Все крупные российские автопроизводители на данный момент несут убытки.
- Лесопромышленный комплекс: Тяжело пострадал из-за закрытия маржинального европейского рынка, полностью отказавшегося от российской деревообработки.
- Металлургия: Практически не пострадала. Прямого запрета на экспорт металлов нет, а внутренний спрос поддерживается масштабным строительством и нуждами военно-промышленного комплекса.
🦅 Чёрный лебедь для рубля и платежные лабиринты 41:06
Стабильность российской валюты по-прежнему жестко привязана к объемам сырьевой выручки. Главным «черным лебедем» для рубля Олег Вьюгин называет потенциальное падение нефтегазовых доходов на 20–30%. США и ЕС усиливают санкционное давление через финансовый сектор. В то время как в прошлом году России удавалось обходить ограничения за счет создания дорогостоящего теневого флота и юридических прослоек в том же Габоне, сейчас начался новый жесткий цикл давления.
Крупные банки дружественных стран — Китая и Турции — стали массово задерживать транзакции на месяцы, опасаясь вторичных санкций со стороны Минфина США. Банковские комплаенс-службы проводят тотальные расследования платежных цепочек, требуя доказательств соблюдения ценового потолка на нефть. Индия также начала сокращать закупки российского сырья, перенаправляя основные потоки в Китай. Риск полной блокировки расчетов за нефть остается гипотетическим, но в случае его реализации рубль ждет глубокое падение.
💸 Фискальный маневр: приватизация на каплю в море и спорный НДФЛ 45:52
Программу приватизации госактивов с целевым показателем в 100 млрд рублей Олег Вьюгин называет «каплей в море», лишенной внятной экономической стратегии. В отличие от классической приватизации Маргарет Тэтчер в Великобритании, которая кардинально меняла экономический ландшафт и снимала с бюджета бремя дотаций неэффективных секторов (например, железных дорог), российская инициатива выглядит как попытка ситуативно закрыть дефицит средств.
Резкой критике эксперт подверг планируемое повышение НДФЛ для граждан с доходами свыше 1 млн рублей в год (около 83 тысяч рублей в месяц). По мнению Вьюгина, в данном решении отсутствует общественное согласие, характерное для европейских стран с высокой фискальной нагрузкой (например, Нидерландов, где ставка на доходы свыше 75 тыс. евро достигает 52%).
Доход в 1 млн рублей в год в крупных городах России не является признаком богатства — это уровень высшего среднего класса или даже ниже, обеспечивающий лишь минимальное качественное существование (еда, одежда, обслуживание кредитов). По опросам граждан, медиана психологического благополучия в мегаполисах (Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург) сейчас составляет 100–120 тысяч рублей на человека в месяц, что эквивалентно примерно 1,5 млн рублей в год. Обложение налогом именно этой страты населения экономист считает сомнительным решением по принципу «шерсти мало, а визгу много». Данный шаг несет в себе риски массового возврата к практике «зарплат в конвертах», от которой бизнес ушел благодаря долгому периоду мягкого налогообложения (ставки 13–15% НДФЛ и 20% на прибыль).
🚀 Бум розничных инвесторов и локальные IPO 52:41
Специфической деформацией российского фондового рынка стал критический рост доли розничных инвесторов — сейчас «частники» обеспечивают около 70% всех объемов торгов. Вьюгин называет это негативным фактором, снижающим стабильность рынка. В отличие от институциональных игроков, формирующих долгосрочный «хребет» котировок, или профессионалов уровня Уоррена Баффетта, детально изучающих менеджмент и перспективы отраслей, российские физлица принимают решения на основе публикаций в анонимных Telegram-каналах.
Это создает колоссальные социальные риски. ЦБ понимает эту угрозу и пытается ограничивать мелкие инвестиции (в пределах 20–100 тысяч рублей) для неквалифицированных игроков, более спокойно относясь к операциям состоятельных лиц.
Текущий бум внутренних IPO объясняется прагматичным желанием компаний капитализировать свой успех на фоне ухода западных конкурентов. В первую очередь это касается IT-сектора, получившего колоссальные государственные и частные заказы по импортозамещению. Этим игрокам не требуются миллиарды долларов, они ориентируются на локальные размещения объемом около 10 млрд рублей, продавая лишь 10–15% капитала ради получения быстрой ликвидности.
🎓 Внутренний горизонт: студенты Вышки, цензура и экономическая свобода 1:00:08
В завершение беседы Олег Вьюгин признался, что в личной и профессиональной деятельности ориентируется исключительно на краткосрочные временные горизонты, избегая моделирования «грустных долгосрочных картин». Преподавая курс по современным финансовым рынкам и финтех-технологиям, он отмечает существенные изменения в поведении студентов Высшей школы экономики (ВШЭ) по сравнению с 2007 годом.
Молодые люди стали менее активными, они больше не задают широких дискуссионных вопросов, ограничиваясь узкими техническими деталями курса. По мнению профессора, это прямое следствие внедрения цензуры и проведения администрацией вуза определенной линии поведения для учащихся. Вьюгин подчеркивает, что долгосрочно цензура оказывает разрушительное воздействие на экономику.
Масштабные инновации и технологические прорывы невозможны без экономической свободы и открытых коммуникаций с миром. Даже в авторитарном Китае колоссальные успехи бизнеса были достигнуты благодаря предоставлению колоссальной низовой свободы предпринимательства. Ограничение свобод неизбежно ведет к падению уровня конкуренции, которая является главным двигателем экономического развития.
