Во тьме лаосских джунглей северовьетнамский солдат принял бойца американской разведгруппы за своего сослуживца и спокойно позвал его на пост. Эта курьезная встреча — лишь один из эпизодов секретной и жестокой войны, которую вела группа спецопераций SOG в Юго-Восточной Азии. Ветеран Пэт Уоткинс откровенно рассказывает о смертоносных засадах на тропах, предательской некомпетентности штабов и пилотах, совершавших невозможное ради спасения своих товарищей.
🚁 Ад на объекте «Оскар 8» и уроки «секретной войны» 0:39
Разведка на объекте Oscar 8 и встреча на тропе 0:39
В июне 1968 года разведывательная группа RT Lion под руководством Пэта Уоткинса (Pat Watkins) была заброшена на объект Oscar 8 — одну из самых опасных и смертоносных зон в Лаосе для сил SOG того периода. В состав группы, помимо командира Уоткинса (1-0), входили еще двое американцев — Джордж Годвин (George Godwin) и Малыш Лу (Little Lou), а также семеро местных бойцов из числа коренного населения (бру или монтаньяров). Целью миссии было скрытное ведение наблюдения за ключевым узлом снабжения противника — шоссе 92, где северовьетнамские войска разделялись для дальнейшего продвижения на юг в долину А-Шоу. Находясь в засаде у тропы, Уоткинс стал свидетелем невероятного зрелища: в течение более чем трех часов под покровом темноты мимо них двигалась сплошная колонна северовьетнамской армии. Сначала проехал массивный бульдозер с поднятым отвалом, на котором солдат регулировал движение фонариком, а следом за ним двигались два советских танка Т-38 с развернутыми назад орудиями и установленными внешними топливными баками, в точности как описывалось в тактических учебниках.
Завороженный этим зрелищем, Пэт едва не упустил из виду своих местных бойцов, Эра и Рунга, дежуривших на тропе. Вскоре к нему подполз смертельно напуганный Рунг, который от страха едва мог говорить по-английски. Выяснилось, что пока Рунг завороженно наблюдал за проходящей техникой, кто-то во тьме схватил его за руку и потряс. Это был мобилизованный против воли северовьетнамцами солдат-монтаньяр, который принял Рунга за своего сослуживца и произнес: «Твоя очередь заступать на караул». К счастью, ошеломленный Рунг лишь кивнул и промычал что-то в ответ, после чего вражеский солдат скрылся в зарослях. Осознав, насколько близко они были к провалу, группа приняла решение немедленно покинуть позицию у шоссе 92 и соединиться с остальными силами. Пэту пришлось самому встать в головной дозор, так как местные проводники были слишком напуганы происшедшим.
Эвакуация под огнем и спасительное зеркало 5:25
Подготовка к высадке на Oscar 8 была сопряжена с огромным риском еще на этапе предварительной воздушной разведки. Пэт Уоткинс совершал облет территории на легком самолете U-10, пилотируемом китайским летчиком, и попал под плотный огонь 37-мм зенитных орудий на высоте десяти тысяч футов. Тем не менее, миссию не отменили. Когда вертолеты H-34 (известные как «Слики») доставили группу на место, высаживавший их борт был тут же подбит противником. Разведчикам пришлось десантироваться прямо в глубокие воронки от авиабомб, заполненные грязной водой, из которой испуганные местные бойцы выбирались с огромным трудом. На протяжении всей операции ситуация оставалась критической: ночью позиции вокруг них беспрестанно перепахивали бомбардировщики Б-52, а затем над тропой появился тяжелый ганшип «Спектр» (Spectre), поливающий джунгли снарядами из 105-мм пушек.
Когда замыкающий боец группы прибежал с криками «Вьетконг! Вьетконг!» и сообщил, что прямо за ними идут трое вражеских солдат, Уоткинс приказал ни в коем случае не открывать огонь. Разведчики укрылись на дне очередной воронки, стремясь сохранить скрытность, ведь обнаружение означало неминуемую гибель группы. Противник начал проводить «разведку боем», беспорядочно обстреливая слоновую траву и заросли вокруг, пытаясь спровоцировать ответный огонь. В этой отчаянной ситуации Джордж Годвин сумел связаться на аварийной частоте с авиационным наводчиком — капитаном ВВС Грегом Хартнессом (Greg Hartness), позывной «Кави 265» (Covey 265), который пилотировал самолет O-2. Чтобы наводчик мог точно определить их местоположение среди выжженной земли, напоминавшей окопы Первой мировой войны, Уоткинс воспользовался сигнальным зеркалом. Хартнесс заметил блик, зафиксировал координаты и пообещал немедленно вызвать на помощь боевые вертолеты поддержки.
Психологическая война и трагедия группы Вилларозы 11:04
Пэт Уоткинс прибыл во Вьетнам в ноябре 1967 года. Его первым местом службы в структурах SOG стал лагерь FOB 1 в Дананге, где он в составе команды «один-ноль» участвовал в обустройстве базы и прокладке дорог. Уоткинс также кратко упоминает свою прошлую службу в Корпусе морской пехоты и существовавшие там строгие правила касательно татуировок ниже локтя у офицеров. Атмосфера секретности и постоянной опасности здесь ощущалась особенно остро. Огромным ударом по моральному духу лагеря послужил исход самой первой миссии, отправленной из Дананга в начале января 1968 года. Возглавлял ту группу опытный сержант первого класса Пол Виллароза (Paul Villarosa), за плечами которого было уже три командировки во Вьетнам в составе спецназа. Виллароза был колоритным ветераном: на его шее красовалась примечательная татуировка с пунктирной линией и надписью «Резать здесь» («cut along the line»), дополненная изображениями двух синих птиц.
Сразу после высадки группа Вилларозы вступила в ожесточенный бой с превосходящими силами противника. Спецназовцы пытались передавать шифрованные сообщения по радиостанциям PRC-25, используя специальные кодовые блокноты (CAC pads) и буквенные позывные. Однако связь работала с перебоями, и вскоре почти вся группа была полностью уничтожена. В живых остался лишь один американский солдат. Чтобы деморализовать выжившего и оказать психологическое давление на американское командование, прибывшие на место бойцы северовьетнамской армии использовали огнемет, безжалостно предав огню тело погибшего Пола Вилларозы. Эта жестокая акция психологической войны была рассчитана на то, что единственный уцелевший свидетель вернется и расскажет об увиденных ужасах. Однако противник изменил планы: пленного американца сразу же увезли в Сайгон, и в лагере его больше никто никогда не видел.
Особенности тренировки местных бойцов и «гранатный кризис» 15:25
Ранее в разговоре собеседники вскользь касались тяжелого боя на объекте Hotel 9, пообещав вернуться к нему позже. Перейдя к теме подготовки личного состава, Уоткинс поделился уникальными наблюдениями о тренировках местных бойцов из числа коренных племен Лаоса и Вьетнама. На тот момент многие из этих людей, по сути, только вышли из первобытно-общинного строя, привыкнув носить набедренные повязки и охотиться с арбалетами. Обучать их современным методам ведения войны в условиях осады лагеря, когда вокруг постоянно гибли американские морпехи, было сложнейшей задачей. Пэт вместе со своим заместителем (1-1) Майком Бинглом (Mike Bingle) — выносливым альпинистом из Нью-Йорка, способным подтягиваться целый день — решили провести проверку боевых навыков своих подопечных, чтобы оценить их реальные возможности.
Первое разочарование постигло инструкторов при попытке пристрелять винтовки: объяснения Пэта о баллистических поправках на дальность и ветер вызвало у туземцев такое недоумение, будто перед ними высадился пришелец из НЛО. Местные бойцы привыкли просто смотреть вдоль ствола и нажимать на спусковой крючок. Однако настоящий курьез произошел, когда Пэт решил проверить их способность метать оборонительные ручные гранаты M26. Выкрутив запалы в целях безопасности, он выстроил подопечных в шеренгу и скомандовал бросать. К полному изумлению американцев, рекордный бросок составил всего четыре фута (чуть более одного метра) — гранаты падали буквально им под ноги. Пэт внезапно осознал глубинную причину этой неудачи: в отличие от американцев, которые с раннего детства играют в бейсбол или американский футбол и мнят себя великими квотербеками вроде Роджера Стаубаха (Roger Staubach), эти люди выросли в культуре охотников-собирателей. В их жизни никогда не было игр с мячом, и единственное, что им доводилось подбрасывать в воздухе — это собственные дети. Осознав этот непреодолимый культурный барьер, Уоткинс принял прагматичное решение: полностью исключить ручные гранаты из экипировки местных бойцов и вместо этого нагрузить их дополнительным запасом патронов. Это стало классическим примером гибкости американского спецназа, вынужденного адаптироваться к реальным возможностям союзников на поле боя.
🚁 Спасение из огненной ловушки и невидимая засада 25:22
Подвиг капитана Ана: «Королевская пчела» в воронке от бомбы 25:22
Ситуация на земле стремительно ухудшалась. Разведывательная группа Пэта Уоткинса вела изнурительную игру в кошки-мышки с силами Вьетнамской народной армии. Незадолго до этого спецназовцы случайно наткнулись на позицию 37-мм зенитного орудия противника и успешно нейтрализовали её с помощью ручных гранат, застав вражеский расчет за обедом. Однако последовавшие мощные детонации боеприпасов полностью демаскировали их позиции. Весь оставшийся день воздушный корректировщик «Covey» методично наводил на вражеские склады и скопления живой силы один авиаудар за другим, превращая окрестности в сплошной ад. В воздухе непрерывно работали штурмовики F-4 Корпуса морской пехоты и пара самолетов A-1E «Hobo». Пилот одного из «Хобо» получил тяжелейшие повреждения от зенитного огня и едва не катапультировался прямо к окруженной группе, но в итоге сумел дотянуть до базы.
Ближе к вечеру противник перешел к плотному минометному обстрелу. Двое местных бойцов-монтаньяров из группы Уоткинса получили осколочные ранения, рация работала с перебоями, а кольцо окружения сжималось все сильнее. Попытка эвакуации силами армейской кавалерии провалилась: их вертолеты огневой поддержки попали под шквальный огонь, одна из машин совершила жесткую посадку, а бортстрелок погиб. Пэт Уоткинс уже мысленно готовился к худшему, рассчитывая лишь подороже продать свою жизнь.
Именно в этот критический момент пришла неожиданная новость: на помощь прорывается одиночный южновьетнамский вертолет H-34 Sikorsky, известный как «King Bee» («Королевская пчела»). Когда по радио спросили, сможет ли группа уместиться на одном борту, Пэт Уоткинс отрезал: «Да я на чертовой дверной ручке полечу, если ты сможешь посадить его сюда!». Машиной управлял легендарный и невероятно отважный пилот — капитан Ан. Уоткинс хорошо знал его лично по совместной работе в лагере Кхамдык (ранее в разговоре они касались особенностей тренировки местных бойцов).
Капитан Ан летел на спасение в одиночку, без второго пилота. Огневую поддержку ему обеспечивали вертолеты морской пехоты из эскадрильи «Scarface», базировавшиеся в Фубай. Эти старые машины модификации UH-1B под командованием подполковника Робинсона, оснащенные фиксированными пулеметами M60 и 40-мм гранатометами, буквально выкашивали джунгли своими заходами, расчищая путь для «Пчелы».
Филигранная посадка капитана Ана граничила с безумием и чистым героизмом. Зона высадки была охвачена пламенем от лесного пожара, вокруг гремели взрывы, пахло кордитом и обожженной плотью. Пилот умудрился завести свой громоздкий H-34 прямо в огромную воронку от авиабомбы, ювелирно опустив передние шасси на внутренний край кратера. Подниматься на бруствер под шквальным огнем было равносильно самоубийству, поэтому Пэт Уоткинс и его напарник Лу буквально забрасывали испуганных местных бойцов внутрь зависшего вертолета. Старый пулемет A6 калибра .30 у вьетнамского бортстрелка постоянно заклинивало, а раскаленный ствол хаотично мотало из стороны в сторону, добавляя паники.
Когда группа взорвала оборонительные мины «Клеймор», чтобы отсечь атакующую пехоту противника, капитан Ан рванул машину вверх. Вражеские пули прошивали обшивку насквозь — Уоткинс вспоминал, как сквозь пробитые отверстия в салон пробивался свет. Пилот лишь обернулся из кабины к спецназовцам и с улыбкой помахал рукой. Уходя от тяжелых зенитных пулеметов калибра 12,7 мм, которые враг стянул для уничтожения вертолетов, капитан Ан шел на сверхмалой высоте, буквально срезая верхушки деревьев. Вся дорога до Кхешани напоминала кадры из хроники Второй мировой войны: небо позади было усеяно черными разрывами зенитных снарядов. Группа выжила исключительно благодаря феноменальному мастерству вьетнамского летчика. «Если бы не он, я бы давно стал удобрением в Юго-Восточной Азии», — признался Пэт Уоткинс в беседе с Джоко Виллинком.
Призраки Шоссе №9: как спецназ прошел сквозь скрытую засаду 38:35
После благополучного возвращения на базу Кхешань разведывательные группы SOG вернулись к привычной рутине. Иногда местные бойцы уходили за пределы периметра базы на охоту, чтобы разнообразить скудный рацион из сухпайков. Однако вскоре спокойствие закончилось: американские позиции начали подвергаться методичным обстрелам из 81-мм минометов со стороны заброшенной французской чайной плантации и старой деревни Кхешань.
Офицер по планированию операций Джекс вызвал к себе Пэта Уоткинса и его близкого друга, штаб-сержанта Перси Хадсона. Стоит отметить, что Хадсон ранее служил вместе с Фредом Забитоски (ранее в разговоре они касались подвига Фреда Забитоски). Джекс поставил задачу: выйти через главные ворота базы, скрытно обследовать Highway 9 (Шоссе №9) и проверить район деревни. Местность вокруг шоссе была абсолютно голой, без единого дерева или естественного укрытия. Когда Джекс строго спросил, каков их план действий, Уоткинс ответил со своим фирменным армейским сарказмом: «Выжить». Офицер лишь выругался, назвав Пэта язвительным умником.
Разделив группу, Уоткинс пустил бойцов боевым клином по обеим сторонам дороги. Своему переводчику по кличке Бинго он сразу отдал жесткий приказ: «Если по нам откроют огонь, включай максимальную скорость и бежим обратно на базу со всех ног». Спецназовцы дошли до деревни, не сделав ни единого выстрела, и поспешили вернуться назад, доложив руководству, что ничего подозрительного не обнаружили. Пэт честно признался Джоко Виллинку: «Я просто не особо усердно там искал».
На следующее утро регулярные части Корпуса морской пехоты США начали плановую операцию по расчистке этой же дороги в направлении отдаленного опорного пункта «Рокпайл». Спецназовцы SOG с высоты своих брустверов с интересом наблюдали за выдвижением крупной колонны.
В состав колонны входили следующие силы:
- Усиленная рота морской пехоты;
- Самоходная установка Ontos, оснащенная шестью 106-мм безоткатными орудиями;
- Основной боевой танк M48;
- Два грузовика «два с половиной тонны» с личным составом.
Едва колонна отдалилась от лагеря SOG, как джунгли вокруг Шоссе №9 буквально взорвались ураганным огнем. Морпехи попали в тщательно подготовленную и жестокую засаду. Вьетнамцы массированно применили гранатометы РПГ-2 (в те годы использовались именно вторые модели, а не седьмые). Первыми же выстрелами была полностью уничтожена установка Ontos, весь ее экипаж погиб на месте. Танк M48 получил прямое попадание кумулятивного снаряда в башню; Уоткинс с юмором вспоминал, как эта огромная задымленная машина неслась назад к базе со скоростью 100 миль в час — он даже не подозревал, что танки умеют так быстро пятиться. Один из грузовиков сумел вырваться из огненного мешка и примчался назад весь изрешеченный пулями, с тяжело раненным водителем и мертвым напарником в кабине. Бой превратился в кровавый хаос, а спецназовцам на базе пришлось прятаться в бункерах под защитой бронежилетов из-за долетавших осколков и снарядов. Итог засады для морпехов оказался трагическим: 14 человек погибли, 27 получили тяжелые ранения.
Сразу после завершения боя Уоткинса срочно вызвали в командный центр (TOC) морской пехоты. Там, посреди штабного блиндажа, на стуле сидел свежезахваченный пленный капитан Северо-Вьетнамской армии. Присутствовавший при допросе капитан рейнджеров ARVN позвал Пэта и сказал: «Уоткинс, ты просто обязан это послушать». Пленный офицер поднял глаза на вошедшего спецназовца и на ломаном английском произнес единственное слово: «Searching» («Искали»). Весь штаб, несмотря на трагизм дня, разразился нервным хохотом.
Выяснилось невероятное: накануне маленькая группа Уоткинса прошла буквально по головам окопавшейся вьетнамской роты. Вражеские солдаты были идеально замаскированы в подземных «паучьих норах» по обе стороны дороги, действуя по тактике японцев во Второй мировой войне. Они хладнокровно провожали взглядом идущих мимо спецназовцев. Как позже объяснил на допросе пленный капитан, они сознательно проигнорировали трех американцев и горстку монтаньяров. Вьетнамская дисциплина была железной: они не хотели преждевременно раскрывать свои позиции ради мелкой добычи, поскольку их главной стратегической целью был разгром крупной регулярной колонны снабжения морской пехоты, которую они ожидали на следующий день.
🏚️ Дебрифинг в секретном House 10 50:36
После возвращения из джунглей Пэт Уоткинс оказался в Сайгоне, где его ждал обязательный отчет о проделанной работе. Уоткинс прибыл прямо с передовой, выглядя, по его собственному признанию, как «индеец из кино»: три месяца без стрижки, в форме, пропитанной красной глиной. Несмотря на настоятельные рекомендации высокопоставленного сержант-майора привести себя в порядок и переодеться в чистую форму перед встречей с командованием, Уоткинс наотрез отказался. Он заявил, что его внешний вид — это прямое отражение его работы, и продолжал настаивать на своем, даже несмотря на то, что это выглядело как вызов профессиональному этикету.
Внутри секретного убежища House 10, которое разительно отличалось от привычных ему полевых условий своей почти ресторанной обстановкой с накрытыми столами, Уоткинса ждал жесткий контраст. В комнате дебрифинга, где на стенах висели оперативные карты, он столкнулся с типичной для SOG проблемой: «стерильными» папками целей.
- Уоткинс обнаружил, что разведданные в его папке были намеренно неполными, что, по его мнению, делалось для того, чтобы заставить группы заходить в опасные зоны «вслепую».
- Когда он начал указывать на реальные разведывательные данные на общей карте, полковники сделали ему замечание, напомнив о статусе секретности этой информации, на что Уоткинс парировал, что именно отсутствие этих данных в его папке ставило жизнь группы под угрозу.
На дебрифинге присутствовал полковник Джон К. Синглуб, легендарная фигура спецназа, чья репутация опережала его самого. Уоткинс предоставил детальный отчет об увиденной им вражеской технике, включая советские танки Т-34, которые, по его оценке, были крайне эффективны в тех условиях. Несмотря на первоначальный скепсис со стороны присутствующих, отчет Уоткинса был признан критически важным и оперативно передан по цепочке командования.
🇰🇭 Секретная миссия в Камбодже 1:09:10
После событий в районе Кхешани и короткого периода ожидания, Уоткинса направили на выполнение задания в Камбодже. Это была секретная операция, проводимая группой из пяти человек — помимо самого Уоткинса и его радиста, в команду входили трое местных бойцов. Условия проведения этой миссии кардинально отличались от операций в Лаосе (известных как «Prairie Fire») и были связаны с жесткими ограничениями правил ведения боя.
Основные особенности камбоджийского рейда включали:
- Полный запрет на использование американской авиации: никакие тактические авиаудары или поддержка со стороны самолетов A-1 Skyraider не были разрешены.
- Ограничение по огневой поддержке: единственным доступным средством оставались вертолеты огневой поддержки, использование которых также было жестко регламентировано.
- Режим строжайшей секретности: участники группы не имели права носить жетоны, американскую форму или даже опознавательные знаки, а также были лишены возможности использовать мины «Клеймор».
Сам процесс заброски выглядел абсурдно: вертолет пролетел прямо над вражеской деревней, из-за чего скрытность была нарушена еще до приземления. Как только группа высадилась, Уоткинс, пытаясь сориентироваться по карте в условиях отсутствия GPS, понял, что враг уже знает об их присутствии. Вражеские патрули немедленно начали прочесывать местность, стреляя из винтовок и колотя по бамбуку, что заставило Уоткинса констатировать, что уровень угрозы мгновенно подскочил до критического. Ранее в разговоре они касались службы в Корпусе морской пехоты и перехода в армейский спецназ.
🔥 Огненное крещение и героические спасения 1:15:30
Февраль 1968 года навсегда остался в памяти Пэта Уоткинса как время жесточайших испытаний и невероятного мужества. В этот период обстановка в зоне боевых действий накалилась до предела, а судьбы отдельных солдат и целых разведывательных групп переплетались в череде драматических событий, ставших легендами спецназа.
Подвиг Фреда Забитоски 1:16:11
19 февраля 1968 года стало черным днем для многих, но в то же время днем проявления высшей доблести. Фред Забитоски, в то время 1-0 (командир группы) в FOB-2, выполнял опасную задачу. В ходе операции вертолет, на котором находился Фред, попал под интенсивный огонь РПГ, в результате чего хвостовая балка была оторвана. Вертолет рухнул на землю и мгновенно загорелся от разлившегося топлива.
Несмотря на тяжелую контузию, Забитоски выбрался из пылающих обломков. Понимая, что его товарищи находятся в смертельной ловушке, он, пренебрегая собственной безопасностью и получая ожоги от горящего магниевого корпуса машины, неоднократно возвращался в эпицентр пожара. Он вытащил тело погибшего второго пилота, а затем, приложив колоссальные усилия, освободил из ремней безопасности и эвакуировал раненого пилота. В это время боекомплект вертолета начал детонировать прямо рядом с ним.
Позже стало известно, что за этот подвиг Фреда Забитоски представили к Медали Почета. Интересно, что изначально командование авиационного подразделения планировало ограничиться Серебряной звездой, однако полковник 57-го авиационного подразделения лично настоял на высшей награде, подчеркнув, что если подвиг не будет оценен по достоинству, он лично добьется пересмотра представления.
Тяжелый бой на объекте Hotel 9 1:24:00
Всего через пять дней после событий с Забитоски Пэт Уоткинс оказался в эпицентре другой катастрофической ситуации на объекте Hotel 9. Группа добровольно отправилась на это задание, не до конца осознавая степень опасности — ранее в разговоре упоминались подробности подготовки таких миссий, а также некоторые аспекты службы в подразделениях разведки.
Группа продвигалась по бамбуковой тропе, ширина которой составляла около 15 футов. Высота бамбука по обеим сторонам достигала 7–9 футов, создавая эффект замкнутого пространства. Вскоре они обнаружили, что попали прямо в лагерь противника с множеством блиндажей и паучьих нор. Столкнувшись с превосходящими силами врага, группа оказалась в окружении.
Ситуация стала критической: солдаты были прижаты к земле плотным огнем. В этот момент единственным шансом на спасение стал авиаудар. Уоткинс скоординировал действия с поддержкой с воздуха. Один из бойцов, Тим, рискнул жизнью, чтобы выставить сигнальную панель для обозначения позиций, и был ранен.
Для подавления противника по приказу Уоткинса был применен напалм. Самолет A-1E точно сбросил зажигательную смесь на позиции врага, расположенные на холме, что заставило противника прекратить огонь и отступить. В условиях сухой погоды джунгли загорелись, что дополнительно дезориентировало врага, позволив остаткам группы, включая раненых, прорваться к зоне эвакуации. Это было «время хрустящих тварей», как горько шутили бойцы, описывая разрушительную мощь напалма.
🚁 Опасные миссии в небе и на тропе Хо Ши Мина 1:44:00
Работа спецназа в глубоком тылу противника была сопряжена с постоянным риском и импровизацией. Одним из таких направлений стала миссия по установке оборудования для прослушивания, целью которой было получение разведданных непосредственно с телефонных линий вдоль знаменитой тропы Хо Ши Мина.
Подготовка к этой операции была серьезной: группа получила специальное оборудование, которое доставляли в защитных кейсах Samsonite. В один из них входил комплект батарей, а в другой — само устройство для врезки в линию, включая специальные камуфлированные провода. Планировалось, что после установки оборудование можно будет активировать дистанционно с пролетающего самолета.
Для выполнения задачи спецназовцев перебрасывали в Накхонпханом (Таиланд) на самолетах, а затем — на вертолетах HH-3, известных как Pony Express. Пэт Уоткинс вспоминает, что в то время они чувствовали себя «парнями из Первой мировой войны», используя примитивные технологии связи, но при этом выполняя сложнейшие задачи. В какой-то момент группу высадили в 9 километрах от цели, в абсолютно дикой местности, где не было местных союзных сил (горных племен), а из «местных жителей» попадались только дикие слоны и буйволы.
Обнаружив не телефонные столбы, а систему дорог с установленными зенитными орудиями калибра 23 мм, группа поняла, что задача практически невыполнима из-за отсутствия подходящей инфраструктуры. Несмотря на это, они решили вступить в бой, ликвидировали расчет зенитной установки и сделали снимки в качестве доказательства, после чего были эвакуированы весьма экстремальным способом — вися на лестницах вертолета, поскольку посадка в той зоне была невозможна.
📉 Трагическая судьба разведывательных групп проекта ASP 1:58:00
Проект ASP (и связанные с ним команды, такие как «Thundercloud») стал синонимом тяжелых потерь и нерешенных вопросов. Операции этих групп, часто направленные на глубокую разведку на севере, нередко заканчивались трагически.
Вскоре после возвращения из своей миссии Пэт Уоткинс узнал, что разведывательная группа проекта ASP попала в беду. В состав команды входили три американца: Рон Браун, Алан Бойер и Хьюстон. Несмотря на то что группе удалось выполнить задачу и успешно установить прослушивающее устройство, они были скомпрометированы.
Ситуация усугубилась во время попытки эвакуации: по протоколу американцы должны были первыми подниматься на борт вертолета, но в этот раз последовательность нарушилась. В итоге Хьюстон оказался на лестнице, когда вертолет начал отрываться от земли под огнем противника, и был унесен в сторону деревьев. Рон Браун и Алан Бойер остались на земле вместе с местным бойцом, и это стало последним моментом, когда их видели живыми.
Поиски останков этих солдат растянулись на десятилетия. Из-за специфики почвы и времени опознание было крайне сложным. Пэт Уоткинс лично участвовал в попытках прояснить ситуацию для семей пропавших без вести, сталкиваясь с эмоционально тяжелыми моментами, когда семьи не могли принять результаты экспертиз спустя долгие годы. В конечном итоге Алан Бойер был захоронен на Арлингтонском кладбище, став частью долгой и скорбной истории проекта, который многие ветераны до сих пор называют проклятым из-за потери нескольких команд за восемь лет.
Ранее в разговоре они касались особенностей проведения операций на объекте Hotel 9 и психологического аспекта службы в спецназе.
{"summary": "Глава описывает опасные миссии по установке прослушивающего оборудования вдоль тропы Хо Ши Мина и трагическую историю разведывательной группы проекта ASP, закончившуюся гибелью американских операторов и многолетними поисками их останков.", "quotes": [{"text":"Мы чувствовали себя парнями из Первой мировой войны, используя line-of-sight радиостанции и все остальное, что у нас было.","speaker":"Пэт Уоткинс","time":"14:46:04"}], "key_facts": ["Миссия по установке прослушки проходила в районе Дьенбьенфу, где отсутствовала инфраструктура для телефонных столбов.", "Группа Pony Express эвакуировала бойцов, висящих на лестницах вертолета, из-за невозможности посадки.", "В составе группы ASP пропали без вести трое американцев: Рон Браун, Алан Бойер и Хьюстон.", "Останки Хьюстона так и не были найдены, а опознание Бойера и Брауна заняло десятилетия."], "covered_topics": ["Миссия по установке прослушивающего оборудования", "Трагедия разведывательной группы проекта ASP", "Сложности эвакуации с использованием вертолетных лестниц"]}
⚓ От Эрни Пайла до Гуантанамо: морская пехота и крутые повороты судьбы 2:05:41
Ранее в разговоре Джоко Виллинк и Пэт Уоткинс уже касались трагической гибели команды Вилларозы и тяжелых потерь разведывательных групп проекта ASP. Из шестнадцати сержантов и командиров, прибывших на службу вместе с Уоткинсом, к ноябрю 1968 года в строю оставалось всего четыре человека, трое из которых успели получить ранения. Чтобы детально разобраться, как закалялся характер будущего ветерана Спецназа, Джоко предлагает вернуться к самым истокам — к моменту, когда молодой уроженец Индианы впервые надел военную форму.
Рота Эрни Пайла и «родео-королева» Кэрол 2:07:57
Пэт Уоткинс начал свой путь в Корпусе морской пехоты США в 1956 году. Всего за три дня до этого он успешно выступил на соревновании штата по бегу и даже получал приглашения от колледжей с предложением частичной спортивной стипендии. Однако мать Пэта рассудила иначе, посчитав, что парню необходима жесткая дисциплина. Вся семья Уоткинса имела военные корни — его родственники воевали еще на Иводзиме.
В итоге Пэт оказался в составе роты, полностью набранной из призывников штата Индиана. Их неофициально называли «ротой Эрни Пайла» в честь знаменитого военного корреспондента, уроженца тех же мест. Пайл прошел всю Европу, освещая действия армии, но погиб на Окинаве от пули снайпера, когда решил продолжить работу на передовой вместе с морскими пехотинцами.
Именно во время службы в Корпусе Пэт встретил свою будущую жену Кэрол, которая тоже была морским пехотинцем. Как иронично вспоминает ветеран, они решили пожениться ради банальной прибавки к жалованью. Получив звание сержанта и обойдя «все бары в Оушенсайде по пятьдесят раз», Пэт осознал, что пора остепениться. Кэрол в то время участвовала в конкурсе на звание «Королевы Родео», который ежегодно проводился Лигой морской пехоты в качестве благотворительного мероприятия.
Для участия в параде девушке, приехавшей из Такомы (штат Вашингтон) и никогда в жизни не сидевшей в седле, пришлось экстренно учиться верховой езде на лошади паломино. На конкурсе она выступала в эффектном голубом костюме с бахромой, который Уоткинс в шутку называет «нарядом Дейл Эванс». На мероприятие привозили голливудских звезд, включая Клинта Иствуда и актеров популярного сериала Rawhide. Кэрол заняла второе место, уступив лишь дочери полковника, что дало Пэту повод долгие годы подшучивать над супругой из-за «сфальсифицированных армейских выборов».
Особым испытанием для Кэрол стала официальная публичная речь о Франклине Рузвельте в годы Второй мировой войны. Пэт репетировал с ней этот текст не менее тридцати раз, но на сцене девушка переволновалась и упорно путала ударение в слове «Делано». Услышав смех мужа из зала, она одарила его испепеляющим взглядом прямо во время выступления. Они поженились в 1962 году и прожили вместе более 60 лет. Уоткинс с улыбкой признается, что всеми финансами в семье всегда заведовала исключительно супруга:
«Я в жизни не обналичил ни одного чека и понятия не имею, сколько у нас денег в банке. Она — наше взрослое руководство».
Карибский кризис: связь на гольф-поле Гуантанамо 2:13:16
Семейная жизнь началась с суровых испытаний. Всего через две недели после свадьбы разразился Карибский кризис. Пэт Уоткинс, будучи сержантом и начальником кабельной секции связи, внезапно получил приказ о погрузке на грузовой корабль, направлявшийся в зону Панамского канала в составе 1-й дивизии морской пехоты. В Оушенсайде осталась молодая жена, которая все еще служила в Корпусе и жила в крошечной съемной студии с откидной кроватью.
В морской пехоте того времени царил непреклонный принцип секретности: «Если вам нужно будет что-то знать, мы вам скажем». Никаких подробностей рядовому составу не сообщали, но Пэт прекрасно понимал масштаб угрозы, особенно когда появились знаменитые снимки с самолетов-разведчиков U-2, зафиксировавшие советские ракетные позиции на Кубе. Президент Кеннеди фактически вел опасную психологическую игру с Хрущевым, опираясь на временное ядерное превосходство США.
Когда советские суда развернулись и кризис пошел на спад, подразделение Уоткинса перебросили на военную базу Гуантанамо (Гитмо). Там, прямо на местном поле для гольфа, сержант Уоткинс занимался изнурительной прокладкой телефонных кабелей между позициями 105-мм артиллерийских орудий. Напряжение оставалось колоссальным: база была забита артиллерией и зенитными комплексами. По воспоминаниям Уоткинса, высокопоставленные генералы вроде Кёртиса Лемея откровенно жаждали полноценной войны, но Роберт Кеннеди отговорил брата от авиаударов, выбрав путь взаимных уступок — вывода американских ракет из Турции в обмен на деэскалацию со стороны СССР.
Гражданские траншеи против Корпуса 2:16:56
Уоткинс уволился из Корпуса морской пехоты в 1963 году. Перед молодой семьей сразу встал вопрос финансового выживания: Кэрол ждала их первую дочь Келли, а по жестким законам того времени беременная женщина не имела права оставаться на действительной службе в КМП. Подход Корпуса к семейным делам был сугубо маскулинным: «Жена и дети не входят в ваш вещевой мешок, разбирайтесь с ними сами». Даже командующий генерал на Окинаве не мог привезти с собой семью из-за постоянной готовности его подразделений к боевому развертыванию.
Пэт устроился на гражданскую работу к отцу Кэрол, который владел фирмой по электромонтажу в городе Порт-Таунсенд (штат Вашингтон). В качестве ученика бывшему боевому сержанту пришлось заниматься тяжелым физическим трудом — копать глубокие траншеи под укладку кабельных каналов. Спустя некоторое время, проведенное с лопатой в руках, Уоткинс пришел к однозначному выводу: «Даже в морской пехоте условия кажутся лучше, чем на этой гражданской каторге». Семье срочно требовалась стабильность и надежная медицинская страховка перед родами, и Пэт принял решение вернуться в вооруженные силы.
Армейский десант: всё, кроме комфорта 2:21:48
Изначально Уоткинс планировал записаться в Военно-воздушные силы ради сытой и комфортной жизни. Оставив беременную жену ждать в новеньком «Фольксвагене Жук» (купленном в Оушенсайде за 1600 долларов без датчика топлива, но с резервным топливным краном), он зашел в объединенный призывной пункт в Бремертоне. Однако вид расхлябанного рекрутера ВВС, у которого форменный ремень уныло свисал чуть ли не до колен, вызвал у привыкшего к армейскому лоску морпеха резкое отторжение. Идти на флот Пэт тоже категорически отказался, опасаясь насмешек со стороны бывших сослуживцев по КМП.
Судьбу Уоткинса решил армейский вербовщик — подтянутый сержант первого класса, ветеран Корейской войны со знаками отличия легендарного 187-го воздушно-десантного полка. По идеальной осанке и армейской стрижке он мгновенно распознал в посетителе бывшего морпеха. Рекрутер предложил Уоткинсу перейти в Армию США, пообещав, что прошлые семь лет службы полностью зачтутся в его военную выслугу.
Армеец красочно расписал перспективы службы в элитных воздушно-десантных частях, подметив: «Это то же самое, что и Морская пехота, только наши парни не разговаривают как матросы». Пэт вспомнил, как во время службы на Окинаве видел бойцов 173-й десантной бригады и инструкторов 1-й группы Спецназа — их начищенные десантные ботинки и безупречный вид всегда вызывали уважение. Когда Уоткинс прямо спросил, какие гарантии он получит, вербовщик честно ответил:
«Я могу выбить для тебя любое направление, парень, кроме комфорта».
Уоткинса, привыкшего к суровым будням КМП, такой ответ полностью устроил. Ему гарантировали распределение в парашютную школу (Jump School) и школу рейнджеров (Ranger School). В том же 1963 году он принял повторную присягу, перейдя в армию в звании капрала и потеряв всего одну ступень по сравнению со своим сержантским званием в КМП.
Дома Пэту пришлось выдержать серьезный натиск со стороны Кэрол, которая надеялась на тихую службу мужа в авиации. Пэт начал активно тренироваться на спортивных площадках, сдавая жесткие физические нормативы на турниках, пока удивленная жена пыталась осознать, что ее муж становится профессиональным парашютистом.
Прибыв на оформление на базу Форт-Орд, Уоткинс испытал настоящий культурный шок от вида растолстевших армейских тыловиков транзитного лагеря. В 1963 году полномасштабная война во Вьетнаме еще не началась — американское присутствие ограничивалось лишь советниками Спецназа (MACV) и инструкторами. В Форт-Орде Пэт умудрился перенести вспышку «десантного гриппа», когда из-за карантинных мер в казармах настежь открыли все окна, запустив ледяной пронизывающий ветер с залива.
Сразу после оформления Уоткинс отправился на автобусе Greyhound через всю страну к месту проведения десантной подготовки. В тот самый день, когда он уехал, Кэрол родила дочь Келли. Благодаря новой армейской страховке все медицинские расходы на роды обошлись семье всего в 5 долларов. Успешно окончив школу парашютистов, Пэт Уоткинс незамедлительно продолжил обучение в элитной школе патфайндеров (Pathfinder School), заложив надежный фундамент для своей последующей карьеры в рядах Специальных сил.
🎖️ Финальные размышления: долг, память и благодарность 2:30:51
Актуальный контекст и молитва за мир 2:30:51
Завершая глубокое погружение в историю и боевой опыт, Джоко Виллинк обращается к событиям современной повестки. В день записи, 27 февраля, внимание всего мира приковано к Украине. Виллинк подчеркивает, что американское общество вновь оказалось в ситуации, когда нация наблюдает за разворачивающимся вооруженным конфликтом в реальном времени. В этот момент мысли ведущего обращены к гражданскому населению, оказавшемуся в эпицентре событий, и к американским военнослужащим, находящимся в состоянии боевой готовности, в поддержку которых звучат искренние слова надежды и молитвы.
Чествование ветеранов и наследие Пэта Уоткинса 2:31:04
Важнейшей частью миссии подкаста является сохранение памяти о тех, кто посвятил жизнь служению своей стране. Виллинк акцентирует внимание на неоценимом вкладе ветеранов, чей опыт остается жизненным ориентиром для новых поколений. Особую благодарность ведущий выражает своему гостю — Пэту Уоткинсу (Pat Watkins). Джоко отмечает, что имел честь служить вместе с ним, и подчеркивает, что именно к таким людям, как Уоткинс, он обращался за советом и «бесконечной мудростью» в период своей службы на передовой базе FOB 1. Ранее в разговоре они касались деталей выполнения сложных спецопераций, однако именно здесь, в финале, звучит признание того, что человеческие качества ветеранов являются таким же важным наследием, как и их боевые заслуги.
Неизбывная память: пропавшие без вести 2:31:30
Трагической, но необходимой составляющей завершения дискуссии является напоминание о тех, кто не вернулся домой с полей сражений. Спустя десятилетия после окончания Вьетнамской войны, вопрос остается болезненным для американского общества: на сегодняшний день 1583 американских военнослужащих все еще числятся пропавшими без вести (MIA) в Юго-Восточной Азии. Упоминание этих цифр служит данью глубокого уважения и призывом не предавать забвению судьбы солдат, оставшихся на чужой земле, выполняя свой долг.
Благодарность команде и создание SOGCast 2:31:44
В завершение Джоко Виллинк подводит черту под процессом создания проекта, выражая признательность всей команде, которая стоит за производством SOGCast. Он подчеркивает вклад своей группы поддержки, известной как «Echo Charles», и приветствует нового участника — Кэрри Хелтона (Carrie Helton), который присоединился к команде, чтобы помогать в работе над будущими выпусками. Проект, реализуемый при поддержке «Jocko Willink Productions» и «SOG Chronicles», продолжает свою деятельность, направленную на документирование военной истории, и Виллинк благодарит слушателей за их внимание к этим важным и сложным темам.
