Дина Рубина покинула Москву в 1990 году, имея в кармане 600 долларов и статус состоявшегося литератора . Она переехала в Израиль, чтобы её дети выросли среди национального большинства . Писательница утверждает: её родина — русский язык, а эмиграция стала способом избежать ненависти к стране из-за агрессивного антисемитизма восьмидесятых .
🏜️ Израильская «Рублёвка» и сады в пустыне 0:12
Дина Рубина живёт в Мевасерет-Ционе — это поселение недалеко от Иерусалима с населением около 20 тысяч человек . Писательница называет это место «местной Рублёвкой» из-за удачной локации между Иерусалимом и Тель-Авивом .
Жизнь в засушливом климате поддерживается системой искусственного орошения. По словам Рубиной, только 5% зелени в стране растёт естественным путём на севере . Остальная растительность — результат труда людей, который она сравнивает с сюжетами из книг .
Рубина напоминает, что идеолог сионизма Теодор Герцль был австрийским журналистом и не интересовался еврейским вопросом до дела Дрейфуса . Увидев «гнойный антисемитизм» французского общества, он решил, что евреям нужна своя страна .
🎒 Большая алия: стресс для общества и мифы о «русских» 3:24
В начале девяностых в Израиль приехал миллион человек из бывшего СССР . Для страны с населением 4,5 миллиона это стало огромным социальным потрясением . Рубина сравнивает этот масштаб с гипотетическим приездом 75 миллионов мигрантов в США за короткий срок .
В обществе возникла своеобразная «дедовщина» по отношению к новоприбывшим . О приехавших распространяли стереотипы:
- утверждали, что все «русские» женщины — проститутки ;
- заявляли, что у всех мигрантов купленные дипломы .
Со временем отношение изменилось. Сегодня дети приехавших тогда людей ассимилировались, создали смешанные семьи, и старые мифы исчезли . Даже русский мат органично вплёлся в местную жизнь, став частью армейского сленга .
🚫 Причины отъезда: «Общество Память» и записки на спине 8:51
Решение об эмиграции Рубина приняла из-за чувства «оскорбительного существования» . В 1990 году она жила в Москве, где на остановках расклеивали антисемитские воззвания, а районные газеты публиковали агрессивные статьи .
Писательница вспоминает несколько переломных моментов:
- Драка в Центральном доме литераторов (ЦДЛ), устроенная активистами общества «Память» .
- Записка со словом «жид», которую кто-то приколол к спине её двенадцатилетнего сына в школе .
- Лишение гражданства и квартир при выезде из СССР .
Рубина подчёркивает, что не хотела возненавидеть русский язык и народ из-за действий антисемитов . Уезд стал для неё способом самоизоляции ради сохранения любви к русской культуре .
✍️ Литературная кухня и страх перед «новой этикой» 17:09
Тексты Рубиной рождаются сначала на бумаге. Она всегда пишет от руки, а затем переносит текст в компьютер . Шрифт для неё не имеет значения, так как за буквами она видит образы и движение .
Писательница придерживается следующих принципов в работе:
- не следует заранее составленным таблицам персонажей, позволяя героям «поступать как они хотят» ;
- пишет «из живота», ориентируясь на художественную правду, а не на ожидания аудитории ;
- отказывается от самоцензуры ради западных рынков .
Она привела пример с переводом романа «Почерк Леонарда» в Лондоне. Переводчица спросила, почему темнокожий герой в книге назван «обалдуем», усмотрев в этом расизм . Рубина объясняет это разницей менталитетов: в русском языке «обалдуй» — это часто ироничное, почти ласковое слово .
🧼 Жизнь с нуля: от консерватории до мытья полов 22:47
После переезда в Израиль литературный статус Рубиной не имел значения. Без знания иврита найти квалифицированную работу было невозможно . Писательница, окончившая консерваторию, пошла мыть полы в частных домах .
Один из примечательных случаев произошёл, когда хозяйка дома обнаружила у Рубиной высшее образование. Женщина уволила её, заявив, что не может позволить человеку с дипломом убирать свой дом . Муж писательницы, художник Борис Казачков, также столкнулся с творческим кризисом из-за слишком яркого и резкого израильского света, который отличался от привычных ему серых тонов .
🪖 Армия как часть семейной жизни 35:11
В Израиле армейская служба касается почти каждой семьи. Зять Дины Рубиной — танкист-резервист, сын и дочь также отслужили . Распределение в войска зависит от профиля здоровья и IQ, при этом попасть в боевые части считается почётным .
Рубина рассказала об элитном женском подразделении «Каракаль» . Девушки в нём проходят специфическую подготовку:
- способны лежать неподвижно в засаде до 72 часов (что, по словам Рубиной, психологически труднее для мужчин) ;
- владеют техникой ближнего боя Крав-мага ;
- несут службу на границах в тяжёлых условиях .
Писательница считает, что израильская армия — это не наёмники, а люди, защищающие свой дом, так как уничтожить маленькое государство технически возможно за считанные часы .
✡️ Религия, Шаббат и вера в гадалок 45:07
В семье Рубиной отношение к религии разное. Её муж Борис Казачков соблюдает заповеди и не работает в субботу . Сама Дина называет себя светским человеком: она может водить машину или включать компьютер в Шаббат, но уважает тишину этого дня как «санитарный день для психики» .
При этом Рубина признаётся, что верит в астрологию и регулярно обращается к гадалке, работающей на картах Таро . Она называет её своим «психологом» и отмечает, что гадалка часто использует профессиональные издательские термины, которые не могут быть ей известны .
Относительно ультраортодоксов Рубина отмечает сложную структуру общества. Хотя многие из них не служат в армии, женщины в таких семьях часто работают, чтобы обеспечивать многодетный быт .
🏛️ Иерусалим: цены на жильё и «книжные полки» на кладбище 58:36
Иерусалим застраивается и осовременивается, что вызывает у Рубиной противоречивые чувства. Она против строительства высотных домов в сейсмической зоне города . Недвижимость в столице остаётся крайне дорогой: трёхкомнатная квартира может стоить около 1,8 млн шекелей .
Писательница затронула и тему смерти. На кладбище Гиват Шауль из-за нехватки земли используют систему многоуровневых захоронений . Покойных хоронят в стенах, которые Рубина сравнивает с книжными стеллажами . Она иронично замечает, что будет лежать там «как книга», а на плите напишут её имя, как на обложке .
