«Вы взяли меня голыми руками», — признался легендарный «морской котик» Джокко Уиллинк, когда эстонский спецназовец Ремо Оясте без приглашения ворвался на его закрытые тактические учения в Техасе. Пройдя путь от нелегальной торговли топливом в 90-х и профессионального покера до элитных подразделений НАТО, Оясте сумел превратить железную военную дисциплину в работающие бизнес-стратегии. Это история о том, как законы реального боя помогают выигрывать многомиллионные международные тендеры и строить успешные корпорации в условиях абсолютного хаоса.
🇪🇪 Рождение «боевой готовности»: от хаоса полигонов до суровых будней постсоветской Эстонии 0:13
FTX и обучение лидеров в условиях хаоса 0:13
Курсы полевых тренировок (FTX), проводимые компанией Echelon Front, изначально задумывались как суровое испытание для корпоративных руководителей. Джокко Уиллинк моделирует на этих учениях ситуации реального городского боя, где гражданские специалисты — от финансистов и строителей до агентов по продажам — сталкиваются с контролируемым хаосом. Участников забрасывают в условия, имитирующие зачистку зданий и спасение заложников, под аккомпанемент дымовых шашек, оглушительной стрельбы и криков специально нанятых статистов из числа бывших военных. Цель тренировок далека от классической тактики: инструкторы оценивают лидерские качества и способность принимать решения под колоссальным психологическим давлением, когда у людей из-за избытка адреналина сужается зрение и наступает ступор. Джокко Уиллинк признается, что порой во время первых итераций хаос становился настолько неконтролируемым, что он сам задавался вопросом, способен ли обычный человек выдержать подобное.
Однако на одном из таких мероприятий внимание ведущего привлекли двое участников, которые оставались абсолютно невозмутимыми посреди всеобщей паники. Они хладнокровно контролировали периметр, координировали действия небольших групп и брали на себя инициативу там, где остальные впадали в ступор. Выяснив детали у организаторов, Джокко узнал, что эти мужчины — военнослужащие эстонского спецназа. Ранее в разговоре авторы вскользь упоминали их военное прошлое и участие в операциях, но именно эта встреча на полигоне заложила основу для долгосрочного партнерства. Так Ремо Оясте (Remo Ojaste) и его коллега стали представлять принципы Echelon Front в Европе через свою компанию Combat Ready, помогая лидерам из самых разных сфер бизнеса побеждать в условиях кризиса.
История Эстонии и «Поющая революция» 4:56
Чтобы понять характер Ремо Оясте, необходимо обратиться к истории его родины. Эстония — небольшое государство на побережье Балтийского моря с населением всего 1,3 миллиона человек. Окруженная Швецией, Финляндией и Латвией, страна на протяжении веков была вынуждена противостоять крупному соседу на востоке — России. Географически это равнинная земля, где высшая точка едва превышает 380 метров, а ландшафт изобилует озерами и включает более 2000 островов. Исторический путь эстонцев наполнен войнами и регулярными оккупациями: после освободительной войны 1918–1920 годов последовала советская оккупация 1940 года, затем трехлетняя немецкая оккупация и последующее возвращение в состав СССР в 1944 году.
Период с 1988 по 1991 год вошел в мировую историю как «Поющая революция» — уникальный пример мирного отстаивания независимости. Миллионы людей буквально выпевали свою свободу. Ремо Оясте вспоминает легендарную «Балтийскую цепь», когда жители Эстонии, Латвии и Литвы выстроились в живую цепь длиной в сотни километров, держась за руки. На Певческом поле в Таллине собиралось до 100 000 человек одновременно. Они исполняли старинные национальные песни, которые долгие годы подавлялись советской властью. На фоне начавшегося распада Советского Союза это мощное проявление народного духа позволило Эстонии вернуть суверенитет без кровопролития.
Жизнь в 90-е: нелегальный бизнес родителей 8:16
Ремо Оясте родился в советской Эстонии в 1989 году в простой семье: его мать училась на садовода, а отец был строителем. Однако обретение свободы в начале 1990-х годов погрузило страну в эпоху дикого капитализма, где каждому приходилось адаптироваться на ходу. Семья Ремо, как и многие в то время, занялась нелегальным бизнесом. Проживая рядом с бывшим советским военным аэродромом, родители Ремо быстро сориентировались в ситуации тотальной коррупции: они дешево скупали у уходящих военных топливо, а затем перепродавали его местным жителям из небольшой пристройки прямо во дворе. В ход шла и торговля другими дефицитными товарами.
Этот период Ремо Оясте называет временем жестких инноваций и выживания. Ситуация осложнялась тем, что его отец питал страсть к азартным играм и периодически спускал заработанное состояние. Матери Ремо приходилось проявлять незаурядную смекалку. В условиях дефицита и талонной системы она развернула схему с зарубежными друзьями по переписке. Заявив немецким пенпалам, что коллекционирует иностранные монеты и купюры, она регулярно получала от них в конвертах подлинные немецкие марки, которые затем тайно обменивались на деньги для пропитания семьи. Позже отец Ремо оказался вовлечен в дела с организованной преступностью и возил товары из России, что в те годы воспринималось как обыденная норма предпринимательства.
Суровость быта компенсировалась железным характером предков. Представители старшего поколения семьи Ремо прошли Вторую мировую войну и сталинские депортации в Сибирь. Это были невероятно выносливые люди: дед Ремо, получив инсульт во время полевых работ в 70-летнем возрасте, просто посидел пять минут на земле и продолжил пахать. Другой дед, будучи сосланным в Сибирь, не жаловался на судьбу, а начал строить там жизнь, параллельно занимаясь велоспортом, и в итоге стал чемпионом Дальнего Востока. Внутрисемейный бэкграунд Ремо включал и более мрачные военные отголоски. Его дядя, призванный в советскую армию, за исполнение запрещенных эстонских песен на дне рождения был отправлен доносчиками в Афганистан. Ранее в разговоре упоминались суровые реалии срочной службы, и этот жесткий опыт дедовщины и психологического давления был типичен для той эпохи.
Сам Ремо рос между двумя крайностями: полной свободой на хуторе у бабушки, где девять детей воспитывались в режиме полного самоконтроля и «децентрализованного командования», и строгой дисциплиной в городе, где семья ютилась в крошечной однокомнатной квартире. Мать настояла на углубленном обучении языкам, благодаря чему Ремо с ранних лет осваивал английский. Параллельно он активно занимался спортом и даже стал чемпионом Эстонии по баскетболу среди юношей. Родители настойчиво требовали от него поступления в университет, видя в высшем образовании единственный легальный путь к успеху на фоне криминального хаоса переходного периода.
🃏 От покерного стола к элитным войскам 27:35
Путь Ремо Оясте к службе в спецназе был нетипичным и начался с подросткового бунта и азартных игр. В школьные годы, будучи предоставленным самому себе, он открыл в себе талант к покеру. Это не была удача: Ремо применил математический подход и освоил ловкость рук, что позволило ему зарабатывать суммы, сопоставимые со стоимостью квартиры. Оясте вспоминает, как, будучи подростком, он тайно от родителей «работал» за карточным столом, играя против студентов университета и взрослых людей, которые даже не подозревали, что против них используют не только стратегию, но и профессиональное шулерство. Этот период приучил его к дисциплине сидения за компьютером и анализу вероятностей, однако привел к полному отсутствию интереса к школьной программе — он часто пропускал занятия, выстраивая себе «длинные выходные», но при этом умудрялся удерживать успеваемость на уровне оценок B и C.
🪖 Срочная служба: от вечеринок к дисциплине 34:24
Когда Ремо, по настоянию матери, поступил в университет на финансовое управление, он продолжал жить в ритме покерных турниров, игнорируя учебу. Однако его планы нарушила забытая подпись на документе, который откладывал призыв в армию. Так, в 2009 году он попал на срочную службу, будучи в плохой физической форме — около 80 килограммов веса, подорванного алкоголем и вредной пищей.
Первый месяц в армии, по собственному признанию Ремо, он был тем самым человеком, которого приходилось постоянно «подталкивать в спину». Но режим изменил всё: ранние подъемы, строгий график и физические нагрузки быстро привели его в форму. Он попал в число лучших пяти призывников, что пробудило в нем неожиданный интерес к военному делу. Важную роль сыграла подготовка: Ремо попал под руководство инструкторов, вернувшихся из Афганистана. Это было не просто «обучение по книжкам» — они передавали опыт реальных боевых действий, напоминая новобранцам, что цена ошибки в их деле — жизнь. Ранее в разговоре они вскользь упоминали, как эти методы обучения отличались от стандартов НАТО, применяемых в других странах.
⚡ Жесткий отбор в эстонский спецназ 41:47
После завершения срочной службы Ремо Оясте принял решение пройти отбор в эстонский спецназ (ССО). В 2010 году процесс селекции был крайне суровым: из 16 кандидатов, начавших испытания, успешно прошли только трое. Инструкторы использовали методы, призванные максимально измотать психику кандидатов: полное отсутствие сна, постоянный контроль за тем, чтобы кандидат не закрывал глаза, и психологические пытки, вроде использования специального механизма, который заставлял кандидата постоянно совершать действия для поддержания ритма в периоды «отдыха».
Оясте описывает отбор как «две недели в аду», где на каждого кандидата к финалу приходилось по два инструктора, фиксирующих любую слабость. Одной из специфических проверок была «социальная ответственность»: если кандидат отходил от «боевого товарища» (манекена по имени Тойо) более чем на два метра, он был обязан носить его на себе повсюду. Этот высокий уровень отсева гарантировал, что в ряды спецназа попадали только наиболее психологически устойчивые бойцы. После селекции последовал курс подготовки, который, несмотря на определенные организационные сложности, окончательно сформировал характер Ремо и укрепил его решимость посвятить жизнь службе, что стало мощным контрастом его прошлой жизни, полной «покера и водки».
🛡️ Путь к НАТО: Квалификация и боевое крещение 50:27
Процесс подготовки эстонского спецназа к международным стандартам был долгим и изнурительным, целиком сосредоточенным на получении заветных квалификаций НАТО. Как отмечает Ремо Оясте, первоначальные планы по совместной подготовке с союзниками часто срывались, что вынуждало эстонское командование искать альтернативные пути. В результате, вместо полноценных международных учений, бойцы проходили через многомесячные циклы базовой подготовки и отработки тактики в лесах, что порой напоминало «бесконечный день сурка».
Только спустя длительное время, к 2010–2012 годам, эстонским силам удалось наладить взаимодействие с инструкторами из американских сил специальных операций (SF). Ремо описывает их как настоящих «старых волков» — крепких, опытных профессионалов с многолетним стажем участия в различных конфликтах. Эти инструкторы, в частности, наставник по имени Джей-Пи (JP) с 25-летним опытом, обучали эстонцев взрывному делу и профильным специальностям (MOS), таким как радисты или пулеметчики, подготавливая команду к полноценной сертификации для зарубежных операций. Этот период «доводки» включал в себя всё: от интенсивной инженерной подготовки до формирования слаженности внутри команды, что в итоге позволило эстонскому спецназу выйти на уровень, необходимый для развертывания в Афганистане. Ранее в разговоре они касались истории создания эстонских спецподразделений и жесткого процесса отбора.
🏔️ Первая операция в Афганистане: «Крещение огнем» 55:37
В 2013 году Ремо Оясте прибыл в провинцию Лагман для смены первой эстонской группы, которая ранее проделала огромную работу по установлению связей с местными силами и организации системы чекпоинтов. Свобода маневра в том регионе была крайне ограничена: узкие горные долины требовали филигранной тактики. Первая же серьезная операция Ремо стала настоящим испытанием всех навыков, полученных за четыре года обучения.
Операция началась ночью с высадки с вертолетов «Чинук» в полной темноте. Группа, состоявшая из семи эстонцев, пяти американцев и около 80 местных бойцов, должна была продвигаться к цели через сложнейший горный рельеф. По словам Ремо, физическая нагрузка была колоссальной: бойцы, перегруженные снаряжением, боеприпасами и взрывчаткой, буквально на руках вытаскивали друг друга на крутые гребни гор.
Контакт начался внезапно: во время фиксации результатов операции (фотосъемки тел противника) вспышка фотоаппарата спровоцировала ответный пулеметный огонь.
- Хаос и управление: Ремо оказался в центре боя, не имея возможности связаться с командованием, находящимся на вершине горы, и был вынужден взять на себя функции ретранслятора, передавая данные о контакте и раненых.
- Технические сложности: В самый разгар боя разрядился аккумулятор в тепловизоре, что оставило бойца в полной темноте в зоне интенсивного обстрела, однако он сумел быстро перегруппироваться и продолжить выполнение задачи.
- Принципы лидерства: Несмотря на отсутствие точных данных о местоположении своих групп, Ремо, как «point man» (головной дозорный), самостоятельно вывел отряд в безопасную зону, когда было принято решение об отступлении.
Как признается сам Ремо, успех этой операции стал возможен лишь благодаря многомесячным тренировкам, где принципы «прикрывай и перемещайся» (cover and move), децентрализованного командования и дисциплины дошли до автоматизма. По возвращении на базу, вместо заслуженного отдыха, команда была моментально переведена в режим готовности, что стало для молодого бойца важным уроком профессиональной ответственности.
🇦🇫 Боевое крещение и украинский фронт: эволюция эстонского спецназа 1:15:25
Этот этап службы Ремо Оясте (Remo Ojaste) стал мостом между классическими операциями НАТО в Афганистане и зарождающимся конфликтом в Европе. Накопленный опыт позволил эстонскому спецназу не только закрепиться в профессиональной элите, но и стать ключевым звеном в подготовке союзников на восточном фланге.
Афганский опыт: «дикобразы» на дорогах и оперативный ритм 1:15:38
Завершение первой командировки в Афганистан было отмечено высоким оперативным темпом, хотя Ремо признает, что некоторым амбициозным планам не суждено было сбыться. Одной из таких операций должен был стать ночной налет на тренировочный лагерь Талибана, где, по данным разведки, находилось около 100 боевиков. Однако высшее руководство не дало «зеленый свет», посчитав миссию слишком рискованной.
Ремо подчеркивает, что для спецподразделений критически важна частота операций: если вы выходите на задание раз в месяц, у вас не вырабатывается мышечная память. В то время как его группа работала в относительно контролируемом ритме, обычная пехота — эстонский «Скаутский батальон» (Scouts Battalion) — находилась в самом пекле провинции Гильменд. У некоторых подразделений за полгода случалось по 300–400 огневых контактов.
«В одной из эстонских рот была группа из 12 человек, где только один боец не получил ранений. Их били очень сильно», — вспоминает Ремо.
Особое место в рассказе занимает адаптация к условиям боя. Из-за нехватки вертолетов в Ираке и Афганистане спецназу приходилось передвигаться на наземном транспорте, что породило ироничный термин «вертолетный грузовик» (Hilo truck). Чтобы минимизировать риск засад, эстонцы и американцы использовали тактику устрашения:
- Снимали двери с «Хамви», разворачивали сиденья наружу и выставляли стволы пулеметов во все стороны.
- Такие машины называли «дикобразами».
- Враг, видя подобную огневую мощь и решимость «викингов», часто предпочитал дождаться следующего, менее защищенного конвоя.
Важнейшей частью миссии в Афганистане стало обучение местных сил. Эстонский спецназ нашел уникальный подход к афганским подразделениям: доверие выстраивалось через общее прошлое. Эстонцы использовали знание русского языка и понимание советской военной школы как общую почву для диалога с афганскими офицерами старшего поколения, что значительно ускоряло процесс обучения.
Цена прогресса: эстонский вклад в миссию НАТО 1:26:35
Несмотря на малые размеры страны, Эстония заплатила высокую цену за интеграцию в западные оборонные структуры. С 2003 года эстонские контингенты постоянно присутствовали в Ираке и Афганистане. По статистике, Эстония заняла второе место по количеству потерь в соотношении с общей численностью населения, уступив лишь Дании. В Афганистане погибло 9 человек и 90 получили ранения; в Ираке — 2 погибших и 18 раненых.
Однако эти жертвы радикально изменили эстонскую армию:
- Смена парадигмы: Армия отошла от устаревших методов вроде «ломания кирпичей руками» к современной тактике и профессионализму.
- Экипировка: Благодаря опыту взаимодействия с силами США, техническое оснащение солдат вышло на уровень ведущих армий мира.
- Передача опыта: Боевые офицеры начали обучать призывников тому, что реально работает в бою, а не уставным формальностям.
Ранее в разговоре Ремо касался того, как жесткая дисциплина срочной службы помогла ему сформировать характер, но именно реальная война превратила эстонские силы специального назначения в инструмент, востребованный на международной арене.
Украина 2014: эволюция из советского прошлого 1:31:07
После возвращения домой и периода «внутреннего стресса» от мирной жизни, Ремо нашел новую цель. Начало войны на Украине в 2014 году стало точкой приложения усилий для эстонских, литовских, польских и американских инструкторов.
Состояние украинской армии (ВСУ) в тот период Ремо описывает как крайне тяжелое. На фронт отправляли гражданских лиц практически без подготовки. Сама система обучения в ВСУ тогда была «театральной» — наследием советской школы:
- Подразделения месяц готовились к одному конкретному маневру, потому что знали: приедут генералы и будут смотреть на «показуху».
- В реальности за этой декорацией не стояло базовых навыков боя и взаимодействия.
- Танки двигались по заранее протоптанным тропам, не отрабатывая реальную тактику.
Единственной областью, где украинцы уже тогда демонстрировали высочайший уровень, были взрывные устройства и ловушки. Ремо отмечает, что война стала для Украины суровым учителем. За десять лет через фронт прошло более 300 000 человек, что позволило ВСУ эволюционировать в одну из самых опытных армий Европы.
Для Эстонии этот конфликт также стал источником бесценных данных. Страна превратилась в один из центров сбора точной разведывательной информации о действиях на восточной стороне, значительно усилив свои позиции в рамках НАТО.
После этого периода Ремо принял непростое решение оставить службу, столкнувшись с необходимостью обеспечивать семью и искать себя в гражданской жизни. Его путь в покер и последующий личностный кризис стали следующим этапом трансформации, о котором он расскажет позже.
💥 Кризис признания и война за контракты: как принципы спецназа перевернули рынок робототехники 1:40:49
На самом дне: финансовый тупик и демонтаж зданий 1:40:49
После ухода со службы Ремо Оясте (Remo Ojaste) оказался в глубочайшем жизненном кризисе. Реальность гражданской жизни ударила по ветерану спецназа со всей жестокостью: в кармане оставалось всего 500 евро, в то время как арендная плата составляла 1500 евро. Семья распадалась, жить было негде. Чтобы хоть как-то удержаться на плаву, Ремо пришлось занять у друзей еще 4000 евро, чтобы обеспечить жильем близких.
В возрасте 29 или 30 лет бывший элитный боец чувствовал себя абсолютно опустошенным и «мягким» человеком, у которого нет ничего. Спасением на первое время стала тяжелая физическая работа — вместе со своим товарищем Ремо на два месяца уехал на ферму, где занимался демонтажем и разрушением старых зданий. Проводя дни с кувалдой в руках, он непрерывно размышлял о своем будущем и пытался найти выход из депрессии. Переломным моментом стало внутреннее осознание необходимости взять на себя полную ответственность за свою жизнь, как учили принципы книги «Extreme Ownership» Джокко Уиллинка (Jocko Willink).
Билет в оборонную индустрию и счастливый случай 1:42:08
Один из знакомых посоветовал Ремо обратить внимание на зарождающийся сектор оборонной промышленности Эстонии. Изучив профильный сайт, где значилось около сотни компаний, Оясте отобрал для себя семь наиболее перспективных. Первая фирма занималась производством пустых корпусов для направленных зарядов (EFP) и аналогов мин Claymore, но там ветерану предложили связаться с ними лишь через полгода.
Следующей в списке была Milrem Robotics. Ремо отправил свое резюме на общий электронный адрес, не особо надеясь на ответ. Однако ему повезло: письмо прочитал один из руководителей компании, который оказался бывым командиром Ремо в силах специального назначения. В понедельник Оясте уже пришел на собеседование, где его встретили четверо военных, включая еще двоих парней из спецназа. Ему сразу объяснили круг задач, практически не оставив выбора. Когда зашла речь о зарплате, Ремо, мечтавший лишь о выживании, скромно попросил 1000 евро. Интервьюеры рассмеялись над такой скромностью и с ходу предложили ему 2000 евро в месяц.
Эффект «аутсайдера»: как воевать на рынке робототехники 1:44:36
Незадолго до этого Ремо прочитал книгу Малкольма Гладуэлла «Аутсайдеры» (Outliers), где говорилось о редких шансах, которые большинство людей упускают. Понимая, что его гражданское резюме объективно не соответствовало этой должности, Оясте решил компенсировать нехватку навыков запредельным трудом. «Я решил, что просто переработаю всех вас», — вспоминает он.
Ремо приходил в офис самым первым и уходил последним. Когда его прижимало к стене, это лишь удваивало его энергию. В таком режиме он проработал три года, пройдя путь от программного менеджера до руководителя направления по развитию бизнеса и продаж. Его главной задачей стало выстраивание отношений с иностранными армиями и продвижение высокотехнологичных роботизированных систем.
Итальянский тендер: простота против оборонных гигантов 1:45:53
Первым серьезным испытанием для Ремо стала работа с министерством обороны Италии. В то время Milrem Robotics функционировала как типичный стартап: реальный продукт еще не был полностью готов, а в презентациях машины описывались чуть ли не как способные на «штучки Терминатора». Оясте предстояло защищать проект на гигантском тендере, соревнуясь с такими тяжеловесами европейского ВПК, как Rheinmetall и Leonardo.
Презентацию нового продукта под сложным кодовым названием инженеры набросали в слайдах буквально за день до выступления. Ремо пришлось выступать перед аудиторией из 50 итальянских полковников. Проговорив 20 минут, Оясте, по его собственному признанию, слабо понимал технические детали того, что транслировал. Однако глава комиссии неожиданно резюмировал: «Мне понравилось твое выступление. Ты единственный военный здесь. Твоя речь имела структуру, была простой, ясной и лаконичной».
Опираясь на доверие итальянских военных, команда Milrem наполнила тендерную документацию правильной «поэзией» и сенсационно выиграла этот крупнейший на тот момент контракт компании. Позже, при поставках оборудования, возникали сложные моменты, когда приходилось буквально «вставать на колени» перед заказчиком из-за технических накладок, но честность и военное братство помогли довести проект до успешного финала.
Покорение Ближнего Востока по принципам децентрализованного командования 1:49:51
После триумфа в Европе Ремо перенаправили на рынок Ближнего Востока. Здесь его главным оружием вновь стал нетворкинг и армейский бэкграунд. Еще в Италии он познакомился с норвежским офицером, оператором дронов Black Hornet. Встретившись на Ближнем Востоке, они отправились пропустить по стаканчику, и норвежец ввел Ремо в закрытый круг топ-менеджеров крупной оборонной компании, которые только что отпраздновали сделку на 70 миллионов долларов.
Ремо не пытался продавать роботов «в лоб». Вместо этого они весь вечер пили и увлеченно обсуждали чисто военные вопросы. На следующий день новые знакомые сами поинтересовались продукцией Milrem, восхитились высокими технологиями и спустя три месяца купили роботизированный комплекс без единой предварительной демонстрации.
В своей коммерческой практике Оясте строго следовал армейским догмам: взаимное прикрытие (Cover and Move), выстраивание отношений и децентрализованное командование (Decentralized Command). Он давал местным агентам и партнерам полную свободу действий. «Я понятия не имел, как делать их работу, поэтому просто позволял им делать то, в чем они профессионалы», — признается Ремо. Этот опыт глубокого понимания универсальности военных принципов в бизнесе заложил основу для его будущих проектов по обучению лидерству гражданских компаний, включая создание Combat Ready, о котором подробно пойдет речь в следующей главе.
🚀 Агрессивный нетворкинг и техасский прорыв: как Combat Ready завоевали доверие Джокко Уиллинка 2:05:52
Первые шаги Combat Ready: от OSINT-разведки до критики академии 2:05:52
Ремо Оясте и его партнер Мартин твердо решили не изобретать велосипед и не писать собственную книгу об ответственности. Вместо этого они решили перенять проверенную методологию у Джокко Уиллинка и его компании Echelon Front. Используя свои навыки военной разведки, эстонцы провели настоящий OSINT-поиск и раскопали личные email-адреса команды Джокко пятилетней давности. Первым на их письмо откликнулся Лейф Бабин, который поблагодарил ветеранов за службу и вежливо предложил пройти обучение в их онлайн-академии.
Однако Ремо и Мартин нацелились на полноценное партнерство. Чтобы заявить о себе, они начали засыпать команду Echelon Front детальным фидбеком по техническим багам их новой платформы. Поначалу эта тактика «навязывания ценности» не давала плодов — письма уходили в пустоту, а Джокко о них даже не знал. В тот период проект Combat Ready оставался лишь хобби: Ремо продолжал летать по работе в Саудовскую Аравию, а компания не приносила дохода. Ранее в разговоре они вскользь касались кризиса после службы, но теперь фокус сместился исключительно на построение бизнеса.
Техасский триумф на FTX: «Джиу-джитсу черных поясов против белых» 2:09:39
Поняв, что интернет-переписка зашла в тупик, Ремо и Мартин решились на радикальный шаг — лично доказать свою профпригодность на полевых учениях FTX (Field Training Exercise) в Техасе. Денег на билеты не было, поэтому Ремо взял кредит под 15–20% годовых. К апрелю они наспех запустили сайт Combat Ready, где из-за отсутствия гражданских костюмов висели только их фотографии в камуфляже, а на страницах пестрели имена Джокко и Лейфа. Прибыв в США, Ремо заметил по метрикам, что кто-то из Далласа активно изучает их сайт. Эстонцы намеренно решили не подходить к Джокко первыми, чтобы не выглядеть нуждающимися — план состоял в том, чтобы просто показать безупречный результат.
Эффект оказался ошеломляющим. Джокко Уиллинк вспоминает, что выступление эстонского спецназа выглядело как схватка черных поясов по джиу-джитсу против новичков. Пока гражданские участники метались в хаосе, словно люди, впервые взявшие шест для прыжков, Ремо и Мартин методично и гладко зачищали сценарии. Пораженный Джокко сразу уточнил у коллеги, кто эти парни, и, узнав, что это ветераны эстонского спецназа, признал: «Вы взяли меня голыми руками, вы в игре». После двух раундов эстонцы заявили о желании запустить аналогичный проект в Европе. Джокко дал зеленый свет, а Ремо вручил ему эстонский флаг с наказом повесить его первым в будущей штаб-квартире.
Принцип Default Aggressive в действии: захват сцены и официальный контракт 2:14:41
Вернувшись домой, партнеры провели тесты на 15 друзьях, а затем бесплатно обучили сотрудников госструктуры, где работал Мартин, чтобы собрать первый контент. Продвижение шло тяжело: нанятая маркетолог долго не понимала, зачем военные продают бизнес-лидерство, а Ремо ненавидел записывать видео для Facebook, тратя по 40 дублей на 30-секундный ролик. Какое-то время Мартин тянул финансы компании за счет своей основной зарплаты в Европе, пока Combat Ready генерировала нулевой доход.
Перелом наступил в конце 2022 года. После успешного выступления в крошечной аудитории на дальнем этаже бизнес-конференции, где вопреки логике набилось более 100 человек, о Combat Ready наконец заговорили. Ремо уволился с работы, и выручка компании начала стремительно расти:
- В 2022 году общий оборот составил 70 000 евро, причем половина суммы пришлась на период после сентября.
- На второй год работы выручка Combat Ready подскочила до 450 000 евро благодаря расширению штата и привлечению новых инструкторов из числа военных.
Именно тогда Ремо применил фирменный принцип «Default Aggressive» для захвата главной сцены крупнейшей конференции Startup Day. Не имея предварительных договоренностей, он пришел в офис организаторов, нашел сотрудника, отвечавшего за расписание в Excel, и буквально заставил его вписать «Combat Ready» в пустое окошко графика, проигнорировав возражения о «мирном формате» мероприятия. Джокко Уиллинк полностью одобрил этот напор, отметив, что профессиональный и агрессивный маркетинг открывает любые двери.
Параллельно Ремо начал партизанскую кампанию по заключению официального соглашения с Echelon Front. Долгое время они преподавали полулегально, собирая крупицы информации из открытых источников. Чтобы заставить американцев обратить на себя внимание, Ремо стал ежеквартально отправлять им армейские сводки (SITREP), о которых его никто не просил. Тактика сработала: к концу 2023 года Линди из команды Джокко сама инициировала переговоры. Эстонцы уверенно отстояли свои условия, и контракт был подписан за неделю. В январе на огромном экране конференции Startup Day включилось официальное видеопоздравление от Джокко Уиллинка, окончательно закрепив за Combat Ready статус сертифицированных инструкторов в Европе. Для Джокко этот кейс стал лучшим доказательством работоспособности его книг: «Когда главные лица хотят сделку, они просто делают ее».
🥋 Стандарты мастерства и экспорт лидерства за границы Эстонии 2:30:50
Когда компания Combat Ready начала масштабироваться, Ремо Оясте столкнулся с необходимостью не просто передавать знания, а гарантировать эталонное качество преподавания. Ранее в разговоре Ремо и Джокко уже касались создания компании, но именно на этапе зрелости проекта возникла потребность в жесткой системе градации. В Combat Ready внедрили иерархию, вдохновленную миром боевых искусств, чтобы каждый инструктор понимал свой уровень и путь развития.
Пояса в лидерстве: Джиу-джитсу как модель контроля качества 2:32:47
В Combat Ready была внедрена система поясов — от белого до черного, — аналогичная той, что используется в бразильском джиу-джитсу . Джокко Уиллинк признался, что в его компании Echelon Front эта идея обсуждалась, но так и не была реализована, тогда как Ремо довел её до финала. Цель системы — четкое понимание компетенций каждого сотрудника. На текущий момент почти все семь инструкторов команды носят белые пояса .
Это не означает отсутствие опыта. По словам Ремо, переход на следующий уровень требует прохождения конкретных модулей и демонстрации исключительной точности в обучении. Ранее средняя оценка их тренингов от клиентов составляла 9 из 10 , но Ремо считал, что им не хватает «тонкой настройки».
«Теперь у нас есть четкий чертеж (blueprint). Раньше мы давали хороший контент, но он не был настолько практичным и выверенным, как сейчас . Теперь мы можем обучать инструментам лидерства так же точно, как это делает Джокко», — пояснил Ремо.
Чтобы закрепить этот стандарт, Ремо Оясте прошел девятимесячную программу «Train the Trainer» в Сан-Диего . Обучение включало в себя месяцы виртуальных сессий и финальную аттестацию, где кандидаты должны были проводить брифинги под колоссальным давлением. Этот процесс Ремо сравнил с армейской «мертвой доской» (murder board).
«Мертвая доска» и кузница инструкторов 2:36:30
Концепция «мертвой доски» знакома Ремо еще по школе сержантов (NCO school) в Эстонии, где будущих инструкторов «истязали» в течение двух недель . Кандидат получал тему, о которой ничего не знал, и должен был провести занятие, строго следуя жесткому шаблону: от тайминга в пять минут до использования конкретных ключевых слов и изложения намерения (intent) .
В процессе обучения в Combat Ready и Echelon Front используется похожий подход:
- Кандидата заставляют проводить брифинг перед аудиторией профессионалов.
- Коллеги задают намеренно глупые или агрессивные вопросы, чтобы вывести спикера из равновесия .
- Если человек «замерзает» или не может адаптироваться, он не проходит аттестацию.
Такая подготовка делает инструкторов компетентными в любой среде — от министерств и детских садов до крупных промышленных корпораций . Ремо подчеркивает, что их задача — быть «демонстраторами» принципов. Если сама компания Combat Ready не сможет решить внутренние конфликты или эффективно управлять процессами, их обучение потеряет смысл .
Культурный код: «Каменные» эстонцы против эмоциональных Балкан 2:44:53
Опыт экспансии Combat Ready за пределы Эстонии подтвердил универсальность принципов экстремальной ответственности. Ремо рассказал о выходе на рынок Балкан по запросу эстонской компании, имеющей там филиалы . Изначально команда опасалась культурных различий, и эти опасения подтвердились, но в неожиданном ключе.
Ремо описал эстонцев как «каменных людей» (stone people) — социально закрытых, практически не проявляющих эмоций и редко задающих вопросы на тренингах . В отличие от них, аудитория на Балканах оказалась гораздо более живой и эмоциональной. Однако результат внедрения системы оказался одинаковым: после первого же месяца обучения филиал на Балканах показал рекордную выручку за всю свою историю .
«Принципы работают везде, даже на сумасшедших людях», — шутит Ремо, упоминая своего коллегу Льюиса .
Льюис Заран — австралийский комик, живущий в Эстонии, который также стал сертифицированным инструктором Combat Ready . Он интегрирует методы комедии в лидерство, например, технику «readback» (повтор информации). В стендапе это помогает выиграть время для шутки, а в лидерстве — убедиться, что задача понята правильно, или диссоциироваться от хаоса .
В завершение Ремо отметил, что его глобальная цель — не просто строить бизнес, а укреплять культуру своей страны и Европы в целом . Он верит, что обучение молодежи и взрослых принципам ответственности поможет справиться с «симптомами» социальных проблем, которые он наблюдал еще в период своей ранней карьеры, включая дисциплинарные уроки, извлеченные из азартных игр и службы .
👶 Будущее Эстонии и философия «Пути юного воина» 2:56:08
Миссия на тридцать лет вперед: от тактики к стратегическому воспитанию 2:56:08
В финальной части подкаста Ремо Оясте делится масштабным видением своего будущего, которое выходит далеко за рамки его личной карьеры. В свои 35 лет он ставит амбициозную цель: в течение следующих 30 лет «покорить Европу», продвигая проверенные принципы лидерства и помогая людям менять свою жизнь. Джокко Уиллинк искренне поддерживает этот настрой, напоминая, что ради этой высокой цели Ремо оставил спокойную, стабильную работу и решился на серьезный предпринимательский риск. По оценке ведущего, эта деятельность принесет колоссальную пользу детям, родителям и взрослым как в самой Эстонии, так и во всей Европе. Хотя ранее в разговоре собеседники детально касались создания компании Combat Ready, на данном этапе диалога становится очевидно, что инициатива Ремо переросла рамки обычного корпоративного консалтинга. Настоящая устойчивость общества начинается не в залах заседаний и не на поле боя, а внутри семьи. Стремление Ремо заложить основы дисциплины в умы подрастающего поколения продиктовано желанием видеть Эстонию сильной и независимой страной. Сам Ремо выражает глубокую благодарность Джокко за то, что тот зафиксировал эти принципы в своих трудах, отмечая, что без этой базы их текущие успехи были бы невозможны.
Путь юного воина: эстонский перевод как фундамент для нового поколения 3:05:34
Важнейшим шагом в реализации этой долгосрочной стратегии стало преодоление языкового барьера для детской аудитории. Ближе к концу беседы Джокко Уиллинк перечисляет свои ключевые книги, созданные для помощи лидерам на всех уровнях:
- Легендарный бестселлер «Extreme Ownership»
- Практическое руководство «Leadership Strategy and Tactics»
- Книга о балансе в управлении «The Dichotomy of Leadership»
- Военно-исторический роман «Final Spin»
Отдельное внимание автор уделяет циклу подростковой литературы, подчеркивая, что одна из его детских книг уже совсем скоро станет официально доступна на эстонском языке. За этим анонсом стоит целенаправленная работа: Ремо Оясте и его партнер Мартин открыли специализированное издательство, чтобы перевести всемирно известную серию «Way of the Warrior Kid» («Путь юного воина») для эстонских детей. Для Ремо этот проект имеет глубокое стратегическое значение. Пройдя суровую школу армейского спецназа, они с Мартином осознали, что жизнестойкость нации закладывается в самом раннем возрасте. Книга рассказывает историю ребенка, который учится справляться с трудностями в учебе, неуверенностью и давлением сверстников через спорт, режим и внутреннюю дисциплину. Данная издательская инициатива призвана сформировать культурный пласт, где концепция абсолютной ответственности усваивается с детства, подготавливая будущих лидеров Эстонии к любым суровым жизненным вызовам.
Простота и правда: как донести принципы дисциплины до разума ребенка 2:57:26
После того как Ремо Оясте покидает студию, Джокко Уиллинк и Эхо Чарльз анализируют его стиль коммуникации, что дает ключ к пониманию того, как именно нужно обучать лидерству и взрослых, и детей. Они вспоминают первое публичное выступление Ремо на английском языке. Из-за того что спикеру приходилось изъясняться на неродном языке, он был вынужден максимально упрощать формулировки, полностью отказавшись от сложной терминологии. Эхо Чарльз отмечает, что такая лаконичная подача оказалась невероятно эффективной, поскольку информация без барьеров «укладывалась в мозг». Джокко развивает эту мысль: его книги популярны именно потому, что они содержат неоспоримую правду, изложенную доступным языком. В отличие от современных экспертов, которые используют провокационные заявления ради сиюминутного привлечения внимания, истинное обучение строится на ясности. Детям не нужны сложные академические теории управления — им требуются понятные и четкие ориентиры. В финальном напутствии подкаста звучит напоминание, что базовые законы эффективности абсолютно бесплатны и доступны каждому:
- Взаимовыручка (Cover and Move)
- Простота (Simple)
- Определение приоритетов и исполнение (Prioritize and Execute)
- Децентрализованное командование (Decentralized Command)
Донесение этих истин до детей через понятную им литературу позволяет вырастить поколение, готовое брать на себя крайнюю ответственность (Extreme Ownership) и действовать инициативно (Default Aggressive) в любых жизненных обстоятельствах.
