Дмитрий Кузнецов, более известный в индустрии как MOZI J, прошел путь от студента художественной обработки материалов до главного ювелира новой школы российского рэпа. В интервью Forbes он раскрыл внутреннюю кухню создания бренда Mozi Jewelry, рассказал о многомиллионных сделках с Алишером Моргенштерном и объяснил, почему экспорт российских украшений остается практически невыполнимой задачей.
🧬 От скальпеля к ювелирному лобзику: истоки MOZI J 2:44
Дмитрий Кузнецов родился в Тюмени в семье потомственных врачей: дед, отец и мать героя — медики . Несмотря на ожидания семьи, Дмитрий выбрал творческий путь, поступив в Санкт-Петербургский университет технологии и дизайна на специальность «художественная обработка материалов» . По признанию основателя, на выбор вуза повлиял не только интерес к инженерии и металлам, но и высокая концентрация девушек в приемной комиссии.
Ключевым этапом формирования профессионального взгляда стало обучение в Финляндии, в небольшом городе Иматра . По мнению Дмитрия, европейское образование радикально отличается от российского:
- Фокус на креативе: В Европе учат презентовать идею и искать её применение в рынке, в то время как в России упор делается на ГОСТы и технические рисунки .
- Ресурсная база: Студентам предоставляют бесплатный доступ к книгам, материалам (цепочки, камни) и финансирование проектов .
- Равенство: Отсутствие системы «любимчиков»; ко всем студентам относятся одинаково требовательно, независимо от их таланта или статуса .
Родные скептически отнеслись к выбору профессии. Бабушка Дмитрия, работавшая главным бухгалтером в банке, считала ювелирное дело опасным: «В России за золото всю жизнь убивали» . Однако мать поддержала начинание сына, и именно она нашла подходящий университет.
🛠 Первый капитал и «пьяный мастер» 7:00
Официально бренд Mozi Jewelry существует с 2019 года, но Дмитрий начал заниматься заказами гораздо раньше, долгое время воспринимая это как хобби . Первый капитал в размере 50 000 рублей он взял в долг у матери.
Начальный этап карьеры сопровождался трудностями с обучением и оборудованием:
- Отсутствие наставников: Дмитрий утверждает, что большинство ювелиров — самоучки, которые неохотно делятся контактами поставщиков и литейщиков .
- Специфическая практика: Первым учителем Дмитрия в университете был мастер, который часто находился в состоянии алкогольного опьянения. Дмитрию приходилось приходить рано утром, чтобы застать его трезвым и получить профессиональный совет .
- Кастом на коленке: Первые заказы — обручальные кольца для знакомых — Дмитрий делал сам, иногда принося готовые изделия в ЗАГС за час до церемонии .
Стратегия продвижения строилась на сарафанном радио и личных связях в клубной индустрии. Дмитрий делал бесплатные украшения для диджеев с большой аудиторией в Instagram, что позволило ему выйти на рэпера СТ, а затем и на всю «тусовку» .
💎 Эпоха «Ice»: Моргенштерн и кастомная культура 11:00
Переломным моментом стал рост популярности «новой школы» рэпа в России, ориентированной на американский визуальный стиль с обилием бриллиантов (так называемый Ice). Если «отцы» русского рэпа предпочитали суровый стиль рабочих окраин, то новое поколение артистов сделало украшения обязательным атрибутом успеха .
Самым крупным клиентом бренда стал Алишер Моргенштерн:
- Суммарно артист приобрел украшений и кастомных часов более чем на 30 млн рублей .
- Дмитрий отмечает, что Алишер часто сам приходит с идеями проектов, которые они дорабатывают совместно .
Слава Марлоу также является постоянным клиентом. Один из сложнейших проектов для него — цепь — изготавливался около двух месяцев из-за карантинных ограничений и технической сложности .
По словам основателя, работа с артистами составляет около 60% доходов компании . Остальные 40% приходятся на собственные коллекции бренда, детскую ювелирную линейку и обручальные кольца.
🏭 Внутренняя кухня: производство и кадры 19:00
Бизнес Mozi Jewelry вырос из гаражных условий в полноценное производство. На текущем этапе компания строит новый цех площадью 250 кв. м в Санкт-Петербурге .
Технологический процесс включает:
- 3D-моделирование: Позволяет избежать длительных правок карандашных эскизов и точно рассчитать габариты .
- 3D-печать: Выращивание восковых моделей для последующей отливки в металле .
- Оборудование: Дмитрий предпочитает немецкое и швейцарское оборудование (вытяжки, печи), называя его эталоном качества, в то время как расходные материалы могут быть китайскими .
Команда проекта насчитывает около 50 человек, из которых 35 заняты непосредственно на производстве . Основатель признает проблему с кадрами: молодых специалистов приходится «перехватывать» прямо из вузов или искать в регионах (Кострома, Екатеринбург), так как опытные мастера советской закалки уходят из профессии, а новые не всегда обладают нужным креативом .
Зарплаты в индустрии, по данным Дмитрия:
- Модельщики: от 35 000 до 150 000 рублей.
- Монтировщики и закрепщики: от 40 000 до 100 000 рублей плюс бонусы за сложные проекты .
📊 Экономика и государственные барьеры 50:44
Годовой оборот Mozi Jewelry не превышает $2 млн . Несмотря на успех, Дмитрий выделяет ряд критических проблем, мешающих росту ювелирного бизнеса в России:
- Невозможность экспорта: По закону нельзя просто отправить ювелирное изделие физическому лицу за границу почтой. Процесс требует таможенного декларирования, оплаты пошлин и занимает недели .
- ГИИС ДМДК: Государственная система учета драгоценных металлов и камней накладывает огромную нагрузку на бухгалтерию. Необходимо фиксировать каждое движение грамма металла: от литья до «угара» (потерь при обработке) .
- НДС на золото: Дмитрий считает, что отмена НДС и таможенных сборов на ввоз оборудования могла бы существенно подстегнуть рынок .
Для выхода на международный рынок (в частности, на площадку Farfetch) Дмитрий планирует открывать юридическое лицо в Европе . Это позволит официально принимать платежи от иностранных клиентов и упростит логистику.
⚠️ Ошибки, уроки и «обратная сторона» золота 57:30
Основатель признает, что на пути совершил немало ошибок, в основном связанных с избыточным доверием:
- Финансовая неграмотность: В начале пути многие проекты делались без четкого учета, что приводило к кассовым разрывам.
- Срыв сроков: Из-за сложности кастомных изделий сроки часто затягивались, что портило отношения с клиентами. Дмитрий вспоминает случай, когда из-за задержки в два месяца он отдал дорогое изделие бесплатно, чтобы сохранить репутацию .
- Проблемы со здоровьем: Работа ювелира сопряжена с рисками. Мелкодисперсная пыль поражает легкие, а работа с мелкими камнями под микроскопом сильно сажает зрение .
Текущий этап развития бренда — это переход от чистого кастома к массовому узнаваемому продукту. Дмитрий ставит целью достичь уровня Cartier или Tiffany, когда 90% выручки будет приносить бренд, а не индивидуальные заказы артистов .
