В новом выпуске подкаста Prof G Conversations профессор Скотт Гэллоуэй и президент правозащитного фонда FIRE Грег Лукьянофф подробно обсуждают глубокий кризис свободы слова и системные изменения в американском обществе. Собеседники анализируют истоки феномена «культуры отмены», его неразрывную связь с развитием социальных сетей, а также опасные юридические прецеденты, меняющие правила игры в цифровом пространстве. Особое внимание авторы уделяют тому, как современные образовательные институты прививают молодому поколению деструктивные ментальные привычки и психологическую хрупкость вместо стойкости.
🔍 Анатомия «культуры отмены»: от студенческих протестов до потери работы 0:55
Грег Лукьянофф, соавтор книги «The Canceling of the American Mind» и президент фонда FIRE, вспоминает, что начал заниматься защитой свободы слова в университетских кампусах еще в 2001 году. По его наблюдениям, в то время главная угроза исходила от академической администрации, тогда как профессора и студенты в большинстве своем относились к чужому мнению толерантно. Однако на рубеже 2013–2014 годов ситуация резко изменилась: в университеты пришло новое поколение студентов, требующее введения жестких речевых кодексов и отмены «неугодных» спикеров.
По мнению гостя, «культуру отмены» следует определять как конкретный исторический период в истории цензуры, ключевой особенностью которого стало появление социальных сетей. Именно цифровые платформы позволили мгновенно формировать агрессивную «виртуальную толпу», требующую немедленного увольнения конкретного сотрудника. Лукьянофф приводит пугающую статистику: начиная с 2014 года число штатных и защищенных пожизненным контрактом (tenured) профессоров, потерявших работу из-за своих высказываний, превысило показатели первой половины его карьеры более чем в 20 раз. Вместе со своей 20-летней соавторкой Рики Шлотт (Ricky Schlott) он определяет «культуру отмены» как резкое увеличение числа скоординированных кампаний по увольнению, отчислению или иному материальному наказанию людей за речь, которая формально защищена Первой поправкой к Конституции США.
Ведущий подкаста Скотт Гэллоуэй соглашается с тем, что публичное порицание существовало всегда, но указывает на критический сдвиг, произошедший за последние 10–15 лет. По мнению Гэллоуэя, принципиальное отличие современной эпохи заключается в том, что теперь агрессоры целенаправленно бьют по источникам дохода и средствам к существованию своих жертв. Грег Лукьянофф подтверждает этот тезис и проводит историческую параллель с феноменом «разноса» (trashing), существовавшим в левой среде в 1960-е годы, на который указывает социолог Муса аль-Гарби (Musa al-Gharbi). Тогда политических оппонентов тоже клеймили «плохими людьми» и призывали не слушать, но это практически никогда не приводило к требованиям немедленного увольнения профессоров. Настоящим шоком для правозащитников стал 2017 год, когда волна агрессии студентов окончательно перекинулась с внешних спикеров на преподавательский состав.
Говоря о механизмах «деплатформинга» (deplatforming), под которым в FIRE понимают недопуск спикера, его дезинвитацию или срыв мероприятия, Лукьянофф отмечает идеологическое разнообразие этого явления. По его словам, если угроза свободе слова слева рождается внутри самих кампусов, то давление справа обычно приходит извне. В качестве примера он приводит консервативные католические группы (такие как Центр кардинала Ньюмена), которые активно давят на руководство вузов, требуя отменить выступления прочойс-активистов. Самыми опасными гость считает инциденты, сопровождающиеся насилием или прямыми угрозами безопасности.
🧠 Психологические истоки хрупкости: «обратное КПТ» в университетах 8:13
Профессор Нью-Йоркского университета (NYU) Скотт Гэллоуэй делится собственным преподавательским опытом: около 10–15 лет назад среди руководителей университетских кафедр стало модно рассылать длинные электронные письма о недопустимости «микроагрессии». По мнению Гэллоуэя, администраторы, берущие со студентов по $280 000 за обучение и загоняющие их в ловушку долговых обязательств, просто нашли в этом удобный способ симуляции полезной деятельности ради повышения собственного статуса. При этом Гэллоуэй с иронией замечает, что за излишне прогрессивные взгляды в академической среде еще никого и никогда не «отменяли».
Анализируя причины, по которым молодежь так легко поддалась этим настроениям, Грег Лукьянофф ссылается на выводы своей предыдущей книги «The Coddling of the American Mind», написанной в соавторстве с социальным психологом Джонатаном Хайдтом (Jonathan Haidt). По мнению авторов, современная педагогика и антибуллинговые программы образца 2010 года заложили в головы детей три «великих заблуждения», которые прямо противоречат как древней мудрости, так и современной психологической науке:
- То, что тебя не убивает, делает тебя слабее (культ хрупкости).
- Всегда доверяй своим чувствам (отказ от рационального анализа).
- Жизнь — это битва между исключительно хорошими и исключительно злыми людьми (черно-белое бинарное мышление).
Лукьянофф утверждает, что широкое распространение смартфонов привело к родительской панике, из-за которой детей начали чрезмерно опекать и внушать им мысль об их ментальной уязвимости. Как подметила соавтор Лукьяноффа Рики Шлотт — представительница первого поколения, получившего смартфоны в десятилетнем возрасте, — социальные сети превратились для подростков в легальный инструмент проявления скрытой агрессии против сверстников. При этом травля маскируется под высокоморальную защиту справедливости.
Самым опасным последствием этой тенденции Грег Лукьянофф называет то, что университеты фактически начали обучать студентов «обратным техникам когнитивно-поведенческой терапии» (обратному КПТ). Если классическая КПТ спасла Лукьяноффу жизнь во время тяжелой депрессии, научив его рационально оспаривать искаженные голоса в голове (катастрофизацию, сверхобобщение, чтение мыслей), то современная университетская культура, напротив, поощряет ментальные привычки тревожных и депрессивных людей. По мнению гостя, это делается из двух побуждений: искреннего, но глупого желания родителей и администраторов оградить молодежь от любого дискомфорта, и куда более циничного стремления политических манипуляторов использовать чувство вины, страха и хрупкости для мобилизации электората.
🏫 Провокации в аудитории и демография восприимчивости 15:09
Скотт Гэллоуэй признается, что лично он никогда не сталкивался с преследованием или проверками в NYU, несмотря на свою репутацию провокационного и временами агрессивного преподавателя. Его секрет прост: на самом первом занятии он открыто заявляет студентам, что использует ненормативную лексику, делает сексистские шутки и борется со своими неосознанными предубеждениями.
Скотт Гэллоуэй: «Если вы чувствуете, что существует ненулевая вероятность того, что мои слова нанесут вам эмоциональную травму, немедленно звоните родителям и просите забрать вас из колледжа — вы к нему просто не готовы».
Гэллоуэй с сожалением отмечает несправедливость системы: его более деликатные и вежливые коллеги, оступившись всего один раз в формулировках, мгновенно подвергаются безжалостной публичной казни, в то время как откровенным провокаторам все сходит с рук. Кроме того, ведущий делится неполиткорректным наблюдением: по его опыту, в аудитории сильнее и искреннее всего из-за чужих слов расстраиваются обеспеченные белые девушки.
Грег Лукьянофф подтверждает этот тезис конкретными социологическими данными: исследования FIRE выявили, что наиболее скептически к свободе слова среди студентов и преподавателей настроены именно белые женщины из верхних слоев общества. Гость подчеркивает, что этот скептицизм изначально рождается из благих намерений защитить уязвимые группы, но напоминает, что абсолютно вся цензура в истории человечества всегда оправдывалась «благими намерениями».
🏛️ Двойные стандарты ректоров и «моб-цензура» после 7 октября 18:26
Собеседники не обошли стороной громкие конгрессные слушания по антисемитизму в декабре 2023 года с участием глав ведущих вузов страны. Общественность возмутил ответ президентов Гарварда, Пенсильванского университета (Penn) и MIT на вопрос о том, нарушают ли призывы к геноциду евреев правила кампуса — все они заявили, что «это зависит от контекста».
Лукьянофф поясняет, что с точки зрения Первой поправки и американского права этот ответ юридически абсолютно точен: философская или академическая дискуссия о геноциде коренным образом отличается от прямой адресной угрозы убийством. Тем не менее, правозащитник признается, что не испытывает ни малейшего сочувствия к экс-президенту Гарварда Клодин Гей (Claudine Gay) или бывшему руководству Пенсильванского университета.
Причиной тому — вопиющее лицемерие академических элит, на которое справедливо указывали такие критики, как журналистка Бари Вайсс (Bari Weiss). Университеты, которые годами выстраивали атмосферу жесточайшей цензуры и преследовали людей за «фэтфобию» или случайное использование не тех местоимений, внезапно вспомнили о ценности контекста и свободы слова, когда дело дошло до лозунгов об уничтожении целого государства. В ежегодных рейтингах свободы слова FIRE Гарвард два года подряд занимал самое последнее место в стране.
Гость напоминает, что юридическим стандартом противоправного преследования в образовательной среде является так называемый «тест Дэвиса» (Davis test), согласно которому поведение должно быть систематическим, жестким и повсеместным, фактически лишающим человека возможности учиться. Однако события в кампусах после 7 октября 2023 года зачастую выходили далеко за рамки юридических споров и включали в себя штурм зданий, насилие и физическое запугивание. В качестве примера Лукьянофф приводит погром в Беркли, где 200 агрессивных студентов выломали двери и окна в здании, сорвав лекцию приглашенного офицера ЦАХАЛ. По данным FIRE, две трети самых жестких инцидентов со срывом мероприятий и физическим насилием после октября 2023 года были инициированы именно пропалестинскими активистами, которые требуют защиты свободы слова для себя, но полностью отказывают в ней своим оппонентам.
🌐 Дилемма анонимности и защита Раздела 230 23:32
Скотт Гэллоуэй выражает серьезное беспокойство тем, что священное для американцев понятие свободы слова сегодня оказалось слито воедино с сетевой анонимностью и засильем ботов. По мнению ведущего, право скрывать свое имя превратилось в инструмент тотальной безответственности и деградации публичного дискурса.
Грег Лукьянофф в ответ предлагает метафору качелей: оправданность анонимности зависит от уровня свободы в обществе. Если бы мы жили в просвещенном мире, где за инакомыслие никого не наказывают, анонимность была бы не нужна. Но в сегодняшней реальности Западной Европы ситуация со свободой высказываний стремительно ухудшается. Гость приводит шокирующие цифры:
- В Великобритании полиция арестовывает от 7 до 40 человек в день (по некоторым оценкам — около 30) за оскорбительные или неполиткорректные посты в интернете.
- В Германии правоохранительные органы проводят показательные утренние обыски дома у граждан, которые посмели назвать местного политика в соцсетях словом «пенис».
В таких условиях анонимность становится единственным способом спасти карьеру и личную свободу. Лукьянофф подкрепляет свою позицию цитатой экономиста Милтона Фридмана (Milton Friedman): «Что-то не является правом, если этим нельзя злоупотребить».
Собеседники подробно анализируют знаменитый Раздел 230 Закона о этике в сфере коммуникаций (Section 230), защищающий интернет-платформы от судебных исков за публикации пользователей. Лукьянофф убежден, что реформировать его крайне опасно, и называет этот закон «худшей системой, за исключением всех остальных». По его прогнозу, отмена Раздела 230 приведет к тому, что провайдеры и соцсети из страха перед судами начнут превентивно подвергать жесточайшей цензуре абсолютно всё, что непропорционально сильно ударит по консервативным спикерам.
Гэллоуэй категорически не согласен с тем, что ИТ-гиганты должны иметь юридический иммунитет, которого лишены традиционные СМИ, тратящие огромные ресурсы на фактчекинг и качественную журналистику. Он приводит пример из личной жизни: когда его коллегу по подкасту «Raging Moderates» затравили в Твиттере с помощью смонтированных интимных фото и фейков о супружеской измене, алгоритмы платформы начали искусственно вирусить этот контент. Причина банальна — скандал генерирует миллионы просмотров и кликов, что позволяет эффективнее продавать рекламу автомобилей Nissan.
По мнению Гэллоуэя, в тот момент, когда социальная сеть принимает осознанное решение продвигать токсичную ложь с помощью внутренних алгоритмов ради финансовой выгоды, она перестает быть просто нейтральной «доской объявлений» и становится полноценным издателем, который обязан нести полную юридическую ответственность за диффамацию наравне с редакторами телеканалов.
Грег Лукьянофф признает весомость этого аргумента, но заявляет, что его профессиональный долг — всегда выступать против государственного регулирования интернета. По его мнению, любое вмешательство властей в алгоритмы платформ неизбежно превратится в инструмент цензуры в руках того, кто находится у руля в данный момент — будь то Джо Байден или Дональд Трамп. Лукьянофф напоминает о негативном опыте Великобритании, где слабость юридических фильтров привела к расцвету «клеветнического туризма» (libel tourism), когда богатые люди судят своих критиков со всего мира в лондонских судах, тогда как в США действует надежный конституционный щит против подобных злоупотреблений.
🤖 Геополитические боты и страх перед государством 33:07
Развивая тему технологических угроз, Скотт Гэллоуэй предлагает взглянуть на проблему глазами геополитических противников США. По мнению ведущего, Владимир Путин, теряющий колоссальные ресурсы и людей в ходе затяжного военного конфликта, действует абсолютно логично с точки зрения своих интересов, запуская масштабные бот-фермы (например, в Албании) для дискредитации 10 000 самых влиятельных проукраинских лидеров мнений на Западе. Гэллоуэй считает, что бесконтрольное использование миллионов ботов иностранными спецслужбами позволяет манипулировать американскими выборами, военными решениями и воспитывать целое поколение молодых людей, ненавидящих собственную страну.
Грег Лукьянофф соглашается, что у самих ботов никаких конституционных прав нет, однако они есть у американских граждан, создающих программное обеспечение. Попытка законодательно заблокировать бот-пропаганду неизбежно обернется созданием тоталитарного аппарата госпринуждения со множеством непредвиденных последствий. Лукьянофф утверждает, что исторически лучшей защитой от дезинформации было наличие авторитетных институтов, которым доверяет общество. К сожалению, сегодня это доверие полностью разрушено, и любые попытки официальных органов указать на «след русских троллей» натыкаются на циничную реакцию граждан: «Вы просто блокируете тех, чье мнение вам не нравится».
В качестве опасного судебного тренда Лукьянофф приводит недавний прецедент в Техасе (дело генерального прокурора Кена Пакстона), где суд признал законным требование верификации возраста по водительским удостоверениям для доступа к порнографическим сайтам. С точки зрения адвоката, это решение содержит огромные риски принуждения к высказываниям (compelled speech) и может создать прецедент, при котором пользоваться интернетом без официального удостоверения личности станет в принципе невозможно, что окончательно уничтожит цифровую приватность.
При этом правозащитник выражает недоумение по поводу менталитета современной американской молодежи:
Грег Лукьянофф: «Целое поколение молодых американцев буквально зазомбировано идеей о том, что частные корпорации опаснее, чем правительства. Это абсолютный абсурд».
По мнению гостя, корпоративный мотив извлечения прибыли гораздо безопаснее, чем мотивы правительств Китая, России или самих США, собирающих информацию о гражданах. Корпорации часто защищают конфиденциальность пользователей просто потому, что это выгодно для их бизнеса, в то время как государственные спецслужбы преследуют куда более мрачные цели.
⚖️ Наступление на свободу слова: суды и угрозы администрации 40:57
Скотт Гэллоуэй вспоминает, как правый идеолог Стив Бэннон (Steve Bannon) публично требовал от администрации Дональда Трампа подать на профессора в суд за то, что тот назвал Бэннона «насильником». Ведущий интересуется, видит ли глава FIRE признаки системного подавления свободы слова со стороны действующей политической администрации.
Грег Лукьянофф заявляет, что в США действительно наблюдается беспрецедентный «охлаждающий эффект» (chilling effect) для Первой поправки. Он выделяет три ключевых направления, по которым государство наносит скоординированные удары:
1. Преследование независимых медиа
Администрация Трампа использует закон о защите прав потребителей штата Айова для судебного преследования известного социолога Энн Зельцер (Ann Selzer). Ее предвыборный опрос, показавший преимущество Камалы Харрис на 2%, оказался ошибочным, после чего Зельцер публично извинилась и сослалась на устаревание методологии телефонных опросов. Тем не менее, фонд FIRE вынужден защищать ее в суде, поскольку закон, созданный для борьбы с мошеннической рекламой чудо-таблеток для похудения, власти используют для наказания за добросовестную журналистскую и исследовательскую ошибку. Еще одним примером давления гость называет шантаж телеканала CBS News и программы «60 Minutes», когда чиновники открыто намекали на блокировку выгодной бизнес-сделки по слиянию со студией Skydance, требуя от руководства медиа лояльности.
2. Попытки национализации высшего образования
Несмотря на то, что FIRE является жестким критиком Гарварда, фонд сейчас официально защищает этот университет от нападок министерства образования. Правительственные чиновники направили в Гарвард письмо, в котором под предлогом расследования нарушений Разделов VI и VII Закона о гражданских правах (касающихся дискриминации и правил приема) фактически потребовали передать ключевые академические и управленческие функции под прямой контроль государства, на что исполнительная власть не имеет никаких законных полномочий.
3. Атака на адвокатское сообщество
Этот пункт Лукьянофф считает самым пугающим прецедентом современной юриспруденции. Власти начали системную травлю юристов, представлявших интересы оппонентов Трампа (включая команду спецпрокурора Роберта Мюллера). Адвокатам угрожают лишением допуска к государственной тайне, аннулированием пропусков в федеральные здания суда и даже снятием личной охраны. Скотт Гэллоуэй подчеркивает запредельный уровень опасности этой меры: лишение государственной охраны генералов или юристов, которые в свое время отдавали приказы на ликвидацию лидера иранского спецподразделения «Аль-Кудс» Касема Сулеймани, — это фактическое подставление людей под удар со стороны иностранных киллеров.
Тем не менее, Лукьянофф сохраняет сдержанный оптимизм, отмечая, что Трамп регулярно проигрывает подобные процессы в судах и пока подчиняется судебным решениям, хотя ситуация может измениться в случае жесткого политического кризиса.
🩹 Психологическая гигиена: как бороться с депрессией и «голосами в голове» 45:46
В финале беседы Скотт Гэллоуэй просит гостя дать практический совет огромной аудитории молодых людей, слушающих подкаст и страдающих от депрессии и экзистенциального кризиса.
Лукьянофф признает, что классическая психотерапия в США сегодня сильно политизирована: молодые мужчины часто боятся обращаться к специалистам, опасаясь осуждения за свой пол или консервативные политические взгляды. Он предостерегает молодежь от опасной иллюзии, будто регулярное прослушивание подкастов или просмотр роликов на YouTube могут заменить полноценную медицинскую помощь. В качестве альтернативы он рекомендует искать специалистов через проекты психолога Камило Ортиса (Camilo Ortiz), который формирует пулы подчеркнуто аполитичных терапевтов.
Главный секрет когнитивно-поведенческой терапии, по словам Лукьяноффа, заключается в жесткой дисциплине:
Грег Лукьянофф: «КПТ устроена просто, но практиковать ее невероятно тяжело. Вы должны ловить и рационально разносить в пух и прах деструктивные голоса в своей голове по нескольку раз в день, каждый раз, когда они возникают».
Правозащитник честно предупреждает, что первые шесть месяцев пациент может вообще не заметить никаких качественных изменений в своем состоянии. Однако примерно на девятый месяц регулярных тренировок происходит удивительный ментальный сдвиг: депрессивные мысли о собственной никчемности и неминуемом крахе вдруг полностью теряют свою убедительность.
В качестве личной аптечки психологической взаимопомощи президент FIRE рекомендует использовать проверенные временем инструменты:
- Регулярно перечитывать «Нравственные письма к Луцилию» римского философа Сенеки.
- Заниматься медитацией и силовыми физическими упражнениями.
- Изучить книгу нейробиолога Алекса Корба (Alex Korb) «Восходящая спираль» (The Upward Spiral).
- Найти в себе силы открыто говорить о своих проблемах с близкими друзьями.
Скотт Гэллоуэй тепло благодарит гостя за предельную искренность и отмечает, что предыдущая книга Лукьяноффа и Хайдта оказала фундаментальное влияние на его собственные родительские подходы и воспитание детей. Собеседники резюмируют: когда человек находится на самом дне ментальной пропасти, его мозг цинично врет ему, будто он всем надоел и его проблемы никому не интересны — в подавляющем большинстве случаев вокруг всегда есть люди, которые искренне его любят и готовы прийти на помощь.
