В этом материале блогер и философ Алекс О'Коннор отправляется к могиле Эрика Артура Блэра, более известного как Джордж Оруэлл, чтобы обсудить актуальность его эссе 1946 года «Политика и английский язык». О'Коннор анализирует оруэлловскую критику деградации речи, выделяет четыре главных порока современного письма и приводит шесть практических правил, которые помогают вернуть мыслям ясность и честность.
✍️ Смерть языка как политическая трагедия 0:01
Алекс О'Коннор начинает своё повествование у могилы Джорджа Оруэлла, отмечая, что имя этого писателя стало нарицательным для обозначения антиутопии . Оруэлл был прежде всего политическим писателем, для которого ясность языка являлась необходимым условием ясности мысли . По мнению О'Коннора, писатель видел в лингвистической небрежности корень многих политических катастроф: когда язык размыт, само мышление становится коррумпированным.
Оруэлл считал, что упадок английского языка — это не просто естественная эволюция, а процесс, который можно и нужно остановить . В своём знаменитом эссе «Политика и английский язык» (1946) он описал механизмы, с помощью которых политики и академики скрывают отсутствие смысла за нагромождением сложных слов. О'Коннор подчеркивает, что современные дебаты по-прежнему страдают от тех же болезней, что и 80 лет назад: отсутствия точности и засилья клише .
📉 Два главных признака плохого текста 2:23
Оруэлл выделяет две основные проблемы современной ему (и нашей) письменной речи:
- Изношенность образов (Staleness of imagery). Использование метафор, которые давно потеряли свою изобразительную силу.
- Отсутствие точности (Lack of precision). Неспособность или нежелание автора выразить конкретную мысль .
Для иллюстрации первой проблемы О'Коннор приводит отрывок из Книги Екклесиаста о том, что «не быстрым достается успешный бег» . Оруэлл «перевёл» этот поэтичный текст на «худший современный английский», превратив его в тяжеловесную конструкцию об «объективных соображениях современных феноменов» и «несоразмерности успеха врожденным способностям» .
По мнению Оруэлла, такая манера письма — это «цирк из излишне сложных слов», лишенных всякой образности . Это делается для того, чтобы придать тексту видимость глубокомыслия и научной строгости там, где их нет.
🗣️ Политическая уклончивость и академическая пустота 4:52
Вторая проблема — отсутствие точности — наиболее ярко проявляется в политической речи. Вместо прямого «я совершил ошибку», политики говорят: «несомненно, в процессе принятия решений были допущены ведомственные ошибки, которые будут устранены в срочном порядке» . О'Коннор приводит в пример архивное интервью Майкла Ховарда, который на один и тот же вопрос журналиста 12 раз ответил уклончиво, используя размытые формулировки .
Эта болезнь поразила и академическую среду, особенно гуманитарные науки. О'Коннор цитирует предложение из статьи профессора Джудит Батлер, перегруженное такими терминами, как «структурные тональности», «контингентная возможность» и «реартикуляция власти» . По мнению ведущего, Оруэлла буквально стошнило бы от подобного нагромождения бессмысленных слов, призванных скрыть отсутствие ясного тезиса .
🚫 Четыре вещи, которых следует избегать 7:28
О'Коннор подробно разбирает четыре конкретных совета Оруэлла по очистке речи от «мусора»:
1. Умирающие метафоры (Dying metaphors)
Нужно различать «живые» (свежие), «мертвые» (ставшие обычными словами, как «brand new») и «умирающие» метафоры . Последние — это заезженные клише, которые люди используют, чтобы не придумывать свои образы.
- Примеры Оруэлла: «стоять плечом к плечу» (stand shoulder to shoulder), «гнуть линию» (toe the line) .
- Современные примеры от О'Коннора: «правило большого пальца» (rule of thumb), «ходить по тонкому льду» (skating on thin ice) . Использование таких фраз превращает текст в «склеивание длинных полосок слов, уже расставленных кем-то другим» .
2. Глагольные «протезы» (Operators or verbal false limbs)
Это замена простых глаголов длинными фразами. Вместо «сломать» пишут «сделать неработоспособным» . Сюда же относится чрезмерное использование пассивного залога.
- Активный залог: «Я совершил ошибку».
- Пассивный залог: «Ошибки были совершены». Оруэлл считал, что пассивный залог делает речь отстраненной и безличной . О'Коннор, впрочем, отмечает, что не всегда согласен с этим правилом, считая «лингвистические украшения» допустимыми, если они не мешают смыслу .
3. Претенциозный слог (Pretentious diction)
Использование слов для создания ложного впечатления объективности или важности. Слова «объективный», «категорический» или «научный» часто используются для маскировки предвзятых суждений .
- Призыв «следовать науке» часто является лишь попыткой выдать личную интерпретацию данных за неоспоримый факт .
- Оруэлл также критиковал использование иностранных слов (например, cul-de-sac или status quo), если есть понятный английский эквивалент . Хотя О'Коннор оговаривается, что некоторые иностранные термины незаменимы из-за отсутствия точного перевода .
4. Бессмысленные слова (Meaningless words)
Это слова, не имеющие общепринятого определения, которые используются для выражения одобрения или порицания.
- Слово «фашизм» в устах многих означает просто «что-то нежелательное» .
- Слова «демократия», «свобода», «справедливость» трактуются настолько по-разному, что их использование без уточнения смысла становится бессмысленным . Это позволяет диктатурам называть себя демократиями, а религиозным общинам отрицать мизогинию, ссылаясь на своё специфическое понимание «благополучия женщин» .
📜 Шесть золотых правил Оруэлла 18:43
В финале эссе Оруэлл сводит свои рассуждения к шести практическим правилам для любого автора:
- Никогда не используйте метафору или сравнение, которые вы привыкли видеть в печати.
- Никогда не используйте длинное слово, если можно использовать короткое .
- Если слово можно выбросить — всегда выбрасывайте его.
- Никогда не используйте пассивный залог там, где можно использовать активный.
- Не используйте иностранные фразы, научные слова или жаргон, если можно найти повседневный эквивалент .
- Самое важное: лучше нарушить любое из этих правил, чем написать что-то откровенно варварское .
Алекс О'Коннор признается, что сам любит «лингвистическую избыточность» больше, чем суровый Оруэлл, но признает: когда цель — идеальная ясность в политическом или философском споре, правила Оруэлла остаются лучшим ориентиром . Следуя им, мы защищаем язык от деградации, которую Оруэлл так ярко описал в романе «1984» .
