Пока руины СССР еще дымились, Владимир Путин праздновал День Победы 1992 года на финской вилле, полученной в качестве взятки за экспорт леса. Основатель «Проекта» Роман Баданин препарирует трансформацию журналистики из «бизнес-сервиса» в акт личной мести и признает, что многолетняя охота за тайнами Кремля неизбежно выжигает чувствительность к злу. Это честный разговор о фальсификации отчета по Беслану, цензуре в «Новой газете» и о том, почему поиск правды сегодня невозможен без скептицизма и злости.
🕵️♂️ Одержимость диктатором и тени «русской Калифорнии» 0:53
Российская журналистика последних десятилетий — это история столкновения двух подходов: «человека компромисса» и «человека принципа». Роман Баданин (Roman Badanin), основатель расследовательского издания «Проект», представляет радикальное крыло профессии. Его работа последних лет сосредоточена на изучении одной фигуры, которая, по его мнению, единолично определяет судьбу страны. В первой части большого разговора с Юрием Дудем (Yury Dud) журналист объясняет причины своей резкости в адрес коллег, логику «одержимости» Владимиром Путиным (Vladimir Putin) и раскрывает неизвестные ранее детали фальсификации расследования теракта в Беслане.
Конфликт принципов: почему Баданин не прощает Венедиктова 0:53
Разговор начинается с обсуждения глубокого идеологического раскола внутри журналистского цеха. Роман Баданин (Roman Badanin) известен своей предельно жесткой критикой Алексея Венедиктова (Alexei Venediktov), бывшего главного редактора «Эха Москвы». Несмотря на признание исторических заслуг Венедиктова в создании уникальной радиостанции , Баданин считает, что в последние годы тот полностью «профукал» свои достижения.
Причиной резких выпадов в социальных сетях — вплоть до эпитетов вроде «старый хрен» и «смешное чучело» — стала позиция Венедиктова после гибели Алексея Навального (Alexey Navalny) . Баданин подчеркивает: когда журналист такого уровня публикует фотографии окружения и семьи Навального с подписями, фактически обвиняющими их в смерти политика, это переходит все моральные границы . Для Баданина это не просто вопрос стиля, а вопрос профессиональной этики: попытка переложить ответственность с власти на близких жертвы недопустима.
«Умный и расчетливый враг»: профессиональная деформация или логика? 3:42
Многие коллеги, включая Илью Азара, обвиняют Романа Баданина (Roman Badanin) в мании: кажется, что вся его жизнь вращается вокруг изучения одного человека . Однако Баданин парирует это обвинение простой политической логикой. Владимир Путин (Vladimir Putin) находится у власти более 25 лет . В условиях, когда в стране остался только один политик, обладающий реальной силой, изучение его личности, семьи и состояния становится единственным логичным выбором для расследователя.
Список расследований «Проекта» впечатляет своей скрупулезностью:
- Здоровье президента и его быт в резиденциях Сочи и Валдая .
- Теневые доходы и связи: Алина Кабаева (Alina Kabaeva), Светлана Кривоногих (Svetlana Krivonogikh) и их роль в иерархии власти .
- Семейные кланы: расследования о дочерях президента Катерине Тихоновой и Марии Воронцовой, а также о других родственниках .
Баданин признает, что иногда чувствует усталость от этого объекта изучения , но не может остановиться, пока этот человек определяет правила игры. Он не воспринимает Путина как карикатурного диктатора из комедии; для него это «умный и расчетливый враг» , который отобрал страну у него и его коллег . Ранее в разговоре они касались темы деградации журналистики 2000-х, что лишь подчеркивает личный характер этого противостояния.
Форт-Росс: колониальная жестокость и американская ссылка для царя 7:18
Разговор перемещается в Форт-Росс — бывшее русское поселение в Калифорнии. Это место служит для Баданина отправной точкой для размышлений об имперском прошлом России. В начале XIX века русские колонисты добрались от Чукотки до Гавайев , и Форт-Росс стал их самым южным укреплением на материке. Жизнь здесь была лишена всякого комфорта и надежды на возвращение в Петербург .
Исторический контекст этого места раскрывает любопытные детали:
- Декабристы (в частности, Кондратий Рылеев) всерьез рассматривали возможность ссылки царской семьи именно сюда, в Калифорнию, вместо казни или депортации в Европу . Это место могло стать для Романовых «российским островом Святой Елены» .
- Отношения с коренным населением строились на насилии и страхе. Стены крепости и пушки в башнях защищали колонистов не только от испанцев, но и от местных жителей .
- Современная ревизия истории в США заставляет переосмыслить действия завоевателей прошлого. Баданин, как историк по образованию, согласен с логикой сноса памятников убийцам: если преступника нельзя наказать физически, его нужно стереть из топонимики .
Особенно жестко журналист высказывается о Сталине, называя его «грязным животным» и подчеркивая, что города не могут носить имена людей, на чьих руках столько крови.
Беслан: как комиссия «прикрывала» Кремль 21:13
Работа над книгой о Путине, написанной в соавторстве с Михаилом Рубиным (Mikhail Rubin) , позволила Баданину систематизировать знания о эпохе и найти новых свидетелей ключевых событий. Одним из самых важных открытий стали показания Ахмеда Билалова, бывшего члена парламентской комиссии по расследованию теракта в Беслане .
Билалов, будучи в то время лояльным Кремлю политиком от «Единой России», спустя годы раскрыл внутреннюю кухню комиссии. По словам Баданина, единственной задачей этого органа было «прикрыть задницу Путина» . Комиссия сознательно игнорировала возможность мирных переговоров с Масхадовым, которые могли бы спасти заложников .
Более того, Билалов подтвердил так называемую «версию Савельева»: первый shot (выстрел), спровоцировавший штурм школы, был произведен не террористами, а из здания напротив, где находились силовики . Эти данные прямо противоречат официальной версии властей и подтверждают системный характер фальсификаций в интересах руководства страны.
⛪️ Иерархи в погонах и «сытая» самоцензура: за что стыдно журналистам 2000-х 27:45
Олигархические бонусы и ловушка самоцензуры 27:45
Роман Баданин открыто признает: журналистское сообщество 2000-х несет свою долю ответственности за то, во что превратилась Россия сегодня. Вспоминая начало своей карьеры, он описывает эпоху как «рывок», подпитанный бурным ростом экономики, когда олигархи массово скупали медиаактивы . Однако за этим фасадом благополучия скрывалась опасная сделка. Журналистика незаметно для самой себя превратилась в сферу услуг.
За лояльность или просто «правильный» тон редакционной политики репортеры получали бонусы, о которых сегодня сложно даже мечтать:
- Сотрудникам НТВ и других крупных изданий выдавали квартиры и беспроцентные кредиты .
- Журналистов бесплатно возили на Каннский кинофестиваль и другие статусные мероприятия .
- Профессиональная среда была пронизана духом «поддержки нового класса» предпринимателей, что на деле выливалось в слепоту к их методам.
Баданин называет это время эпохой коллективного ослепления. В качестве примера он приводит эпизод 2005 года: на заборе территории бывшего пионерлагеря, который позже станет частью знаменитого «дворца Путина», уже тогда висели плакаты дзюдо-клубов «Явара-Нева» и «Отечество» . Связь этих организаций с Аркадием Ротенбергом и лично Владимиром Путиным была очевидна , но расследований не последовало. Журналисты предпочитали писать об успехах бизнеса, сознательно или нет избегая критического мышления. Сегодня Баданину стыдно за то, что он и его коллеги создавали героические образы людей, которые позже предпочли промолчать, чтобы сохранить свои активы . В то время как вчерашние «герои бизнеса» боятся потерять нажитое, те, у кого ничего не осталось, продолжают борьбу с режимом в эмиграции .
Патриархи под кураторством КГБ 35:25
Религия и вера занимают центральное место в исследовании Путина, которое проводит Роман Баданин. Книга, написанная им в соавторстве с Михаилом Рубиным, начинается именно с темы церкви, поскольку для президента РФ понятия «вера» и «верность» (друзей — лидеру) неразрывно связаны . Однако за духовными скрепами Баданин видит вполне конкретные биографии, тесно переплетенные с советскими спецслужбами.
Журналист утверждает, что два последних патриарха — Алексий II и Кирилл — были связаны с КГБ. Хотя окончательную точку в этом вопросе можно будет поставить только после открытия архивов , имеющиеся косвенные доказательства он считает крайне убедительными:
- Алексий II: Информация о его сотрудничестве подтверждается архивами спецслужб стран Балтии, так как он долгое время служил в Таллине и представлял интересы церкви в Эстонии .
- Патриарх Кирилл: В бытность советским священником он долгое время работал в Женеве . Швейцарские расследователи, изучавшие этот период, пришли к выводу, что он являлся агентом спецслужб.
Баданин подчеркивает логику системы: в СССР любые церковные деятели, занимавшиеся вопросами недвижимости или работавшие за границей, в обязательном порядке курировались КГБ . Без этого карьера иерарха такого уровня была попросту невозможна. Ранее в разговоре они касались одержимости Путина историей и его личного отношения к прошлому, и эта «чекистская» преемственность в РПЦ лишь дополняет картину мира современного Кремля.
Глобальный кризис медиастандартов: кликбейт и месть 42:37
Обсуждая текущее состояние мировой журналистики, Баданин констатирует глубокий упадок стандартов, вызванный глобальной поляризацией . По его мнению, объективность приносится в жертву в битве за трафик и из-за политических симпатий. Даже авторитетные западные издания, такие как The Economist или The Observer, позволяют себе сомнительные обобщения о «культуре убийства» в России, а Daily Beast выпускает материалы с неоправданно громкими заголовками, называя активисток «главными врагами Путина» ради кликбейта .
Основные причины деградации медиа по Баданину:
- Алгоритмы соцсетей: Если десять лет назад Facebook и Twitter были мостами между медиа и аудиторией, то к 2025 году они превратились в рекламные площадки, где контент тонет среди «котиков и объявлений» .
- Поляризация: Мир разделился на «нас» и «них», что заставляет журналистов отказываться от нейтральности в пользу активизма.
Сам Роман признает, что порой его профессиональная деятельность сливается с личной позицией. Он открыто говорит об эмоциональном посте в поддержку Юлии Навальной после гибели Алексея Навального . Для него расследование убийства политика — это не просто холодный расчет фактов, но и форма личной мести системе за разрушенную жизнь человека, чья дочь Даша одного возраста с его собственной дочерью . «Если это активизм — о’кей. Мы должны отомстить», — заявляет Баданин, подчеркивая, что в условиях войны и политических репрессий грань между репортером и гражданином неизбежно стирается .
🎭 Шоумены, налоги и чеченские львы: жизнь после «няньки» 50:13
Трамп и Зеленский: феномен шоуменства в политике 50:13
Обсуждая современную политическую карту, Роман Баданин выделяет Дональда Трампа как чистый образец «президента-шоумена». По мнению журналиста, Трамп — это прежде всего поп-звезда, чей успех базируется на умении работать с аудиторией, а не на государственном видении . Баданин обращает внимание на то, как Трамп формирует свою команду: ключевым критерием становится медийность и внешняя эффектность, будь то женщины, напоминающие звезд мыльных опер, или политики вроде Кристи Ноэм, устраивающие шоу из визитов в тюрьмы . Основной риск такого подхода заключается в том, что за ярким фасадом может не оказаться содержательного фундамента, а единственной целью действий остаются рейтинги .
В этом контексте возникает неизбежное сравнение с Владимиром Зеленским. Роман Баданин признает, что в украинской политике также много элементов шоу, однако видит фундаментальную разницу в трансформации лидера. Если Зеленский шел на выборы в мирное время и, возможно, не был готов к масштабу грядущих испытаний, то полномасштабная война наполнила его образ глубоким смыслом . В отличие от Трампа, который преследует личную популярность, Зеленский превратился в лидера, реально сражающегося за выживание своей страны и народа . Баданин резюмирует: даже если Трамп добьется прекращения войны, это вряд ли изменит его скептическое отношение к американскому политику как к человеку, для которого процесс важнее сути .
Жизнь в США: избавление от патернализма и поиск независимости 54:18
Переезд в США после признания «Проекта» нежелательной организацией стал для Романа Баданина не просто сменой локации, а глубоким столкновением с иной гражданской философией. Журналист отмечает, что главной проблемой России является глубоко укоренившийся патернализм — привычка полагаться на государство, работодателя или «няньку», которая решит все проблемы . Американская система, напротив, требует от человека радикальной бытовой и финансовой ответственности.
В качестве иллюстрации Баданин приводит личный анекдот о «кризисе водоснабжения» . Однажды утром он обнаружил, что в его доме отключили воду. Выяснилось, что поставщик услуг сменил сайт, уведомления не дошли, и счета оставались неоплаченными несколько месяцев. В России в такой ситуации часто ищут виноватых вовне, но в США это стало уроком: ты сам отвечаешь за свои счета, и никто не обязан бегать за тобой с напоминаниями .
Этот опыт перекликается с цитатой из Гроссмана, которую вспоминает Баданин: «Когда же мы, наконец, будем жить без няньки?» . Для него независимость — это не только отсутствие контроля, но и готовность нести бремя ответственности. Несмотря на глобальный кризис доверия к медиа, о котором ранее заходила речь в контексте общих стандартов журналистики, Баданин находит ориентиры в западной расследовательской школе. Он восхищается тем, как The New York Times по минутам восстанавливают процесс принятия решений в кабинете Нетаньяху — работа такого уровня в современной России кажется ему сейчас невозможной .
Методология расследований о Рамзане Кадырове: между фактом и фольклором 1:00:47
Одним из самых громких материалов «Проекта» стало расследование о Рамзане Кадырове, набравшее десятки миллионов просмотров. Обсуждая методы работы, Юрий Дудь поднимает вопрос о достоверности шокирующих деталей, например, истории о том, что одного из врагов главы Чечни якобы скормили львам . Баданин поясняет: журналисты не утверждают это как абсолютный факт, а цитируют источники в чеченской оппозиции, сопровождая это контекстом . При этом он подчеркивает, что после изучения многочисленных свидетельств о личной жестокости Кадырова, даже самые безумные на первый взгляд слухи начинают казаться правдоподобными .
Особое внимание в главе уделяется проверке информации:
- История Жанетты: Рассказ о гибели бывшей девушки Кадырова и его радости по этому поводу подтвержден источником, который лично присутствовал на встрече, где обсуждалась эта новость .
- Анонимные источники: Баданин признает, что количество анонимов растет, и это большая проблема для российской журналистики . Он критикует практику публикации непроверенных «инсайдов» (упоминая кейс «Медузы» и Андрея Перцева), подчеркивая, что «Проект» старается фильтровать вбросы .
- Мотивация информаторов: Внутри системы идет постоянная борьба, и многие чиновники используют журналистов для «слива» компромата на конкурентов — так называемых «красных папок» .
Страх, патриотизм и будущее Чечни 1:09:37
Несмотря на статус изгнанника, Роман Баданин называет себя искренним патриотом России. Он признается, что ему часто снится дом, в частности, его родной Курган . Страх перед Рамзаном Кадыровым присутствовал всегда, но Баданин осознал реальную опасность своей работы лишь после отъезда из страны . Вспоминает он и утро после публикации первого расследования о доходах Кадырова в Москве: прогулка по Битцевскому парку и сообщение от коллеги «это смело» заставили его задуматься о рисках, которые тогда казались частью рутины .
Говоря о будущем Чечни, Баданин выражает скепсис относительно созданного там «мира». По его мнению, Кремль упустил шанс на политическую конкуренцию в регионе еще в 2007 году, став соучастником преступлений Кадырова . Власть семьи Кадыровых неразрывно связана с властью Владимира Путина, и один не удержится без другого . В качестве вероятного преемника в республике источники «Проекта» называют Адама Кадырова, хотя из-за его возраста (закон требует минимум 30 лет) временной фигурой может стать Адам Делимханов . На текущий момент три из четырех влиятельнейших чеченских кланов — Кадыровы, Делимхановы и Геремеевы — связаны родственными узами, что превращает регион в закрытую семейную корпорацию .
💸 Гранты, этика и сумка Birkin: как выживают независимые расследователи 1:23:55
Оказавшись в эмиграции, Роман Баданин столкнулся с реальностью, которая во многом пошатнула прежние представления о западных стандартах. Ранее в разговоре с Юрием Дудем они уже касались темы избавления от патернализма и жизни в США, но в контексте работы медиа Баданин отмечает тревожные симптомы: «красивую лояльность» крупного американского бизнеса (Bezos, Musk) и попытки Facebook дистанцироваться от политики, что напоминает ему российские медиа начала 2000-х . В этой среде вопрос финансовой и этической независимости «Проекта» становится ключевым для сохранения репутации.
Кто финансирует «Проект»: структура доходов и вопрос независимости 1:23:55
Роман Баданин открыто раскрывает структуру бюджета своего издания. По его словам, финансирование «Проекта» состоит из двух основных потоков: около 10% составляют пожертвования частных лиц, а 90% — гранты от институциональных организаций . Названия конкретных фондов Баданин не разглашает из соображений безопасности людей, находящихся в России, чтобы избежать их ареста .
Журналист разделяет доноров на две категории:
- Государственные фонды: Организации, финансируемые правительствами ЕС, США, Канады и Австралии. Их цель — поддержка демократических институтов.
- Частные фонды: Профильные организации, поддерживающие именно расследовательскую журналистику (например, Knight Foundation или семейный фонд Сэндлеров, создавший ProPublica) .
Баданин категорически отвергает миф о том, что доноры вмешиваются в редакционную политику. «Они платят за нашу репутацию. Если мы перестанем быть независимыми и разрушим её, мы больше не получим денег» . В его практике не существует KPI по содержанию материалов — только технические требования по охватам и просмотрам. Попытки диктовать повестку он называет «красным флагом», с которым никогда не сталкивался лично .
Особое внимание Баданин уделяет опасным прецедентам. Он вспоминает политику Дональда Трампа, который требовал от организаций, получающих деньги через USAID, подписывать гарантии соблюдения «интересов США» . Для независимого журналиста или НКО, спасающей людей от мобилизации, подписание такой бумаги Баданин считает формой «государственной измены» . При этом он подчеркивает, что «Проект» может расследовать коррупцию даже в верхах ЕС, несмотря на получение европейских грантов: «Никаких ограничений на это нет» .
Этика расследователя: «правило 50 долларов» и взятки от олигархов 1:31:18
В мире больших расследований соблазны сопровождают журналиста постоянно. Роман Баданин вспоминает историю своего соавтора Михаила Рубина, которому в администрации президента предлагали конверт с деньгами, а представители структур, предположительно связанных с Костиным, сулили «хоть Lamborghini» за лояльность .
Чтобы избежать конфликта интересов, в «Проекте» действует строгое правило: журналист не имеет права платить за информацию и не может принимать подарки или оплату обедов дороже 50 долларов . Баданин приводит в пример хрестоматийный случай из времен своей работы в Forbes:
- После интервью с Алишером Усмановым курьер доставил журналистке сумку Hermes Birkin стоимостью около 30 тысяч долларов .
- Редакция провела совещание, решая, как вернуть дорогой подарок, не сорвав публикацию еще не вышедшего интервью.
- В итоге сумку вернули с объяснением: «Мы не можем на вас злиться, мистер Усманов, потому что вы не знаете наших правил, но больше так не делайте» .
Сам Баданин также строго следует этим принципам. Когда важный источник пригласил его на встречу на Карибы, все расходы на перелет (даже на соседний остров, так как на Сен-Бартелеми журналиста не пустили) оплатила редакция, а не принимающая сторона . Эти инвестиции оправдались: во время разговора источник так часто употреблял слово «дать» в значении «дать взятку», что Баданин насчитал около пятидесяти эпизодов коррупции в одном диалоге .
Критика «бесполезных медиа» и налоги американцев 1:35:40
Являясь американским налогоплательщиком, Баданин занимает жесткую позицию в отношении эффективности государственных медиахолдингов, таких как «Радио Свобода» или «Голос Америки». Он неоднократно критиковал их за неоправданно высокие бюджеты при низкой эффективности .
Журналиста возмущают примеры того, как деньги налогоплательщиков тратятся на контент, который он называет «мусорным»:
- Запуск антиколониальных кулинарных шоу на канале «Вот-Вот» .
- Раздутые штаты при минимальном влиянии на аудиторию.
- Неэффективность гигантских бюрократических структур по сравнению с компактными независимыми редакциями .
Баданин уверен, что США должны поддерживать российские независимые медиа, так как Америка остается «примером демократии», но делать это нужно эффективно . В конце этого блока вскользь упоминается и «Новая газета»: ранее Роман Баданин выпустил расследование о её скрытом финансировании структурами, близкими к Сергею Чемезову, что станет предметом отдельного обсуждения в дальнейшем .
Компромиссы и этика: почему «Новая газета» брала деньги у Чемезова, а «Проект» отказал Кацу 1:40:29
Скрытое финансирование «Новой газеты» и цензурные табу 1:40:51
В середине 2010-х «Новая газета» столкнулась с тяжелейшим финансовым кризисом, поставившим издание на грань выживания. Роман Баданин вспоминает, что в тот момент Дмитрий Муратов и руководство газеты приняли решение спасать редакцию любой ценой . Выходом стало получение средств от структур Сергея Чемезова, главы «Ростеха», через посредничество бизнесмена Сергея Адоньева. Баданин убежден: выбор есть всегда, и компромисс, на который пошла «Новая», оказался слишком дорогим для независимой журналистики.
В отличие от ситуации с холдингом РБК, где Михаил Прохоров был публично объявленным владельцем, история с «Новой» долгое время оставалась непубличной. Роман подчеркивает, что дело не в самих деньгах, а в «надписях на конверте» — скрытых условиях, которые сопровождали это финансирование . В ходе расследования «Проекта» выяснилось, что газета приняла на себя ряд цензурных ограничений. В частности, под запрет попали темы личной жизни Владимира Путина и критические материалы о самом Сергее Чемезове . Более того, по словам Баданина, в издании иногда появлялись материалы, которые выглядели как коммерческая реклама интересов главы «Ростеха».
Сравнивая этот опыт со своей работой в РБК, Баданин отмечает, что при подписании контракта с Прохоровым у него не было никаких предварительных ограничений по темам. Этот кейс он рассматривает как пример того, как попытка сохранить институцию через «сделку с дьяволом» приводит к деформации профессиональных стандартов .
Почему «Проект» не стал публиковать документы Каца о «Пробизнесбанке» 1:46:23
Резонансное расследование Максима Каца о связях банкиров Александра Железняка и Сергея Леонтьева с ФБК (ныне — признан экстремистской организацией) вызвало бурную дискуссию в медиасреде. Роман Баданин подтверждает: «Проект» был одним из изданий, получивших те же документы, что и Кац, однако редакция сознательно отказалась от публикации . Главная причина — отсутствие актуального общественного интереса к истории десятилетней давности.
Баданин аргументирует это решение по нескольким пунктам:
- Устарелость темы: История краха «Пробизнесбанка» подробно освещалась в прессе в течение десяти лет. Ничего принципиально нового в полученных документах расследователи не нашли .
- Сомнительный источник: «Проект» изучил личность человека, стоящего за сливом. Им оказался Нерсес Григорян, бывший сотрудник Железняка, который, по данным Баданина, сотрудничал с «Единой Россией» и на данный момент работает на оборонном предприятии .
- Использование втемную: Редакция почувствовала, что их пытаются использовать как инструмент в междоусобной войне (упоминаются имена Невзлина и Гусинского как возможных интересантов атаки на ФБК) .
Отвечая на претензии о том, что статус Железняка в ФБК как «номинального директора» заслуживал огласки, Роман признает: этически это сомнительный момент, но масштаб фактуры не тянул на полноценное расследование «Проекта» . Он отвергает обвинения в предвзятости из-за дружбы с оппозицией, напоминая, что именно «Проект» ранее опубликовал критический материал о Леониде Волкове и письме в защиту Михаила Фридмана .
Алексей Навальный: ревность расследователя и уважение к храбрости 1:52:45
Отношения Баданина с Алексеем Навальным никогда не были близкими, но всегда строились вокруг профессиональной деятельности. Они познакомились в 2013 году во время выборов мэра Москвы и с тех пор периодически обменивались мнениями о работах друг друга. Роман вспоминает, что они могли жестко спорить: например, из-за дела Ивана Голунова, когда Навальный эмоционально критиковал журналистское сообщество .
Баданин признается, что испытывал профессиональную ревность к расследованию ФБК о «Дворце Путина» в Геленджике . «Проект» тоже занимался этой темой, но оказался медленнее. При этом он высоко оценивает работу команды Навального, особенно визуализацию интерьеров, которая была сделана на основе реальных чертежей (позже «Проект» выпустил свое дополнение к этой теме, основываясь на более детальных планах этажей) .
На гипотетический вопрос Юрия Дудя о том, опубликовал бы «Проект» компромат на Навального (например, доказательства связей с Кремлем), если бы такой нашелся, Роман отвечает утвердительно: «Да, мы бы это обсуждали, но, думаю, опубликовали бы» . Главным качеством Навального он называет беспрецедентную храбрость и упрямство — черты, необходимые как политику, так и расследователю .
Конфликт с «обслуживающим персоналом»: критика «Коммерсанта» 2:01:43
В финале главы Баданин объясняет свою резкую позицию в отношении журналистов, оставшихся в России и работающих в подцензурных СМИ. Особое раздражение у него вызывает деятельность газеты «Коммерсантъ». Журналист не стесняется в выражениях, называя сотрудников издания «обслуживающим персоналом» и критикуя их за создание «иллюзии нормальности» .
В центре дискуссии оказывается Александр Черных и его репортаж из Курской области. Несмотря на то что Юрий Дудь находит этот текст полезным, Баданин категорически не согласен с тем, что подобная работа заслуживает профессиональных наград . Его главная претензия заключается в том, что журналисты внутри России вынуждены обходить острые углы: не называть войну войной и игнорировать причины социальных проблем (например, рост рынка протезирования без упоминания боевых действий) . Для Баданина это не «профессия в трудных условиях», а фальсификация реальности.
🎭 Иллюзия нормальности: от «муляжной» журналистики до тишины кумиров 2:05:49
В современном российском медиапространстве Роман Баданин выделяет опасный феномен — создание «фейкового мира» отчетности и стандартов там, где их давно не существует . Речь идет о так называемой «муляжной» журналистике, адепты которой, работая в лояльных или подцензурных СМИ вроде «Коммерсанта», продолжают имитировать соблюдение профессиональных норм. Баданин признается, что испытывает острое неприятие к коллегам, превратившим профессию в декорацию.
«Муляж» в редакции: как имитация стандартов убивает профессию 2:06:23
По мнению Баданина, деградация началась задолго до 2022 года. В качестве знаковой точки он вспоминает увольнение главного редактора «Коммерсантъ-Власти» Максима Ковальского из-за публикации фотографии избирательного бюллетеня с нецензурной надписью в адрес Владимира Путина . Однако современное поколение корреспондентов, таких как Александр Черных, продолжает работать в рамках этой системы, создавая иллюзию «нормальности» и соблюдения неких мифических стандартов в условиях военной цензуры.
Этот «муляж» медиа, по словам Баданина, существует уже много лет, и он не может уважать людей, которые сознательно участвовали в превращении журналистики в пустую оболочку. Ранее в разговоре они уже касались темы деградации цеха и самоцензуры 2000-х, но здесь Баданин подчеркивает именно этическую сторону вопроса: невозможно прикрываться «правилами», когда сама суть работы искажена . На фоне прогулки по кладбищу Форт-Росса, где похоронены православные алеуты и индейцы с русскими именами, эти размышления о сохранении идентичности и честности звучат особенно остро .
Ответственность идолов: почему молчание Урганта и Слепакова — это проблема 2:09:35
Особое раздражение у Романа Баданина вызывает позиция (или её отсутствие) у главных звезд российского телевидения. В период мобилизации он опубликовал резкий пост, в котором назвал Ивана Урганта и Семёна Слепакова «шмуками» (ничтожествами) за их долгое молчание . Баданин объясняет свою эмоциональность тем, что именно в тот момент он был вынужден эвакуировать своих сыновей из России .
Для него Ургант и Слепаков — не просто артисты, а «суперзвезды шоу-бизнеса» и символы российского ТВ . Баданин убежден:
- Телевидение в России по-прежнему обладает колоссальной властью, определяя общественные нормы .
- Если бы ТВ транслировало толерантность и критическое мышление, страна была бы другой .
- Кумиры миллионов не имеют права прятаться за нейтральностью, когда их влияние может изменить ситуацию .
На возражение Юрия Дудя о том, что не каждый обязан быть героем, Баданин отвечает, что статус идола накладывает на человека особую ответственность перед аудиторией . Хотя позже он признает, что его требования могут быть чрезмерными, и он готов ценить любого, кто нашел в себе смелость высказаться, независимо от времени и мотивации . Даже если человек, как упоминавшаяся ранее в разговоре американка, попал в тюрьму за пожертвование в 50 долларов, каждый такой жест имеет значение в общей картине сопротивления .
Константин Ступин и кризис профессиональной полезности 2:24:42
Размышляя о своей карьере, Роман Баданин признается в пережитом чувстве «профессиональной бесполезности», которое он называет своего рода катарсисом . Этот внутренний кризис спровоцировала музыка Константина Ступина — «последнего панка» из Орла. Слушая его записи, Баданин вспомнил статью о жизни и смерти Ступина, опубликованную в 2015 году .
Это привело журналиста к горькому сравнению своего труда в тот период с реальной жизнью людей:
- В 2015 году Баданин работал в РБК, занимаясь созданием качественного делового медиа .
- Его редакция писала о падении производства колес на «Уралвагонзаводе» и других макроэкономических показателях .
- В это же время в стране происходила трагедия человека масштаба Ступина, которая оставалась вне поля зрения «серьезной» журналистики .
Сегодня Баданин считает, что истории таких людей, как Ступин, гораздо важнее, чем отчеты о вагонах. Он признает, что в 2015 году «не видел людей за колесами» . На вопрос о том, не были ли напрасными все его расследования о Владимире Путине и его окружении, Роман отвечает, что их работа привела к реальным последствиям: они стали эмигрантами, а режим, о котором они писали, стал более жестоким по мере того, как мир узнавал о нем правду . В завершение этой части беседы они кратко затрагивают тему идеологии президента, к которой подробнее вернутся позже, отмечая, что в 1990-х Путин отнюдь не считал распад СССР главной трагедией века .
🏁 Финал расследования: миф о советском прошлом и усталость от «бездны» 2:30:39
Бизнес вместо империи: почему «величайшая геополитическая катастрофа» — это миф 2:30:56
Роман Баданин, посвятивший десятилетия изучению биографии Владимира Путина, убежден: общепринятый образ президента как человека, искренне оплакивающего распад СССР, — это тщательно сконструированный миф. Анализ деятельности будущего главы государства в начале 90-х годов показывает, что в момент крушения советской империи его интересовали не геополитические расклады, а сугубо прагматичные вопросы личного обогащения и защиты интересов узкого круга лиц .
В декабре 1991 года, когда Советский Союз прекращал свое существование, Владимир Путин занимался реализацией схем «ресурсы в обмен на продовольствие». Документы и письма Марины Салье, адресованные Петру Авену, свидетельствуют о том, что приоритетом для Путина была защита бизнеса его друзей, включая компании Геннадия Тимченко и Владимира Якунина . В то время как страна находилась в состоянии глубочайшего кризиса, а граждане пытались осознать новую реальность, Путин демонстрировал поразительную деловую активность. Например, 2 января 1992 года — в день, когда большинство людей еще не отошло от празднования Нового года, — он продолжал лоббировать интересы дружественных структур .
Цинизм того периода наглядно иллюстрирует история с отдыхом в Финляндии. 9 мая 1992 года, в сакральный для российской идентичности праздник, Владимир Путин вместе с Анатолием Собчаком и Виктором Золотовым отдыхал на финской вилле . Как отмечает Баданин, эта поездка фактически была взяткой от финской компании, желавшей закупать лес в Ленинградской области . Видеозапись этого отдыха, опубликованная финским телеканалом несколько лет назад, показывает людей, которые вместо переживаний о судьбе страны обсуждают строительство особняков во Франции .
Ранее в разговоре Юрий Дудь и Роман Баданин уже касались темы исторической памяти и колониального прошлого в контексте Форт-Росса. Однако в контексте будущего Баданин подчеркивает, что оценка деятельности Путина в учебниках истории через сто лет будет зависеть исключительно от политического финала его режима .
- Если Владимир Путин проиграет, он будет безоговорочно осужден историей.
- Если же режим устоит, преступления могут быть преданы забвению, а идеологи вроде Мединского продолжат переписывать учебники в угоду конъюнктуре .
Для Романа Баданина и издания «Проект» главная цель расследований заключается не в попытке немедленного уголовного преследования, а в моральном осуждении . Журналист считает критически важным зафиксировать правду о лжи, убийствах и подлости, чтобы общество осознало истинную природу власти .
Цена вглядывания в бездну: профдеформация и поиск смысла вне расследований 2:36:13
Многолетнее изучение коррупционных схем и изнанки российской власти не проходит бесследно для психики исследователя. Отвечая на вопрос о знаменитой цитате Ницше про бездну, Роман Баданин признает наличие серьезной профессиональной деформации . Постоянное соприкосновение с грязными подробностями чужих жизней и государственными преступлениями привело к потере чувствительности к шокирующим фактам.
«Я становлюсь толерантным к дерьму», — прямо заявляет Баданин . Вещи, которые должны вызывать у нормального человека ужас или негодование, воспринимаются им как обыденная часть работы. Это сказывается и на редакторской деятельности: журналиста всё труднее удивить качественным материалом, поскольку он привык видеть в самых вопиющих фактах коррупции рутину .
Профдеформация накладывает отпечаток и на личную жизнь. Весь рабочий день расследователь проводит, изучая «подонков» через экран монитора, а вечером возвращается в семью, пытаясь переключиться между этими полярными мирами . Этот затянувшийся процесс «вглядывания в Путина» породил в Баданине желание найти новый смысл жизни, не связанный с разоблачениями.
Журналист признается, что мечтает о «новом шаге», который лежал бы за пределами бесконечного цикла расследований коррупции и изучения личности президента . При этом его главная жизненная мечта остается простой и понятной для многих политэмигрантов — вернуться в Россию .
Завершая разговор о природе власти и инструментах журналиста, Роман Баданин дает определение идеальному набору качеств для своей профессии. Он сравнивает любопытство и скептицизм с ножом и вилкой: «Одним захватываешь, другим отрезаешь» . Именно этот тандем качеств позволил ему на протяжении 25 лет оставаться одним из самых эффективных критиков системы, несмотря на личную усталость и давление обстоятельств.
