Имя Илона Маска сегодня неразрывно связано с глобальной властью, влиянием на выборы в США и технологическим доминированием. В новом четырехчасовом документальном фильме режиссера Алекса Гибни «Musk» предпринимается попытка разобраться, как человек с репутацией «продавца обещаний» стал первым в мире триллионером и почему общество добровольно вручило ему рычаги управления будущим. Ведущая канала On with Kara Swisher Кара Суишер обсудила закулисье съемок с автором картины Алексом Гибни и бывшей женой миллиардера, писательницей Жюстин Маск, которая прервала многолетнее молчание, чтобы рассказать о личном опыте жизни с «королем технологий».
🎬 Четыре часа о природе власти в XXI веке 1:47
Первоначально фильм задумывался как стандартное двухчасовое исследование экономической мощи Маска, однако события 2024 года заставили режиссера пересмотреть масштаб проекта . Алекс Гибни пояснил, что после покушения на Дональда Трампа и открытого перехода Маска на сторону MAGA-движения, история из бизнес-биографии превратилась в политический триллер о «власти XXI века» . По словам Гибни, руководство HBO само попросило расширить хронометраж, так как масштаб угрозы демократическим институтам, исходящей от концентрации технологий (SpaceX, Starlink, X) в одних руках, стал очевиден .
Жюстин Маск, редко появляющаяся в медийном пространстве после развода в 2008 году, призналась, что согласилась на участие ради своей дочери Дженны и желания зафиксировать правдивую версию событий в публичном поле . Она отметила, что Маск обладает талантом «переписывать нарратив» на ходу, и ей было важно, чтобы история их семьи не превращалась в очередную корпоративную легенду .
🧠 Газлайтинг как метод управления реальностью 7:23
В центре документального фильма стоит вопрос личных качеств Маска, которые определяют его бизнес-стратегии. Жюстин Маск утверждает, что именно от Илона она впервые узнала, что такое «газлайтинг» . Она описывает его метод общения не как прямую ложь, а как постоянное искажение фактов и подмену смыслов с целью контроля над собеседником .
Основные тезисы Жюстин о методах Маска:
- Коммуникация ради доминирования: По её мнению, Илон общается не для обмена информацией, а для установления власти в комнате .
- Стирание чужой субъектности: Те, кто находятся рядом с ним, начинают чувствовать себя «ничтожными», так как Маск признает только одну версию реальности — свою собственную .
- Отношение к женщинам: Жюстин упомянула семейную шутку Масков, согласно которой женщины в этой семье стоят в одной категории с «собаками и детьми» — их должно быть видно, но не слышно .
Алекс Гибни добавил, что этот личный паттерн поведения напрямую переносится на бизнес: Маск «инженерит» реальность вокруг себя, заставляя рынки и правительства верить в его видение, даже если оно противоречит фактам .
🤖 Симуляция вместо интервью и этика AI 20:37
Поскольку Илон Маск отказался от интервью для фильма, Гибни прибег к необычному приему: созданию цифровой симуляции миллиардера .
- Технология: Команда собрала базу данных всех публичных высказываний Маска и создала визуальный аватар, который «произносит» его реальные слова (аудиозаписи) .
- Символизм: Использование аватара в геймерском кресле подчеркивает одержимость Маска теорией симуляции и видеоиграми .
- Эффект: По словам режиссера, зрители часто забывают, что перед ними ИИ-модель, и начинают испытывать к аватару эмпатию, что само по себе является важным комментарием к развитию технологий .
Жюстин Маск заметила, что в этой симуляции её поразило отсутствие «развития мысли» — аватар повторяет заученные тезисы, что делает его похожим на отца Илона, Эррола Маска, в моменты его жесткости .
🏛️ «Теневой президент» и захват государственных данных 55:50
Особое внимание в дискуссии было уделено роли Маска в текущей политической системе США. Гибни утверждает, что альянс Маска с Трампом носит сугубо транзакционный характер . Миллиардеру необходимо прекращение многочисленных расследований против его компаний (Tesla, SpaceX) со стороны Министерства юстиции и других ведомств .
Наиболее тревожным фактом участники дискуссии считают деятельность Маска в рамках инициативы DOGE (Департамент эффективности государственного управления). По словам Гибни:
- Маск и его приближенные получили статус «супер-администраторов» в государственных агентствах .
- Это дает им практически неограниченный доступ к конфиденциальным данным граждан США, которые ранее были изолированы для защиты частной жизни .
- Существует риск использования этих данных для обучения нейросетей xAI, что даст Маску беспрецедентный инструмент влияния на будущие выборы и общественное мнение .
Кара Суишер добавила, что покупка Twitter (X) была не эмоциональным шагом, а стратегическим приобретением «машины влияния», позволяющей диктовать повестку мировым лидерам .
👨👩👧👦 Личная трагедия: Дженна и «анти-woke» идеология 48:37
Конфликт Маска с его трансгендерной дочерью Дженной стал одной из главных причин его радикализации, считают гости. Жюстин рассказала, что Илон воспринял самоопределение дочери как личное поражение и результат действия «вируса проснувшегося разума» (woke mind virus) .
- Маск публично заявлял, что его «обманом» заставили подписать документы на переход дочери .
- Жюстин утверждает обратное: его подпись тогда дала ей надежду на его человечность, но позже он решил «исправить нарратив» в угоду своей новой правой аудитории .
- Она назвала Дженну «одним из самых аутентичных людей», чье нежелание подчиняться контролю отца в итоге привело к их полному разрыву .
🏗️ Инженер или инвестор: спор о наследии 34:53
Кара Суишер подняла вопрос о «фетишизации» Маском образа инженера. По её мнению, это проявление комплекса самозванца: Маск — выдающийся организатор и интегратор идей в стиле Генри Форда, но не технический гений уровня Возняка .
Алекс Гибни считает, что Маск мастерски использует «хакинг наград» (reward hacking) — умение обещать правительству невозможные технологии (например, быструю смену батарей для Tesla) ради получения субсидий, не доводя их до реализации .
В завершение обсуждения участники пришли к выводу, что Маск — это «бог войны», который не может существовать без хаоса . По мнению Жюстин, его трагедия в том, что по мере накопления власти люди для него становятся лишь «игрушками в сундуке», а мир — скучной симуляцией, которую он пытается взломать .
