Выпуск подкаста Excess Returns посвящен памяти Дэниела Канемана — психолога, лауреата Нобелевской премии по экономике и автора бестселлера «Думай медленно... решай быстро». Ведущие Джастин Карбоно, Джек Форхэнд и Мэтт Зиглер обсуждают, как идеи Канемана о когнитивных искажениях и иррациональности перевернули современную финансовую теорию и что они значат для практического инвестирования.
🧠 Две системы мышления: почему мозг нас обманывает 5:14
В основе работы Дэниела Канемана лежит концепция двух систем мышления, которые определяют наши решения. Как отмечает Джек Форхэнд, классическая экономическая теория строится на модели «рациональных агентов», но реальность далека от этой абстракции .
Участники дискуссии выделяют ключевые различия:
- Система 1 (Быстрое мышление): Работает автоматически, основана на интуиции, импульсах и ментальных ярлыках (эвристиках). Она необходима для мгновенных реакций, но часто приводит к ошибкам в сложных финансовых вопросах .
- Система 2 (Медленное мышление): Требует концентрации, усилий и логического анализа. Она включается, когда нам нужно произвести сложные расчеты или критически оценить ситуацию .
Мэтт Зиглер приводит в пример историю рэп-группы Bone Thugs-n-Harmony, чтобы проиллюстрировать этот баланс. По его словам, их решение купить билет в один конец из Кливленда в Лос-Анджелес в надежде на встречу с Easy-E было чистым проявлением Системы 1 — импульсивным и рискованным . Однако их последующее решение вернуться в Кливленд, узнав, что продюсер будет там на шоу, требовало включения Системы 2 — стратегического планирования и анализа информации .
Джастин Карбоно отмечает, что современные финансовые приложения, такие как Robin Hood, активно эксплуатируют Систему 1. Использование визуальных эффектов (например, конфетти при совершении сделки) стимулирует импульсивную торговлю, превращая инвестирование в «дофаминовую машину» . В то же время избыток аналитических данных может привести к «параличу анализа», когда Система 2 перегружается информацией и не может принять решение .
📉 Теория перспектив: мы выбираем не вещи, а описания 17:40
Одним из самых значимых достижений Дэниела Канемана и его коллеги Амоса Тверски стала теория перспектив, описывающая, как люди принимают решения в условиях неопределенности.
Мэтт Зиглер выделяет фундаментальный тезис этой теории: люди делают выбор не между объектами или событиями, а между их описаниями . По его мнению, то, как представлена информация (фрейминг), радикально меняет наше восприятие риска.
Ключевые аспекты теории в контексте инвестиций:
- Асимметрия потерь и выигрышей: Инвесторы чувствуют боль от убытков примерно в два раза сильнее, чем радость от эквивалентной прибыли .
- Отношение к риску при высоких ставках: Когда рынок падает и возникает угроза потере накоплений, люди становятся крайне осторожными (risk-averse), хотя с точки зрения стоимости активов это часто лучший момент для покупки .
- Отношение к риску при низких ставках: В периоды низкой волатильности инвесторы склонны к чрезмерному риску, например, покупая лотерейные билеты или вкладываясь в сомнительные активы .
Джек Форхэнд подчеркивает, что «рациональный агент» никогда бы не играл в лотерею, так как математическое ожидание там отрицательно . Однако реальные люди продолжают это делать, потому что их решения продиктованы психологическими установками, а не формулами.
⚓ Якорение и эвристика доступности: ловушки памяти 22:47
Инвесторы часто становятся заложниками собственного прошлого опыта, что Канеман описывал через механизмы якорения и доступности.
Эффект якорения проявляется в том, что мы привязываемся к произвольным числам. Самый яркий пример, по мнению Джека Форхэнда, — цена покупки акции . Инвестор может отказываться продавать актив за $12 только потому, что купил его за $20, хотя рынку безразлична цена его входа. Эта цифра становится «якорем», который искажает рациональную оценку текущей стоимости актива .
Эвристика доступности заставляет нас придавать избыточный вес недавним или наиболее эмоционально окрашенным событиям .
- Джастин Карбоно напоминает, как после кризиса 2008 года инвесторы годами ждали повторения подобного сценария, игнорируя новые рыночные реалии .
- Мэтт Зиглер отмечает: чем легче нам вспомнить событие (например, резкое падение рынков в начале пандемии COVID-19), тем больше оно влияет на наши будущие решения, становясь эмоциональным якорем .
🏹 Сверхуверенность и системный подход 33:19
Канеман считал сверхуверенность одним из самых опасных искажений. По словам Мэтта Зиглера, мы склонны переоценивать свою способность понимать прошлое и предсказывать будущее .
Ведущие приводят примеры проявления этого эффекта:
- Макропрогнозы: По мнению Джека Форхэнда, даже профессиональные прогнозисты редко угадывают траекторию инфляции или действия ФРС, но инвесторы продолжают верить в их правоту .
- Выбор акций (stock picking): Статистика показывает, что подавляющее большинство активных инвесторов не могут обыграть рынок на долгосрочном горизонте, но почти каждый верит, что именно он окажется в числе успешных 10% .
- Бытовые примеры: В ходе дискуссии упоминается «эффект Лейк-Уобегон»: 80-90% людей считают себя водителями «выше среднего», что математически невозможно .
В качестве защиты от сверхуверенности Джастин Карбоно предлагает систематизацию и автоматизацию инвестиционного процесса . Использование количественных (Quant) стратегий позволяет убрать человеческие эмоции из принятия решений, хотя, как признает Джек Форхэнд, передать контроль алгоритму психологически сложно из-за той же сверхуверенности .
🗑️ Ошибка невозвратных затрат: урок «нулевых потерь» 39:47
Интересным аспектом личности самого Канемана была его способность полностью отказываться от проделанной работы, если он видел в ней изъян.
Мэтт Зиглер цитирует Джейсона Цвейга, который помогал Канеману в работе над «Думай медленно... решай быстро» . Цвейг вспоминает, как Канеман мог за одну ночь полностью переписать главу, над которой они работали месяцами, заявив: «У меня нет невозвратных затрат» (I have no sunk costs) .
Для обычного инвестора это почти невозможно. Джек Форхэнд признается, что часто продолжает «копать яму» (вкладывать время и деньги в неудачный проект или актив) просто потому, что уже потратил на это много усилий . Участники сходятся во мнении, что умение признать ошибку и начать с чистого листа — редчайший и ценнейший навык.
📈 Шум vs Смещение: новые горизонты теории 47:57
В своих последних работах Канеман уделял много внимания концепции «шума» (noise), которую он отличал от когнитивных смещений (bias).
Мэтт Зиглер объясняет разницу так:
- Смещение (Bias): Это систематическая ошибка, направленная в одну сторону (например, инвесторы всегда слишком оптимистичны по отношению к определенному сектору) . Это поиск причинно-следственных связей.
- Шум (Noise): Это случайная вариативность в суждениях, статистический разброс .
Зиглер полагает, что мы часто принимаем корреляцию за каузальность (причинность) . В медиа это используется для создания ложных сигналов: когда случайный шум выдается за значимое событие, определяющее движение рынка. В качестве шутки упоминается сайт «Ложных корреляций», где, например, уровень добычи масла в Бангладеш коррелирует с индексом S&P 500, хотя никакой реальной связи между ними нет .
В завершение беседы Мэтт Зиглер подчеркивает, что осознание своих искажений не делает человека неуязвимым для них — даже сам Канеман признавал, что продолжает совершать ошибки. Однако понимание механизмов работы мозга позволяет вести более осознанный диалог о рисках и улучшать качество принимаемых решений .
