Андрей Дороничев: от алгоритмов YouTube до поиска лекарств с помощью ИИ

Сложность одной человеческой клетки сопоставима с городом на пятьдесят миллионов жителей, а современная фармакология тратит десятилетия там, где ИИ-агенты находят решения за месяцы. Андрей Дороничев прошел путь от создания Google Cardboard и патентов в YouTube до радикального прыжка в биотехнологии, где теперь «перерабатывает время в счастье» и ищет лекарства от редких генетических болезней. Это история о том, почему пузыри полезны для прогресса, как «криндж-терапия» лечит депрессию топ-менеджера и почему провал в МГУ может стать лучшим подарком судьбы.

🧬 Прорыв в биотехе: как ИИ находит лекарства от «неизлечимых» болезней 1:17

Современный процесс создания лекарств напоминает поиск иголки в стоге сена: десятилетиями ученые буквально вручную перебирали химические соединения, капая реактивы в тысячи пробирок . Андрей Дороничев и его стартап Bioptic внедряют в эту «мокрую» дисциплину вычислительные методы, которые драматически ускоряют идентификацию первых молекул-кандидатов . Недавний успех компании в коллаборации со Стэнфордским университетом стал важной мировой валидацией технологии .

Используя нейросети, обученные на всем массиве доступных научных данных о взаимодействии молекул и протеинов, Bioptic просканировал пространство из десятков миллиардов теоретически синтезируемых соединений [05:12, 06:19]. Целью был протеин FXN (Миру-1) — мишень для лечения болезни Фридрейха, редкого и тяжелого генетического заболевания . Результаты оказались ошеломляющими:

• Из 53 сгенерированных ИИ молекул значительная часть оказалась активной .
• Две молекулы показали себя эффективнее, чем лучший существующий в мире кандидат, ранее разработанный в этой же лаборатории Стэнфорда [01:56, 03:43].
• Открытие было защищено патентом (60% принадлежит Bioptic, 40% — Стэнфорду) и принято к публикации в ведущем научном журнале семейства Cell Press [06:32, 06:45].

Уникальность подхода Дороничева в том, что их модель является «target agnostic» — она способна находить решения для мишеней, которые не видела в процессе обучения, просто анализируя последовательность аминокислот протеина . Стэнфорд предоставил уникальную установку с клетками реальных пациентов, что позволило протестировать молекулы не просто в пробирке, а в среде, симулирующей организм больного человека [02:37, 03:04].

Симуляция клетки: предел возможностей ИИ 10:28

Несмотря на эйфорию вокруг ИИ, Дороничев трезво оценивает текущие границы технологий. Главный вызов современной биологии — создание «цифрового двойника» пациента, который позволил бы проводить клинические испытания в компьютере, не подвергая риску людей . Однако человечество пока не способно симулировать даже одну-единственную клетку .

Сложность биологических процессов внутри клетки колоссальна:

• В одной липидной оболочке находятся миллионы и десятки миллионов протеинов, взаимодействующих по сложнейшим принципам .
• Дороничев сравнивает одну клетку (которых в теле человека 14 триллионов) с мегаполисом на 50 миллионов жителей .
• В этом «цифровом городе» нужно учитывать работу всех «курьеров», «машин» и «светофоров» — транспортных белков, сигнальных путей и метаболических реакций .

Хотя такие амбициозные проекты, как фонд Biohub Марка Цукерберга, ставят своей целью фундаментальную симуляцию биологии, на данный момент это остается вопросом далекого будущего [12:01, 12:13]. Пока ИИ эффективно справляется с ранними этапами (Hit Identification), но не может заменить собой многолетние и дорогостоящие клинические тесты на живых организмах [09:50, 10:16]. Ранее в разговоре с Александром Соколовским они вскользь касались темы отказа Андрея от миллионов долларов в Google ради поиска подобных смыслов.

Рынок биотеха: дилемма инноватора 13:56

Вступая на рынок биотеха с капиталом всего в 11 млн долларов, Biotpic сталкивается с гигантами вроде Pfizer или Google (Isomorphic Labs), распоряжающимися миллиардами [14:09, 14:21]. Однако Дороничев объясняет успех маленьких команд через классическую «дилемму инноватора». Крупные корпорации (Big Pharma) — это невероятно сложные, зарегулированные структуры, живущие по принципу «не навреди» (do no harm) [22:56, 23:21]. Это делает их крайне осторожными и медлительными (risk averse) .

В противовес им, тех-стартапы работают по принципу move fast, break things («двигайся быстро, ломай преграды»), что заложено в их ДНК [23:08, 23:34]. В ситуации прорывных инноваций, когда происходит смена парадигмы (как переход от гужевых повозок к автомобилям), лидеры старого рынка часто не могут рискнуть своим текущим бизнесом ради новой технологии [21:26, 21:51].

«Из трех упомянутых тобой гигантов, больше чем одна компания пришла к нам, чтобы платить нам свои миллиарды за наши технологии», — признается Андрей . Причины, по которым стартапы выигрывают этот забег:

1. Скорость итераций: там, где фарма тратит годы, ИИ-команда тратит недели .
2. Концентрация талантов: в биотехе много данных и денег, но катастрофически мало специалистов по ИИ .
3. M&A-активность: стратегия выхода для таких компаний часто заключается в поглощении гигантами; например, Anthropic недавно купила похожую команду за 400 млн долларов [23:47, 24:02].

Для Дороничева этот бизнес — не просто расчет, а «горящие глаза» от возможности найти лекарство от рака, что перевешивает любые другие вертикали ИИ [19:18, 19:30].

🧠 Процессинг времени в счастье: продуктовый подход к жизни 25:32

После десятилетий работы в эпицентре технологического прогресса Андрей Дороничев пришел к выводу, что управление собственной судьбой требует не меньшей методологии, чем запуск глобальных ИТ-продуктов. В этом этапе разговора он раскрывает, почему променял «золотые наручники» Google на рискованный мир биотеха и как системно работать с неопределенностью, когда старые цели перестают зажигать.

Бизнес-модель ИИ-агентов в фармакологии 25:32

Обсуждая коммерческую сторону своего нового проекта BIOPTIC, Андрей Дороничев подчеркивает, что компания не является классическим разработчиком лекарств в привычном понимании . Их модель — это «Cursor для химии»: сервисный доступ к ИИ-агентам, которые заменяют или многократно усиливают работу исследователей . Основные клиенты — крупные фармкомпании, покупающие технологию для решения сложных задач на стыке бизнеса и науки, таких как конкурентная разведка или скаутинг новых молекул .

Однако доход Bioptic формируется из двух независимых потоков:

• SaaS-модель: Постоянная выручка от продажи «токенов» за использование агентов . Это дает быстрые деньги и позволяет масштабировать продукт внутри корпоративного сектора.
• Интеллектуальная собственность (IP): Компания сохраняет за собой долю в патентах на найденные молекулы (например, в сделке со Стэнфордом доля Bioptic в IP составила 60%) . В будущем это должно приносить роялти от продаж лекарств .

Дороничев поясняет, что ожидание роялти — игра вдолгую (до 10 лет), но на рынке существуют «агрегаторы роялти», готовые выкупать будущие права на интеллектуальную собственность с дисконтом, обеспечивая стартапу «быстрый кэш» на ранних стадиях . В биотехе выход на IPO часто является не финалом (exit), а лишь очередным раундом финансирования для проведения дорогостоящих клинических испытаний . По его словам, стоимость актива в этой индустрии растет по мере снижения рисков: каждый пройденный этап «клиники» — как регистрация прав в строительстве, резко повышающая цену проекта еще до момента его завершения .

Философия «Переработки времени в счастье» 33:58

На вопрос Александра Соколовского о мотивации заниматься столь сложной и высокорискованной сферой, Дороничев отвечает через концепцию «предназначения» (purpose). Он называет избавление людей от страданий самой благодарной задачей, на которую можно тратить невосполнимый ресурс — время жизни .

Андрей описывает «зов к переменам» — чувство, когда ты продолжаешь эффективно карабкаться по социальной скале, но внезапно осознаешь, что новые миллионы долларов никак не меняют твою жизнь .

«Если ты прямо сейчас дашь мне миллион долларов или заберешь его — моя жизнь не изменится вообще никак ни сегодня, ни завтра. Тогда зачем тратить время на то, что на нее не влияет?»

В противовес функции максимизации денег, Дороничев ввел для себя новую метрику: «агрегация счастья» . Он определяет свою текущую деятельность как «бизнес по переработке времени в счастье» для себя и окружающих: семьи, друзей и даже незнакомых людей, читающих его блог . Ранее в разговоре Андрей упоминал о важности здоровья близких, и теперь этот фактор стал доминирующим при принятии решений. Он сравнивает этот переход с «прыжком веры», который часто путают с кризисом среднего возраста, хотя на самом деле это осознанный отказ от инерционного движения ради более значимой цели .

Продуктовый подход к проектированию жизни 42:13

Дороничев убежден, что к перепридумыванию судьбы нужно подходить с тем же инструментарием, который используется при создании инновационных продуктов. Суть продуктовых методов — в системной работе с хаосом и неопределенностью . Процесс «проектирования жизни» по Дороничеву выглядит так:

1. Формирование видения: Постановка фундаментальных вопросов о смысле текущей деятельности .
2. Дизайн-принципы (Design Principles): Создание набора правил (например, «не усложнять»), на которых будет базироваться новая реальность .
3. Создание нарратива: Формулирование ключевых «колонн» (pillars) будущего продукта и наполнение их конкретными задачами — «фичами» .
4. Бэклок жизни: Составление списка конкретных действий, которые ведут к заложенному видению .

Александр Соколовский возражает, что многие успехи (как в случае с BIOPTIC) случаются благодаря случайностям и импульсам . Однако Андрей парирует: удача — это не случайность, а готовность ею воспользоваться . Он приводит пример из своей карьеры в Google, где участвовал в запусках YouTube Mobile, VR и Android XR . По его мнению, инновационные команды не просто ждут везения — они «систематически тестируют случайности» . Применяя этот метод к жизни, человек перестает быть жертвой обстоятельств и становится СЕО собственного «стартапа», где он — первый и единственный инноватор .

🚀 Культура инноваций и уроки провалов: от картонных очков до краха Stadia 51:29

История успеха Андрея Дороничева в Google — это не путь исполнителя, а путь внутреннего предпринимателя, который искал точки роста на пересечении технологий и медиа . Будучи топ-менеджером YouTube, он осознал, что следующей большой платформой после смартфонов станет виртуальная реальность (VR), а самым вовлеченным форматом — иммерсивный контент . Эти размышления привели к созданию легендарных продуктов, но также преподали жесткие уроки о том, почему даже совершенные технологии могут проигрывать рынку.

Запуск YouTube Mobile и VR Cardboard: инновации «из-под полы» 51:43

До того как VR стал мейнстримом, Андрей Дороничев реализовал еще более рискованную ставку — мобильный YouTube . В то время лишь у 1% населения Земли был мобильный интернет, и идея сделать из видеохостинга приложение вместо веб-сайта казалась безумием . Однако именно этот опыт научил его «стартовать вещи» с нуля, что позже привело к созданию Google Cardboard .

Прорывные инновации в Google стали возможны благодаря трем системным факторам:

1. Принцип 20% времени : Культура компании позволяла сотрудникам тратить пятую часть рабочего времени на личные проекты. Именно так группа из 20 энтузиастов начала заниматься VR-направлением .
2. Прототипирование «на коленке» : Идея Cardboard родилась в парижском офисе, когда двое инженеров привезли прототип очков, вырезанных из обычной картонной коробки с линзами от детского микроскопа . Себестоимость девайса составляла около 30–50 центов .
3. Скорость масштабирования : Всего за 8 недель команда наладила серийное производство, написала SDK и подготовила демо-приложения для конференции Google I/O .

Проект взорвал рынок, став для целого поколения первым билетом в виртуальную реальность . То, что начиналось как эксперимент, выросло в команду из тысячи человек и целое подразделение, ныне известное как Android XR .

Провал Google Stadia: почему совершенство не гарантирует успех 57:54

На контрасте с успехом Cardboard, проект облачного гейминга Google Stadia стал для Дороничева главным уроком «красивого провала» . По задумке, Stadia должна была сделать с играми то же самое, что YouTube сделал с видео — избавить пользователя от необходимости покупать дорогое «железо» (консоли или PC) и скачивать гигабайты обновлений . Любая AAA-игра должна была запускаться мгновенно в облаке одним кликом .

Несмотря на технологическое совершенство платформы — Андрей называет её самым сложным продуктом в своей жизни — проект коммерчески провалился по ряду причин:

• Ошибочный выбор рынка : Запуск в США был стратегической ошибкой, так как у американской аудитории уже были мощные Xbox и PlayStation с накопленными библиотеками игр и достижениями . По мнению Андрея, стоило начинать с Бразилии или рынков с низким проникновением консолей .
• Отсутствие эксклюзивного контента : Самая совершенная платформа оказалась бесполезной без уникальных игр, ради которых пользователи захотели бы сменить привычную экосистему .

Ранее в разговоре Андрей упоминал о «дилемме инноватора», и пример Stadia наглядно показал, как сложно конкурировать на сформировавшемся рынке без понимания глубоких клиентских привычек.

Культура Founder-led: как Сергей Брин и Ларри Пейдж спасают Google 1:08:27

Важнейшим фактором живучести корпорации Андрей Дороничев считает сохранение предпринимательского духа основателей (Founder-led culture) . В отличие от классических CEO-менеджеров, Ларри Пейдж и Сергей Брин изначально заложили структуру с «привилегированными» акциями, оставив контроль над стратегическими решениями за собой .

Примеры радикальных трансформаций под руководством фаундеров:

• Mobile First : Когда Ларри Пейдж увидел рост iPhone и Android, он приказал всей компании (состоящей на тот момент из веб-инженеров) сначала выпускать фичи на мобильных устройствах, и только потом на десктопе . Это был шок для организации, но необходимое решение для выживания .
• Возвращение в «режим фаундера» (Founder mode) : После бума ChatGPT Сергей Брин лично вернулся к операционной деятельности, чтобы работать с командой над Gemini . Он буквально «закатал рукава» и начал кодить вместе с инженерами, чтобы ускорить AI-трансформацию компании .

Дороничев подчеркивает: большие компании способны на резкие повороты (как замена поисковой выдачи AI-ответами, рискуя миллиардами рекламной выручки ), только если во главе стоят люди с ментальностью основателей, готовые к огромным рискам ради будущего . При этом инновации должны подпитываться и «снизу», через лидеров, которые годами готовят технологическую базу для таких прыжков веры .

🔄 Искусственный интеллект и искусство перемен: корпорации vs личность 1:14:56

Разрыв между возможностями технологий и реальностью их внедрения становится всё более очевидным. Андрей Дороничев уверен, что мы столкнулись с феноменальным сопротивлением внутри системы, которое невозможно преодолеть простыми распоряжениями руководства.

AI-трансформация: почему корпорации обречены на саботаж 1:14:56

В отличие от интернет-революции, которая изменила способы доставки информации (дистрибуцию), ИИ-трансформация напрямую бьет по рабочей силе (workforce) . Андрей отмечает, что сотрудники крупных компаний начинают активно саботировать внедрение нейросетей, ведь для них это вопрос выживания. Если отделу из 20 человек, годами переносивших данные из таблиц в формы, сказать, что теперь это делает Claude, они сделают всё, чтобы технология «не заработала» .

«Большинство больших компаний провалят трансформацию», — констатирует Дороничев . Чтобы выжить, корпорации используют стратегию «AI-двойника»: они создают и фондируют независимые стартапы, работающие по принципу AI-first, которые в будущем должны заменить основной неповоротливый бизнес . Это похоже на то, как Walmart когда-то строил e-commerce как «игрушку», ставшую в итоге фундаментом выживания .

На пути к внедрению ИИ Андрей выделяет сложную «пищевую цепочку»:

• Энергетика: Основа всего. Огромный спрос на электричество заставляет Microsoft инвестировать в частные ядерные электростанции, а стартапы — планировать дата-центры в космосе .
• Чипы: Основные бенефициары революции — Nvidia, AMD и разработки Google .
• Инфраструктура: Строители колоссальных дата-центров (проекты масштаба Stargate на $500 млрд) .
• Фундаментальные модели: Игроки вроде OpenAI и Anthropic, которые уже набрали такую «вторую космическую скорость», что догнать их почти невозможно .

Проблема «последней мили» — это пропасть между мощью алгоритмов и реальным бизнесом. Андрей приводит в пример дантиста из Орегона или консервативную фарм-компанию со столетней историей . Заставить таких игроков полностью перепридумать процессы через ИИ сложнее, чем научить электрон говорить человеческим голосом . Именно поэтому маленькие компании вроде BIOPTIC имеют преимущество: у них нет багажа, который нужно защищать от разрушения .

Принятие решений по Безосу: двери с односторонним и двусторонним движением 1:14:21

Обсуждая личную трансформацию, Дороничев подчеркивает: совершить «прыжок веры» сложнее всего тому, у кого уже есть успех, деньги и статус . Приземлиться после увольнения из Google с его ресурсами проще , но сама стоимость решения оставить акции на десятки миллионов долларов — психологически колоссальна .

Чтобы не сгореть в страхе перед переменами, Андрей использует методику Джеффа Безоса о двух типах дверей:

1. Two-way doors (Двусторонние двери): Решения, которые можно откатить. Например, вместо того чтобы сразу увольняться и становиться баристой, можно начать волонтерить в кофейне по выходным . Такие решения нужно принимать максимально быстро, не боясь ошибок .
2. One-way doors (Односторонние двери): Необратимые решения, как окончательный уход из корпорации с отказом от опционов . К ним нужно готовиться максимально долго, собирая данные через «двусторонние двери» .

Свой уход из Google в 2021 году Андрей начал готовить еще в 2016-м, когда впервые детально прописал видение своей «свободной версии» . Он потратил пять лет на безопасные шаги, включая построение личного бренда, чтобы подойти к краю скалы осознанно .

Метафора сёрфинга здесь наиболее точна: человек видит только момент скольжения на волне, но 90% времени сёрфер гребёт в неудобной позе, тренируется и ждет в нужном месте . Удача — это оказаться на метр впереди или позади в момент, когда волна (технологический дисрапт) ломается . Но чтобы тебе повезло, нужно сначала «выгрести на лайнап» .

(Ранее в разговоре Андрей Дороничев и Александр Соколовский касались темы продуктового подхода к жизни и ухода из Google )

🧘‍♂️ Кризис пика: депрессия при полном успехе 1:40:41

К 2017 году Андрей Дороничев достиг того, о чем большинство может только мечтать: топ-менеджерская позиция в Google, финансовая независимость, признание в индустрии и счастливая семья . Однако именно здесь его подстерег глубокий экзистенциальный кризис. По словам предпринимателя, «когда Бог хочет тебя наказать, он исполняет твои желания» .

Оказавшись на вершине, Дороничев столкнулся с отсутствием базовых мотиваций — голода, страха за выживание или жажды славы, которые двигали им с момента отъезда из Медведково .

Причинами этого состояния стали:

• Жизнь из страха потери: Переход от созидания к защите достигнутого («всё, что может случиться — это только что-то плохое») .
• Ловушка «идеальной версии»: Попытка построить себя без изъянов через подавление частей личности, которые казались «неправильными» или «необщественными» .
• Кризис олимпийца: Ощущение 30-летнего человека, который «выиграл золотую медаль» и больше не понимает, зачем просыпаться по утрам .

Этот период сопровождался жесткой самодисциплиной — чрезмерной медитацией, отказом от базовых радостей (даже от покупки новых машин, несмотря на миллионы на счету) и постоянным самоограничением . Александр Соколовский подтверждает это состояние, описывая свой опыт апатии и «чешущегося изнутри мозга» при попытке жить по жестким продуктивным протоколам . Андрей резюмирует, что этот «зов перемен» часто звучит не как легкий дождик, а как поезд, который сбивает тебя с ног, когда фиксированное мышление (fixed mindset) больше не может адаптироваться к реальности .

🎬 Инстаграм как терапия и «криндж-практики» 1:53:53

Выходом из эмоционального тупика для Андрея стало ведение блога и практика, которую он называет «криндж-терапией» . После многих лет в корпоративной культуре Google, где Дороничев, в частности, участвовал в создании YouTube Mobile, у него сформировалась «корка экспертности» и страх выглядеть глупо .

Фундаментальная идея «криндж-терапии» заключается в совершении публичных, но безопасных ошибок . Для Андрея это стало способом разблокировать право на ошибку и вернуть чувствительность к жизни через следующие практики:

• Публичная уязвимость: Начало ведения Инстаграма на русском языке, где Дороничев делился «арбитражем знаний» и альтернативным взглядом на жизнь в Долине .
• Делать то, в чем ты плох: Например, пение в караоке или танцы в соцсетях . Это снимает блок на риск в более важных сферах — бизнесе или науке.
• Смена валюты успеха: Переход от накопления денег к «целенаправленным действиям» (purposeful actions) . Сообщения от ребят из условного Нижневартовска, которые после видео Дороничева пошли учить математику и попали в Google, Андрей ценит выше, чем любые гонорары .

Ведение блога стало для предпринимателя более импактным занятием, чем написание книг, так как оно позволяет в реальном времени демонстрировать живой, несовершенный пример трансформации . Именно эта внутренняя свобода «выглядеть дураком» в итоге позволила ему оставить высокую должность и совершить «прыжок веры» в биотехнологии .

📉 Трудности «прыжка веры»: Кейс YouTube TrueZero 1:57:29

Андрей иллюстрирует сложность больших жизненных перемен на примере разработки фундаментального обновления YouTube — проекта TrueZero . Это был классический пример Disruptive Innovation (ранее в разговоре они уже касались разницы между прорывными и последовательными инновациями), когда ради будущего роста пришлось осознанно пойти на временный провал .

Дороничев вспоминает, как его команда запатентовала функцию «картинка в картинке» . Чтобы реализовать её, пришлось полностью перестроить информационную архитектуру приложения на миллиард пользователей . Последствия были пугающими:

1. Обвал метрик: После релиза самое важное значение — watch time (время просмотра) — рухнуло на 10-15% .
2. Гнев руководства: Андрею позвонил лично Ларри Пейдж (CEO Google на тот момент) с требованием немедленно всё откатить назад, так как компания теряла десятки миллионов долларов .
3. Корыто разочарования: Период (trough of disillusionment), когда старое уже разрушено, а новое еще не начало приносить плоды .

В той ситуации команду спас лидер Ютюба Салар, который отстоял право на инновацию перед Пейджем, понимая, что после прыжка веры неизбежен период адаптации и «маленьких шажков» для докрутки продукта . Этот бизнес-кейс стал для Дороничева метафорой личной трансформации: чтобы выйти на новый пик счастья или успеха, нужно иметь мужество пройти через долину падения цифр и общественного неодобрения .

🚀 Инфраструктура будущего: пузырь ИИ и биотех-перезагрузка 2:12:40

В индустрии технологий сейчас наблюдается классический «пик завышенных ожиданий» . Андрей Дороничев уверен, что текущий ажиотаж вокруг искусственного интеллекта — это «хороший пузырь», который, в отличие от чисто финансовых пирамид, создает реальный фундамент для будущего человечества . Разговор с Александром Соколовским в этой части главы фокусируется на том, как спекулятивный капитал строит материальный мир и как отдельный человек может использовать эти инструменты, чтобы за год освоить науку с нуля.

Инвестиционный пузырь ИИ: почему хайп полезен для человечества 2:12:40

Современный рынок ИИ часто сравнивают с пузырем доткомов, и Дороничев согласен: маньякальное вливание денег в идею — это единственный способ профинансировать колоссальные инфраструктурные сдвиги . История циклична: чтобы пересадить мир на электричество или железные дороги, требовались избыточные инвестиции, которые либо давало государство, либо «раздутый» публичный рынок .

Андрей выделяет несколько ключевых отличий текущей ситуации:

• Инфраструктура «на века»: триллионные оценки компаний позволяют строить дата-центры, системы охлаждения и энергетические узлы . Даже если активы обесценятся, физические объекты — электростанции и оптоволокно — останутся работать на «интеллектуальную инфраструктуру будущего» .
• Отсутствие «мертвых данных»: в отличие от эпохи 2000-х, когда проложенные кабели стояли пустыми (dark fiber), сейчас любые закупленные чипы GPU мгновенно начинают «плавиться» от нагрузки . Спрос на вычисления колоссален и органичен .
• Встраивание в кэшфлоу: AI не нужно ждать появления новых пользователей, он интегрируется в уже существующие гиганты вроде YouTube, Amazon или Google, мгновенно получая доступ к миллиардной аудитории .

Несмотря на «схематоз», когда Nvidia инвестирует в OpenAI, чтобы те покупали у неё же чипы , на выходе рождаются технологии, решающие фундаментальные задачи биологии. Примером служит публикация Bioptic в журнале Cell: модель, обученная на этих мощностях, смогла сгенерировать молекулу с нейропротективным эффектом для лечения нейродегенеративных заболеваний . Ранее в разговоре они касались научного прорыва Bioptik и Стэнфорда, который стал возможен благодаря этой вычислительной базе.

Образовательный спринт: как выучить биотех за год через ИИ 2:27:02

Андрей Дороничев на собственном примере доказывает, что в эпоху ИИ смена профессиональной идентичности стала доступнее. Переход из сферы развлечений и контент-платформ в фармакологию требовал освоения молекулярной биологии практически с нуля . «Новая версия себя — это когда ты делаешь вещи, которые раньше казались немыслимыми», — отмечает гость .

Система «облучения» и обучения Дороничева состояла из четырех компонентов:

1. Экспертное сообщество («Biotech Барбекю»): Андрей создал чат в Сан-Франциско, начав с посиделок во дворе с парой ученых, чтобы просто привыкнуть к терминологии . Сегодня это сообщество насчитывает 150 специалистов, что позволяет «напитываться» контекстом и понимать структуру знаний .
2. YouTube как бесплатный университет: Дороничев подчеркивает, что лекции MIT и Гарварда по химии и биологии доступны каждому . Уровень преподавания там соответствует подготовке нобелевских лауреатов .
3. ChatGPT как личный тьютор: нейросеть использовалась для «разжевывания» сложных тем, структурирования информации и формулирования вопросов к экспертам . ИИ помогал определять, что именно нужно изучить следующим шагом .
4. Командный репетитор: для всей команды стартапа был нанят ученый-педагог, который проводил их через интенсивный курс «от атомов до живого существа» .

Результат такого системного подхода поражает: за год Андрей прошел путь от полного непонимания разницы между клеткой и молекулой до возможности вести глубокие дискуссии с учеными и выступать соавтором в научных публикациях . Ключевым фактором успеха он называет наличие «фундаментального драйвера» — личного интереса к теме здоровья, который дает энергию на преодоление трудностей обучения .

🚀 Прыжок веры: трансформация в биотех-предпринимателя 2:31:24

В жизни каждого масштабного проекта наступает момент, когда стратегии малых шагов и «дверей с двусторонним движением» (о которых Андрей ранее упоминал в интервью) становится недостаточно. Для Андрея Дороничева и его команды таким переломным моментом стало решение о радикальной смене бизнес-модели BIOPTIC .

Прыжок веры: от аутентификации контента к биологии 2:31:24

Изначально компания BIOPTIC занималась защитой и аутентификацией цифрового контента — направлением понятным, прибыльным и открывавшим двери в любые технологические гиганты вроде Facebook . Однако, собрав достаточно данных и вдохновившись первыми успехами в компьютерном моделировании белков, Дороничев принял волевое решение совершить «прыжок веры» .

Это решение сопровождалось радикальными мерами:

• Разделение бизнеса: прибыльное подразделение по защите контента было полностью отделено в независимую компанию с собственным CEO и инвесторами .
• Полная смена фокуса: вся основная команда BIOPTIC переключилась на биологию, фактически обнулив свои достижения .
• Письмо инвесторам: Андрей отправил уведомление всем акционерам, сообщив, что отныне они занимаются фундаментальной наукой .

«Ты приземляешься сильно ниже, чем был», — описывает этот опыт Андрей . Если раньше статус топ-менеджера YouTube открывал любые двери, то в мире фундаментальной науки он столкнулся с холодным скепсисом учёных: «Кто ты? Где твой PhD? Что ты здесь делаешь, мальчик?» . Чтобы преодолеть этот разрыв, Дороничев начал процесс «наращивания новых мышц»: внедрил систему обучения через большие языковые модели (LLM), ежедневно слушал аудиоверсии научных статей (papers) по пути в офис и постепенно выстраивал процессы найма узкопрофильных специалистов .

Bioptic Agent: новые метрики успеха в Big Pharma 2:34:28

Сегодня успех компании измеряется не только научными публикациями в журналах уровня Cell , но и конкретными рыночными метриками. Основным драйвером роста для BIOPTIC стало использование их ИИ-агента крупными фармацевтическими компаниями .

Андрей выделяет впечатляющую динамику:

1. Скорость сделок: если обычно цикл подписания контракта с Big Pharma занимает около 2 лет, то BIOPTIC удалось заключить соглашение с компанией из топ-3 мирового рейтинга всего за 4 месяца (с ноября по февраль) .
2. Рост потребления: за первый квартал 2024 года объем использования токенов ИИ-агента вырос в 7 раз .
3. Расширение ниш: команда обнаружила, что ИИ эффективен не только в создании новых молекул, но и на поздних стадиях запуска лекарств, помогая врачам разобраться в сложных протоколах применения препаратов .

Миссия BIOPTIC — «оседлать AI», чтобы направить мощь технологий не на генерацию картинок, а на решение критических проблем человечества .

Неудача с МГУ как счастливый билет 2:38:55

Отвечая на вопрос о самой значимой неудаче, Андрей Дороничев вспоминает катастрофический провал на вступительных экзаменах в МГУ . Несмотря на два года интенсивной подготовки с репетиторами и блестящие знания, из-за острой экзаменационной тревожности (test anxiety) он буквально терял сознание в аудитории и дважды не смог даже записать задания .

В моменте этот провал казался концом жизни, но именно он стал фундаментом всего будущего успеха :

• Личное счастье: поступив в менее престижный институт («заборостроительный», по выражению его преподавателя), Андрей на первой же лекции встретил девушку, которая стала его женой на следующие 20 лет .
• Старт карьеры: разочаровавшись в качестве образования в непрофильном вузе, он уже через полгода устроился в службу поддержки интернет-провайдера «Комбелго» .

Этот ранний выход на работу позволил ему стать интернет-профессионалом, девелопером и продакт-менеджером в то время, когда его сверстники еще сидели за партами . «Всё, что со мной потом случилось, случилось потому, что я не поступил на ВМК», — резюмирует Андрей .

Книги и принципы: от скепсиса к стратегии 2:40:54

Помимо классики «Думай медленно... решай быстро» Даниэля Канемана , ключевой книгой в жизни Дороничева стала «История Google» (The Google Story), прочитанная в 2007 году в Праге . В тот период он остался без денег и собственного бизнеса, считая работу в найме «унизительным шагом в тюрьму» . Книга полностью перевернула его сознание: он понял, что готов сам платить за возможность оказаться в такой среде .

Завершая разговор, Андрей дает напутствие своему 18-летнему «я» (и всем слушателям): «Будь стратегическим оптимистом и тактическим пессимистом» . Это значит верить в то, что итоговый результат будет лучше самых смелых мечтаний, но осознавать, что путь к нему будет в разы сложнее, чем кажется в начале .