«Я почувствовал себя омаром, из которого аккуратно, единым куском извлекли всё мясо, оставив позади пустой панцирь», — так известный комик Пит Холмс описывает радикальный мистический опыт, перевернувший его эго. Пережив глубокие личные кризисы, затяжную пищевую зависимость и изнуряющую гонку в индустрии стендапа, он сумел пересобрать свою жизнь благодаря духовным практикам, подкастингу и тотальному переосмыслению природы прощения. Это честный и глубокий разговор о том, как за внешним успехом скрываются душевные надломы и почему именно через эти трещины в нашу жизнь проникает свет.
🎭 Осколки, из которых строится личность: от родительского выгорания до диеты 5:2 1:58
Переосмысление родительства и исцеление внутреннего ребенка 1:58
Известный подкастер Рич Ролл (Rich Roll) начинает беседу с напоминания о том, что их предыдущая встреча состоялась еще до того, как его гость, популярный стендап-комик Пит Холмс (Pete Holmes), стал отцом. Сегодня его дочери Лиле уже почти пять лет. Пит откровенно признает, что появление ребенка кардинально перестроило его внутренний мир. Комедианты по своей природе подвержены огромному риску стать эгоцентриками, однако отцовство заставило Пита относиться к собственной персоне гораздо менее серьезно. Забота о семье помогла ему нащупать баланс и сместить фокус с эгоистичных карьерных амбиций.
Рич Ролл отмечает, что воспитание маленького, беспомощного существа не только дарит чувство благоговения и любви, но и становится тяжелейшим испытанием, которое редко вытаскивает из человека его лучшие качества из-за хронической усталости и стресса. Пит соглашается и цитирует Леонарда Коэна: «Трещины — это то, через что проникает свет». В качестве примера родительских будней он приводит забавный анекдот о том, как Лила устраивала истерики, требуя от Spotify включить несуществующую «Песню про единорога на воздушном шаре». В такие моменты эмоционального накала Холмс гордится тем, что его поколение обходится без грубости и телесных наказаний. Тем не менее, его дочь настолько чувствительна, что даже обычное строгое замечание заставляет ее замыкаться в себе. Буквально вчера она разозлилась на него просто за то, что он попросил её перестать душить его, пока она сидела у него на плечах.
По заверению комика, ключевой элемент воспитания кроется в «восстановлении» (repair) отношений после неизбежных ссор, концепцию которого ему помогла осознать супруга Вэл. Пит практикует метод репарентинга — исцеления собственного внутреннего ребенка через осознанное общение с дочерью. Когда конфликт исчерпан, он берет Лилу за руку и произносит три фундаментальные вещи, которые каждый человек мечтает услышать с самого детства: «Ты в безопасности, тебя любят, ты хорошая».
Рожденные из катастрофы: кризисы как катализаторы эволюции 5:54
Развивая тему уязвимости, Пит Холмс делится своей новой комедийной гипотезой. Он шутит, что древние рыбы когда-то вышли из океана и отрастили ноги вовсе не из праздного любопытства. Согласно его теории, астероид, уничтоживший динозавров, сделал воду настолько радиоактивной и токсичной, что у морских обитателей просто не осталось выбора. «Мы с тобой родились на руинах катастрофы», — резюмирует комик, указывая на абсурдность человеческих требований к идеальности и комфорту этого мира. Настоящая любовь и личностный рост происходят именно в моменты преодоления кризисов. Шрам после тяжелого ранения и последующего «переплавления» оказывается прочнее, чем изначально неповрежденная ткань.
Рич Ролл соглашается с тем, что в стрессовых ситуациях люди склонны автоматически воспроизводить деструктивные паттерны своих родителей, но благодаря здоровому психологическому языку современное поколение способно быстрее залечивать эти раны. Пит объясняет пробелы в воспитании со стороны своего старшего поколения банальной иерархией потребностей по Маслоу. Его отец и мать росли в суровые времена, когда приходилось буквально «драться за кусок хлеба». У них физически не было времени на глубокую рефлексию и духовные поиски. Кроме того, старое поколение искренне считало детей своей собственностью, тогда как Холмс убежден в абсолютной автономии своей дочери, заявляя, что родители лишь дают «сосуд» для проявления жизни.
Ловушка свободного времени: контент-зависимость против самопознания 9:11
Современный технологический прогресс избавил общество от рутинных бытовых задач, освободив колоссальное количество времени. Пит вспоминает, как раньше людям приходилось тратить до двух часов только на то, чтобы съездить в аптеку CVS, отстоять очередь, сдать фотопленку на проявку, а затем через неделю повторить этот путь. Сегодня смартфоны выдают готовые снимки за секунду. Однако вместо того, чтобы использовать эти освободившиеся два часа на медитации, расширение сознания или поиск ответа на вопрос «Кто я?», люди попадают в капкан цифровой перестимуляции.
Общество поглощено контент-зависимостью. Холмс честно описывает собственную слабость: когда прошлой ночью его жена убежала наверх успокаивать их пятилетнюю дочь, прервав совместный просмотр фильма «Большой Лебовски», он моментально открыл YouTube на телефоне в поисках коротких видеороликов. Постоянное стремление развлекаться, переедать информацию и чрезмерно стимулировать мозг превращается в тупик. Пит считает, что деструктивная природа этой зависимости — очередной «астероид», падающий на планету. Западная культура внушает, что деньги, слава, секс или наркотики принесут счастье, но когда этот механизм ломается, внутренняя разбитость становится идеальной стартовой площадкой для духовного поиска. Напротив, люди, которые избегают радикальных кризисов и продолжают умеренно скроллить ленту или выпивать, так и остаются запертыми в сером тумане, поскольку уровень их боли недостаточен для трансформации жизни.
Переживание боли: от тяжелого развода к осознанной уязвимости 13:08
Важным этапом на пути Пита стало преодоление личных кризисов. Рич Ролл напоминает о болезненном разводе комика, который во многом определил его дальнейшую судьбу. Пит иронизирует, что на «шведском столе мировых трагедий» развод в 28 лет без общих детей выглядит весьма скромно, но для его личной истории этого удара оказалось достаточно, чтобы усмирить эго и обратиться к духовным принципам.
Тем не менее, истинное «болото» ожидало его впереди. Пытаясь бессознательно переработать старые травмы, Холмс вступил в череду крайне токсичных дружеских и романтических отношений, которые ментально ранили его сильнее развода. На пике этого кризиса, во время своего первого выступления на шоу Конана О'Брайена, комик весил около 285 фунтов (почти 130 кг). Он признается, что непрерывно пил и ел, пытаясь соорудить плотный защитный слой из лишнего веса вокруг своих душевных ран. Лишь оказавшись на самом дне, Пит нашел в себе силы оттолкнуться. Он радикально похудел до 235 фунтов с помощью сокового голодания. Перенесенные страдания заставили его осознать собственную ценность, что в итоге позволило ему встретить будущую жену Валери. Не пройдя через эти разрушительные отношения, Пит никогда не смог бы излучать правильную внутреннюю вибрацию.
Диета 5:2 как инструмент перепрограммирования ума 16:15
Борьба с компульсивным перееданием привела Пита Холмса к диете 5:2, принципы которой ему когда-то безуспешно пытался объяснить телеведущий Джимми Киммел. Суть методики заключается в интервальном голодании: два дня в неделю потребление пищи сокращается до четверти от суточной нормы (для Пита это около 500–600 калорий), а в остальное время рацион остается стандартным.
Победительным мотивом для диеты стал очередной эмоциональный кризис. Во время совместного отдыха отец Пита отпустил грубую шутку по поводу его фигуры, когда тот снял футболку перед бассейном. Стыд и обида сработали как мощнейшее «удобрение» для воли комика. Пит трансформировал эту негативную энергию в жесткую дисциплину. Главная ценность диеты 5:2 оказалась психологической: она эффективно перепрограммирует мышление пищевого аддикта. Секрет кроется в уловке «я смогу съесть это завтра». Если заявить зависимому уму, что ему запрещено есть пасту в течение 30 дней, он устроит бунт и сорвется. Но обещание отложить лакомство на один день обманывает мозг, а на следующее утро тяга исчезает сама собой.
Ранее в разговоре собеседники также вскользь коснулись темы веганства, когда Пит признался, что после рождения ребенка его строгие этические принципы дали трещину и он начал изредка употреблять рыбу, хотя его собственное лицо до сих пор метафорически преследует его за этот компромисс.
🎭 Смена декораций: от кризиса идеалов к гармонии жизни
Кризис веганства и отказ от осуждения 25:15
Пит Холмс откровенно обсуждает свой путь от строгого веганства к более гибкому рациону, признавая, что этот процесс был продиктован не столько ленью, сколько поиском рационального подхода в условиях перегруженной жизни молодого отца. Комик отмечает, что «веганская диета» может легко превратиться в набор вредных рафинированных углеводов, если не подходить к ней осознанно. Пит подчеркивает, что этот переход сопровождался чувством когнитивного диссонанса — «низкочастотным гулом» неуверенности в собственной правоте, который со временем уступил место ощущению свободы.
Важным аспектом этой трансформации стал отказ от высокомерия. Холмс признает: будучи веганом, он часто попадал в ловушку осуждения других, полагая, что «отписывается от страданий». Однако осознание того, что само существование на планете — от смартфона в кармане до красителей в одежде — неизбежно сопряжено с потреблением ресурсов, помогло ему пересмотреть свои взгляды. Пит призывает уйти от культуры «указывающих пальцев», утверждая, что отказ от порицания создает пространство для продуктивного диалога, где люди могут вместе искать способы сделать мир лучше, не впадая в пораженчество.
Эволюция творческого процесса в стендапе 31:34
За 22 года в комедии творческий метод Пита претерпел значительную эволюцию. Если в начале пути он фокусировался исключительно на поиске «смешного» — вещей, которые гарантированно вызовут реакцию аудитории, — то сегодня комик ищет глубокие, личные темы, вызывающие у него искреннюю страсть. Холмс описывает свой процесс как фиксацию спонтанных мыслей: часто он отправляет самому себе текстовые заметки, находясь в машине, где «мозг свободен блуждать».
Эти «безумные» заметки — например, о нелогичности инструкций на упаковках ватных палочек — становятся каркасом для новых выступлений. Пит подчеркивает, что для него критически важно сохранять «ощущение почвы под ногами» в своих темах, даже если они кажутся тривиальными. Со временем из этих частных наблюдений вырастают более широкие обобщения о природе человеческих иллюзий и массовом отрицании реальности, что позволяет связывать отдельные шутки в единое, осмысленное полотно.
Баланс сил и фаза зрелости комика 38:59
Холмс формулирует концепцию «третьей фазы» карьеры комика — периода, когда артист перестает изнурять себя ежедневными выступлениями и учится «дозировать» творчество ради сохранения ментального здоровья. Если первые годы после десятилетия активной работы он связывал с постоянной гонкой, то теперь он выбирает качество и сбалансированность. Его график стал более структурированным: ежемесячное шоу в Largo, редкие выезды на гастроли.
Для Пита комическая карьера стала своего рода предпринимательской деятельностью, требующей управления ресурсами. Он признается, что раньше боялся выпасть из обоймы и потерять идентичность, однако со временем понял: ценность комика заключается не в круглосуточном нахождении в клубах, а в умении использовать накопленный опыт. Ранее в разговоре они касались темы семейных отношений, и Пит отмечает, что сегодня его личная жизнь с семьей — главный приоритет, который никак не страдает от его профессиональной занятости.
Переезд в Охай: борьба со страхом забвения 44:40
Решение переехать из центра Лос-Анджелеса в тихий город Охай было для Пита не только географическим, но и психологическим вызовом. Он признается, что долгое время жил в страхе: «Если я уеду, я исчезну, я потеряю свою идентичность». Однако реальность оказалась иной: переезд подарил ему ощущение подлинной жизни, недоступной в «голливудской иллюзии».
Сегодня Пит воспринимает ежедневные поездки в город как «священное время» для чтения, прослушивания аудиокниг и общения с друзьями. Он развенчивает миф о том, что жизнь вне мегаполиса — это препятствие, указывая на то, что время, затрачиваемое на поездки в Охай, часто сопоставимо с перемещениями по пробкам внутри Лос-Анджелеса. По словам Холмса, самый главный «блок» — не расстояние до клубов, а страх иррелевантности, который он успешно преодолел, сфокусировавшись на качестве своей жизни и семьи.
🎭 Комедия как искренний диалог: новая эра подкастинга 50:25
Ландшафт современной комедии претерпел фундаментальные изменения с приходом эры подкастов. Рич Ролл и Пит Холмс сходятся во мнении: хотя сегодня запуск нового шоу кажется практически невыполнимой задачей из-за обилия контента, именно подкастинг стал инструментом, вернувшим комикам контроль над своей карьерой. Раньше выступление ограничивалось лишь текстом со сцены, но сейчас комики получили возможность транслировать свою личность напрямую, минуя посредников.
Пит Холмс отмечает, что успех в этом жанре теперь определяет не громкое имя, а готовность ведущего к уязвимости. Многие знаменитости, приходящие в подкастинг, терпят неудачу, потому что воспринимают это как очередную площадку для продвижения, а не как пространство для живого общения. Для самого Холмса подкаст стал своего рода «дрожжами» для его творческого процесса: именно честные разговоры о разводе и личных кризисах помогли ему обрести ту глубину, которая позже легла в основу его телевизионных проектов.
- Искренность как валюта: Аудитория теперь хочет знать «настоящего» комика, и попытки скрываться за старыми сценическими образами больше не работают.
- Кураторство вкуса: Слушатели ценят ведущего за его способность открывать новые таланты, даже если они еще не «звезды», и доверяют его выбору гостей.
- Риск глубины: Пит признает, что наличие рекламы накладывает определенные обязательства, но настаивает на необходимости «железного занавеса» между спонсорами и редакционной свободой, чтобы не превращать шоу в сухой коммерческий продукт.
🎙️ Семейный подкаст как «лайфхак» для отношений 1:00:02
Для Пита Холмса регулярные совместные выпуски со своей женой Валери стали не просто контентом, а эффективным инструментом укрепления брака. Комик называет это «взлом системы»: обязательство записывать еженедельный подкаст вынуждает их садиться за микрофон и обсуждать темы, которые в противном случае могли бы остаться без внимания.
Пит делится, что эти выпуски часто начинаются с того, что у одного из них накопились проблемы или тревоги, но к концу записи они всегда чувствуют себя лучше. Это своего рода «артефакт отношений», который, как они надеются, станет бесценным воспоминанием для них в будущем. Рич Ролл отмечает, что это мощная практика: даже если не публиковать записи, сам формат регулярного, структурированного разговора с партнером может стать спасением для любой пары.
🙏 Преодоление табу на духовность 1:04:31
Долгое время Пит Холмс испытывал серьезный внутренний конфликт: будучи частью «альтернативной комедии», он боялся признаться своей скептично настроенной аудитории в собственном религиозном любопытстве. Ему казалось, что признание в любви к Иисусу или интерес к метафизике могут стоить ему репутации «хипстерского» комика. Однако со временем он пришел к выводу, что большинство людей в зале выросли в определенных религиозных традициях и сами остро нуждаются в возможности обсудить эти темы без осуждения.
Путь Холмса к духовности был нелинейным: через индуистские традиции (Ханаман), учение Рича Рора и беседы с Роббелом он научился возвращаться к христианскому языку, видя в нем психологическую и философскую ценность. Сейчас он открыто говорит о том, что для комика гораздо интереснее и «рискованнее» уйти от привычной циничной позы и исследовать загадку бытия вместе со своей аудиторией.
🧩 Метафора как язык для непостижимого 1:11:10
Одной из центральных тем в размышлениях Пита Холмса является критика религиозного литерализма. Он убежден, что восприятие священных текстов как буквальной исторической хроники обедняет их смысл. Холмс называет метафору «единственным языком, которым мы можем говорить о Боге».
- Метафора важнее фактов: Как отмечает Пит, существуют истины настолько масштабные, что их можно выразить только через «ложь» — то есть через миф и историю.
- Отказ от материализма: В культуре, одержимой цифрами и измеримыми результатами, такие понятия, как «поэзия» или «духовная метафора», часто кажутся бесполезными, пока человек не сталкивается с реальной болью — утратой близкого или рождением ребенка.
- Сила мифов: Пит приводит в пример народные сказки, которые, несмотря на свою иррациональность, способны «поджечь кожу» слушателя, указывая на вечные истины о любви и потере гораздо точнее, чем любой научный факт.
Ранее в разговоре они также кратко затронули тему терапии как пути к встрече со своими внутренними демонами, подчеркивая, что работа над собой требует не меньшего мужества, чем любая духовная практика.
🌀 Растворение эго и возвращение Домой: мистический путь Пита Холмса 1:17:36
Разрушение «коробки» и lobster-опыт под влиянием 5-MeO-DMT 1:17:36
Когда Рич Ролл спрашивает Пита Холмса о его понимании духовности и отношениях с Божественным, комик сразу переводит разговор в плоскость личного, мистического опыта. Для Пита «мистический» — это просто синоним слова «эмпирический», пережитый на себе. Хотя ранее в разговоре собеседники уже затрагивали метафорическую природу текстов о Боге, именно личный психоделический опыт помог Холмсу преодолеть рамки привычного рационального восприятия.
Его первый опыт употребления грибов на фестивале Бонару вместе с Эми Шумер и Реджи Уотсом открыл ему базовую истину: слова не способны адекватно выразить трансцендентное. Пытаясь описать переживание тотального единства с миром, эго неизбежно всё портит. Это классическая буддийская метафора пальца, указывающего на Луну, где слова — лишь указатель, но не само светило.
Однако главным духовным прорывом для комика стало употребление мощного психоделика 5-MeO-DMT в безопасной группе под руководством опытного проводника. Пит шёл туда с чётким намерением: встретиться со своим истинным, высшим «Я» (Capital-S Self), полностью отключившись от личной истории и амплуа. Итогом стало то, что он описывает как глубокую смерть индивидуального эго. По его словам, в момент такого растворения сознание никуда не исчезает; напротив, всё лишнее отпадает, и человек возвращается в базовую, самую безопасную и знакомую реальность. Пит использует яркое сравнение:
«Я почувствовал себя омаром, из которого аккуратно, единым куском извлекли всё мясо, оставив позади пустой панцирь».
Этот опыт подарил ему глубинное понимание, что он не является просто физической оболочкой, а сама смерть — это не исчезновение, а возвращение Домой.
Кетаминовая терапия и радикальное принятие божественной любви 1:27:42
Если опыт с DMT стирает привычные концепции, то кетаминовая терапия под контролем проводника оказалась для комика гораздо более осознанной и легкоинтегрируемой. Главный инсайт, который он вынес из этого погружения со слезами на глазах, звучит обнадеживающе: «В жизни нужно делать гораздо меньше, чем кажется». Всё уже хорошо, потому что подлинное благополучие находится вне нашей временной шкалы. В этот момент Пит ощутил иллюзорность обособленности — нет отдельного «я» и отдельной мамы, которой нужно судорожно что-то доказывать, есть лишь единое сознание, стремящееся познать себя.
Хотя ранее в разговоре они вскользь упоминали, как жизненные катастрофы становятся двигателем личностного роста, Холмс подчёркивает, что возвращение Домой не должно быть омрачено чувством вины. В качестве иллюстрации он обращается к библейской притче о блудном сыне. Мы все способны растратить своё жизненное наследство на глупости и оказаться на условном дне. Но ключевой момент — это воспоминание о том, что наш Отец изначально любит нас. Когда сын возвращается, отец не гневается, не выставляет счёт и не требует искупления — он устраивает пир и празднует его возвращение. По мнению Пита, вся суть духовности сводится к фразе францисканца Ричарда Рора, написанной мелом на его домашнем зеркале: «Прими тот факт, что ты уже принят». У вселенной просто нет повода для глубинного чувства вины или стыда.
Практики осознанности и иллюзия обособленного «я» 1:34:36
Для слушателей, которые ещё не столкнулись с кризисными моментами или испытывают отторжение от религиозных терминов, Пит предлагает абсолютно светские и доступные инструменты. Его главная рекомендация — аудиокнига Экхарта Толле «Сила настоящего момента» (The Power of Now) в авторской озвучке. Толле сам некогда пришёл к этому состоянию в момент глубокого ментального кризиса, осознав разделение между страдающим эго и истинным наблюдающим «Я».
Пит объясняет, что люди привыкли носить «эго-костюмы» (социальные роли американца, мужчины, комика) и ошибочно отождествлять себя с этой одеждой. Духовная практика помогает заглянуть за рамки этого скафандра. Холмс цитирует Раману Махарши: раздувая костёр собственного осознания, последней вещью, которую вы бросаете в огонь, становится та самая палка, которой вы этот костёр ворошили. Можно отбросить даже саму практику, вернувшись к своей неделимой сути.
Другим важнейшим ориентиром для комика выступает учитель недвойственности Руперт Спайра и его книга «Быть осознающим осознание». Спайра использует точную метафору киноэкрана:
- Мы настолько поглощены сюжетом фильма (событиями жизни, эмоциями, ролями), что полностью забываем о самом экране.
- При этом экран никак не окрашивается, не меняется и не повреждается тем светом или драмой, которая на него спроецирована.
- Человек и есть этот чистый экран сознания, на котором разворачиваются все временные явления.
Пит иронизирует над материалистичным подходом науки, утверждающей, будто сознание генерируется мозгом. С точки зрения мистических традиций, искать источник сознания внутри физического мозга — это всё равно что внутри общего сна показывать на коробку с кольцом и утверждать, будто весь сон исходит из неё. В финале Пит возвращается к ветхозаветному откровению Бога Моисею: «Я есмь Кто я есмь». Это прямое указание на то, что Божественное — это сама природа бытия (amness) и чистое присутствие, которое каждый может ощутить, просто закрыв глаза и последовав за своим дыханием.
🎭 Духовная гигиена: от разбора мыслей к истинному милосердию 1:40:39
Метод исследования мыслей по Байрон Кейти 1:41:56
Даже глубокое понимание духовных истин не застрахует человека от повседневного стресса. Пит Холмс (Pete Holmes) признается Ричу Роллу (Rich Roll), что утренний шквал рабочих писем легко может вывести его из равновесия. Ранее в разговоре они уже касались темы кризиса веганства как примера мимолетности осознанности, но Пит находит утешение в том, что даже великие учителя возвращали себя к реальности. Когда старые триггеры — например, застарелые обиды на родителей — вновь заявляют о себе, комедиант прибегает к сугубо практическим инструментам. Его главной ежедневной утренней практикой стал метод исследования мыслей, известный как «Работа» (The Work) Байрон Кейти, описанный в её книге «Любить то, что есть».
Суть метода заключается в бескомпромиссном разборе деструктивных убеждений, которые мы по привычке принимаем на веру. В качестве примера Пит приводит болезненную для него мысль: «Мой отец меня не понимает». Чтобы освободиться от страданий, этот тезис нужно провести через четыре жестких вопроса:
-
Является ли это правдой?
-
Можете ли вы быть абсолютно уверены, что это правда?
-
Как вы себя чувствуете, когда верите в эту мысль?
-
Кем бы вы были без этой мысли?
Когда Пит честно анализирует свои ощущения, он замечает, что вера в пренебрежение со стороны отца заставляет его чувствовать себя изолированным и уязвленным, но одновременно с этим — эгоистично правым, ведь так удобно использовать родителя как козла отпущения. Без этой мысли наступает удивительное ощущение свободы.
Финальным аккордом практики становится «переворот» (turnaround) исходного утверждения. Мысль меняется на противоположную: «Мой отец понимает меня», и к ней необходимо найти три реальных примера из жизни. Другой вариант переворота — «Я не понимаю своего отца». Пит осознает абсурдность своих детских ожиданий: требовать, чтобы пожилой родитель общался с ним на глубоком психологическом уровне, просто нелепо. Осознание того, что его базовой безопасности ничто не угрожает, вызывает у Пита «священный смех». Смешно думать, будто физическое выживание взрослого мужчины до сих пор зависит от эмоционального состояния двух восьмидесятилетних людей в Бостоне, которые просто «пукают в диван». Однако эго отчаянно цепляется за гнев, поскольку состояние «абсолютного никого» пугает его сильнее, чем несчастье; гнев помогает эго утверждать свое обособленное существование в мире.
Интеллектуальное прощение против божественного милосердия 1:52:38
Несмотря на многолетнюю внутреннюю работу, родительские триггеры остаются для Пита Холмса самой сложной зоной. Он иронизирует над этой динамикой в своем комедийном поведении: каждый раз, когда он ждет от отца извинений за уязвленные чувства, все заканчивается тем, что Пит сам извиняется перед ним за то, что вообще посмел обидеться. Единственным выходом из этого замкнутого круга страданий становится подлинное освобождение через милосердие.
Пит цитирует сильную метафору из книги «Курс чудес»: «Тюремщик не свободен, он связан со своим узником». Удерживая праведный гнев на родителей, человек сам превращается в глупого надзирателя, вынужденного жить в одной камере со своими заключенными. При этом Холмс подчеркивает, что обычное «интеллектуальное прощение» — попытка логически убедить себя в том, что обидчики просто делали все, что могли в силу своих обстоятельств — не приносит глубинного облегчения.
Опираясь на уроки своего близкого друга и духовного наставника, отца Грега Бойла, Пит разделяет прощение и милосердие. Отег Грег утверждает, что прощение зачастую переоценено, тогда как истинной трансформирующей силой обладает именно милосердие. Божественное милосердие рождается не из ума, а из глубинного переживания единства со своим обидчиком, из понимания, что вся эта разделенность — лишь общий сон, а другой человек здесь для того, чтобы помочь тебе узнать, кто ты есть на самом деле.
Для повседневной жизни Пит выработал практический «лайфхак», который помогает моментально снять раздражение: «Если бы я был ими, я был бы ими». Если бы вы родились в той же семье, пережили те же травмы и проживали точно такое же утро, вы бы приняли абсолютно те же решения и совершили те же ошибки. Пит иллюстрирует это на примере своей матери, которая в семилетнем возрасте бежала из Литвы, спасаясь от ужасов Второй мировой войны, и оказалась в жестких условиях Южного Бостона. С этой точки зрения даже одиозные политические фигуры перестают вызывать ярость, уступая место состраданию.
В конечном счете и медитации, и психоделические озарения приводят к одной и той же истине, заложенной в финале притчи о блудном сыне, где отец говорит: «Ты всегда со мной, и всё моё — твоё». Главным препятствием на пути к этому принятию остается лишь упрямое человеческое эго.
Завершая эту глубокую беседу, Рич Ролл и Пит Холмс со смехом признают, что подобные разговоры — лучший повод просто провести время вместе. Рич призывает зрителей поддержать гостя и посмотреть его новый комедийный спешл на Netflix под названием «I Am Not for Everyone» («Я не для всех»), после чего подкаст завершается традиционными благодарностями команде проекта и спонсорам.
