В новом выпуске подкаста Prof G Conversations ведущий Скотт Гэллоуэй обсуждает с генеральным директором The New York Times Company Мередит Копит Левиен финансовый успех издания на фоне затяжного кризиса традиционных медиа. Собеседники детально разбирают контентную стратегию газеты, судебные иски против разработчиков искусственного интеллекта, растущие юридические расходы и методы управления мультимодальной экосистемой. Особое внимание в интервью уделено сохранению человеческого фактора в журналистике и личному опыту балансирования между руководством публичной компанией и материнством в цифровую эпоху.
📊 Дивергенция медиарынка: феномен NYT против кризиса конкурентов 0:38
Современный ландшафт традиционных медиа демонстрирует глубокий разрыв между лидерами и остальной индустрией. По оценке Скотта Гэллоуэя, The New York Times (NYT) демонстрирует лучшие финансовые результаты за последнее время: абонентская база компании достигла 13 миллионов подписчиков, а годовая выручка приближается к отметке в $3 млрд. В это же время другие авторитетные игроки переживают масштабный кризис. В частности, газета Washington Post была вынуждена сократить около трети своего штата.
Мередит Копит Левиен подчеркивает, что, несмотря на жесткую конкуренцию, она всецело поддерживает существование независимой высококачественной журналистики в других изданиях, включая Washington Post. Главным фактором успеха NYT руководитель называет устойчивые и целенаправленные инвестиции в первоисточники и команду в течение многих десятилетий.
В настоящее время в компании развернута крупнейшая редакция за всю 175-летнюю историю газеты:
- Основной ньюсрум (core newsroom) насчитывает 2300 сотрудников.
- Общий штат создателей контента, включая профильные подразделения, составляет около 3000 человек.
Долгосрочная стратегия NYT формулируется как создание «необходимой подписки для любознательных людей во всем мире». По словам Левиен, руководство сознательно предоставило этой бизнес-модели достаточно времени, ресурсов и пространства для реализации, сочетая качественные тексты с инновациями в технологиях и форматах.
🤖 Стратегия в эпоху ИИ: судебные баталии и партнерство с техгигантами 5:15
Отношение The New York Times Company к технологиям искусственного интеллекта носит двойственный характер: компания одновременно судится с крупнейшими разработчиками больших языковых моделей (LLM) и заключает коммерческие соглашения с ИИ-платформами, такими как Amazon. Левиен объясняет этот подход единой логикой защиты интеллектуальной собственности. Журналистика создается людьми и охраняется авторским правом, поэтому ее использование третьими лицами без разрешения и контроля недопустимо.
Гендиректор NYT напоминает, что создатели LLM тратят сотни миллионов и миллиарды долларов на таланты, электроэнергию и вычислительные мощности (compute). Проверенная информация высокого качества — это такой же критически важный компонент для обучения нейросетей, и создатели моделей, по мнению Левиен, обязаны платить за него справедливую цену. Коммерческое соглашение с Amazon приводится как пример партнерства, где издательство получает адекватный ценностный обмен и сохраняет контроль над тем, как используются его материалы.
В ходе дискуссии Гэллоуэй высказал критическое замечание в адрес медиаиндустрии:
- На рынке доминируют всего две-три крупные языковые модели, которые фактически «крадут» чужой контент.
- Каждая медиакомпания склонна переоценивать собственную значимость, хотя ни одна из них по отдельности не является незаменимой для Alphabet, Meta или OpenAI.
- Из-за нежелания кооперироваться и играть по общим правилам, издательства становятся «идеальным врагом» для Big Tech.
Гэллоуэй считает, что медиакомпаниям следовало бы создать единую коалицию по аналогии с музыкальной индустрией, чтобы выступать на переговорах с единой позицией, а не соглашаться на разовые выплаты в размере $10–50 млн ради пресс-релизов технологических гигантов.
Левиен не соглашается с тезисом о фатальной разобщенности. Она указывает, что конкуренты способны объединяться ради общих интересов. В качестве примера она приводит совместную работу NYT с прямыми соперниками по рынку во время вывода американских войск из Афганистана, когда медиакомпании сообща обеспечивали безопасную эвакуацию журналистов и помогавшего им персонала. Тем не менее, в вопросах коммерциализации контента Левиен настаивает на приоритете индивидуального контроля над правами каждого конкретного бренда.
🦾 Человеческий фактор против автоматизации в ньюсруме 16:51
Обсуждая практическое применение ИИ, Скотт Гэллоуэй делится личным опытом: он использует алгоритмы для редактуры и проверки фактов, но разочаровался в их способности писать тексты, охарактеризовав результат метафорой «много кораблей, но ноль соуса» (all ship no salsa) — сгенерированным текстам не хватает уникального авторского голоса.
Левиен заверяет инвесторов и общественность, что ИИ не приведет к массовым увольнениям в редакции NYT. Сбор новостей, спортивная аналитика, кулинарные рецепты и создание игр рассматриваются руководством как исключительно человеческая деятельность.
Суть журналистской работы, по мнению генерального директора, строится на цепочке действий, неподвластных автоматизации:
- Репортеры отправляются в места событий и благодаря своей экспертизе находят новые, ранее скрытые факты.
- Они лично свидетельствуют о происходящем, зачастую в тяжелых и опасных условиях.
- Совместно с редакторами они бережно переводят этот опыт в формат, доступный для понимания аудитории, задействуя профессиональное суждение и эмпатию.
В качестве аргумента Левиен приводит наглядные примеры: невозможно отправить робота в раздевалку к спортсменам, чтобы взять эмоциональное интервью после проигранного матча. Точно так же рецепты, сгенерированные ИИ без участия шеф-поваров, которые физически пробуют и тестируют блюда, оказываются нежизнеспособными. Технологии будут внедряться для повышения эффективности рутинных процессов, чтобы освободить время журналистов для глубокой работы, но о тотальной замене людей машинами речи не идет.
🚀 Драйверы роста: от спортивной журналистики до игровых сенсаций 20:48
Рыночная капитализация The New York Times Company колеблется в районе $8–9 млрд, демонстрируя сильные позиции на фондовом рынке. Около 75% доходов компании формируется за счет платных подписок, что эквивалентно примерно $200–250 млн ежемесячно. Перед менеджментом стоит стратегическая задача — увеличить цифровую абонентскую базу с текущих 10 миллионов до 15 миллионов пользователей в ближайшие 5–7 лет.
Для достижения этой цели NYT делает ставку на расширение тематических ниш и внедрение мультимедийных форматов:
- Широкий новостной блок. Сюда включаются не только политика и военные конфликты, но и велнес, наука, технологии и культура.
- Спорт. Благодаря покупке издания The Athletic четыре года назад, NYT владеет крупнейшим спортивным ньюсрумом в мире (более 500 журналистов), активно осваивающим рынки США и европейского футбола.
- Игры. Направление генерирует колоссальный трафик. Помимо классического кроссворда, игр The Mini и Spelling Bee, компания успешно интегрировала купленную игру Wordle, а также создала собственные хиты Connections и Strands. Недавно были запущены проект Pips и первая многопользовательская игра Crossplay.
- Потребительские обзоры и кулинария. Платформа Wirecutter предоставляет экспертные обзоры товаров, а сервис Cooking аккумулирует более 25 тысяч рецептов, протестированных профессиональными шеф-поварами.
Ключевым вектором развития Левиен называет визуализацию контента. Компания стремится сделать видеоформат по всему портфолио продуктов настолько же востребованным и привычным для аудитории, какими сейчас являются текст и подкасты.
🛡️ Политическое давление, безопасность и растущие расходы на юристов 25:10
Ведущий поднимает проблему беспрецедентного давления на медиабизнес. Гэллоуэй ссылается на отзывы телевизионных продюсеров, которые заявляют о «замораживающем эффекте» (chill effect) из-за агрессивных действий Федеральной торговой комиссии (FTC) и жесткой риторики администрации Дональда Трампа. Из-за страха перед судебными преследованиями со стороны государства медиаструктурам приходится внедрять избыточные юридические проверки и цензурировать формулировки. Дополнительным фактором давления выступает масштабная консолидация развлекательных и новостных активов (таких как Paramount, CBS, Warner Bros., Discovery, HBO и CNN) под контролем узкого круга лиц — в частности, семьи Эллисон.
Мередит Левиен категорически отвергает предположение о том, что NYT поддается запугиванию или меняет редакционную политику: «The New York Times никто не запугает». При этом она признает, что посягательства властей на независимость прессы губительны для общества. По ее словам, если раньше важность свободы слова пользовалась двухпартийной поддержкой в США, то теперь политические лидеры намеренно сеют недоверие к СМИ ради личных интересов.
Борьба за независимость и работа в горячих точках требуют колоссальных финансовых затрат:
- Юридический департамент NYT сейчас является самым многочисленным за всю историю компании, что обусловлено защитой свободы прессы и тяжбами в сфере ИИ.
- Обеспечение безопасности журналистов на местах требует огромных бюджетов. Военный конфликт на Украине идет уже пятый год, и присутствие там репортеров NYT непрерывно сопровождается работой экспертов по безопасности, переводчиков и специалистов по логистике.Аналогичная многоуровневая поддержка выстраивается вокруг авторов, расследующих политические сюжеты в Вашингтоне.
👪 Баланс власти и материнства: воспитание в цифровую эпоху 32:41
В личной части беседы Мередит Левиен рассказывает о воспитании своего сына Джей-Джея (JJ), которому скоро исполнится 15 лет. Как и любого современного родителя, главу медиагиганта пугает то количество времени, которое подростки проводят со смартфонами, и то, как алгоритмы социальных сетей формируют их информационный пузырь. Джей-Джей занимается четырьмя видами спорта, что спасает его от перманентного нахождения перед экраном, однако Левиен признается, что при малейшей возможности полностью оградила бы его от гаджетов. Сын в ответ иронизирует над ее гиперопекой, шутя, что даже если он позвонит ей с проблемной вечеринки, ее первым вопросом будет: «Не превысил ли ты лимит времени в Instagram?».
Левиен откровенно говорит о трудностях совмещения топ-менеджмента и семейных обязанностей, отмечая, что мысли о сыне не покидают ее ни на минуту. Чтобы оставаться включенной в жизнь ребенка, ей приходится прикладывать серьезные волевые усилия:
- Физически возвращаясь домой, полностью убирать собственные рабочие девайсы.
- Поддерживать прямой зрительный контакт, чтобы по-настоящему слышать подростка.
- Перестраивать паттерны поведения: на работе Левиен привыкла, что все слушают ее как босса, но дома ей приходится учиться быть исключительно слушателем.
Гэллоуэй соглашается с гостьей, отмечая, что сыновей-подростков совершенно не впечатляет статус родителей: «Они знают, что мы не можем их уволить или лишить бонуса». Оба собеседника сошлись во мнении, что сфера родительства приносит им гораздо больше чувства уязвимости, неуверенности и тревоги, чем самые сложные бизнес-решения на работе. В трудные моменты Левиен мысленно обращается к опыту своего покойного отца, который был педагогом и изучал развитие детей раннего возраста, а также обращается за советами и поддержкой к своей матери.
🎯 Будущее Мередит Копит Левиен и «надгробие» карьеры в NYT 41:00
Мередит Левиен работает в The New York Times почти 13 лет и заявляет, что ее «обувь намертво приклеена к полу», то есть уходить в отставку или менять место работы она в обозримом будущем не планирует. Она считает огромной привилегией руководить изданием в исторический момент, когда медиаиндустрию принуждают сглаживать углы, а NYT открыто отказывается «сдерживать удары».
Своей главной страстью вне операционного управления Левиен называет развитие лидерских качеств у сотрудников. За последнее десятилетие внутри компании была целенаправленно выращена плеяда сильных управленцев как в журналистском, так и в бизнес-сегменте. В будущем, даже после ухода с поста CEO, она планирует заниматься проектами, лежащими на стыке журналистики и спорта, поскольку верит, что эти две сферы делают общество лучше.
Формулируя свой главный итог работы и условную «эпитафию» для профессионального надгробия в NYT, Мередит Копит Левиен выбрала следующую формулировку:
«Обеспечить условия, при которых мы всегда сможем находить и развивать максимально широкую аудиторию для материалов The New York Times».
По ее глубокому убеждению, абсолютно любой экономический или организационный вопрос внутри компании в конечном счете всегда сводится к одному базовому показателю — способности неуклонно увеличивать вовлеченную аудиторию читателей.
