«Это как дом, который горит: проводка плавится, всё рушится, а люди заходят и пытаются вешать картины», — так Никита Кукушкин описывает этический выбор артиста в современной России. Оставив ради безопасности свой проект «ПОМОЩЬ» и уехав в «длинную командировку» после получения повестки, он продолжает настаивать, что личная правда и покаяние сегодня важнее любого государственного комфорта.
🚪 Уехать, чтобы не стать пылью: этика, мобилизация и «кровавые» деньги 0:00
Первая глава большого разговора Катерины Гордеевой с Никитой Кукушкиным начинается в Берлине — в точке, где актер оказался после принятия одного из самых сложных решений в своей жизни. Это разговор о моменте, когда личное моральное пространство сталкивается с государственной машиной, и о том, какую цену артист готов заплатить за право не молчать. Ранее в интервью они вскользь упомянули его благотворительный фонд и отъезд семьи, но основной фокус этой части диалога сосредоточен на этическом выборе, сделанном после 24 февраля 2022 года.
Выбор между фронтом и тюрьмой: как мобилизация изменила всё 5:33
Никита Кукушкин покинул Россию вскоре после объявления частичной мобилизации в сентябре 2022 года. Для него этот отъезд не был запланированной эмиграцией, скорее — вынужденным бегством от безальтернативного выбора, который поставило перед ним государство. Актер прямо заявляет, что его отъезд был связан с нежеланием становиться частью боевых действий или отправляться в тюрьму за отказ в них участвовать .
Ситуация перестала быть теоретической, когда Кукушкину пришла повестка. «Я сказал: спасибо большое, я изучу закон. Удачи», — вспоминает он свою реакцию на попытку вручения документа . Для Никиты вопрос стоял предельно остро: либо ты идешь убивать или быть убитым, либо ты садишься в тюрьму, либо ты уезжаешь. Он выбрал третий вариант, понимая, что несет ответственность не только за себя, но и за безопасность тех, кто от него зависит . Актер подчеркивает, что это решение было продиктовано не страхом перед трудностями, а нежеланием становиться «пылью в глаза» или пушечным мясом в конфликте, который он категорически не приемлет .
Этика театра во время войны: почему «Гоголь-центр» перестал кланяться 11:23
Значительная часть разговора посвящена работе в театре после начала полномасштабного вторжения. Никита Кукушкин, как один из ведущих актеров «Гоголь-центра», размышляет о том, возможен ли компромисс ради «спасения» искусства. Многие его коллеги оправдывали свое молчание или осторожность необходимостью сохранить театр, продолжать снимать кино и выходить на сцену. Однако Никита видит в этом опасную иллюзию.
Он вспоминает, что после 24 февраля «Гоголь-центр» продолжал работать еще полгода, но это была уже совсем другая работа. Важным символическим жестом стал отказ труппы выходить на поклоны в течение последних шести месяцев существования театра . Это было молчаливое признание того, что время праздника и триумфа закончилось. «Все девальвируется, рушится», — говорит Никита о состоянии культуры в тот период . По его мнению, попытки «сохранить театр» любой ценой, идя на сделки с совестью, приводят лишь к тому, что смысл самого искусства выхолащивается, превращаясь в обслуживание системы.
«Деньги, пропитанные кровью»: отказ от госконтрактов 14:37
Принципиальная позиция Кукушкина распространяется и на финансовую сторону творчества. Он стал одним из немногих востребованных актеров, кто открыто отказался от участия в кинопроектах с государственным финансированием после начала войны. Никита называет эти деньги «пропитанными кровью» .
Он приводит конкретный пример: в контрактах на новые съемки стали появляться пункты о «неразглашении» или запрете на любые упоминания Украины . «Они хотят купить мое молчание», — констатирует актер. Для него принять такое условие — значит предать себя. Никита уверен, что лучше вернуться к работе официантом или курьером, как он делал в 14 лет, чем сниматься на деньги государства, которое ведет военные действия . Он убежден, что артист не имеет права дистанцироваться от реальности: «Разве я имею право как художник... просто говорить? В моем случае меня постепенно отрезали, и я понял — там государственные деньги» .
Психология оправдания: почему коллеги выбирают сторону силы 18:10
Пытаясь понять логику тех, кто остался и поддержал СВО, Кукушкин описывает сложный психологический механизм. Он замечает, что многие его знакомые и коллеги руководствуются не столько убеждениями, сколько инстинктом выживания и страхом перед поражением. В их логике «если он [лидер] сейчас не преуспеет, то нам всем конец» . Это состояние лиминальности, когда человек чувствует, что назад пути нет, и единственный способ спастись — это полностью слиться с силой, даже если эта сила разрушительна .
Никита считает, что проблемы российского общества глубоко укоренены «в почве» . Люди часто оправдывают происходящее невозможностью сопротивляться, полагая, что если ты не можешь победить систему, ты должен стать ее частью, чтобы не потерять все . Однако сам Кукушкин отказывается принимать эту логику, считая, что такое «обнуление» смыслов ведет к катастрофе для всей культуры и нации.
Туман над границей и прозрачность милосердия 25:04
Маршрут побега: через степи и моря в Европу 27:51
Для Никиты Кукушкина решение о переезде не было спонтанным эмоциональным порывом, оно зрело вместе с пониманием того, что он больше не имеет права зарабатывать там, где из титров вымарывают имена режиссеров. Однако техническое осуществление этого плана началось 21 сентября — в день объявления мобилизации. В интервью Катерине Гордеевой актер подробно восстанавливает хронологию своего пути, который превратился в многодневный транзитный марафон .
Первым этапом стал Казахстан. Кукушкин вспоминает, что в машине их было четверо. Границу окутал густой туман — «как молоко», в котором едва проглядывались очертания других машин . Ожидание на погранпереходе затянулось на 13 часов. После успешного пересечения границы маршрут актера стал еще более сложным и логистически запутанным. Из Казахстана путь лежал в Стамбул, а оттуда в Баку. Одной из самых необычных деталей этого путешествия стала транспортировка автомобиля: Никита погрузил машину на фуру в Азербайджане, которая доставила ее в Тбилиси, пока сам он летел туда самолетом .
Именно в Тбилиси в прессу просочились первые новости об отъезде артиста, хотя Грузия была лишь промежуточным пунктом. Финальный отрезок пути пролегал через Хорватию, Словению и Австрию, пока актер наконец не добрался до Германии . Ранее в разговоре они кратко касались темы мобилизации как триггера, но здесь Кукушкин акцентирует внимание на том, что этот отъезд не был поиском комфорта. Напротив, он убежден: те, кто выбирает конформизм ради сохранения привычного уровня жизни, совершают гораздо более сомнительный моральный выбор, чем те, кто уезжает в неизвестность .
«Кто я?» — «Брат»: испытание болезнью матери 33:24
Глубоко личной и болезненной частью интервью становится рассказ о матери Никиты Кукушкина и ее борьбе с болезнью Альцгеймера. Актер признается, что окончательное принятие диагноза произошло в момент, когда мать перестала узнавать его как сына. На вопрос «Кто я?» она ответила: «Брат» . Это стало точкой невозврата, после которой пришло осознание: прежнего человека больше нет, и нужно учиться жить в новой реальности.
Кукушкин делится драматичной историей о том, как мать однажды бесследно исчезла из дома. В поисках помогли не только полиция, но и волонтеры «Лиза Алерт» . Этот опыт ухода за тяжелобольным близким человеком актер описывает как состояние постоянного «сонного оцепенения», когда жизнь, казалось бы, замирает, но должна продолжаться ради памяти о том, каким человеком была мать до болезни .
Мать всегда была для Никиты главным проводником в мир культуры. Он с теплотой вспоминает, как она возила его на 57-м или 58-м троллейбусе, покупала сладости и водила в музеи . Болезнь начала проявляться даже во время его спектаклей. На постановке «Кому на Руси жить хорошо» в Гоголь-центре произошел надрывный эпизод: в перерыве между первым и вторым актом мать внезапно вскочила и начала кричать: «Помогите, помогите, вставайте!» . Реальность и театральное действие в ее сознании перемешались.
Сейчас, находясь в эмиграции, Кукушкин продолжает поддерживать связь и обеспечивать уход за ней, хотя физически они разделены. Он признается, что каждое его действие, включая отъезд, внутренне сверяется с тем, что бы сказала на это здоровая мать . Для него продолжение жизни и активная деятельность — это единственный способ почтить ее влияние на свою судьбу.
«ПОМОЩЬ»: цифровая экосистема благотворительности 43:15
Несмотря на физическое отсутствие в России, Никита Кукушкин остается идеологом и основателем проекта «ПОМОЩЬ» — первой в мире полностью прозрачной цифровой системы адресной поддержки. Проект вырос в масштабную сеть, объединяющую около 200 тысяч пользователей . Основная идея фонда заключается в абсолютной прозрачности: каждый жертвователь может видеть в приложении путь каждого потраченного рубля и конкретного человека, которому эти деньги помогли.
Цифры проекта впечатляют: на момент интервью фонд собирает около 7 миллионов рублей ежемесячно . Кукушкин подчеркивает, что это не просто благотворительность, а «умный протокол». Система позволяет соотносить собранные средства с реальными потребностями подопечных — в основном пожилых людей, которым фонд помогает с покупкой продуктов и лекарств.
В продвижении «ПОМОЩИ» участвовали многие медийные лица, включая Анастасию Ивлееву и Александра Гудкова, что помогло сделать благотворительность модной и понятной для молодежи . Однако даже здесь Кукушкину приходится сталкиваться с этическими дилеммами военного времени. Он категоричен в вопросе сотрудничества с государством: в нынешней ситуации любое принятие бюджетных денег для фонда невозможно, так как это означало бы коллаборацию с системой, с которой он принципиально не согласен .
Актер поясняет, что сейчас он формально дистанцировался от руководства фондом, оставаясь его основателем и идейным вдохновителем. Это решение продиктовано желанием обезопасить проект и людей, которые в нем работают, от рисков, связанных с его личной политической позицией . Тем не менее, он продолжает верить, что адресная помощь конкретному человеку — это то, что позволяет сохранять человечность в самые темные времена.
🏗️ Охранник в собственном доме и поиск «мастера» 50:14
Разговор с Катериной Гордеевой переходит в плоскость гражданской философии и личной истории, обнажая корень многих поступков Никиты Кукушкина. Актер, известный своей активной социальной позицией, формулирует жесткий, но прагматичный взгляд на устройство государственной машины и объясняет, почему личные амбиции должны отступать перед безопасностью дела всей жизни.
Государство как система плохих менеджеров 51:36
Для Никиты Кукушкина государство — это не сакральный институт, а прежде всего сервис, призванный обеспечивать комфорт и безопасность граждан. Однако в нынешней российской действительности этот механизм, по его мнению, сломался. Актер сравнивает государство с системой управленцев, которые перестали выполнять свои прямые обязанности .
«Государство — это определенная система менеджеров, которая существует на мои налоги и для моих людей», — подчеркивает Никита . В его метафоричном описании современная власть напоминает охранника в частном доме, который вдруг возомнил себя хозяином, взбунтовался и заперся внутри в пижаме, игнорируя нужды тех, кто его нанял .
Особенно остро эта несправедливость ощущается в отношении самых незащищенных слоев населения. Кукушкин описывает образ «старика с берестяной книжкой», у которого есть сбережения, но ими распоряжается кто-то другой, пока сам старик страдает . По мнению актера, это чудовищная несправедливость, когда 300 000 человек, нуждающихся в поддержке, становятся заложниками амбиций «плохих менеджеров» . Ранее в интервью они уже затрагивали вопрос этики работы в текущих условиях, и этот взгляд на государство логически продолжает тему личной ответственности гражданина перед обществом.
Дистанцирование от фонда ради его безопасности 54:24
Одним из самых сложных решений для Никиты стал формальный уход из собственного благотворительного проекта. Это не было жестом разочарования; напротив, это стало актом защиты. После того как актер открыто заявил о своей позиции, его присутствие в проекте начало создавать риски для работы всей структуры в России .
Кукушкин вспоминает, как его трехсекундное появление в медийном поле вызывало вопросы у партнеров фонда:
- Возникали сложности с участием в совместных мероприятиях .
- Партнеры начинали опасаться за свои репутационные и юридические риски .
- Появилась угроза того, что помощь тысячам подопечных может быть заблокирована из-за политического шлейфа его имени.
«Я понял, что не имею права подставлять проект», — говорит Никита . Он осознал, что если из-за него помощь перестанет доходить до адресатов, это будет предательством самой идеи фонда. В какой-то момент даже поступали предложения о «выкупе» проекта за определенные суммы, но Никита подчеркивает, что никто никому ничего не продавал . Проект стал автономным, сохранив свою миссию, но дистанцировавшись от основателя, чья публичная деятельность могла стать триггером для системы. Для Никиты это был способ сказать подопечным старикам: «Ваш Никита попал в ситуацию, из-за которой вы не должны страдать» .
Детство и отсутствие фигуры отца 59:00
Корни независимого характера Никиты кроются в его московском детстве, которое он описывает как время абсолютной внутренней свободы. Одним из ярких воспоминаний стал вырытый им в детстве тоннель, в котором он прятался от взрослых . Мать Никиты не воспитывала его в строгости, давая пространство для самовыражения, даже когда его темперамент выходил за рамки .
Важным аспектом биографии актера является полное отсутствие фигуры отца. Никита признается, что никогда не знал его и не рос с ощущением этой нехватки . Вместо биологического отца он интуитивно искал «мастеров» и наставников. Тема отцовства для него была закрыта через творческих учителей, которые передавали его «из рук в руки», давая необходимые мужские ориентиры .
В возрасте 16-17 лет Никита предпринял попытку найти отца, поехав по адресу, который дала мать, но того не оказалось на месте . Эта неудача не стала травмой. Вместо обиды он сублимировал свою энергию в созидание — например, самостоятельно делал ремонт в комнате, скрупулезно заливая пол и укладывая фанеру . Этот физический труд и поиск наставников подготовили его к встрече с главным учителем в его жизни.
Создание спектакля «Человек без имени» 1:10:32
Путь в профессию для Кукушкина не был усыпан розами: его не принимали в несколько театральных вузов, и он даже подумывал о карьере менеджера или философа . Однако судьбоносная встреча и вера в себя привели его к созданию одной из самых значимых постановок — «Человек без имени».
История спектакля о жизни Владимира Одоевского началась с предложения Кирилла Серебренникова сделать что-то по текстам этого мыслителя . Никита сам вызвался быть режиссером, хотя поначалу не представлял масштаба задачи. Он собрал команду, в которую вошел драматург Валерий Печейкин, и начался долгий процесс исследования .
Центральным элементом спектакля стал уникальный музыкальный инструмент — огромный короб со струнами. Идея родилась случайно во время репетиций в малом зале, когда Никита и его коллеги экспериментировали со звуком и пространством:
- Они растягивали струны через весь зал, проверяя акустику .
- Использовали воду для изменения тональности звучания струн .
- Искали способы передать через звук ощущение одиночества и масштаба мысли Одоевского.
То, что начиналось как эксперимент в малом зале, в итоге выросло в масштабную постановку на большой сцене . Спектакль стал для Никиты не просто работой, а глубоким погружением в вопросы смерти, бессмертия и места человека в истории — темами, которые в контексте нынешних событий звучат особенно пронзительно.
🎭 Теплица свободы: Кирилл Серебренников и уроки совести 1:15:17
Разговор о творческом пути Никиты Кукушкина неизбежно приводит к спектаклю «Человек без имени», где актер сталкивается с немецким языком и сложной философской структурой. Несмотря на то что постановка обсуждалась ранее как важная веха, в контексте европейских гастролей она приобретает новое звучание . Однако фундаментом для этого и любого другого высказывания артиста остается опыт, полученный в стенах Гоголь-центра под руководством человека, которого Кукушкин называет своим главным учителем.
Визионер и его стая: метод Кирилла Серебренникова 1:21:25
Для Никиты Кукушкина Кирилл Серебренников — это прежде всего «визионер», человек, обладающий уникальным даром конструировать целые миры . Отношения внутри их творческого объединения всегда строились не на слепом подчинении режиссерской воле, а на совместном поиске. Вспоминая времена «Седьмой студии», Никита отмечает, что Серебренников никогда не пытался «сломать» индивидуальность артиста или навязать ему жесткие рамки . Напротив, он создавал условия, в которых актеры были вынуждены искать ответы внутри себя.
В качестве примера такого поиска Кукушкин приводит случай из студенчества, когда им дали задание работать над этюдами в течение двух недель. Вместо того чтобы просто оценивать результат, Серебренников мог предложить совершенно неожиданную визуальную или музыкальную опору — например, клип Radiohead «Just» . Это учило артистов видеть глубже текста и формы. Основной сверхзадачей, которую ставил перед своими учениками мастер, всегда были «любовь и свобода» — категории, ставшие для выпускников Гоголь-центра определяющими .
Гоголь-центр как территория бескомпромиссности 1:27:40
Гоголь-центр в рассказе Никиты предстает не просто театром, а «теплицей», которая позволила целому поколению артистов вырасти, не идя на сделки с совестью ради карьеры . Это было место для бунтарей и аутсайдеров, которые получили шанс оставаться собой в профессиональной среде. Актер уверен, что именно этот опыт подготовил его к текущим жизненным испытаниям и необходимости принимать резкие, но честные решения.
Атмосфера внутри театра была наполнена не только интеллектуальным поиском, но и витальной, порой хулиганской энергией. Кукушкин с теплотой вспоминает безумные розыгрыши, которые были частью их жизни. Одним из самых ярких эпизодов стала история с актером Михаилом Тройником во время работы над «Мертвыми душами» . В ответ на подначку коллеги Никита купил коробку мадагаскарских тараканов и высыпал их в вещи Тройника . Этот анекдотичный случай — когда Михаил обнаружил насекомых у себя дома во время глажки белья — для Кукушкина является символом той невероятной живой связи, которая существовала между людьми в Гоголь-центре . Несмотря на то что театр в его прежнем виде перестал существовать, Никита настаивает: «Гоголь-центр жив», пока живы те смыслы, которые они в него вкладывали .
Паспорт, вина и невербальное извинение 1:34:58
Находясь вне России, Никита Кукушкин остро ощущает свою идентичность через призму происходящих событий. Наличие российского паспорта для него сегодня — это не просто формальность, а маркер личной ответственности. Артист признается, что чувствует потребность извиняться перед людьми, пострадавшими от действий его страны . Для него это не вопрос коллективной вины, а глубоко личное чувство: если он видит человека, которому его страна причинила боль, он считает правильным начать диалог с признания этой боли .
Это «невербальное извинение» проявляется в повседневных мелочах — например, в том, как он ведет себя на дорогах с российскими номерами на автомобиле . Кукушкин не стремится спрятаться или сделать вид, что он «другой» русский; он принимает свою принадлежность к народу, но при этом четко обозначает свою позицию через поступки и готовность к сопереживанию. Ранее в разговоре они уже касались темы его дистанцирования от фонда «ПОМОЩЬ», и здесь актер вновь подчеркивает, что безопасность и смыслы проекта для него важнее личных амбиций .
«Подземелья Чикен Карри» и юмор как терапия 1:36:29
На фоне тяжелых размышлений о театре и ответственности особняком стоит участие Никиты в юмористических проектах, в частности в шоу «Подземелья Чикен Карри». Для него это «guilty pleasure» — чистое развлечение, которое не требует того уровня психологического вовлечения, как работа в театре . Актер сравнивает участие в таких шоу с прогулкой в парке: это возможность выплеснуть энергию и просто повеселиться с друзьями .
Тем не менее, даже в формате игры в Dungeons & Dragons Кукушкин остается верен себе. Его персонажи часто становятся проводниками острой сатиры. Он отмечает, что сегодня юмор часто побеждает чувство самосохранения . Когда комики или актеры шутят на грани, они зачастую делают это не ради эпатажа, а потому что реальность становится настолько абсурдной, что ее невозможно переварить иначе как через смех. Кукушкин упоминает, что некоторые выпуски, выходящие сейчас, записывались давно, но их темы — например, превращение политических фигур в антигероев — со временем становятся только актуальнее и, к сожалению, перестают быть смешными в привычном смысле слова .
🔥 Горящий дом, покаяние и «длинная командировка» вместо эмиграции 1:40:28
Заключительная часть беседы Катерины Гордеевой с Никитой Кукушкиным превращается в глубокое философское размышление о том, что значит быть патриотом, как пережить разрушение привычного мира и почему личное покаяние каждого гражданина является единственным фундаментом для будущего страны.
Инвестиции в людей: патриотизм как счастье «маленького человека» 1:41:12
На вопрос о патриотизме Никита Кукушкин отвечает через призму человекоцентричности. Для него любовь к родине — это не имперские амбиции или масштабные стройки, а забота о конкретном человеке. Кукушкин убежден, что настоящий патриотизм заключается в инвестициях в учителей, врачей и тех людей, которые обеспечивают повседневную жизнь . По его мнению, мощь государства должна измеряться не количеством мостов или военной силой, а уровнем счастья и защищенности самого обычного гражданина.
Когда государство вкладывается в развитие потенциала каждого человека, возникает синергия . «Лучшее проявление патриотизма — это когда ты делаешь так, чтобы людям вокруг тебя было хорошо», — рассуждает актер. Он противопоставляет этот подход нынешней реальности, где за внешним блеском крупных проектов часто скрывается равнодушие к судьбам людей. Для Кукушкина любовь к стране неотделима от честности: те, кто сегодня громче всех кричат о любви к России, на деле могут разрушать её будущее, не осознавая ценности человеческой жизни .
Метафора горящего дома: культура во время катастрофы 1:46:27
Одним из самых ярких образов интервью становится сравнение России с горящим домом. Никита Кукушкин признается, что не понимает, как в текущих условиях можно продолжать делать вид, что ничего не происходит. Он описывает ситуацию, в которой культурная жизнь — премьеры, выставки, светские мероприятия — выглядит как попытка развешивать картины в здании, где полыхает пожар и плавится проводка .
«Дом рушится, всё в дыму, а люди заходят и улыбаются белозубыми улыбками, стараясь не замечать копоти», — говорит он . Этот диссонанс между трагедией и попытками сохранить «нормальность» кажется актеру абсурдным. Кукушкин не видит смысла в создании декораций благополучия, когда фундаментальные основы жизни уничтожаются. Для него это не вопрос профессиональной этики, а вопрос элементарного чувства реальности: невозможно праздновать, когда под ногами горит пол .
«Капитан Волконогов бежал» и потребность в покаянии 1:48:02
Обсуждая фильм «Капитан Волконогов бежал», где Кукушкин сыграл одну из ролей, актер переходит к теме исторической памяти и коллективной вины. Картина, повествующая о сотруднике НКВД, который пытается получить прощение у жертв своих репрессий, становится для Никиты отправной точкой для разговора о будущем России. Он вспоминает ключевую сцену, где герои оказываются в метафорическом аду, обреченные на вечные муки за содеянное .
Кукушкин настаивает: никакие реформы — будь то судебная или тюремная системы — не сработают без личного, искреннего покаяния . Он приводит пример воображаемого чекиста Сергея, который должен прийти к соседу и честно признаться: «Я стрелял в людей, я делал зло» . Только через такое признание, через «отдавание» любви и просьбу о прощении возможно построение нового социального договора . Без этого этапа любое новое общество будет обречено на повторение старых ошибок. Любовь, в понимании Никиты, — это прежде всего способность признать свою вину и попытаться её искупить .
Семья и роль отца: безопасность в условиях неопределенности 1:55:20
Несмотря на глобальные потрясения, личным якорем для Кукушкина остается семья. Переезд за границу стал для него в первую очередь способом обеспечить безопасность жене Анне и дочери . Актер рефлексирует о своей роли отца, признаваясь, что из-за постоянной гонки и попыток решить множество проблем, он иногда чувствует себя «плохим папой» . Он часто находится в движении, стараясь завершить дела, связанные с его благотворительной деятельностью (ранее они подробно обсуждали фонд «Помощь»), и это отнимает время у близких.
Его жена, актриса Анна Назарова, также вынуждена адаптироваться к новой реальности. Кукушкин отмечает, что она проводит с дочерью гораздо больше времени, жертвуя частью своих амбиций, пока театр в России для них закрыт . Тем не менее, Никита старается сделать всё, чтобы его ребенок рос в среде, где нет лжи. Он объясняет дочери, что сейчас они не могут быть дома, потому что «работать там сейчас нечестно» .
Не эмиграция, а «длинная командировка» 2:00:55
Никита Кукушкин категорически отказывается называть себя эмигрантом. Для него нынешнее пребывание вне России — это не окончательный разрыв, а вынужденная, затянувшаяся командировка или сложное задание . Он живет с ощущением, что его отсутствие дома временно, и он обязательно вернется, когда ситуация изменится.
В финале разговора на вопросы о выборе между свободой и стабильностью Никита выбирает свободу, а между родиной и правдой — правду, так как «настоящая правда дает настоящую безопасность» . Завершая интервью трогательным обращением к матери по видеосвязи, Кукушкин признается, что, несмотря на весь хаос вокруг, он остается счастливым человеком, ведомым своим сердцем и верой в то, что «всё будет хорошо» .
