«Это была официальная история: она в спортивном костюме ела пиццу с анчоусами и завершила номинацию за один день — это просто Советский Союз», — описывает аппаратный взлет Камалы Харрис Такер Карлсон. За фасадом «радостного воина» скрывается политик, мастерски использующий identity politics, «списки врагов» и конъюнктурные альянсы для устранения конкурентов и восхождения по карьерной лестнице.
🎭 Политический имидж и духовные корни Камалы Харрис 0:00
Оружие фонетики: произношение имени как тест на расизм 0:00
В самом начале беседы Такер Карлсон и Чарли Спиринг затрагивают тему, которая стала своеобразным ликмусовым тестом на лояльность в американском политическом дискурсе — правильное произношение имени вице-президента. Спиринг отмечает, что Камала Харрис превратила этот вопрос в инструмент политической защиты . Ещё во время своей кампании в Сенат она выпустила рекламный ролик с участием детей, которые объясняли зрителям, как именно нужно называть её по имени . Любое отклонение от этого канона, по словам Спиринга, автоматически влечёт за собой обвинения в расизме .
Этот механизм был наглядно продемонстрирован во время недавнего ужина Эла Смита, где Дональд Трамп произнёс её имя с иным ударением, что вызвало волну возмущения в либеральных СМИ . Однако Спиринг указывает на лицемерие этой позиции: существуют видеозаписи, на которых сама Харрис произносит своё имя как минимум двумя разными способами . Такер Карлсон задаётся вопросом, как можно обвинять кого-то в расизме на основании произношения имени, если сама обладательница имени не проявляет в этом вопросе последовательности . Для Харрис, по мнению Спиринга, это способ контролировать нарратив и выставлять оппонентов в негативном свете, используя их «нечувствительность» как доказательство предвзятости .
Канадское отчуждение: формирование личности вдали от Америки 4:50
Важнейшим, но часто игнорируемым периодом в биографии Камалы Харрис являются её школьные годы, проведённые в Канаде . Спиринг подчёркивает, что именно в старших классах происходит формирование личности, и этот этап Харрис прошла в Монреале, что значительно отдалило её от типичного американского опыта . Она училась в элитной школе в академическом районе среднего класса, что создавало определённую дистанцию между ней и реальностью американского рабочего класса или даже среднего сословия .
Этот период жизни создал ощущение «корневой пустоты». Спиринг и Карлсон проводят параллель с Бараком Обамой, который также рос в специфической среде (Индонезия, Гавайи), не имеющей прямого отношения к культуре афроамериканцев в США . Позже, поступив в Университет Говарда в Вашингтоне, Харрис начала активно «захватывать» идентичность американской чернокожей женщины, которую она не наследовала генетически или культурно в полной мере . Чтобы укрепить эту связь, она часто упоминает Регину Шелтон, владелицу детского сада, которую называет своей «второй матерью» . Именно через Шелтон, происходившую с американского Юга, Харрис транслирует свою связь с черной церковью и её традициями, используя эти истории для специфической аудитории .
Богиня мщения: индуистское воспитание и правосудие 8:33
Несмотря на публичную приверженность образу христианки, посещающей баптистскую церковь, реальное духовное воспитание Камалы Харрис было связано с индуистской верой её матери . В ранних интервью её мать открыто заявляла, что Камала росла в индуистском храме и практиковала все соответствующие традиции . Спиринг обнаружил в исследованиях, что на заре своей карьеры в Калифорнии Харрис обращалась к образу индуистской богини Павари (Parvati) как к источнику своего вдохновения .
Согласно описанию, эта богиня обладает двойственной природой: она одновременно является любящей матерью и мстительным воином . Харрис использовала этот мифологический образ, чтобы обосновать своё решение пойти в правоохранительные органы и заниматься вопросами «правосудия» . Такер Карлсон замечает, что с христианской точки зрения поклонение подобным божествам выглядит крайне спорно, если не сказать демонически . Однако для Харрис такая гибкость в вопросах веры — от индуистских храмов до хоров в черных церквях — служит удобным политическим инструментом, позволяющим ей быть «своей» в самых разных кругах . При этом о своём канадском прошлом в этих разговорах она предпочитает не упоминать .
«Первичка Кавано» и мифология Рашенгейта 16:40
Выход Камалы Харрис на национальную арену начался с её победы на выборах в Сенат в 2016 году. Спиринг вспоминает, как в ночь выборов, осознав поражение Хиллари Клинтон, Харрис и её штаб полностью переписали победную речь, чтобы представить её как «главного борца», который отправится в Вашингтон останавливать Дональда Трампа . Её участие в «Марше женщин» с розовыми шапками стало первой попыткой закрепить за собой статус агрессивного прогрессивного лидера .
В Сенате Харрис быстро нашла способ заявить о себе через агрессивные допросы назначенцев Трампа. Она атаковала генерала Келли и Джеффа Сешнса, стремясь создать виральные моменты для соцсетей . Пиком этой стратегии стали слушания по делу Бретта Кавано, которые Спиринг называет «праймериз Кавано» — соревнованием среди сенаторов-демократов за то, кто проявит наибольшую жестокость к кандидату в Верховный суд . В ходе слушаний Харрис пыталась загнать Кавано в «ловушку лжесвидетельства», задавая вопросы о его предполагаемых связях с юридической фирмой, якобы имеющей отношение к России . Несмотря на отсутствие каких-либо доказательств , Харрис активно эксплуатировала тему «Рашенгейта», понимая, что в тот момент любая попытка связать оппонента с Москвой воспринималась прессой как большая политическая победа . Этот период закрепил за ней репутацию человека, готового использовать любые, даже самые беспочвенные обвинения для достижения личного медийного триумфа .
🛡️ Политический цинизм и восхождение к власти 25:08
Инструментализация жертв: Кейс Кристин Блейзи Форд 27:30
Такер Карлсон и Чарли Спиринг подробно разбирают, как Камала Харрис использовала движение MeToo для укрепления своего политического статуса. Спиринг отмечает, что Харрис одной из первых осознала огромный потенциал этого движения как политического инструмента . В период слушаний по утверждению Бретта Кавано она целенаправленно продвигала Кристин Блейзи Форд, называя её «героиней» и «патриоткой» ещё до того, как лично встретилась с ней или ознакомилась с доказательствами .
Спикеры указывают на жесткие кулуарные методы Харрис: когда стало известно о существовании анонимного письма Форд, Камала Харрис фактически предъявила ультиматум Дайан Фйнстайн, потребовав предать историю огласке, иначе это «будет выглядеть очень некрасиво» для самой Фейнстайн . В итоге Форд, изначально желавшая сохранить анонимность, была втянута в центр ожесточенного политического противостояния .
Такер Карлсон подчеркивает цинизм этой стратегии: как только информационный повод исчерпал себя, Демократическая партия мгновенно «выбросила» свою героиню за ненадобностью .
- Жертв используют как политическое оружие против республиканцев .
- После завершения цикла новостей о них забывают — Карлсон сравнивает это с тем, как быстро угасло внимание к фигуре Джорджа Флойда или матерям погибших в Ираке .
- Жизнь Кристин Блейзи Форд была фактически разрушена ради кратковременного медийного эффекта .
- В ретроспективе лозунг «верьте всем женщинам» (Believe all women) выглядит абсурдным и чисто манипулятивным .
«Убийство» Эла Франкена: Устранение конкурентов 31:20
Одним из самых ярких примеров использования Харрис движения MeToo в личных целях Спиринг называет падение сенатора Эла Франкена. Франкен считался восходящей звездой и потенциальным кандидатом в президенты от демократов на выборах 2020 года, способным составить конкуренцию Дональду Трампу . Однако, как только против него посыпались обвинения в неподобающем поведении, группа женщин-сенаторов, включая Камалу Харрис и Кирстен Джиллибранд, немедленно организовала атаку .
Спиринг описывает, как сенаторы-женщины, которые сами планировали баллотироваться в президенты, сплотились, чтобы вынудить лидера большинства Чака Шумера избавиться от Франкена . Такер Карлсон называет Франкена «слабым человеком», который добровольно отказался от своего места, хотя не совершил ничего предосудительного, просто потому, что «четыре амбициозные девушки» захотели занять его место .
Примечательно, что в то же самое время, когда Харрис публично клеймила Франкена, в её собственном офисе назревал скандал . Один из её ближайших помощников (Ларри Уоллес) находился под следствием из-за обвинений в сексуальных домогательствах в Калифорнии, что позже привело к крупной судебной выплате пострадавшей . Харрис, по своему обыкновению, заявила, что «ничего не знала» о происходящем, что, по мнению Спиринга, абсолютно не выдерживает критики и противоречит её же риторике о коллективной ответственности в рамках MeToo .
Протекция Вилли Брауна и карьерный трамплин 37:20
Переходя к истокам карьеры Камалы Харрис, авторы обсуждают её отношения с влиятельным политиком Вилли Брауном. Такер Карлсон прямо заявляет, что Харрис получила свои первые серьезные должности в государственных структурах исключительно благодаря связи с Брауном, который на тот момент был женат и значительно старше её .
Спиринг подтверждает, что Браун не просто открыл ей двери, но и наделил реальной властью и ресурсами:
- Он назначил её в государственные советы с гонорарами до 400 000 долларов в 90-е годы (что эквивалентно почти миллиону сегодня) .
- Он оплачивал её гардероб и купил ей автомобиль BMW .
- Он обучил её, как «силой пробиваться» в круги богатых белых элит через благотворительные советы и советы музеев .
Такер Карлсон считает, что использование сексуальных отношений для карьерного роста лишает Харрис морального права «читать лекции о феминизме» . Он характеризует этот путь как форму «политической проституции», отмечая, что если бы Харрис признала это честно как историю своего успеха «из грязи в князи», это могло бы вызвать хоть какое-то уважение за упорство, но её нынешняя праведность выглядит отвратительно . Спиринг добавляет, что даже Билл Клинтон иронично называл Вилли Брауна «настоящим Скользким Вилли», намекая на его коррупционную и личную беспринципность .
Миф о «радостном воине» против прокурорской агрессии 46:50
Завершая обсуждение имиджа Харрис, Спиринг анализирует её резкую смену образа в 2018–2019 годах. Ранее она позиционировала себя как жесткого, агрессивного прокурора и «бойца» в Сенате, что помогало ей во время резонансных слушаний . Однако для президентской кампании имиджмейкеры решили создать образ «радостного воина» (Joyful Warrior) .
Этот термин начал активно продвигаться через интервью в журналах и на шоу Эллен Дедженерес . Камала стала заявлять, что она «устала злиться» и теперь хочет бороться за страну «с любовью и радостью» . Спиринг, изучавший биографию Харрис для своей книги, утверждает, что в реальности найти примеры её «подлинной радости» практически невозможно . Она остается крайне закрытым и охраняемым человеком, который чувствует себя некомфортно, когда приходится говорить о себе вне заготовленных шаблонов .
Карлсон отмечает, что за этой маской скрывается крайне оборонительная и иногда «визгливая» натура, что стало очевидным в её недавнем интервью Бретту Байеру на Fox News . Образ «радостного воина» оказался лишь временной маской, которую она периодически сменяет на образ «мстительного воина», когда ей нужно атаковать политических противников вроде Дональда Трампа .
📉 Иллюзия лидерства: Провал 2019 года и путь по квоте DEI 50:18
Конфликт с отцом и «ямайский» имидж 50:03
Публичный образ Камалы Харрис (Kamala Harris) неоднократно подвергался критике за неискренность, но самым болезненным ударом стало осуждение со стороны её собственного отца. Дональд Харрис, заслуженный профессор экономики и выходец с Ямайки, публично дистанцировался от дочери после её шуток о курении марихуаны, где она апеллировала к своим корням . Он назвал попытку связать ямайское наследие со стереотипами о наркотиках «позорной» и оскорбительной для его семьи .
Несмотря на то что Дональд Харрис живет в Вашингтоне, в непосредственной близости от резиденции вице-президента, их отношения остаются глубоко отчужденными . Журналистские расследования показывают, что они практически не общаются: отец не присутствовал ни на одной из её победных вечеринок и не получил личного приглашения на инаугурацию . Дональд Харрис, посвятивший жизнь марксистской экономике, упоминал дочерей в своих книгах, но со временем их связь была полностью разорвана . Такер Карлсон (Tucker Carlson) отмечает, что такая семейная динамика часто накладывает отпечаток на всю политическую деятельность лидера, формируя определенный психологический профиль .
Крах президентской кампании 2019 года 53:30
Когда Камала Харрис объявила о своем участии в президентской гонке в январе 2019 года, элиты Демократической партии и крупные доноры прочили ей блестящее будущее . Ведущие СМИ, включая Рейчел Мэддоу, называли её одним из сильнейших кандидатов . Однако за ярким фасадом скрывалось отсутствие четкой идеологической основы. Пытаясь перехватить электорат Берни Сандерса, Харрис сместилась на радикально левые позиции, поддержав, например, ликвидацию частного медицинского страхования в рамках программы Medicare for All .
Столкнувшись с первым же серьезным давлением со стороны страховой индустрии, она немедленно начала «откат» своих обещаний, что вызвало ярость у прогрессивного крыла партии . Чарли Спиринг (Charlie Spiering) характеризует её как «инструмент банков» и крупных корпораций, который готов принять любую форму ради достижения власти . В ходе кампании Харрис поддерживала самые радикальные пункты повестки — от запрета пластиковых трубочек до декриминализации проституции , но избиратели в ключевых штатах, таких как Айова, быстро распознали фальшь . В итоге, несмотря на огромные бюджеты и благословение элит, её рейтинг в родной Калифорнии упал настолько низко, что ей пришлось сняться с выборов еще до первых праймериз .
Нападение на Байдена и манипуляция темой расизма 1:01:00
Одним из самых запоминающихся и в то же время циничных моментов кампании Харрис стало её нападение на Джо Байдена во время дебатов. Она фактически обвинила его в симпатиях к сегрегационистам, используя тему школьных автобусов (busing) . Фраза «та маленькая девочка — это я» была заранее подготовленным политическим приемом, призванным выставить Байдена «динозавром» из расистского прошлого .
Такер Карлсон подчеркивает иронию этой ситуации: Харрис, выросшая в благополучных районах Беркли и Монреаля (как упоминалось ранее в контексте её школьных лет), пыталась представить себя жертвой сегрегации, хотя политика принудительного развоза детей автобусами была признана катастрофой как для белых, так и для черных семей . Когда позже её спросили о собственной позиции по этому вопросу, Харрис не смогла внятно ответить, подтвердив, что атака на Байдена была лишь инструментом в борьбе за власть, а не вопросом принципа .
Тулси Габбард и «смертельный удар» 1:08:00
Окончательный крах амбиций Харрис в 2019 году наступил после прямого столкновения с Тулси Габбард на дебатах. Габбард публично разоблачила Харрис как «фальшивого прогрессиста», напомнив о её жесткой прокурорской практике в Калифорнии, сокрытии улик, оправдывающих осужденных, и преследовании малоимущих семей . Этот момент стал переломным: Харрис не смогла восстановиться после критики, которая била точно в её профессиональную репутацию.
В попытках спасти кампанию Харрис переключилась на требования цензуры в социальных сетях, призывая заблокировать Дональда Трампа в Twitter . Она открыто заявляла о намерении использовать Министерство юстиции для борьбы с «дезинформацией» и «языком ненависти», что Чарли Спиринг называет прямой угрозой свободе слова . Неспособность предложить позитивную повестку привела к тому, что её кампания окончательно «сгорела» еще до конца года.
Вице-президент по квоте DEI 1:12:00
Назначение Камалы Харрис на пост вице-президента не было результатом её политических успехов или популярности. Джо Байден публично пообещал выбрать на эту роль женщину, а под давлением протестов BLM 2020 года критерий сузился до «небелой женщины» . Это было классическое решение в рамках политики DEI (разнообразие, равенство и инклюзивность).
Среди кандидатов рассматривались Гретхен Уитмер и Эми Клобушар, но партийные консультанты настояли на кандидатуре Харрис, чтобы «собрать коалицию Обамы» . Примечательно, что семья Байдена, особенно Джилл Байден, изначально была категорически против Харрис из-за её нападок на дебатах . Вторым серьезным претендентом была Сьюзан Райс, которую считали более компетентной, но менее удобной с точки зрения электорального маркетинга . В итоге выбор пал на Харрис как на наиболее податливую фигуру, за которой стоят крупные доноры , несмотря на то, что даже в родной Калифорнии она не имела широкой поддержки .
🤝 «Советская» преемственность, «пограничный царь» и холодная война с четой Байденов 1:15:34
Взаимоотношения Камалы Харрис с семьёй Байденов с самого начала строились не на искренней симпатии, а на прагматичном расчёте, который быстро обернулся взаимным разочарованием. Чарли Спиринг отмечает, что Джо Байден, сам будучи предельно лояльным и исполнительным вице-президентом при Обаме , ожидал от Харрис аналогичной роли «младшего напарника» и помощника, готового брать на себя сложные задачи . Однако Харрис, которую Такер Карлсон характеризует как «безжалостную карьеристку» , с первых дней в офисе дистанцировалась от президента, стараясь не тратить свой политический капитал на защиту стареющего лидера, чей уход казался неизбежным . Ранее в разговоре собеседники уже упоминали её склонность разрывать связи с бывшими покровителями, когда те перестают быть полезными.
Провал в роли «пограничного царя» и искусство политического уклонения 1:21:00
Одним из первых серьезных испытаний для Харрис стало поручение Байдена взять под контроль миграционный кризис. Несмотря на то, что в публичном поле её быстро окрестили «пограничным царем», сама вице-президент всячески сопротивлялась этому титулу . Спиринг рассказывает, что Харрис даже поправляла президента за кулисами, когда тот в Конгрессе заявлял, что она «позаботится о проблеме иммиграции» .
Её стратегия заключалась в сужении зоны ответственности до борьбы с «коренными причинами» миграции в странах Северного треугольника .
- В 2021 году она совершила знаковую поездку в Гватемалу, где обратилась к потенциальным мигрантам с фразой: «Не приходите» .
- Эта попытка выстроить месседж оказалась провальной, так как поток нелегалов только рос .
- Такер Карлсон называет акцент на «коренных причинах» типичной политической уловкой, позволяющей бесконечно откладывать реальное решение проблемы .
В конечном итоге администрация хотела, чтобы Харрис стала «лицом» миграционной политики и сняла это бремя с Байдена, но она предпочла «выскользнуть» из этого поручения, оставив вопрос нерешенным .
Джилл Байден: «Готова забыть, но никогда не прощу» 1:27:00
Если Джо Байден пытался сохранять видимость хороших отношений, то его супруга, Джилл Байден, занимала гораздо более жесткую позицию. По словам Спиринга, Джилл изначально видела в роли вице-президента Сьюзан Райс , считая её более компетентной и предсказуемой фигурой . Неприязнь к Харрис укрепилась после агрессивных нападок Камалы на Байдена во время дебатов на праймериз (о которых собеседники упоминали в контексте её провальной кампании 2019 года).
Джилл Байден, имеющая в Вашингтоне репутацию «крутой девчонки из Филадельфии», публично заявляла, что готова оставить атаки в прошлом ради политики, но лично никогда их не простит . На официальных мероприятиях чета Байденов изображала радушие, предлагая Харрис печенье и улыбки , однако за этим фасадом скрывалось глубокое разочарование. Спиринг подчеркивает, что Байденам не удалось сделать из Харрис «американскую икону» по образцу Обамы , и к 2023 году в Вашингтоне её воспринимали скорее как «работу в процессе» (work in progress), которая так и не принесла плодов .
Кулуарная рокировка: «советский» стиль смены лидера 1:29:30
События лета 2024 года, когда Джо Байден снялся с предвыборной гонки, Такер Карлсон и Чарли Спиринг описывают как классический аппаратный переворот. Официальная версия о том, что Камала узнала о решении Байдена за завтраком и за 12 часов телефонных звонков в спортивном костюме обеспечила себе номинацию, кажется авторам абсурдной и «советской» по своей сути .
В реальности за этим стояли недели интенсивного давления со стороны Нэнси Пелоси и Чака Шумера . Основные тезисы этого процесса:
- Отсутствие демократического выбора: Харрис получила номинацию, не набрав ни одного голоса избирателей на праймериз .
- Вашингтонский скепсис: ещё в 2023 году истеблишмент всерьёз обсуждал возможность исключения Харрис из списка, считая, что она не сможет победить Трампа .
- Ловушка идентичности: демократы оказались заложниками собственной политики DEI — они не могли просто «выбросить» Харрис, не вызвав скандала внутри партии .
Символичным штрихом к этому перевороту стала история мужа Харрис, Дуга Эмхоффа. В момент, когда его жена фактически становилась кандидатом в президенты, он находился на тренировке в Soul Cycle со своими друзьями и узнал о происходящем, только вернувшись к машине .
Выбор Тима Уолза: союз на почве «ценностей» 1:33:50
Выбор губернатора Миннесоты Тима Уолза в качестве напарника Харрис стал для многих неожиданностью, но Спиринг видит в этом логику личной симпатии и общих радикальных приоритетов. Их первое значимое совместное появление произошло в Миннесоте, когда Харрис стала первым вице-президентом в истории, посетившим клинику абортов Planned Parenthood . Уолз стоял за её спиной, активно поддерживая её риторику .
Этот эпизод стал фундаментом их политического союза. Харрис нашла в Уолзе «забавную» и энергичную фигуру, которая органично вписалась в её предвыборную стратегию . Такер Карлсон, впрочем, иронизирует над этим выбором, называя Уолза «суетливым и пузырящимся» персонажем, чьи отношения с Харрис кажутся ему поверхностными и продиктованными исключительно желанием казаться «нормальными» в глазах либерального электората .
🛡️ Скандалы «Второго джентльмена», одержимость абортами и контроль над прессой 1:40:24
Завершающая часть беседы Такера Карлсона с Чарли Спиринг сосредоточена на личной жизни Камалы Харрис, её супруга Дуга Эмхоффа и специфических отношениях вице-президента с американской прессой. Спикеры анализируют, как личные скандалы и идеологические предпочтения формируют закрытый и порой агрессивный стиль управления Харрис.
Скрытые скандалы Дуга Эмхоффа и медийный занавес 1:41:50
Обсуждение личной жизни Камалы Харрис неизбежно переходит на её супруга, Дуга Эмхоффа, чей публичный образ «образцового мужа» подвергается серьёзному сомнению . Чарли Спиринг напоминает о расследовании, опубликованном в Daily Mail, которое вскрыло теневые стороны биографии «второго джентльмена» . Согласно показаниям свидетелей, во время поездки на кинофестиваль в Каннах Эмхофф якобы ударил свою тогдашнюю девушку по лицу прямо в очереди на парковку после благотворительного вечера . Свидетели описывают инцидент как всплеск необоснованной ревности, после которого Эмхофф силой ворвался в такси к пострадавшей женщине .
Такер Карлсон отмечает поразительное молчание мейнстримных СМИ по этому поводу . Он подчеркивает двойные стандарты: если бы подобные обвинения коснулись Дональда Трампа-младшего или Майка Пенса, реакция прессы была бы мгновенной и беспощадной . Вместо этого Эмхофф дает интервью Джо Скарборо на MSNBC, где полностью игнорирует суть претензий, переводя разговор на «высокую миссию» их команды . При этом команда Эмхоффа не выступила с прямым личным опровержением, используя обтекаемые формулировки пресс-службы .
Помимо инцидента в Каннах, Чарли Спиринг упоминает другой подтверждённый факт: роман Эмхоффа с няней, в результате которого та забеременела . Эмхофф публично признал этот эпизод своей биографии . Однако, несмотря на эти факты, Камала Харрис никогда не комментировала поведение мужа, а журналисты, стремящиеся сохранить доступ к вице-президенту, боятся задавать подобные вопросы .
Аборты как единственная искренняя тема Харрис 1:50:12
Анализируя политическую идентичность Камалы Харрис, Спиринг и Карлсон приходят к выводу, что единственная тема, в которой вице-президент проявляет подлинную страсть и постоянство — это право на аборты . По мнению Спиринг, это единственный вопрос, по которому Харрис никогда не меняла свою позицию и о котором может говорить часами .
Такер Карлсон находит это увлечение парадоксальным для человека, у которого нет собственных биологических детей . Он задается вопросом, почему в американском политическом дискурсе существует табу на обсуждение личного опыта политиков в этой сфере . Карлсон иронизирует: если аборты позиционируются как «высшее проявление человеческой свободы», то почему вопрос о том, делала ли его сама Харрис, считается оскорбительным? .
- Харрис постоянно говорит об абортах других людей, но её собственный опыт остается закрытой темой .
- Демократическая партия активно использует тему репродуктивных прав как основу своей кампании .
- При этом любые личные вопросы к кандидатам от этой партии (включая намеки на ориентацию Тима Уолза) немедленно клеймятся прессой как неподобающие .
Такер резюмирует, что либеральный истеблишмент навязывает обществу правила, согласно которым определенные темы (секс, раса, аборты) должны обсуждаться публично только в одном ключе, но при этом остаются «частными», когда речь заходит о неудобных вопросах к лидерам .
Контроль над СМИ и «список врагов» вице-президента 1:58:20
Финальная часть беседы касается того, как Камала Харрис выстраивает отношения с журналистами. Чарли Спиринг сообщает, что Харрис известна своей крайней обидчивостью и ведет своеобразный «список врагов» среди репортеров, которые позволяют себе критические высказывания . Эта черта проявлялась ещё во время её провальной президентской кампании 2019 года, когда её штаб агрессивно реагировал на любые негативные публикации .
Одним из самых ярких примеров нарциссизма Харрис Спиринг называет скандал вокруг её обложки для журнала Vogue . Вице-президент была в ярости из-за того, что редакция выбрала снимок, где она стоит в кедах Chuck Taylor на фоне розовой ткани . Харрис сочла это фото «слишком повседневным» и даже «расово нечувствительным», хотя сама активно продвигала образ «радостного воина» . Команда Байдена даже просила её умерить пыл, чтобы не превращать фотосессию в первый крупный скандал администрации .
Спиринг отмечает, что сегодня интервью с Харрис превратилось в привилегию, которую нужно заслужить лояльностью .
- Первое сольное интервью после назначения она дала Стефани Рул с MSNBC .
- Рул ранее публично заявляла на шоу Билла Мара, что Харрис вообще не обязана давать интервью, так как её превосходство над Трампом очевидно .
- Такая позиция журналистов превращает свободную прессу в подобие «северокорейского информационного агентства» .
В завершение Такер Карлсон выражает благодарность Спиринг за попытку прорваться сквозь созданный вокруг Харрис миф и подчеркивает, что без честной журналистики свободная страна функционировать не может .
