В середине XX века психоделики рассматривались как многообещающее медицинское направление, однако «Война с наркотиками» полностью остановила научный прогресс. Журналистка Клео Абрам в своем проекте Huge If True разбирается, почему современная наука вновь возвращается к клиническим испытаниям запрещенных веществ. На основе интервью с ведущими учеными автор объясняет, как психоделическая терапия может переформатировать лечение тяжелых психических расстройств.
📺 От легальных исследований к «Войне с наркотиками» 0:00
В 1955 году член британского парламента принял психоделическое вещество прямо в эфире телевидения. В те годы эти препараты были полностью легальны как в Великобритании, так и в США, представляя собой перспективное поле для медицинских экспериментов. Клео Абрам напоминает, что история использования подобных веществ в ритуальных целях насчитывает более 3000 лет: грибы, содержащие псилоцибин, применялись в религиозных обрядах, а кактус пейот, содержащий мескалин, активно использовался цивилизациями майя и ацтеков. В первой половине XX века фармацевтические компании, производившие ЛСД, свободно рассылали образцы докторам для тестирования на пациентах.
Однако в 1960-х годах, в эпоху «Лета любви» и расцвета культуры хиппи, вещества вышли за пределы лабораторий. Пресса заполнилась пугающими заголовками, а общественное мнение быстро сдвинулось в сторону страха и недоверия. В 1980-х годах американские власти объявили злоупотребление наркотиками «врагом общества номер один», начав глобальную «Войну с наркотиками».
Профессор психиатрии и поведенческих наук в Университете Джонса Хопкинса доктор Мэттью Джонсон (Matthew Johnson) утверждает, что вывод о чрезвычайной опасности этих веществ, из-за которого были запрещены любые исследования на людях, не имел под собой научной основы. По мнению доктора Джонсона, это был чисто социополитический феномен: психоделики прочно ассоциировались с контркультурой, поэтому правительство сделало их запретными даже для ученых. В результате на следующие 40 лет исследования оказались заморожены.
🧪 Ошибка на миллион: как метамфетамин выдали за экстази 5:50
Государственный нарратив о смертельной опасности психоделиков подкреплялся сомнительными научными работами. Клео Абрам приводит в пример резонансный случай: исследователи из Университета Джонса Хопкинса потратили 1,3 миллиона долларов на изучение воздействия экстази (MDMA) на мозг обезьян. В 2002 году авторитетный научный журнал опубликовал результаты, согласно которым всего одна рекреационная доза экстази приводит к необратимому повреждению мозга, а 20% подопытных животных умерли. Медиа тут же растиражировали пугающие заявления о том, что прием экстази сравним с игрой в «русскую рулетку» для мозга.
Однако эти данные оказались ложными. Спустя год ученые были вынуждены официально отозвать свою публикацию. Выяснилось, что в ходе эксперимента они случайно ввели обезьянам метамфетамин вместо экстази. Несмотря на опровержение, масштабный репутационный ущерб уже был нанесен: Клео Абрам отмечает, что даже во время ее учебы в старшей школе учителя все еще ссылались на это ошибочное исследование, формируя ложное восприятие темы на десятилетия вперед.
🧠 «Перезагрузка» мозга: научный взгляд на механизмы действия 2:09
Современная наука разделяет психоделики на несколько категорий. К так называемым классическим психоделикам относятся вещества, которые воздействуют на один и тот же рецептор серотонина в головном мозге — 2A. Такие популярные вещества, как MDMA (экстази) и кетамин, обычно включают в общую группу психоделиков, хотя механизмы их работы в мозге несколько отличаются. Само слово «психоделик» переводится с греческого как «проявляющий разум». Подобные препараты кардинально меняют восприятие реальности и самого себя.
Доктор Мэттью Джонсон, изучающий эти механизмы с 2004 года, объясняет универсальность психоделической терапии особенностями их воздействия на нейроны. Многие психические расстройства характеризуются сужением ментального и поведенческого репертуара человека — пациент словно застревает в психологической «колее». По словам Джонсона, психоделики обладают способностью мощно «выбивать» людей из этих застойных состояний.
Ученые предполагают, что эти вещества позволяют отдельным клеткам мозга формировать новые связи с окружением. Этот процесс способен изменить принципы работы мозга даже после того, как само вещество полностью вывелось из организма, фактически перепрошивая обработку определенных эмоций или желаний.
📊 Впечатляющие цифры и риски для здоровья 7:33
За последнее десятилетие объемы исследований резко возросли, продемонстрировав высокую эффективность веществ в клинических условиях. Клео Абрам приводит данные ключевых научных публикаций:
- Согласно исследованию в Journal of Psychopharmacology, всего одна высокая доза псилоцибина избавила онкологических больных от тревоги и депрессии на срок до шести месяцев.
- Публикация в журнале Nature показала, что две трети пациентов, прошедших терапию с применением MDMA, больше не испытывали симптомов посттравматического стрессового расстройства (ПТСР).
Доктор Джонсон уточняет, что наибольшую уверенность у исследователей сейчас вызывают следующие направления:
- Применение MDMA при лечении ПТСР.
- Использование псилоцибина для борьбы с алкоголизмом, никотиновой зависимостью, тяжелым депрессивным расстройством и психологическим стрессом у раковых больных.
При этом авторы видео подчеркивают: психоделическая терапия подходит далеко не всем. Исследования доказывают, что у людей с предрасположенностью или семейной историей шизофрении психоделики способны спровоцировать маниакальные или психотические эпизоды.
Потребность в новых методах лечения в масштабах популяции огромна. Клео Абрам приводит официальную статистику США:
- Ежегодно около 5% взрослого населения США страдают от ПТСР (в 2020 году это составило 13 миллионов человек).
- Около 8% взрослых американцев сталкивались как минимум с одним тяжелым депрессивным эпизодом, и эти показатели продолжают расти, особенно среди молодежи.
🗺️ Будущее легализации: контролируемые клиники вместо магазинов 10:11
Мэттью Джонсон предполагает, что MDMA может получить официальное одобрение Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA) для лечения ПТСР уже через год или два. Одобрение псилоцибина ожидается еще через пару лет после этого.
Однако Клео Абрам разрушает популярный миф: легализация психоделиков не будет копировать модель рынка каннабиса, где товар можно свободно купить в специализированном магазине для домашнего использования. Модель регулирования веществ можно представить в виде матрицы со следующими осями:
- По вертикали: принимается ли вещество самостоятельно или под контролем специалиста.
- По горизонтали: выписывается ли препарат по рецепту врача или доступен свободно.
Если медицинский каннабис находится в секторе «по рецепту, но для самостоятельного использования», то основные дебаты вокруг психоделиков сосредоточены в секторе «легально, строго по рецепту и исключительно под медицинским наблюдением».
В рамках этой одобренной FDA модели пациент приходит в сертифицированную клинику, ложится в комфортное положение, надевает мягкую маску для глаз и слушает музыку. Весь процесс «путешествия» проходит под непрерывным контролем лицензированного психотерапевта. Клео Абрам добавляет, что ученым еще предстоит выяснить, какие именно терапевтические методики и внешние стимулы наиболее эффективны для обеспечения безопасности пациента в этот уязвимый момент.
Существует и альтернативный сценарий, принятый на уровне штатов Орегон и Колорадо. Там законодательно разрешено принимать псилоцибин в так называемых «центрах исцеления» (Healing Centers) под наблюдением сертифицированного проводника (фасилитатора), который не обязан быть врачом. Тем не менее, на момент записи видео ни один подобный центр еще не начал работу.
Клео Абрам резюмирует, что в обозримом будущем любая легализация будет подразумевать исключительно контролируемое использование. Главная цель сегодняшнего дня — базировать регулирование на качественной науке, отбросив необоснованные страхи и чрезмерный хайп.
