Вопрос о природе человеческого сознания веками оставался прерогативой философии, однако современная нейронаука стремительно превращает его в объект точных экспериментальных исследований. В новом выпуске Ri Science Podcast, выпускаемом британским Королевским институтом (The Royal Institution), ведущий исследователь в этой области, профессор Анил Сет (Anil Seth), разбирает глубокие различия между разумом и симуляцией. В центре дискуссии — иллюзия существования сознательного искусственного интеллекта, природа наших повседневных восприятий и то, почему метафора мозга как компьютера окончательно зашла в тупик.
🧠 Что такое сознание: от летучих мышей до научных теорий 0:02
Анил Сет является профессором когнитивной и вычислительной нейронауки, а также возглавляет Центр изучения сознания при Университете Сассекса. За свою академическую карьеру он опубликовал более 200 научных работ, став одним из самых цитируемых нейробиологов в мире. По признанию самого ученого, широкой публике он больше всего запомнился благодаря короткому, но завирусившемуся двухминутному интервью британскому комедийному персонажу Филомене Канк.
Обсуждая дефиниции, Анил Сет отмечает, что в научном сообществе до сих пор нет единого строгого определения сознания, поэтому исследователям приходится опираться на философский фундамент. В качестве отправной точки профессор использует классическое рабочее определение, сформулированное философом Томасом Нагелем в его знаменитой работе 1976 года «Каково быть летучей мышью?». Тезис Нагеля заключается в том, что для сознательного организма существует само понимание того, «каково это — быть этим организмом».
По мнению Сета, ценность этого определения заключается в его максимальной нейтральности. Оно не связывает сознание со сложными эволюционными надстройками вроде человеческого языка, развитого эго или интеллекта. Любой субъективный опыт — будь то восприятие красного цвета или вкус мороженого — уже свидетельствует о наличии сознания. Сет подчеркивает, что современные научные теории пытаются конкретизировать это понятие через разные механизмы:
- Теория глобального рабочего пространства (Global Workspace Theory) предполагает, что сознание — это глобальная трансляция информации по всей нейросети мозга.
- Теория интегрированной информации (Integrated Information Theory) определяет сознание как математический максимум интеграции информационных потоков в системе.
По словам ученого, задача современной науки — постоянно маневрировать между этими теоретическими моделями в рамках того понятийного пространства, которое удерживает для нас философия.
⚔️ Трудная проблема и ловушка Декарта 3:55
В изучении природы разума ключевую роль играют две фундаментальные проблемы, которые Сет призывает четко разграничивать: психофизическую проблему (mind-body problem) и так называемую «трудную проблему сознания» (hard problem). Психофизический вопрос исследует, как именно ментальное соотносится с физическим телом и влияет ли разум на наши действия. Трудная же проблема, сформулированная Дэвидом Чалмерсом, копает глубже: как субъективный опыт вообще может возникать из физических процессов.
Истоки этого кризиса Сет возводит к концепции Рене Декарта, который разделил вселенную на два типа субстанций: протяженную материю ($res\ extensa$) и мыслящий дух ($res\ cogitans$). Профессор считает, что как только мы разделяем мир подобным образом, собрать его обратно в единую картину становится невероятно трудной задачей. Поскольку традиционная наука изучает поведение материи на разных уровнях — от кварков и атомов до обществ, — чисто нефизическое понимание сознания заводит исследователей в тупик.
Долгое время этот дуализм заставлял ученых считать сознание ненаучной темой. Однако Сет указывает на радикальный сдвиг, произошедший в последние 30–40 лет. Вместо лобовой атаки на трудную проблему нейробиологи начали планомерно изучать связи между процессами в мозге и субъективными состояниями. Гость выражает надежду, что по мере накопления этих данных ощущение мистической тайны сознания постепенно рассеется само собой.
При этом Сет не разделяет радикальный философский взгляд, называемый иллюзионизмом, сторонники которого утверждают, будто сознания не существует, а сам феномен — лишь ментальный обман. Профессор открыто заявляет, что является «феноменальным реалистом». Он убежден, что сознательный опыт абсолютно реален, обладает конкретными свойствами и должен изучаться через призму биологии.
👁️ Восприятие как «контролируемая галлюцинация» 8:18
Возвращаясь к шутливому вопросу Филомены Канк о том, «генерирует ли мозг сознание или сознание управляет мозгом», Сет объясняет ошибочность самой дихотомии. По его мнению, сознание является неотъемлемым свойством мозга, находящегося в определенном функциональном состоянии, а не отдельным паром, поднимающимся над кипящим чайником.
Для объяснения того, как именно мозг формирует наш опыт, профессор предлагает рассмотреть разницу между восходящей (bottom-up) и нисходящей (top-down) обработкой информации. Классическая нейробиология долгое время опиралась на восходящую модель: сенсорные сигналы от глаз и ушей поступают в мозг, продвигаются вглубь коры и там складываются в финальную картинку внешнего мира.
Однако Сет является сторонником противоположного, нисходящего подхода, уходящего корнями к идеям Германа фон Гельмгольца о «восприятии как логическом выводе». Согласно этой концепции:
- Основную аналитическую работу выполняют нисходящие связи, которые транслируют предсказания мозга о причинах поступающих сенсорных сигналов.
- Восходящие сигналы от органов чувств нужны лишь для калибровки и несут в себе «ошибку предсказания» (prediction error) — разницу между ожиданиями мозга и реальностью.
- Минимизируя эту ошибку на каждом уровне корковой иерархии, мозг формирует наилучшую догадку о состоянии окружающего мира и собственного тела.
Из этой модели логически вытекает тезис Сета о том, что наше повседневное восприятие — это, по сути, «контролируемая галлюцинация». Профессор подчеркивает отсутствие жесткой границы между нормальным восприятием и клиническими патологиями вроде психоза, шизофрении или галлюцинаций при болезни Паркинсона. Разница лишь в балансе: когда мы видим лица в пушистых облаках, это нормальное проявление работы наших внутренних предсказательных механизмов. В качестве примера позитивного изменения этого баланса Сет приводит синестетов — людей с более богатым восприятием, способных, например, «слышать» цвета.
🤖 Мифология мыслящих машин: интеллект против сознания 18:25
В 2025 году Анил Сет стал победителем престижного конкурса эссе Фонда Берггрюна (Berggruen Prize), тема которого была посвящена сознанию. Его работа под названием «Мифология сознательного ИИ» (The Mythology of Conscious AI) напрямую анализирует текущие технологические тренды. По словам профессора, главная проблема современных споров об искусственном интеллекте — это глубокое смешение понятий «интеллект» и «сознание».
Ученый отмечает, что люди обладают сильной психологической предвзятостью — склонностью антропоморфизировать системы, которые имитируют человеческое поведение, и язык здесь играет ключевую роль. Когда большая языковая модель (LLM) уверенно рассуждает о своем «внутреннем мире», человеку психологически трудно не поверить в то, что перед ним сознательный разум. Сет иронично замечает, что нейросети обучались на колоссальных массивах текстов, написанных людьми о сознании, поэтому их способность поддерживать такой диалог закономерна.
Для контраста профессор приводит в пример алгоритм AlphaFold от компании DeepMind. Эта система решает сложнейшую биологическую задачу фолдинга (сворачивания) белков, демонстрируя высочайший уровень интеллекта. Однако, поскольку AlphaFold не коммуницирует с нами на естественном языке, никто в мире не подозревает у нее наличия чувств или субъективного опыта. По мнению ученого, человечество совершает зеркальные ошибки:
- Ложноположительная ошибка (false positive) совершается в отношении языковых моделей, которым мы ошибочно приписываем сознание из-за их речевых навыков.
- Ложноотрицательная ошибка (false negative) исторически совершалась в отношении животных, чье сознание недооценивалось просто потому, что они не умеют говорить по-человечески.
Профессор предлагает жестко разделять эти термины: интеллект — это способность решать задачи, выполнять функции и адаптироваться к новым ситуациям. ИИ, безусловно, интеллектуален, пусть и не по-человечески. Сознание же — это исключительно про качество живого опыта (вкус мороженого, ощущение мысли). То, что в человеке эти свойства эволюционно развивались вместе, вовсе не означает, что они неразрывно связаны в любой другой системе.
💻 Мозг — это не компьютер: крах вычислительного функционализма 24:18
В основе веры в скорое появление сознательных машин лежит концепция вычислительного функционализма (computational functionalism). Это допущение гласит, что для возникновения сознания значение имеет только правильный алгоритм и вычисления, а материальный субстрат (углеродная основа мозга или кремниевый чип компьютера) не важен.
Анил Сет считает это утверждение ложным и называет его «метафорой, о метафоричности которой все просто забыли». Да, современные архитектуры искусственного интеллекта, такие как искусственные нейросети, вдохновлены структурой связей в человеческом мозге. Еще десятилетия назад было доказано, что нейросети Тьюринг-полны и могут реализовать любой алгоритм. Но эта легкость абстракции, по словам Сета, заставила инженеров выбросить за борт все остальные биологические особенности живых систем.
Профессор выделяет ключевые отличия реального мозга от кремниевого компьютера:
- В цифровых машинах существует жесткое разделение на программное обеспечение (software) и аппаратное обеспечение (hardware).
- В мозге невозможно отделить то, что он делает, от того, чем он физически является. Здесь нет «программы» (mindware), работающей поверх биологического «железа» (wetware).
- Даже на уровне отдельного нейрона процессы невероятно сложны. Например, клетка мозга может активироваться не для передачи информации, а для банальной очистки от метаболических отходов, чего в кремнии не происходит из-за отсутствия метаболизма.
Сет резюмирует, что представление, будто материя не важна, а важна лишь обработка информации — это завуалированная форма нового дуализма. Компьютерная метафора исчерпала себя, и мозг необходимо рассматривать как глубоко интегрированную живую биологическую систему.
🌀 Геометрия галлюцинаций и «телескоп» для мозга 29:00
В лабораториях Университета Сассекса Сет и его команда исследуют сознание через призму геометрических визуальных галлюцинаций. Подобные феномены встречаются при глазной мигрени (в виде мерцающих зигзагов) или при приеме психоделиков (спирали, шахматные доски). Ученые надеются, что изучение этих состояний поможет в разработке новых методов лечения тяжелой депрессии, поскольку галлюцинаторный опыт способен разрушать деструктивные паттерны восприятия.
Однако исследования продвигаются медленнее, чем хотелось бы. Профессор делится опытом: вместо того чтобы сразу сканировать мозг на фРТ, его аспиранты тратят годы на валидацию опросников и изучение «эффекта ожидания» (demand characteristics), когда испытуемые видят то, на что их предварительно настроили.
Оценивая траекторию науки за последние 10 лет, Сет отмечает качественный прогресс: если в 1990-х и 2010-х годах ученые занимались лишь поиском простых эмпирических «нейральных коррелятов сознания» (footprints of consciousness), то сегодня корреляция наконец-то перерастает в полноценное научное объяснение.
Заглядывая вперед, в 2036 год, Сет признается, что испытывает смешанные чувства. С одной стороны, он опасается прекарности — хрупкого положения науки о сознании, которая все еще воспринимается некоторыми как маргинальная область. С другой стороны, ученый надеется на технологический прорыв. Человечеству необходим условный «космический телескоп Джеймса Уэбба для мозга» — принципиально новый метод, позволяющий увидеть и зафиксировать всю колоссальную комплексность живой нейросети, не прибегая к генетическим модификациям человека.
