В новом выпуске подкаста «Cosmic Skeptic» Алекс О’Коннор беседует с доктором Алексом Хершафтом — человеком уникальной судьбы, пережившим Варшавское гетто и нашедшим новый смысл жизни в защите прав животных. Разговор затрагивает глубокие этические параллели между Холокостом и современным промышленным животноводством, анализирует психологию угнетения и обсуждает, как социальные нормы делают возможными массовые преступления.
✡️ Варшавское гетто: детство на грани смерти 2:40
Алексу Хершафту было всего пять лет, когда 1 сентября 1939 года нацистские войска вторглись в Польшу . Вскоре после этого всем евреям Варшавы и окрестностей было приказано переселиться в еврейский квартал. Семье Хершафта повезло: у его бабушки и дедушки была там квартира, поэтому им не пришлось делить жилье с незнакомцами .
Ключевые этапы формирования гетто по воспоминаниям гостя:
- Осень 1940 года: Квартал был окружен стеной с колючей проволокой, что ознаменовало рождение печально известного Варшавского гетто .
- Условия жизни: Из 450 000 человек около 100 000 умерли в первый же год от тифа и голода .
- Лето 1942 года: Начались массовые депортации в лагерь смерти Треблинка, расположенный в 60 милях от Варшавы .
- Осень 1942 года: В гетто осталось от 15 до 100 тысяч человек. По словам Хершафта, именно тогда стало очевидно, что смерть — лишь вопрос времени .
Доктор Хершафт отмечает, что нацисты намеренно скрывали планы об уничтожении, чтобы избежать восстания. До последнего момента люди надеялись, что их просто удерживают в трудовом лагере .
🧤 История спасения: русская служанка и «белоэмигранты» 7:27
Семья выжила благодаря преданности русской женщины по имени Юлиана, которая работала у бабушки и дедушки Хершафта еще до войны . Когда вышел указ, запрещающий неевреям находиться в гетто, Юлиана отказалась уходить, считая эту семью своей единственной родней.
Юлиана была членом «Общества белых русских» в Варшаве — организации эмигрантов, проигравших революцию в России . Немцы благоволили «белым русским», надеясь использовать их как марионеточное правительство в будущем. Используя этот статус, Юлиана совершила невозможное:
- Она получила разрешение на проживание в гетто, пригрозив самоубийством в случае отказа .
- Ей выдали пропуск на свободный вход и выход из гетто .
- Она тайно выносила ценности и одежду, обменивая их у фермеров на еду для жителей гетто .
Когда в 1942 году начались облавы, Юлиана согласилась покинуть гетто только при условии, что заберет маленького Алекса с собой под видом своего сына . Чтобы пройти через ворота и мимо уличных вымогателей («хулиганов»), бабушка выдала ей три набора драгоценностей для взяток .
🏃 Погоня и «башмаки в руках»: жизнь в подполье 16:05
После побега из гетто семья Хершафта провела два с половиной года, скрываясь по поддельным документам . Они меняли место жительства четыре раза, как только возникали подозрения.
Один из самых драматичных эпизодов произошел, когда мать Алекса занималась торговлей подержанной одеждой в сельской местности. Знакомая предупредила её, что местный владелец магазина, недовольный конкуренцией, заподозрил в ней еврейку и решил донести в гестапо .
По словам Алекса Хершафта, реакция матери была молниеносной:
- Она сделала вид, что эта новость её рассмешила, чтобы не выдать страха .
- Как только она скрылась за углом, она сбросила обувь и побежала босиком по полям до фермы .
- В полночь они с сыном упросили хозяйку фермы отвезти их на станцию .
Спустя годы после войны мать Алекса узнала от той самой фермерши: гестапо приехало за ними всего через час после их отъезда .
🥩 Прозрение в скотобойне: от химии к активизму 22:53
В 1951 году Алекс Хершафт прибыл в США, где позже получил докторскую степень по неорганической химии . Долгое время он страдал от «вины выжившего», задаваясь вопросом, почему он остался жив, когда миллионы достойных людей погибли .
Переломный момент наступил в 1972 году, когда Хершафт, будучи специалистом по очистке сточных вод, инспектировал скотобойню на Среднем Западе .
«Я повернул за угол и наткнулся на груды копыт, голов, сердец и легких — части тел животных. В моем сознании мгновенно возникла связь с частями тел, которые я видел в Освенциме после войны: горы волос, очков, обуви и золотых зубов», — вспоминает доктор Хершафт .
Он пытался убедить себя рационально: «Но ведь это всего лишь животные». Однако внутренний голос ответил: «Именно это нацисты говорили о нас: "Это всего лишь евреи"» . Как ученый, он начал исследовать параллели и обнаружил их пугающее множество:
- Использование скотных вагонов для транспортировки жертв .
- Клеймение и татуировки для идентификации .
- Содержание жертв в деревянных клетках/бараках .
- Скрытие ужасов за высокими стенами от глаз широкой публики .
Окончательно утвердиться в своих мыслях ему помогли труды нобелевского лауреата Исаака Башевиса-Зингера, который писал, что «для животных каждый человек — нацист, а их жизнь — вечная Треблинка» .
🧠 Психология угнетения: почему мы не замечаем зла? 37:54
Алекс О’Коннор отмечает, что сравнение Холокоста с забоем животных крайне спорно и часто вызывает гнев. Доктор Хершафт поясняет, что его кампания (сайт never-again.org) направлена не на принижение жертв нацизма, а на анализ сознания угнетателя.
Аргументы доктора Хершафта о моральных ценностях:
- Личные отношения важнее вида: Большинство людей потратят тысячу долларов на операцию своей собаке, но не отправят ту же сумму на спасение ребенка в Судане. Наши ценности основаны на личных связях, а не на расе или виде .
- Арбитрарность социальных норм: В нацистской Германии норма гласила: «Христианин живет, еврей умирает». Наша норма гласит: «Собака живет, свинья умирает». Обе нормы, по мнению Хершафта, одинаково лишены логики .
- Роль децепции: Как нацисты скрывали правду от населения, так и современный маркетинг использует эвфемизмы («счастливые коровы», «свободный выгул»), чтобы скрыть жестокую реальность от потребителя .
Хершафт утверждает, что просвещенные люди могут совершать злодеяния просто потому, что это соответствует принятым в обществе социальным нормам. Никто не хочет быть «белой вороной» .
🏳️🌈 Уроки социальных движений и будущее 51:13
Обсуждая, как изменить ситуацию, Хершафт выражает восхищение движением ЛГБТК+, которое за 20 лет совершило колоссальный рывок в США . Однако он видит ключевое отличие: животные не могут совершить «каминг-аут» и заговорить за себя .
По мнению доктора Хершафта, путь к спасению животных лежит не только через моральные убеждения, но и через технологическую замену продуктов:
- Создание растительных аналогов, которые вкуснее, дешевле и полезнее мяса .
- Замена социальных норм новыми привычками, не требующими убийства .
Алекс О’Коннор добавляет, что будущие поколения будут смотреть на наше потребление мяса с тем же ужасом и непониманием, с каким мы смотрим на рабство . Он вспоминает собственное осознание: если бы он жил в эпоху рабства, он, скорее всего, принимал бы его как норму, раз сейчас он так же легко игнорирует страдания животных ради стейка .
В завершение беседы 86-летний доктор Хершафт отметил, что он веган уже 40 лет, ежедневно бегает или плавает и находится в отличной форме, несмотря на тяжелое детство и «ужасную диету» в первой половине жизни .
