«ИИ способен изменить абсолютно всё в мире, кроме того, как мыслят и ведут себя люди», — утверждает Уоррен Баффетт на фоне рекордных финансовых результатов Berkshire Hathaway в 504 миллиарда долларов. Пока американская экономика замедляется, а девелоперы коммерческой недвижимости массово возвращают ключи банкам из-за неподъемных ставок, легендарный конгломерат демонстрирует абсолютную непотопляемость. В этом материале — разбор антикризисной стратегии Баффетта и Мангера, будущее технологической трансформации Geico, секреты сверхуспешных инвестиций в Apple и Японию, а также честный взгляд на преемственность поколений в большом бизнесе.
📊 Финансовый барометр Баффетта: операционная прибыль Berkshire Hathaway и уроки банковского кризиса 4:39
Операционная прибыль, казначейские векселя и неизбежное замедление экономики 4:39
Уоррен Баффетт (Warren Buffett) начал деловую часть ежегодного собрания акционеров Berkshire Hathaway с детального разбора квартальной отчетности конгломерата. В первом квартале операционная прибыль компании составила чуть более 8 миллиардов долларов. Глава конгломерата напомнил, что этот показатель рассчитывается в соответствии с общепринятыми принципами бухгалтерского учета (GAAP), но целенаправленно исключает реализованные и нереализованные капитальные убытки или доходы. По мнению Баффетта, краткосрочные колебания цен на фондовом рынке носят исключительно капризный характер и не отражают реальную ценность бизнеса, тогда как операционная прибыль демонстрирует истинное положение дел в подконтрольных компаниях.
При этом Уоррен Баффетт (Warren Buffett) высказал сдержанный прогноз относительно ближайшего будущего американской экономики, отметив, что большинство бизнесов конгломерата в текущем году зафиксируют снижение доходов. Завершился уникальный экономический период, начавшийся во время пандемии, который по своей экстраординарности напоминал эпоху после Второй мировой войны. В это время государство активно вливало ликвидность в систему, обеспечивая аномально высокий спрос на товары, которые потребители скупали без оглядки на цены и распродажи. На текущий момент этот бум угас, сменившись совершенно иным экономическим климатом, к которому многие менеджеры оказались не готовы, накопив избыточные оборотные запасы.
Тем не менее, Berkshire Hathaway находится в выигрышном положении благодаря двум мощным факторам. Первым из них стал колоссальный рост доходов от краткосрочных инвестиций. На балансе компании сосредоточено около 125 миллиардов долларов в краткосрочных активах. Если раньше они приносили символические 4 базисных пункта доходности, то есть около 50 миллионов долларов в год, то в условиях рыночных колебаний вокруг потолка госдолга США конгломерат сумел приобрести краткосрочные векселя на 3 миллиарда долларов с эквивалентной доходностью 5,92%. В результате годовой доход от размещения денежных средств вырастет практически до 5 миллиардов долларов.
Феномен страхового флоута и накопление денежных средств 12:59
Вторым ключевым элементом стабильности конгломерата выступает страховой сектор, результаты которого не привязаны к макроэкономическим циклам, а зависят от вероятности стихийных бедствий. На конец марта чистая стоимость Berkshire Hathaway по стандартам GAAP достигла рекордных 504 миллиардов долларов. Ни одна другая компания в США не обладает капиталом такого масштаба, поскольку большинство корпораций предпочитают тратить средства на агрессивный выкуп акций вместо накопления чистых активов. Баффетт с юмором упомянул, что удержание прибыли стало основой успеха, в то время как выплата дивидендов в размере 10 центов на акцию в 1967 году была «ужасной ошибкой».
Ранее в разговоре мимоходом упоминались показатели Geico, однако главным драйвером страхового успеха Баффетт считает именно масштабы флоута. Общий объем страхового флоута (float) Berkshire достиг 165 миллиардов долларов. Эти средства представляют собой авансовые премии, полученные от клиентов, которые отражаются в балансе как обязательства, но фактически находятся в полном распоряжении конгломерата до момента выплат по страховым случаям. Уоррен Баффетт (Warren Buffett) сравнил этот инструмент с идеальным банковским депозитом: «Это как иметь банк без сотрудников, по которому не нужно платить проценты и который защищен от риска внезапного массового отзыва средств вкладчиками». За создание этого колоссального резерва отвечает руководитель страхового направления Аджит Джайн, сумевший развить его с минимальных значений 1986 года за счет победы в жесткой глобальной конкуренции.
Накопленная ликвидность продолжает работать на акционеров. Динамика распределения денежных потоков за апрель наглядно демонстрирует финансовую дисциплину менеджмента:
· Общий объем денежных средств и казначейских векселей увеличился за месяц примерно на 7 миллиардов долларов.
· Чистая продажа акций на открытом рынке принесла компании около 4 миллиардов долларов.
· На обратный выкуп собственных акций было направлено всего 400 миллионов долларов.
Благодаря такой стратегии и ежегодному сокращению числа обращающихся акций класса A, доля каждого инвестора в бизнесе Berkshire стабильно растет без необходимости каких-либо дополнительных вложений с их стороны.
Крах Silicon Valley Bank: почему спасение депозитов было неизбежным 20:04
Во второй части утренней сессии Уоррен Баффетт (Warren Buffett) подробно ответил на вопросы о недавних потрясениях в банковском секторе США, спровоцированных крахом Silicon Valley Bank (SVB). Отвечая на вопрос о возможных последствиях в случае, если бы государство отказалось полностью покрыть незастрахованные вклады, инвестор заявил, что исход оказался бы катастрофическим для всей страны.
По мнению главы Berkshire, несмотря на официальный лимит страхования вкладов FDIC в 250 тысяч долларов, американские власти не могли позволить себе бездействие. Баффетт подчеркнул, что ни один чиновник в администрации, Конгрессе, ФРС или FDIC не согласился бы взять на себя ответственность и объяснять по телевидению разгневанным гражданам, почему их депозиты сгорели. Подобный сценарий мгновенно спровоцировал бы паническое изъятие денег из всех региональных банков США, парализовал бы внутреннюю экономику и привел к дестабилизации мировой финансовой системы. Шаг навстречу вкладчикам был абсолютно логичным и неизбежным.
Резюмируя дискуссию о кризисах и управлении рисками, Баффетт отметил, что за всю историю Berkshire Hathaway руководство никогда не принимало ключевых инвестиционных или деловых решений под влиянием эмоций. В бизнесе всегда должен преобладать холодный, взвешенный и глубоко рациональный расчет.
🧠 Цифровые вызовы Geico, скрытые риски ИИ и вечные правила стоимостного инвестирования 25:30
Технологический тупик Geico и феномен Berkshire Hathaway Specialty 25:30
В ходе ежегодного собрания акционеров прозвучал острый вопрос от Бена Нолла из Миннеаполиса, заметившего, что страховой гигант Geico уступает позиции конкурентам из-за медленного внедрения телематики. (Ранее в разговоре кратко упоминались проблемы железной дороги BNSF, однако этот аспект операционного управления подробно разбирается в следующей главе статьи). Руководитель страхового направления конгломерата Аджит Джейн признал наличие трудностей, но отметил, что компания уже сделала огромный рывок: сегодня до 90% новых договоров используют данные телематики для расчета тарифов, хотя клиенты соглашаются на передачу данных менее чем в половине случаев.
Главным препятствием на пути модернизации Аджит назвал ИТ-инфраструктуру: «Технологии Geico требуют гораздо больше работы, чем я думал. У нас более 600 устаревших систем (Legacy systems), которые буквально не умеют общаться друг с другом». Сейчас команда пытается сжать этот массив до 15–16 совместимых платформ, что является титанической задачей.
В первом квартале Geico показала отличный комбинированный коэффициент (combined ratio) на уровне 93% с лишним, но Джейн призывает не обольщаться — результат частично искажен роспуском резервов прошлых лет и сезонностью. К концу года коэффициент ожидается чуть ниже 100%, тогда как целевой показатель равен 96%. Вектор Berkshire Hathaway остается непоколебим: прибыльность важнее агрессивного роста, даже если ради этого придется временно терять застрахованных клиентов. На полное исправление ситуации и возвращение к росту уйдет еще около двух лет.
Уоррен Баффетт добавил, что операционным переустройством в Geico сейчас успешно занимается Тодд Комбс. Глава Berkshire иронично высказался о волне страховых стартапов последнего десятилетия, которые выходили на биржу под соусом «это технологическая компания, а не страховая», но регулярно несли колоссальные убытки, поскольку так и не научились адекватно сопоставлять риски с тарифами. В противовес им Баффетт привел в пример Berkshire Hathaway Specialty, созданную Аджитом Джейном и еще четырьмя специалистами всего 10 лет назад. Сегодня этот бизнес под руководством Питера Иствуда вырос до 1500 сотрудников по всему миру, накопил около 12 миллиардов долларов флоута (страхового резерва) и не стоил конгломерату ни цента андеррайтинговых убытков при выходе на рынок.
Искусственный интеллект против «старомодного» разума: скепсис Мангера и тревога Баффетта 35:46
На фоне повального увлечения автоматизацией Лоренц (Карен) из Санта-Клары поднял тему долгосрочного влияния ИИ и робототехники на фондовый рынок и общество в целом. Чарли Мангер отметил безусловные успехи роботизации в реальном секторе, приведя в пример заводы китайского автогиганта BYD, где автоматизация внедряется невероятными темпами. Тем не менее к медийному хайпу вокруг ИИ Мангер отнесся подчеркнуто прохладно:
«Я лично скептически отношусь к шумихе вокруг искусственного интеллекта. По-моему, старомодный интеллект (old-fashioned intelligence) работает вполне неплохо».
Уоррен Баффетт поделился личным опытом: Билл Гейтс демонстрировал ему возможности одной из последних версий нейросети. ИИ поразил главу Berkshire способностью мгновенно анализировать все юридические прецеденты в истории, отсекая лишнее, но шутить машина так и не научилась.
При этом Баффетт высказал глубокую обеспокоенность экзистенциальным характером новой технологии. Создав нечто столь всеобъемлющее, человечество уже не сможет «разъизобрести» это обратно, как это произошло с атомной бомбой во Второй мировой войне. Ссылаясь на знаменитое изречение Альберта Эйнштейна, Баффетт резюмировал: «ИИ способен изменить абсолютно всё в мире, кроме того, как мыслят и ведут себя люди. И это очень серьезный шаг».
Пустеющие даунтауны и скрытые ловушки коммерческой недвижимости 39:34
Следующий блок вопросов касался резонансного предупреждения Чарли Мангера в Financial Times о грядущем шторме на рынке коммерческой недвижимости США из-за падения цен на офисы и накопления плохих кредитов на балансах банков. Мангер сразу поспешил успокоить акционеров: Berkshire никогда не была крупным игроком в этом секторе, поскольку налоговая структура конгломерата делает недвижимость менее выгодной для него, чем для частных инвесторов.
Тем не менее «опустение» деловых центров городов по всему миру станет крайне болезненным и неприятным процессом. «Здания никуда не денутся, а вот их владельцы сменятся», — лаконично отрезал Мангер.
Уоррен Баффетт раскрыл экономическую изнанку этого кризиса, напомнив, что большинство девелоперов предпочитают покупать объекты на кредиты без права регресса (non-recourse loans). Стоимость здания для таких игроков часто определяется лишь тем, «сколько они могут занять, не подписывая личное поручительство».
Когда рынок падает, недвижимость переходит к банкам-кредиторам, которые не хотят ею управлять и начинают практиковать стратегию «продлевай и притворяйся» (extend and pretend), затягивая признание убытков. Сейчас наступают прямые последствия эпохи сверхдешевых денег: те, кто занимал под 2,5%, обнаруживают, что при текущих высоких ставках бизнес-модель не работает, и просто возвращают ключи кредиторам, которые выделили им все деньги на строительство.
Почему стоимостное инвестирование не умрет из-за технологий 43:52
Отвечая на вопрос Салази из Калифорнии о том, как выживать стоимостным инвесторам в эпоху разрушительных технологий, патриархи Berkshire Hathaway разошлись во взглядах, продемонстрировав классический контраст своих подходов. Чарли Мангер высказал мрачный прогноз: из-за колоссальной конкуренции среди огромного количества поумневших игроков и сужения пула недооцененных активов доходность неизбежно упадет. «Мой совет стоимостным инвесторам — привыкайте зарабатывать меньше».
Уоррен Баффетт, напротив, излучал оптимизм. Он подчеркнул, что появление новых технологий и трансформация мира, свидетелем которой он является с 1942 года, вовсе не уничтожают инвестиционные ниши. Главное топливо для разумного инвестора остается неизменным:
- Системные ошибки и глупость других участников рынка.
- Чрезмерная доступность чужого капитала, толкающая менеджеров на безумные авантюры.
- Тотальная краткосрочная ориентация современного менеджмента.
За 58 лет управления Berkshire число людей, совершающих «крупные глупости», только выросло, поскольку собирать огромные деньги с доверчивой публики стало гораздо проще. Сегодня финансовый мир одержим продажей красивых идей и краткосрочной отчетностью: на звонках с инвесторами топ-менеджмент думает лишь о том, как подогнать цифры под прогнозы аналитиков, чтобы слегка их превзойти.
«Этот мир просто создан под копирку для любого, кто пытается мыслить категориями пяти, десяти или двадцати лет», — заключил Уоррен Баффетт, отметив, что разумному инвестору вовсе не обязательно играть на том поле, где толпа пытается перехитрить друг друга ради сиюминутной выгоды.
🚂 Страховой щит, уроки преемственности и цена энергетического перехода 50:26
Архитектура сверхкрупных рисков: почему страховая модель Berkshire уникальна 50:26
Уоррен Баффетт (Warren Buffett) подробно объяснил, почему страховой бизнес конгломерата кардинально отличается от конкурентов. В отличие от стандартных игроков рынка, Berkshire не связана жесткими регуляторными ограничениями, требующими инвестировать полученный страховой флот исключительно в облигации. Все средства поступают в общий пул активов, объем ликвидной части которого сейчас превышает 130 миллиардов долларов. Ни одна другая страховая компания не может позволить себе мыслить подобными категориями просто потому, что у них нет баланса такого масштаба: на долю конгломерата приходится около 26% чистой стоимости всех компаний имущественного страхования и страхования от несчастных случаев в США.
Ярким примером реализации этого преимущества стала крупная сделка по перестрахованию с AIG. Руководитель страхового направления Аджит Джаин привел конкретные операционные показатели: на текущий момент фактические выплаты по этой сделке составляют 96% от первоначально прогнозируемого уровня. Джаин отметил, что если итоговые выплаты окажутся ниже ожидаемых, конгломерат не просто привлечет капитал по крайне привлекательной ставке (существенно ниже 4%), но и заработает комиссию, эквивалентную 1 миллиону долларов в ценах 2015 года. Хотя долгосрочные обязательства продолжают поступать, Джаин сохраняет осторожный оптимизм.
Уникальную устойчивость модели подчеркивает и тот факт, что компании Berkshire располагают объемом акционерного капитала на один доллар страховой премии, в четыре раза превышающим среднерыночную норму. Кроме того, конгломерат ежегодно получает более 25 миллиардов долларов прибыли от нестраховых дочерних структур, полностью независимых от конъюнктуры страхового рынка. Поскольку Berkshire принципиально не выплачивает дивиденды, клиенты уверены, что компания способна оперативно выплатить даже 10 миллиардов долларов в условиях любого экономического кризиса.
Философия наследования: почему открытый разговор важнее идеального завещания 56:19
Вопрос техасского юриста Марвина Блума о преемственности семейного капитала и неготовности следующего поколения принимать дела перевел дискуссию в плоскость личной ответственности. Юрист привел метафору с отличным квотербеком-патриархом, который пасует мяч-наследство неподготовленным принимающим, не знающим правил игры.
Уоррен Баффетт (Warren Buffett) выразил убеждение, что родители совершают огромную ошибку, если их взрослые дети впервые узнают о воле ушедших только в момент оглашения завещания. Личный подход Баффетта категоричен: он не подписывает завещание до тех пор, пока трое его детей лично не прочитают документ, не поймут его и не предложат свои правки. Чарли Мангер иронично заметил, что для Berkshire планирование преемственности сводится к простому правилу: «просто держите эти чертовы акции». Однако Баффетт возразил, подчеркнув сложность человеческих взаимоотношений, уходящих корнями в детские обиды.
По мнению главы Berkshire, ключевым фактором успеха является трансляция ценностей через собственное поведение родителей с самого рождения детей, а не юридические ухищрения. Баффетт вспомнил пример богатого человека, который заставлял детей ежегодно подписывать пустые налоговые декларации, чтобы скрыть размер семейного состояния, и назвал такую практику неэффективной. Вместо этого он посоветовал «провести реверс-инжиниринг» собственной жизни — представить свой некролог и строить жизнь так, чтобы ему соответствовать. В качестве образца такого мышления Баффетт упомянул Пола Эндрюса, основателя TTI, который продал свой успешный бизнес Berkshire в возрасте 61 года исключительно ради защиты своих сотрудников от увольнений конкурентами или краткосрочных стратегий частных инвестиционных фондов.
Железнодорожные рельсы и уроки BNSF: безопасность против суровой реальности 1:04:20
Тему операционного управления затронул акционер Дон Гликштейн, напомнивший о судебном решении против железнодорожной компании BNSF, которая нарушила условия сервитута на племенных землях в штате Вашингтон, перевозя избыточное количество составов с сырой нефтью, а также о последующем сходе поезда с рельсов в экологически чувствительной зоне.
Грег Абель открыто признал факт нарушения соглашения, объяснив это внутренним сбоем в коммуникации команды, которая неверно оценила допустимые лимиты на количество поездов. Он подчеркнул, что руководство BNSF извлекло уроки, берет на себя полную ответственность и ведет активные переговоры с племенем для справедливого урегулирования ситуации. Что касается самого инцидента со сходом поезда, Абель заверил, что последствия разлива нефти были ликвидированы в кратчайшие сроки совместно с представителями племени, и долгосрочного экологического ущерба удалось избежать.
Комментируя специфику бизнеса, Абель напомнил, что в масштабах отрасли ежегодно происходит более тысячи сходов поездов. Уоррен Баффетт (Warren Buffett) добавил, что железнодорожные перевозки — это тяжелейший бизнес, функционирующий в экстремальных условиях: от 100-градусной жары до нулевых температур. Сеть BNSF включает 22 тысячи миль путей. Как общественный перевозчик (common carrier), железная дорога обязана транспортировать даже опасные грузы, такие как хлор и аммиак, независимо от своего желания. «Мы стали лучше, чем были раньше, но нам предстоит пройти еще долгий путь», — заключил Баффетт.
Энергетический переход: децентрализация управления против мобилизации ресурсов 1:09:23
Отвечая на вопрос из Китая о перспективах чистой энергетики, Грег Абель рассказал о масштабных инвестициях дочерней компании Berkshire Hathaway Energy (BHE). Компания вложила в модернизацию инфраструктуры больше средств, чем любая другая коммунальная служба в США. Основная сложность заключается в том, что в США отсутствует единый национальный план энергетического перехода, и регулирование осуществляется разрозненно, на уровне отдельных штатов. Несмотря на это, BHE планомерно движется к цели сократить свой углеродный след на 50% к 2030 году по сравнению с уровнем 2005 года, что соответствует стандартам Парижского соглашения.
Главным вызовом остается строительство магистральных линий электропередачи для передачи возобновляемой энергии. Абель привел пример проекта компании PacifiCorp в шести штатах: амбициозный план, начатый еще в середине 2000-х годов стоимостью 6 миллиардов долларов, к 2023 году реализован лишь на треть, а затраты уже достигли 7 миллиардов. В ближайшие 10 лет BHE планирует реализовать проекты на общую сумму 70 миллиардов долларов.
Уоррен Баффетт (Warren Buffett) выразил сомнение в том, что текущая децентрализованная политическая система США идеальна для решения столь глобальных задач. Он провел историческую параллель с эпохой Второй мировой войны, когда ради создания военной машины правительство США пошло на беспрецедентную тотальную мобилизацию ресурсов. Тогда в Вашингтон привлекли крупнейших бизнесменов за символическую плату в один доллар в год, предоставив им колоссальные полномочия для переформатирования всей промышленности страны. В результате синергии государственной воли и частной изобретательности заводы Ford начали строить танки, а Генри Кайзер — корабли, изменив индустриальный ландшафт в невероятно короткие сроки.
👥 Кадровая стабильность и будущее Berkshire Hathaway без патриархов 1:17:44
В начале данного сегмента Уоррен Баффетт вскользь коснулся вопросов энергетического перехода, которые подробно обсуждались ранее, сопоставив сложность государственного регулирования в мирное время с мобилизацией времен Второй мировой войны. Однако основная часть беседы была посвящена корпоративной культуре и долгосрочной устойчивости конгломерата.
Миф о «скамейке запасных» и секрет операционного долголетия 1:17:44
Когда заходит речь о преемственности в крупнейших корпорациях, аналитики часто рассуждают о глубине «скамейки запасных». Однако Уоррен Баффетт называет подобные разговоры абсолютной чепухой. По его мнению, конгломерату масштаба Berkshire Hathaway не нужна толпа топ-менеджеров в головном офисе; достаточно иметь сильных операционных управляющих на местах и лидера на самой вершине, способного эффективно распределять капитал.
Официальным преемником Баффетта на посту генерального директора утвержден Грег Абель. Именно ему в будущем предстоит принимать финальные решения по кадровым перестановкам, опираясь на советы Аджита Джаина, возглавляющего страховое направление. Действующая структура Berkshire разделена на страховой и нестраховой блоки, что Баффетт считает идеальным дизайном управления, хотя конкретные назначения на более глубокие уровни сейчас не разглашаются, ведь ситуация на рынке постоянно меняется.
Чарльз Мангер подчеркивает, что главным фактором превосходства Berkshire над другими конгломератами является феноменально низкая текучесть кадров: «Мы меняем управляющих гораздо реже, чем остальные компании». В корпоративной культуре Berkshire принято доверять лидерам и позволять им работать десятилетиями. В качестве примера руководители вспоминают Пола Эндрюса, многолетнего главу TTI, а также Сеймура Френкеля, руководившего одним из подразделений почти до 100 лет. Уоррен Баффетт с иронией вспоминает, как писал Сеймуру письма в день его 80-летия и 90-летия, выражая восхищение его преданностью делу. Такой индивидуальный подход к каждому менеджеру формирует уникальную экосистему лояльности, которую невозможно скопировать.
Финансовая крепость: защита от корпоративных рейдеров и долгосрочное планирование 1:29:04
Один из главных страхов долгосрочных акционеров Berkshire Hathaway связан с периодом, который наступит после ухода Уоррена Баффетта. Согласно завещанию, принадлежащие ему акции класса А будут конвертированы в акции класса Б и распределены между благотворительными фондами, которые станут постепенно продавать их для финансирования своих проектов. Этот процесс займет от 12 до 15 лет, что вызывает логичные опасения: не попытаются ли агрессивные корпоративные рейдеры перехватить контроль и разрушить консервативную стратегию компании?
Уоррен Баффетт абсолютно спокоен на этот счет. Он убежден, что Грег Абель и совет директоров получат длительный «медовый месяц» благодаря огромному запасу голосующих акций, остающихся под контролем лояльных структур. Более того, колоссальный масштаб Berkshire делает её практически недосягаемой для враждебного поглощения: для выкупа контроля потребуется астрономическая сумма в районе 1,5 триллиона долларов, которую невозможно привлечь за счет кредитного плеча.
Бизнес-модель конгломерата сознательно защищена от любых рыночных паник: у компании нет крупных краткосрочных долговых обязательств, а страховые полисы составлены так, что их нельзя массово обналичить в один момент. Баффетт подчеркивает:
«Мы никогда не примем решение, которое может убить компанию. Мы держим себя в лучшей форме, чем кто-либо другой».
За 58 лет управления Баффетт и Мангер сформировали уникальную базу акционеров, которые относятся к компании как к долгосрочной семейной собственности. Чарльз Мангер добавляет к этому философский совет: не стоит тратить время на переживания о том, что случится через 50 лет, когда тебя уже не будет в живых, нужно просто качественно выполнять свои обязанности день за днем.
Распознавание уникальных талантов: феномен Аджита Джаина и гении-самоучки 1:35:09
Успех Berkshire Hathaway во многом строится на умении отыскивать редкие человеческие таланты там, где их никто не ищет. Отвечая на вопрос акционеров о личных качествах топ-менеджеров, Уоррен Баффетт рассказал историю появления в компании Аджита Джаина. В 1969 году Berkshire вошла в сектор перестрахования, но в течение 17 лет буквально «блуждала в пустыне», не добиваясь значимых результатов из-за традиционных подходов тогдашнего руководства.
Все изменилось в субботний день 1986 года, когда Аджит Джаин просто зашел в офис компании. На тот момент у него был абсолютно нулевой опыт в страховании, но за его плечами стояла серьезная практика в сфере управленческого консалтинга. Пообщавшись с ним, Баффетт мгновенно понял, что «напал на золотую жилу». Сегодня Аджит признан одним из лучших страховых специалистов в мире, и заменить его кем-то другим невозможно.
При этом культура Berkshire полностью игнорирует стандартные корпоративные шаблоны. Баффетт признается:
«Я никогда в жизни не смотрел на то, какой университет окончил человек, когда нанимал его на работу. Мне все равно, где они учились».
Вместо дипломов престижных бизнес-школ основатели Berkshire ищут людей с высокой скоростью мышления и практической хваткой. Чарльз Мангер дополняет это примерами выдающихся менеджеров конгломерата:
- Луи Винсенти, который успешно играл в американский футбол за Стэнфорд при весе всего в 75 килограммов исключительно благодаря феноменальной быстроте реакции.
- Бен Рознер, который бросил школу после четвертого класса, был полностью самоучкой, но знал о розничной торговле в сложных районах больше, чем любой академик, и контролировал свой бизнес как ястреб.
Именно эта способность разглядеть внутренний стержень и уникальный дар человека стала залогом долгосрочного операционного превосходства Berkshire Hathaway.
🌐 Стратегические горизонты: от катастроф до глобальных рынков 145:09
Управление рисками: страхование от катастроф 145:09
Рынок катастрофического перестрахования в 2023 году вступил в одну из самых жестких ценовых фаз за последние 15 лет. Несмотря на привлекательность экономических условий, Berkshire Hathaway подходила к развертыванию капитала с осторожностью. Как пояснил Аджит Джейн, в конце декабря 2022 года компания планировала значительные вложения, однако из-за неожиданного притока предложения на рынок в последние дни года цены не достигли целевых показателей, что привело к разочаровывающим результатам по состоянию на 1 января.
Ситуация кардинально изменилась к весне: к 1 апреля цены на перестрахование резко выросли, сделав условия вновь привлекательными. В результате Berkshire Hathaway за короткий период существенно нарастила портфель, увеличив общую подверженность рискам почти на 50% по сравнению с уровнем пяти-шестимесячной давности.
При этом компания открыто признает дисбаланс своего портфеля:
- В случае масштабного урагана во Флориде потенциальный убыток для Berkshire может достигать 15 миллиардов долларов.
- Если же крупные страховые события произойдут в любом другом регионе, убытки компании по отношению к конкурентам будут значительно ниже.
Аджит Джейн подчеркнул, что текущий портфель, при всей его специфике, является гораздо более качественным, чем в предыдущие годы. Уоррен Баффетт полностью поддержал эту стратегию, отметив, что решение об увеличении экспозиции на несколько миллиардов долларов было принято им менее чем за 30 секунд. Ранее в разговоре участники также упомянули, что приобретение Allegheny никак не изменит автономный подход к управлению операционными единицами.
Инвестиции в Японии и тайваньский кейс TSMC 155:26
Уоррен Баффетт подробно остановился на успехе своих инвестиций в пять крупнейших торговых домов Японии. Стратегия оказалась простой: компании обладали высокой доходностью (около 14% на вложенный капитал), выплачивали стабильные дивиденды, осуществляли обратный выкуп акций и работали в понятных для Berkshire секторах. Ключевым преимуществом стала возможность практически полностью нивелировать валютный риск за счет финансирования покупок в иенах под низкий процент — около 0,5%.
На текущий момент доля владения Berkshire в этих компаниях составляет 7,4%. Баффетт подтвердил намерение не превышать порог в 9,9% без согласия руководства японских корпораций. С момента начала инвестиций, благодаря росту стоимости акций и дивидендам, Berkshire заработала около 10 миллиардов долларов.
В резком контрасте с этим опытом стоит история с TSMC (Taiwan Semiconductor Manufacturing Company). Несмотря на то, что TSMC является великолепной компанией, Уоррен Баффетт принял решение о быстрой продаже акций из-за геополитических рисков, связанных с опасным географическим положением Тайваня.
Феномен Apple и крах догмы о диверсификации
Отвечая на вопрос о концентрации активов, Уоррен Баффетт решительно отверг мнение о том, что доля Apple в 35% является «опасной зоной» для портфеля Berkshire. Он пояснил, что критическая ошибка скептиков заключается в рассмотрении лишь рыночных ценных бумаг, в то время как истинный портфель Berkshire — это вся совокупность бизнесов, включая железные дороги, энергетику и другие дочерние компании.
Для Баффетта Apple является «лучшим бизнесом» среди всех, которыми владеет конгломерат. Он отметил:
- Сила бренда: Потребители готовы отказаться от второго автомобиля, чем от своего iPhone, что свидетельствует об уникальной позиции компании на рынке.
- Эффективность капитала: Apple активно выкупает свои акции, благодаря чему доля Berkshire в бизнесе растет автоматически, без дополнительных затрат, что равносильно добавлению сотен миллионов долларов к годовой прибыли.
Баффетт и Чарли Мангер подвергли жесткой критике университетские теории об обязательной широкой диверсификации. По их мнению, для профессионального инвестора, который действительно понимает бизнес, владение несколькими выдающимися активами значительно безопаснее и выгоднее, чем «размазывание» капитала по множеству посредственных компаний.
🌎 Геополитическая стабильность и глобальное процветание 2:07:51
В ходе обсуждения инвестиционного ландшафта Уоррен Баффетт и Чарли Мангер уделили пристальное внимание состоянию отношений между США и Китаем. Оба инвестора выразили обеспокоенность нарастающей напряженностью, подчеркнув, что текущий конфликт интересов двух сверхдержав в значительной степени является результатом взаимной недальновидности. По мнению Мангера, правильным курсом для обеих стран было бы развитие свободной торговли, так как их экономики глубоко взаимосвязаны и взаимовыгодны. В качестве примера он привел успех Apple, чье партнерство с китайскими поставщиками принесло значительную пользу обеим сторонам.
Баффетт и Мангер провели параллель с «теорией игр», отмечая, что в условиях, когда каждая из сторон обладает потенциалом взаимного уничтожения, любое провокационное поведение граничит с безумием. Они подчеркнули необходимость ответственного лидерства: главы государств должны осознавать, что их действия определяют будущее на столетие вперед. «Ни одна сторона не должна пытаться играть в эту игру слишком жестко», — резюмировал Мангер, сравнивая текущую политическую риторику с игрой в «дилемму заключенного», где важно избегать шагов, ведущих к катастрофе.
Отвечая на вопрос о недавней продаже акций TSMC, Уоррен Баффетт пояснил, что, несмотря на его глубокое уважение к менеджменту и конкурентным преимуществам этой компании, геополитический фактор стал решающим. Баффетт прямо заявил, что «ему не нравится местоположение» бизнеса. Он отметил, что чувствует себя гораздо комфортнее, инвестируя капитал в Японию, чем на Тайване, и это решение было принято после тщательной переоценки глобальных рисков.
📚 Наследие Бенджамина Грэма и уроки Geico 2:18:54
Размышляя о будущем Berkshire Hathaway, Баффетт отдал дань уважения своему учителю Бенджамину Грэму, чья книга «Разумный инвестор» (1949) кардинально изменила его подход к инвестированию. Баффетт подчеркнул удивительную живучесть и популярность этой работы: даже спустя десятилетия она остается востребованной, в то время как большинство других книг по инвестициям быстро забываются.
Чарли Мангер дополнил этот исторический экскурс важным наблюдением о самом Грэме. Несмотря на свою репутацию сторонника диверсификации, Грэм в действительности заработал большую часть своего состояния благодаря одной единственной крупной ставке на растущую компанию — страховщика Geico. Мангер напомнил, что этот пример является лучшим доказательством эффективности концентрированного инвестирования в выдающиеся компании по привлекательной цене — философию, которую Berkshire Hathaway успешно применяет на протяжении всей своей истории.
🚗 Конкуренция на рынке автострахования 2:26:29
Обсуждая вызовы для Geico, Аджит Джейн прокомментировал амбиции автопроизводителей, таких как Tesla и General Motors, развивать собственные страховые подразделения для продаж «в точке покупки». Джейн выразил скептицизм по поводу успехов автоконцернов в этой сфере, указав на фундаментальную сложность бизнеса: для эффективного андеррайтинга необходимо собирать данные не столько об автомобиле, сколько о конкретном водителе.
Баффетт добавил, что попытки автопроизводителей выйти на рынок страхования предпринимались десятилетиями и не являются чем-то новым. Эксперты Berkshire подчеркнули, что страховой бизнес требует филигранного умения соотносить риски с ценой, что является критическим навыком для специалистов Geico и Progressive. В завершение темы Джейн отметил, что маржинальность в секторе автострахования зачастую не превышает 4%. В условиях, когда на рынок пытаются выйти новые игроки, сохранение прибыльности становится крайне сложной задачей для всех участников процесса. Ранее в разговоре они также кратко затронули вопросы операционной эффективности инфраструктуры компании.
🛒 Институциональный контроль, ловушка ESG и искусство выкупа акций 2:32:10
Индексные фонды: когда идеология становится инструментом маркетинга 2:32:36
Отвечая на вопрос о растущем влиянии институциональных гигантов вроде BlackRock и Vanguard, Уоррен Баффетт (Warren Buffett) пролил свет на внутреннюю кухню управления активами. Инвесторов беспокоит, что огромные пакеты голосующих акций концентрируются в руках фондов, которые навязывают компаниям «повестку ESG» (экологическое, социальное и корпоративное управление). Баффетт отметил, что мотивация этих структур часто продиктована не только заботой об обществе, но и банальным коммерческим интересом.
Главная проблема индексных фондов заключается в их бизнес-модели. Благодаря Джеку Боглу, популяризировавшему этот инструмент, комиссии в таких фондах упали до экстремально низких значений — около двух базисных пунктов. Это делает индексные продукты практически «бесплатными» для клиента, но малоприбыльными для управляющей компании. Чтобы заработать, гиганты индустрии стремятся перевести деньги инвесторов в другие, более дорогие активные фонды.
В этом контексте ESG-повестка становится удобным инструментом. По мнению Баффетта, управляющие компании используют её по двум причинам:
- Снятие политического давления: Обладая колоссальной властью, фонды не хотят, чтобы общество или Вашингтон обвинили их в чрезмерном доминировании. Декларация «социально ответственных» принципов — это способ «сдать назад» и выглядеть в глазах публики лояльными к общественным запросам.
- Рост активов под управлением (AUM): Финансовая индустрия играет не в «результативность», а в «объем активов». Создание новых фондов с приставкой ESG позволяет устанавливать более высокие комиссии, фактически работая против первоначальной идеи недорогого инвестирования, за которую боролся Богл.
Принципы выкупа акций: простая арифметика Berkshire 2:35:58
С 2019 года Berkshire Hathaway выкупила около 10% своих акций, что значительно увеличило внутреннюю стоимость доли каждого оставшегося акционера. На вопрос о том, сохранит ли будущий преемник, Грег Абель, эту стратегию, Уоррен Баффетт (Warren Buffett) ответил утвердительно. Он подчеркнул, что принципы распределения капитала в конгломерате остаются неизменными на протяжении десятилетий и не требуют «докторских степеней» для понимания.
Логика байбэков в Berkshire строится на строгой иерархии приоритетов:
- Обеспечение текущих потребностей бизнеса: Первым делом капитал направляется на поддержку и развитие существующих дочерних компаний.
- Рост и поглощения: Если есть возможность выгодно купить новый бизнес, это всегда в приоритете перед возвратом средств акционерам.
- Дивиденды как крайняя мера: Баффетт напомнил, что выплата дивидендов — это практически необратимое решение. Их сокращение наносит тяжелый удар по репутации и базе акционеров, поэтому к ним прибегают только при избытке капитала, который невозможно эффективно реинвестировать.
- Выкуп акций (Buybacks): Если после всех вложений остается капитал, а цена акций на рынке ниже их внутренней стоимости (intrinsic value), выкуп становится «очевидным решением» (no-brainer).
Грег Абель подтвердил, что намерен придерживаться той же структуры принятия решений: «Когда представляется возможность, мы хотим быть активным покупателем акций Berkshire, так как это увеличивает долю владельцев в нашем портфеле операционных бизнесов». Баффетт добавил, что если цена акций ниже внутренней стоимости, руководство не должно слушать никаких инвестиционных банкиров — нужно просто проводить выкуп. Ранее в разговоре они уже касались темы операционного управления и преемственности, и текущая дискуссия лишь подтвердила консервативный подход к финансам.
Контроль над корпорацией: как владельцам оценивать управление 2:40:42
В завершение утренней сессии прозвучал вопрос о том, на что владельцам акций стоит обращать внимание, когда у руля встанут «вторые лица». Баффетт признал, что оценивать качество менеджмента в по-настоящему хорошем бизнесе — задача крайне сложная даже для профессионалов.
«Я входил в советы директоров двадцати компаний и могу сказать: очень трудно ранжировать их менеджмент. Некоторые бизнесы настолько хороши, что продолжат успешно работать, даже если руководство вообще не будет приходить в офис».
Уоррен привел цитату Тома Мёрфи: «Секрет бизнеса в том, чтобы купить хороший бизнес; впрочем, унаследовать его — тоже неплохо». Поскольку Грег Абель наследует исключительную структуру, акционерам будет трудно понять реальный вклад руководства в первые несколько лет. Плохие результаты могут проявиться лишь через пять или более лет, так как запас прочности Berkshire позволяет ей долго лететь на «автопилоте».
Баффетт посоветовал совету директоров и акционерам не ориентироваться на прогнозы Уолл-стрит или красноречие менеджеров. Главным критерием должна оставаться долгосрочная внутренняя стоимость, а не умение руководства «заигрывать» с аналитиками ради поддержки котировок. Своё спокойствие относительно будущего компании он подкрепил тем фактом, что 99% его собственного состояния по-прежнему вложено в Berkshire.
