Таруса — это бутик, способный выживать и процветать там, где классические городские модели терпят крах, превращая депрессивную глубинку в центр притяжения капиталов и смыслов. Пока одни ищут формулу успеха в тиражируемых франшизах, здесь частные меценаты создают уникальную экосистему, в которой бизнес становится образом жизни, а благоустройство города — личной ответственностью каждого «дачника».
🌲 Феномен Тарусы: как малый город стал точкой притяжения для бизнеса и искусства 0:00
Таруса как бутик: противопоставление масс-маркету столицы 0:13
Современная Москва для многих жителей превратилась в огромный безликий масс-маркет, где за высокими скоростями теряется подлинный вкус жизни. В противовес мегаполису Калужская область и, в особенности, Таруса воспринимаются искушенными москвичами как уникальный «бутик». Сюда, за сто километров от столицы, устремляются предприниматели и творческие деятели, ищущие внутренний баланс и экологически чистую среду для жизни и созидания. Ранее в разговоре они также вскользь касались темы переноса промышленного производства из столицы, которая помогает разгрузить мегаполис.
Приезжающих поражает финансовый и социальный парадокс этого места. С одной стороны, Таруса выглядит как типичный провинциальный городок с обшарпанным старым фондом, горами снега на главной площади и скромным годовым бюджетом всего в 780 миллионов рублей. Хорошей зарплатой для местных жителей здесь считается сумма в 25 тысяч рублей. С другой стороны, этот малый город аккумулирует колоссальные частные инвестиции. Сюда приезжают успешные люди, которые фактически подменяют собой государство, восстанавливая больницы, школы и объекты культурного наследия. Себя эти энтузиасты полушутя называют «тарусскими пленниками» — людьми, которые променяли комфорт Швейцарии, Норвегии или столичных пентхаусов на созидательную работу в российской глуши.
Историческое наследие как магнит для свободолюбивой интеллигенции 2:07
Уникальная атмосфера Тарусы сформировалась не вчера: город официально упоминается в летописях с 1246 года, долгое время служа форпостом для защиты Москвы. Настоящий культурный расцвет этого края начался в XIX веке, когда знаменитый художник Василий Поленов построил здесь дом на гонорар от картины, проданной императору. Вслед за ним в живописную глушь потянулась московская интеллигенция. Семья Цветаевых на протяжении 18 лет приезжала на дачу «Песочная», где будущая поэтесса Марина Цветаева провела все свое детство и юность. В городе жили и творили такие величины, как Борисов-Мусатов, Чехов, Алексей Толстой, Паустовский, Заболоцкий и Ахмадуллина.
Особую роль в формировании свободолюбивого духа города сыграло советское правило «101-го километра». Поскольку Таруса находилась как раз за этой чертой, сюда высылали не только маргинальные элементы, но и неугодных советской власти ученых, художников и писателей. Так город превратился в уникальный заповедник диссидентской и творческой мысли, куда в свое время заезжал даже Иосиф Бродский. Эта историческая глубина и концентрация талантов до сих пор притягивают образованных людей со всей страны.
Миллионы долларов на бескорыстное служение: меценатство Исмаила Ахметова 10:23
Ярким примером современного «тарусского пленника» стал Исмаил Ахметов — крупный бизнесмен, заработавший состояние на производстве стройматериалов, керамогранита и тонкой керамики. Перешагнув 50-летний рубеж, Ахметов принял решение сместить фокус с чистого коммерческого бизнеса на масштабную общественную и благотворительную деятельность. По разным оценкам, общая сумма его инвестиций в развитие инфраструктуры и культуры Тарусы приближается к 20 миллионам долларов.
Одним из главных проектов мецената стало восстановление советского дома отдыха Министерства финансов, который находился в полнейшем упадке: в здании были выбиты окна, практически отсутствовали полы, стены и крыша. Сегодня это отреставрированный Дом литераторов, где в бывшей советской столовой теперь выступают симфонические оркестры и проходят фортепианные концерты. Кроме того, Ахметов за свой счет отреставрировал фасад детской библиотеки, помогает местной больнице и открыл детскую школу искусств, которую сдает городу за символический 1 рубль в год. Сам бизнесмен объясняет свои действия советским воспитанием:
«Истинное счастье человека — когда ты по-настоящему служишь высшим целям... счастье дает бескорыстное служение людям».
Помимо архитектуры, Дом литераторов стал хранилищем уникальной, единственной в мире коллекции современной мозаики, насчитывающей более 300 произведений музейного уровня. Ахметов годами собирал эти работы по всему свету, и сегодня подобного собрания нет ни в Москве, ни в Милане, ни в Нью-Йорке.
Из Равенны в Калужскую область: творческая свобода Марко Бравура 15:06
Благодаря Исмаилу Ахметову в Тарусу переехал жить и работать всемирно известный итальянский художник-мозаичист Марко Бравура. Его монументальные скульптуры украшают культовые исторические объекты в Равенне, а памятник Ardea Purpurea официально включен в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Знакомство художника и мецената произошло около 16–17 лет назад в Равенне — признанной столице мозаичного искусства. Ахметов предложил Бравуре условия, от которых творческий человек не мог отказаться: полную свободу действий без необходимости идти на коммерческие компромиссы.
В свои 73 года итальянский мастер полон энергии и идей. В Тарусе он обеспечен всем необходимым: Ахметов полностью покрывает расходы на материалы, мастерскую, жилье, автомобиль и еду. При этом сам художник живет на свою законную итальянскую пенсию. Бравура признается, что в современной Европе «запахло декадансом», в то время как в России он почувствовал мощную созидательную энергию и волю к творчеству.
Вопреки стереотипам об ужасном российском климате, Марко и его жена Даниэлла искренне восхищаются местной природой и наличием четырех выраженных сезонов, противопоставляя их удушливому итальянскому лету и сырой зиме. Самые масштабные проекты Бравуры (например, десятиметровые фонтаны в Бейруте и Равенне) оцениваются в 1,5 миллиона евро, но в Тарусе он работает исключительно ради искусства и дружбы, создавая произведения для уникальной коллекции Ахметова.
В завершение этой части авторы беседуют с дизайнером Евгенией Ждановой, которая на карантине приобрела полуразрушенный дом; однако подробное восстановление усадьбы и сада Ракитского будет полноценно раскрыто уже во второй главе нашего исследования.
🏛️ Частные миллионы в тарусскую землю: как новые «купцы» возрождают усадьбы, заводы и породистых коней 25:21
Восстановление усадьбы и сада Ракитского: ботанический рай за сорок миллионов 25:21
Дизайнер интерьеров Евгения Жданова наткнулась на этот объект случайно на «Циане», влюбившись в заросший фасад и калужские изразцы всего по двум невзрачным фотографиям. Сделка была оформлена за одни сутки, но первоначальные расчеты по реставрации усадьбы советского агронома Николая Ракитского оказались слишком оптимистичными: за первый год Жданова вложила в проект уже 15 миллионов рублей. Опыта в ландшафтном дизайне у нее не было, а восстановление уникального ботанического сада потребовало привлечения топового бюро «Мох». Проектирование у таких специалистов обходится минимум в 3 миллиона рублей, а общая стоимость создания нового культурного пространства с автополивом, освещением и концертной зоной оценивается в 40–45 миллионов рублей.
История этого места глубоко драматична. Ракитский купил участок в Тарусе, чтобы спасти свою жену, писательницу Софью Федорченко, которая подверглась жестокой моральной травле со стороны Демьяна Бедного и Минкульта за книгу «Народ о войне». Сам агроном стал одним из основателей местной картинной галереи, передав ей более 200 полотен Айвазовского, Врубеля и Поленова.
В доме до сих пор бережно сохраняются уникальные исторические артефакты:
-
Печь конца XVIII века, облицованная калужскими изразцами, которую Ракитский спас от уничтожения, вывезя из разрушаемой усадьбы на берегу Оки.
-
Два кресла из дома Цветаевых в Песочном, которые ученый принципиально отказался брать бесплатно и выкупил, когда дачу разбирали.
Сад Ракитского всегда был площадкой для акклиматизации нетипичных южных растений. Из 130 разновидностей, высаженных ученым с 1930-х годов, до наших дней дожило лишь 20% коллекции, включая кедр, тую, маньчжурский орех и амурскую сирень. Поскольку усадьба является объектом культурного наследия, все работы требуют строгой лицензии и согласований. Проект никогда не станет коммерческим и делается исключительно ради сохранения наследия города.
Орловские рысаки Андрея Сабина: возрождение «Ferrari» девятнадцатого века 34:25
Известный московский архитектор Андрей Сабин, преподаватель МАРХИ, успевший поработать в Лондоне и построить знаковые объекты на Арбате и Новинском бульваре, нашел свое призвание в неожиданной сфере. Он создал в Тарусе фонд восстановления орловского рысака, стремясь оставить после себя осязаемый человеческий след. Орловский рысак, по его словам, — это настоящий «Ferrari» своего времени, заложивший основу мировой беговой индустрии, которая сейчас колоссально развита в США и Скандинавии.
Жеребята этой породы рождаются абсолютно черными, но уникальный ген раннего поседения за несколько лет превращает их в статных коней «в яблоки», а к 7 годам они становятся почти белыми. Стоимость одной такой лошади составляет около миллиона рублей, а личные инвестиции архитектора в землю и конезавод уже превысили 5–7 миллионов долларов.
Из-за упадка отечественного коневодства после распада СССР Сабину пришлось восстанавливать технологии с нуля, консультируясь с французскими и английскими экспертами. Обычные корма не подходят для будущих чемпионов — им требуется индивидуальное спортивное питание на основе регулярных анализов крови. В итоге Сабин выстроил собственную производственную линию и упаковал корма в премиальный бренд «Starway», который сегодня успешно продается как в России, так и за рубежом. На данный момент его завод считается одним из лучших в стране: больше половины из 25 протестированных жеребят уже завоевали призы на традиционных бегах по всей России.
Из Москвы в Тарусу: как перенести завод и вернуть жизнь в регион 42:37
Предприниматель Валерий Смыков, чья компания «ЧистоЗор» с 1999 года производит оборудование из нержавеющей стали для пищевой промышленности, решился на радикальный шаг — полный перенос мощностей из столицы. Его предприятие создавало дренажные системы для парка «Зарядье», Лахта-центра и крупнейших агрохолдингов вроде «Мираторга» и «Черкизово». Идея переезда родилась в 2016 году во время зимнего отдыха в тарусском доме отдыха «Серебряный век». Смыков признается, что Москва превратилась в суррогат по схеме «работа — кровать», тогда как в Тарусе у него появилась настоящая жизнь без ежедневных многочасовых пробок.
Сейчас на тарусском производстве работает до 10 человек, но в планах — расширение штата до 60 сотрудников за счет перевода мощностей второго московского завода.
Смыков делает ставку исключительно на местные кадры:
- Главная цель — дать стабильную работу тарусской молодежи, чтобы люди не изнуряли себя ежедневными поездками в Москву или Серпухов с подъемом в 5 утра.
Экономически перенос полностью оправдан: покупка и согласование промышленных площадей в Москве стоят астрономических денег, а аренда съедает прибыль. В Тарусе бизнесмен инвестирует в собственную землю, немного выигрывая и на разнице в уровне зарплат по сравнению со столицей. Параллельно Смыков обустраивает территорию вокруг своего дома с уникальной мозаикой в стиле Гауди, планируя сделать там общественный сад, куда в определенные дни смогут приходить все желающие.
Интерактивная «Википедия» в соляном амбаре: музей «Тарусские страницы» 47:09
Медиаменеджер и генеральный директор «Ленфильма» Фёдор Щербаков вкладывает десятки миллионов рублей в создание интерактивного частного музея «Тарусские страницы». Для него этот город — «бутик» на фоне «масс-маркета» Москвы. Семья Щербакова живет здесь с 1954 года, когда его деда пригласил в Тарусу поэт Аркадий Штейнберг. В те времена транспортная доступность была катастрофической, добираться приходилось на баржах или телегах, но романтика места навсегда привязала семью к этой земле.
Концепция музея строится вокруг идеи, что Таруса — это город уникальных семей, создавших ее культурный феномен. Главным экспонатом станет масштабный интерактивный макет города, где каждый дом превратится в цифровой аккаунт. Любой житель или потомок сможет загрузить туда свои фотографии, документы и воспоминания, создавая живую «тарусскую Википедию».
Под музей восстанавливается старинное казенное здание соляного амбара. В начале XX века художники Василий Поленов, поэты Константин Бальмонт и Марина Цветаева объединились, чтобы выпросить это здание у властей под Народный дом. Именно в этих стенах когда-то прошла премьера первой местной оперы «Призраки Лады». Щербаков фактически доводит до конца замысел великих предшественников. Проект финансируется исключительно на его личные средства, без привлечения государства: предприниматель убежден, что госсредства должны идти только на государственные проекты.
🏠 Новые «купцы» и швейцарские спасители: как частная инициатива меняет Тарусу 50:23
От заброшенного лагеря до визитной карточки города: наследие Юрия Борисова 50:23
Принципиальная позиция истинных тарусских предпринимателей — развивать проекты самостоятельно, не полагаясь на государственные субсидии. Создатель знаменитого курорта Welna Eco Spa Resort Юрий Борисов подчеркивал, что только на этапе проектирования и изысканий им были потрачены десятки миллионов рублей. К сожалению, в июне текущего года бизнесмен ушел из жизни, но его проект остался главной визитной карточкой города, привлекающей обеспеченных гостей.
История Welna началась около 16 лет назад, когда Борисов в поисках подходящей площадки объездил все Подмосковье. Друзья посоветовали ему обратить внимание на заброшенный пионерский лагерь «Дзержинец». Инвестора покорил уникальный холмистый рельеф, вековые сосны и дубовая роща. Вдохновившись традиционной альпийской архитектурой Шале в Куршевеле и эстетикой Японии, Борисов построил курорт европейского уровня, вложив в него более одного миллиарда рублей. Предприниматель признавал, что такой проект вряд ли полностью окупится в текущем столетии, однако он полностью обеспечивает себя и дает импульс для дальнейшего развития. Главной же трудностью бизнеса в Тарусе Борисов называл кадровый голод: из-за нехватки местных специалистов комплексу приходится арендовать площади под общежития, чтобы привлекать профессионалов из Калуги и Серпухова.
Швейцарский ангел-хранитель тарусских деревень 54:48
Одним из самых удивительных героев Тарусы стал швейцарский инженер Йорг Дусс, живущий в России уже около 25 лет. Он приехал сюда в 1997 году в рамках гуманитарной миссии, чтобы установить подаренные Швейцарией деревообрабатывающие станки. Очарованный городом, Дусс остался здесь навсегда, основав строительную компанию и благотворительный фонд «Радуга Тарусская».
Меценатами фонда выступают не европейские миллиардеры, а самые обычные граждане Швейцарии — электрики, сантехники и учителя. На их пожертвования фонд полностью построил и укомплектовал детский сад, а также организовал масштабную программу питания. Уже четверть века фонд обеспечивает едой детей из бедных сельских семей: на данный момент трехразовое питание с сентября по май получают 604 ребенка во всех сельских школах и садах района. Йорг вспоминает, что в конце 90-х ситуация была катастрофической — учителя месяцами не получали зарплату, а дети ходили в школу голодными. Для решения этой проблемы фонд построил столовые в четырех деревнях.
Сначала к иностранцу относились с подозрением и даже прогоняли палками, но его искреннее желание помогать растопило лед. Поворотным моментом в душе Йорга стала встреча в магазине с пожилой женщиной, которой не хватало копеек даже на половину буханки черного хлеба. Помимо закупки продуктов и дров для одиноких пенсионеров, фонд организовал пункт выдачи одежды и прокат детских колясок. Совместно с администрацией они создали трехнедельный лагерь для трудных подростков, что помогло моментально снизить уровень молодежной преступности в районе.
В 2011 году Йорг реализовал еще один амбициозный проект — построил автономную эко-деревню на 110 гектарах земли. Сейчас там проживают около 25 человек, обеспечивая себя продуктами на 95% благодаря собственной пекарне, сыроварне и теплицам. Более половины жителей — это люди со сложной судьбой: бездомные, инвалиды и сироты. Ярким примером стал бывший топ-менеджер «Билайна», который после потери работы оказался на улице, но за полгода жизни в общине смог полностью восстановиться и вернуться к нормальной жизни. Всего за время работы Йоргу удалось привлечь в регион более 2 миллионов евро европейских пожертвований.
Защита культурного кода и борьба за Тарусский луг 1:06:44
Благотворительные инициативы находят отклик и среди гуманитарной интеллигенции. Ранее в разговоре собеседники уже касались масштабного меценатства Исмаила Ахметова, чей пример восстановления исторического особняка для художественной школы за символический один рубль аренды вдохновил многих. В их числе оказалась Оксана Совокул — ученый и переводчик, успевшая пожить в Германии, США, Гане и Таиланде. Восемь лет назад она переехала в Тарусу, поддавшись очарованию уникальной радиально-лучевой планировки города екатерининской эпохи, напоминающей Версаль.
Оксана возглавила фонд «Тарусское наследие», деятельность которого сфокусирована на двух ключевых задачах: сохранении природы и защите культурного слоя. Команда фонда провела масштабную инвентаризацию охраняемых объектов, результатом которой стало издание 250-страничной книги «Тарусские окна в прошлое», посвященной уникальным деревянным наличникам.
Среди главных побед фонда можно выделить следующие вехи:
- Спасение «Тарусского луга»: правый берег реки Оки напротив города два года защищали от застройки инвесторами и попыток организовать полигон для подмосковного мусора. Благодаря поддержке музея Поленова территорию признали особо охраняемой зоной–.
- Развитие «Городской гостиной»: запущенное здание в центре города было реконструировано столичным бюро «Рождественка» на средства федерального гранта в 30 миллионов рублей. После завершения гранта фонд «Тарусское наследие» взял на себя меблировку и оживление пространства, вложив около 700 тысяч рублей на паритетных началах с областным бюджетом–.
Такая активность общественников жизненно необходима городу, ведь годовой бюджет Тарусы составляет всего 70–80 миллионов рублей. Этих средств едва хватает на латание дыр, уборку снега и вывоз мусора. Осознание этого дефицита заставляет неравнодушных жителей самостоятельно брать ответственность за будущее своего дома.
🏛️ Зимняя ода Бродского, арт-пространство Штейнберга и тайны «Купеческого клуба» 1:15:24
В разговоре упоминалось, что местный фонд активно привлекает гранты, составляющие до 10% от общего городского бюджета, однако подробнее к теме бюджетного дефицита малых городов авторы вернутся в заключительной главе. Феноменальный статус Тарусы как культурного магнита закладывался еще Поленовым и Цветаевыми, а позже закрепился благодаря славе «101-го километра», куда съезжались реабилитированные из лагерей и диссиденты.
Разбитое сердце поэта: Иосиф Бродский и диссидентский быт Тарусы 1:18:06
Многие великие литераторы оставляли Тарусе восторженные дифирамбы, но Иосиф Бродский не написал о ней ни одного классического хвалебного слова. Будущий Нобелевский лауреат оказался здесь зимой 1963–1964 годов всего на три недели. Причиной его приезда в эту глушь была личная драма: 23-летний поэт переживал тяжелый разрыв со своей возлюбленной Мариной Басманной, и друзья посоветовали ему скрыться «из глаз долой», пока в городе еще не было большого наплыва диссидентов и плотной слежки органов.
Бродский поселился в доме на две семьи: на одной половине жили мать и отчим легендарного переводчика Виктора Голышева, а на другой — отец Голышева. Именно здесь произошло знакомство поэта с Виктором Голышевым, ставшим со временем патриархом отечественной школы художественного перевода, подарившим русскоязычным читателям переводы Оруэлла, Фолкнера, Фицджеральда и Буковски. Стоит отметить, что сегодня Голышев бывает в Тарусе наездами и останавливается в Доме литераторов Исмаила Ахметова, о чьем меценатстве подробно рассказывалось ранее.
Виктор Петрович вспоминает, что в 1960–1970-е годы их дом служил пристанищем для многих гонимых людей. Хозяева не боялись принимать диссидентов, хотя позже отчима Голышева возили в Калугу на допросы. Быт был уединенным и аскетичным: телефона в доме долгое время не было, за вычетом редких походов на танцы в местный дом отдыха главным развлечением оставались лыжи и работа, которая на тарусском воздухе шла гораздо продуктивнее.
Бродский приезжал в Тарусу дважды, но второй визит оборвался быстро из-за плохого самочувствия поэта. И хотя Бродский открыто признавался, что не любит природу, тарусские пейзажи послужили идеальной сценой для его «Зимней оды». Если вчитаться в этот текст, в нем оживают заснеженные поля и звезды над Окой, ставшие фоном для преодоления глубокого душевного кризиса.
Новая энергия авангарда: джаз и перформансы в мастерской Штейнберга 1:25:01
Еще одной знаковой фигурой, определяющей современный культурный ландшафт Тарусы, стал художник Эдуард Штейнберг — яркий представитель второй волны русского авангарда, чьи картины сегодня украшают Третьяковскую галерею, Русский музей и крупнейшие зарубежные собрания. После его смерти вдова передала мастерскую художника в дар Пушкинскому музею.
Сотрудница музея Мария Аверина рассказывает, что сегодня это пространство сознательно наполняют новой энергией: здесь реализуется проект «Лето в мастерской Эдуарда Штейнберга», проходят художественные перформансы Оксаны Юшко и джазовые концерты, которые так любил сам мастер. Сюда активно устремляется молодежь и столичная интеллигенция, готовая тратить время на дорогу ради уникальной атмосферы. Примечательно, что на этой площадке проводятся и обсуждения знаменитого альманаха «Тарусские страницы», о создании частного музея которого шла речь во второй главе.
Старожилы помнят Штейнберга совсем другим. Его соседка Ирина Филимонова, учившаяся с ним в школе рабочей молодежи в 1958 году, вспоминает, как 18-летний Эдик летом просто ловил рыбу и даже не думал о живописи. Огромное влияние на окружение оказывал его отец, поэт и переводчик Аркадий Штейнберг, который заражал всех вокруг творчеством. В те годы в Тарусе не было ни дорог, ни газа, ни водопровода. Положение начало меняться после писем Константина Паустовского в Москву, а сам Эдуард Штейнберг позже лично выделял деньги на нужды местной больницы и вывоз мусора.
Сегодня смотрителем мастерской работает удивительный человек — бывший полицейский Алексей Рымарев, когда-то бывший классным руководителем мэра города. Он с сожалением констатирует, что современная культурная жизнь часто идет параллельно быту коренных жителей: цены на билеты для местных кусаются, а творческая интеллигенция постепенно вымывается из города, уезжая на заработки.
«Купеческий клуб» и московский десант: как уживаются коренные жители и дачники 1:32:12
Вместо привычных для крупных городов элитных бизнес-ассоциаций, местное сообщество предпринимателей и благотворителей носит историческое название — «Купеческий клуб». Именно на частные деньги этих современных «купцов» в центре города была обустроена набережная от Стеллы Великой Отечественной войны до храма Петра и Павла. Бизнесмены признаются, что провинциальная Тарусса с ее холмистым ландшафтом и оврагами, которые Паустовский называл «заповедником редких ландшафтов», дарит утраченное в мегаполисах ощущение земли под ногами и спасает от столичной суеты.
Мощный толчок к интеграции москвичей дал локдаун 2020 года. Семьи, приехавшие переждать пандемию, решили остаться здесь насовсем. Город привлек их развитой инфраструктурой: обилием кафе, мастер-классов, сильной школой искусств и возможностью учить детей английскому языку. Впрочем, у этой медали есть и обратная сторона: старожилы панически боятся превращения Тарусы в излишне «модное» место, ведь ее очарование кроется в ностальгической закрытости, а все самое важное здесь до сих пор происходит на домашних кухнях.
Взаимоотношения между коренным населением и приезжими сотканы из противоречий. С одной стороны, «москвичей здесь не любят», и на музыкальных вечерах Фонда Святослава Рихтера доля столичной публики доходит до 95%, что вызывает у местных жителей грусть из-за собственной отстраненности. С другой стороны, влияние Москвы приносит колоссальную пользу. Владельцы второго жилья обеспечивают почти четверть всех налоговых и земельных поступлений в городской бюджет. Таруса сохраняет свой уникальный микроклимат, чистейшую родниковую воду и полное отсутствие промышленных загрязнений, оставаясь живым воплощением настоящей русской души.
💰 Бюджетный дефицит и живой пример деурбанизации 1:40:16
Хроническая бедность провинции против столичного профицита 1:40:16
Малые города России с населением около десяти тысяч человек, как правило, живут более чем скромно, особенно на контрасте со сверхобеспеченной столицей. В выходные дни в Тарусу устремляется колоссальный поток гостей, желающих посетить местные музеи и насладиться видами Оки, что создает ощутимую нагрузку на инфраструктуру. Однако местная казна пуста. Финансовая система страны устроена таким образом, что ключевые налоговые поступления аккумулируются в центре. Просить администрацию Тарусы о масштабном благоустройстве может лишь тот, кто совершенно не понимает структуру провинциальных бюджетов: здесь нет ресурсов практически ни на что, а средняя зарплата в городе едва достигает 25 тысяч рублей. Простое развитие краткосрочного туризма, когда люди приезжают на полдня ради пары памятников, не способно радикально изменить экономику; городу жизненно необходимы крупные оздоровительные комплексы и условия для длительного отдыха.
В этих реалиях спасительной альтернативой становится частный капитал. Нарядные новогодние инсталляции, иллюминация и праздничные ярмарки, заставляющие вспомнить московские фестивали, — целиком и полностью инициатива и финансовый вклад местных предпринимателей, а не заслуга чиновников. Тем не менее, местная власть в Тарусе демонстрирует редкую для регионов открытость и готовность к диалогу. Предприниматели вспоминают, как могли сделать абсолютно «холодный звонок» бывшему главе района Евгению Михайловичу накануне Нового года и мгновенно получить приглашение на деловую встречу в праздничные дни. Действующий мэр города Сергей Манаков — самовыдвиженец, бывший полицейский и школьный учитель — также глубоко вовлечен в локальную культуру, регулярно посещая цветаевские чтения и рихтеровские музыкальные вечера. В сочетании с общей инвестиционной политикой Калужской области это создает благоприятную почву для частно-государственного партнерства.
Феномен локального меценатства: кто, если не мы 1:47:47
Благодаря активности комьюнити Таруса сумела переломить классический депрессивный тренд, характерный для большинства российских малых городов. Если с начала 1990-х годов из-за закрытия советских предприятий население таких мест неуклонно скатывалось в демографическую яму, то в Тарусе кривая пошла вверх. Появление современных отелей превратило город в центр эксклюзивного круглогодичного отдыха и создало новые рабочие места. Сформировалась мощная прослойка обеспеченных дачников, ставших главными потребителями местных услуг, и развился креативный сектор: сегодня здесь живут и выставляются десятки художников, включая Лаврентия Бруни, чьи работы продаются на престижном аукционе Sotheby’s. При этом, как отмечалось в предыдущих главах применительно к возрождению орловских рысаков, подобные инициативы постепенно трансформируются из чистого меценатства в самостоятельные бизнес-модели.
В Тарусе сложился уникальный социально-культурный микроклимат — своеобразный клуб, где главным негласным мерилом успеха выступает вопрос: «А что хорошего ты придумал и реализовал для города в этом году?». Примеры локального созидания доказывают это наглядно:
- Предприниматель Фуфаев за счет собственных средств полностью перестроил старый деревянный детский сад, возведя на его месте современное здание с передовым оборудованием.
- Выдающийся художник Эдуард Штейнберг, чья мастерская упоминалась ранее в разговоре, получил звание почетного гражданина города за личное финансирование реконструкции и ремонта тарусских дорог.
- Известный кардиолог и писатель Максим Осипов выбрал Тарусу вместо столичной или зарубежной карьеры и сумел полностью оснастить высокотехнологичным оборудованием местный кардиоцентр мирового уровня.
Своими воспоминаниями делится и швейцарский филантроп Йорг Дусс, чей благотворительный фонд уже рассматривался в предыдущих разделах статьи. Он детально описывает суровые реалии конца 1990-х годов, когда местное училище выживало без отопления, учителя годами не получали зарплату, а сироты на каникулах голодали, получая на обед лишь пустой картофельный суп и кусок черного хлеба. Мотивация всех этих людей полностью лишена прямой коммерческой выгоды. Ими движет азарт, стремление оставить добрый след в истории и простое внутреннее убеждение: «Кто, если не я?».
Почему тарусское чудо невозможно продать как франшизу 1:59:40
Происходящее в Тарусе наглядно иллюстрирует важный для современной социологии феномен экзурбизации — осознанного исхода интеллектуальной и деловой элиты из перенаселенных мегаполисов вроде Москвы и Санкт-Петербурга, жизнь в которых начинает вызывать у людей отторжение. В такой среде благотворительность и деятельное соучастие в судьбе города становятся главным критерием вхождения в локальное элитное сообщество.
Однако главный вопрос исследования — можно ли успешно масштабировать этот опыт на всю остальную Россию с её традиционно инертным и пассивным обществом? Участники дискуссии сходятся во мнении: скопировать феномен Тарусы и продать его как готовую коммерческую франшизу невозможно. Для запуска аналогичных процессов в других наукоградах и малых поселениях требуется не просто административное решение, а уникальное стечение обстоятельств и появление пассионарных лидеров, способных сплотить вокруг себя людей. Тем не менее, Таруса выполняет важнейшую ментальную функцию — она служит живым примером и доказательством для тех, кто считает позитивные изменения в глубинке невозможными.
