Фред Эрсам, сооснователь биржи Coinbase, рассматривает эволюцию цифровых активов: от простых «апкоинов» к глубоким протокольным токенам. В своем выступлении он объясняет, как токены способны заменить традиционные корпоративные структуры, такие как Uber или LinkedIn, и почему децентрализованные бизнес-модели решают классическую проблему «курицы и яйца» для новых сетей.
🔗 От «апкоинов» к протокольным токенам 0:00
Фред Эрсам начинает с уточнения терминологии. Хотя ранее он использовал термин «апкоин» (appcoin) в своих публикациях, сейчас он считает его не совсем удачным . По его мнению, слово «приложение» (app) ассоциируется у пользователей с интерфейсом или конечным потребительским продуктом, тогда как суть явления гораздо глубже.
Более точным названием Эрсам считает «протокольные токены» (protocol tokens) . В качестве примера он приводит LinkedIn: сегодня это связка из сети профессионалов и интерфейса для доступа к ней. Протокольный токен же позволяет выделить саму сеть в независимую, децентрализованную структуру.
Ключевые характеристики таких токенов:
- Они являются нативными для базового протокола или сети .
- Разработчики, пользователи и поставщики услуг получают оплату непосредственно в этих токенах .
- Благодаря блокчейну они легко конвертируемы в другие активы или фиатные валюты через такие сервисы, как Coinbase .
Эрсам подчеркивает, что эта концепция не нова: «первопроходцами» (OGs) в этой области были Bitcoin и Ethereum . В Bitcoin токен является нативной единицей транзакционной сети, а в Ethereum — топливом для «глобального компьютера».
🏢 Децентрализация вместо корпораций: кейс Uber и LinkedIn 3:16
Традиционная модель Кремниевой долины предполагает, что компания привлекает венчурный капитал, строит на эти деньги сетевой эффект (network effect) и, став монополистом, начинает извлекать ренту . Это характерно для Uber (связь водителей и пассажиров), Twitter (авторы и читатели) или Facebook .
По мнению Эрсама, токены позволяют буквально «вырвать» централизованную компанию из середины сети и заменить её программным обеспечением на блокчейне — смарт-контрактами и нативным токеном .
Когда модель токена оправдана:
- Сетевой координации: Если цель — объединить множество людей для достижения общей задачи (например, поездка из точки А в точку Б) .
- Сетевого эффекта: Когда ценность системы растет вместе с количеством участников .
Эрсам отмечает, что для индивидуального труда, не требующего сетевого взаимодействия (например, выпечка кексов в частной лавке), токен-модель, скорее всего, не имеет смысла .
🥚 Решение проблемы «курицы и яйца» 5:53
Главная сложность любого стартапа с сетевым эффектом — низкая ценность для первого пользователя. «Быть первым в Twitter — это как зайти в пустую комнату: вы пишете пост, но его никто не читает», — объясняет спикер .
Токены меняют стимулы через владение капиталом (equity):
- На ранних этапах полезность сети (utility) минимальна, но потенциал роста стоимости токена для ранних последователей максимален .
- По мере роста сети полезность увеличивается, а финансовые стимулы (доходность от владения долей) стабилизируются.
- Это зеркальное отражение графиков полезности и владения создает мощный стимул присоединяться к проекту на самом старте .
Фред сравнивает это с текущей практикой Uber, который тратит огромные средства инвесторов на бонусы водителям и скидки пассажирам при запуске в новых городах . Токены позволяют делать то же самое напрямую, делая пользователей совладельцами протокола без посредничества венчурных фондов .
💰 Экономика и финансирование проектов 8:18
Эрсам выделяет три критических вопроса для создателей токен-проектов: как привлекать средства, как их распределять и какой юридической структурой пользоваться .
Для сбора средств он выделяет две модели:
- Pre-sales (предпродажи): Сбор денег на разработку до выпуска продукта (аналог венчурного раунда).
- Post-release sales: Продажа токенов через смарт-контракт, когда протокол уже функционирует .
Спикер предлагает гипотетическую «чистую» модель: разработчики могут сначала выпустить стандартную библиотеку токенов (например, ERC-20), чтобы они были передаваемыми и хранимыми, а уже потом достраивать остальной функционал протокола. Это избавляет от статуса «долговой расписки» (IOU) .
Что касается распределения, Эрсам замечает интересную аномалию: в криптовалютных проектах основатели обычно удерживают лишь 10–15% токенов, тогда как в классических стартапах фаундеры сохраняют до 80% после первого раунда .
Проблема долгосрочного финансирования
Большинство проектов проводят один краудсейл и надеются, что денег хватит навсегда. Эрсам считает, что в будущем потребуются механизмы дофинансирования :
- Прямое спонсорство: Компании, строящие бизнес поверх протокола, финансируют его развитие (как Google и Facebook поддерживают веб-стандарты) .
- Диллюция (размытие): Выпуск новых токенов по согласованию с сообществом для пополнения пула разработки. Фред признает, что слово «налог» или «размытие» звучит пугающе, но считает это самым прозрачным механизмом .
⚖️ Регулирование и будущее приватности 19:24
В ходе сессии вопросов и ответов один из участников спросил о рисках государственного регулирования краудсейлов, упомянув кейс The DAO . Эрсам полагает, что всё зависит от позиционирования: если токен воспринимается как инструмент доступа к услуге (utility), как предзаказы на Kickstarter, регуляторное давление может быть ниже .
Также был поднят вопрос о конфиденциальности на примере Zcash. Фред отмечает, что Zcash использует модель вестинга (постепенного разблокирования средств), встроенную прямо в протокол, что роднит его с корпоративными стандартами . Однако на вопрос о том, как Coinbase будет работать с приватными транзакциями, он ответил осторожно: «Определенного ответа пока нет» . По его мнению, индустрии еще предстоит найти баланс между открытостью финансовых сетей и требованиями приватности по мере их популяризации .
