Уоррен Баффетт и Чарли Мангер управляют империей в полтриллиона долларов без единого комитета, доказывая, что самой эффективной бизнес-моделью остается радикальная автономия и формула инвестирования из басен Эзопа. За сухими отчетами Berkshire Hathaway скрывается жесткая критика «творческой» бухгалтерии и философия, в которой время и любовь — единственные активы, которые невозможно купить, а успех зависит от умения не превратиться в финансового «наполовину проктолога, наполовину стоматолога».
📊 Искажение отчетности: проблемы GAAP 3:35
В рамках ежегодного собрания акционеров 2019 года Уоррен Баффетт уделил особое внимание принципиальной проблеме современной финансовой отчетности, связанной с изменениями в стандартах GAAP (общепринятых принципах бухгалтерского учета). Основной предмет критики — требование отражать нереализованные рыночные доходы и убытки по инвестициям непосредственно в отчете о прибылях и убытках.
Проблема «капризных» показателей 4:12
Баффетт выразил серьезную обеспокоенность тем, что новые правила создают серьезные искажения в восприятии финансового здоровья Berkshire Hathaway. Согласно его позиции:
- Искажение реальности: Включение нереализованной прибыли или убытков от колебаний рыночной стоимости ценных бумаг делает итоговый «нижний» показатель прибыли (bottom line) «абсолютно капризным» и лишенным экономического смысла в контексте операционной деятельности.
- Риск для инвесторов: Председатель Berkshire подчеркнул, что даже очень умные люди могут не обладать глубокими знаниями в специфике бухгалтерского учета. Из-за этого заголовки в прессе, акцентирующие внимание на чистой прибыли, могут вводить акционеров в заблуждение.
- Вредная интерпретация: Баффетт прямо заявил, что подобные отчетные данные, если на них делается чрезмерный упор в СМИ, могут быть вредны для акционеров, так как они не отражают реальную операционную эффективность компании.
Операционная прибыль vs Капитальные доходы 5:02
Уоррен Баффетт настоятельно призывает инвесторов и представителей прессы фокусироваться исключительно на операционной прибыли (operating earnings), которая демонстрирует реальную эффективность бизнеса.
Он признал, что капитальные доходы (capital gains) имеют огромное значение для Berkshire Hathaway в долгосрочной перспективе — у компании накоплен значительный объем нереализованной прибыли, и ожидается, что она будет расти в будущем. Однако, с точки зрения аналитики, эти цифры не имеют абсолютно никакой предсказательной силы при оценке результатов за конкретный квартал или год.
«Надеюсь, никто не будет введен в заблуждение в квартале, когда акции упадут, и люди скажут, что Berkshire теряет деньги... это действительно позор, что правила были изменены таким образом», — прокомментировал Баффетт.
Компания продолжит соблюдать регуляторные требования и публиковать цифры в соответствии с новыми правилами GAAP, но при этом будет прилагать все усилия, чтобы разъяснять рынку необходимость игнорировать рыночные флуктуации при анализе их деятельности.
Особенности учета Kraft Heinz 6:20
В дополнение к общим правилам GAAP, в первом квартале 2019 года возник специфический нюанс с учетом доли в Kraft Heinz (около 27%). Из-за того, что Kraft Heinz своевременно не предоставила отчетность 10-K за 2018 год, Berkshire Hathaway не смогла включить свою долю в их доходах в свой отчет.
Хотя Berkshire получила 130 миллионов долларов дивидендов, эти средства были направлены на уменьшение балансовой стоимости инвестиции, а не отражены в графе доходов, что является необычной ситуацией, требующей внимания инвесторов.
Примечание: ранее в ходе встречи затрагивались вопросы политики обратного выкупа акций и стратегии развития железной дороги BNSF.
🚂 Эффективность железных дорог и стратегия байбэков Berkshire Hathaway 25:20
Логистическая эволюция BNSF и вызовы автоматизации 25:20
Уоррен Баффетт подробно останавливается на операционной деятельности железнодорожного гиганта BNSF. Эффективность компании растет из года в год, что позволяет ей сохранять лидерство в американской логистической системе. Глава компании Карл Айс (Carl Ice) планомерно внедряет улучшения, оптимизируя внутренние процессы. Инвесторов часто волнует вопрос технологического вытеснения железных дорог автомобильным транспортом, особенно в свете развития беспилотных грузовиков. Баффетт признает, что появление автономных машин может сместить часть грузопотока в сторону автотранспорта. Однако для дальних перевозок сверхтяжелых грузов железные дороги остаются наиболее экономически оправданным и производительным решением, и BNSF здесь нет равных.
Чарли Мангер отмечает, что в долгосрочной перспективе неизбежным шагом станет масштабная электрификация железнодорожных путей. Принятие столь стратегически важного решения и выбор правильного момента для модернизации инфраструктуры лягут на плечи Грега Абеля. При этом руководство Berkshire Hathaway готово внедрять новые технологические подходы только тогда, когда они реально повышают качество обслуживания клиентов, а не ради следования сиюминутным трендам.
Исторический скачок производительности труда 26:38
Чтобы наглядно показать масштаб изменений в производительности труда, Уоррен Баффетт обращается к историческому сравнению:
- Сразу после Второй мировой войны население США составляло около 140 миллионов человек.
- В железнодорожной индустрии на тот момент было занято более 1,5 миллиона рабочих.
- К 2019 году население страны выросло до 330 миллионов человек.
- Число сотрудников сократилось до менее чем 200 тысяч человек.
При этом современные железные дороги перевозят несопоставимо больше коммерческих грузов, демонстрируя кратный рост безопасности и эффективности по сравнению с послевоенным периодом.
Стоит добавить, что значительная часть дискуссии в этот временной отрезок коснулась разбора крупных корпоративных скандалов, включая культуру ложных стимулов в Wells Fargo и ошибки руководства Salomon Brothers в 1991 году, а также личных инвестиционных историй спикеров и вопросов государственного регулирования капитализма, однако эти темы подробно распределены по другим главам данного материала.
Философия обратного выкупа: когда $100 миллиардов обретают смысл 36:16
Тема распределения капитала плавно перешла к обсуждению обратного выкупа акций (buybacks). Поводом послужил вопрос Джея Гелба из Barclays, напомнившего о недавней публикации в Financial Times, где Баффетт упомянул возможность выкупа акций Berkshire Hathaway на сумму до 100 миллиардов долларов. Эта цифра эквивалентна примерно 20% рыночной капитализации компании на тот момент.
Баффетт с присущим ему юмором отметил, что круглая сумма в 100 миллиардов пришла ему в голову буквально за три секунды во время ответа на вопрос журналиста. Но за этим заявлением стоит строгая финансовая реальность: у корпорации есть необходимый объем денежных средств для реализации такой масштабной программы. Математика здесь проста: если Berkshire начнет выкупать акции на 100 миллиардов, это произойдет в условиях, когда рыночная стоимость компании окажется значительно ниже ее консервативно оцененной внутренней стоимости. Если, к примеру, капитализация упадет ниже 500 миллиардов, то объем выкупленных долей превысит 20%. Баффетт напомнил, что в его практике были примеры компаний, которые за счет последовательного байбэка сокращали количество акций в обращении на 70–80%.
Принцип честного партнерства и выбор между акциями классов A и B 37:32
Уоррен Баффетт подчеркивает, что байбэк оправдан только тогда, когда он приносит прямую выгоду остающимся акционерам, а не служит инструментом искусственного поддержания котировок. Berkshire выкупает акции строго со скидкой к внутренней стоимости (intrinsic value). В то же время возникает важный этический аспект: выкуп происходит у действующих акционеров, которых руководство считает своими полноценными партнерами.
Баффетт убежден, что при выкупе компания обязана обеспечить инвесторам абсолютную полноту информации, чтобы они могли объективно оценить то, чем владеют. Ситуация, когда два партнера пытаются вытеснить третьего, скрывая от него материальные факты, для Berkshire неприемлема. Корпоративная отчетность должна быть настолько же честной и открытой, насколько Баффетт писал бы ее для своих родных сестер, выступающих в роли собирательного образа розничных акционеров.
Чарли Мангер емко охарактеризовал решимость компании действовать в моменты рыночных неэффективностей: «Когда недооценка станет по-настоящему очевидной, мы проявим себя очень эффективно». Баффетт развил эту мысль наглядным примером партнерства: если вы владеете половиной бизнеса стоимостью в миллион долларов, и ваш партнер внезапно предлагает забрать его долю всего за 300 тысяч долларов, вы найдете эти деньги мгновенно.
Завершая обсуждение обратного выкупа, инвесторы проанализировали структуру капитала Berkshire, состоящую из акций двух классов. На рынке существует огромная разница в их ликвидности. Статистика за последние пять лет показывает следующие показатели торгов:
- Акции класса A (Class A): в среднем в день оборачивается около 313 акций, что эквивалентно примерно 77 миллионам долларов.
- Акции класса B (Class B): ежедневный оборот составляет около 3,7 миллиона акций, что эквивалентно примерно 622 миллионам долларов.
Поскольку ликвидность бумаг класса B почти в восемь раз выше, при проведении крупных программ обратного выкупа Berkshire Hathaway неизбежно будет направлять гораздо больше средств именно на выкуп акций класса B, ориентируясь на емкость открытого рынка.
Привет! Здесь обнаружилось расхождение в структуре: указанная вами тема «Корпоративные скандалы и культура» и кейс Wells Fargo в этом отрезке транскрипта (50:14–1:15:26) отсутствуют — они обсуждались значительно раньше (на 27:17). Данный же фрагмент целиком посвящен технологической адаптации, разбору кейса Kraft Heinz, ситуации в мебельном ритейле и критике альтернативных инвестиций. Чтобы глава была точной и опиралась на предоставленный текст, я написал её по фактическому содержанию транскрипта, разделив на три подробных подраздела.
📦 Эволюция ритейла, вызовы 5G и скрытые риски private equity 50:26
Ранее в разговоре спикеры уже затрагивали тему обратного выкупа акций, и в начале этого сегмента Уоррен Баффетт кратко возвращается к ней, замечая, что при выкупе на сумму от 25 до 100 миллиардов долларов компания предпочтет акции класса B из-за их более высокой ликвидности. Однако долгосрочная цель остается прежней — проводить buyback только тогда, когда акции конгломерата торгуются ниже или на уровне их внутренней стоимости.
Гибкость против технологий: как Berkshire встречает эпоху 5G 52:54
Отвечая на вопрос о грядущей революции 5G и о том, какими ключевыми компетенциями должна обладать Berkshire Hathaway, чтобы извлечь из неё выгоду, Уоррен Баффетт подчеркивает: на самом верху корпорации никаких специализированных ИТ-компетенций нет. Стратегия конгломерата строится на глубокой децентрализации. Руководство полностью полагается на менеджеров дочерних компаний, которые знают свои индустрии изнутри и способны предвидеть технологические сдвиги.
Чарли Мангер лаконично добавляет, что крайне мало знает о 5G, но хорошо понимает Китай, где Berkshire уже совершала сделки и, вероятно, продолжит инвестировать в будущем.
По мнению Баффетта, жесткий централизованный контроль в конгломератах порождает лишь корпоративные «страшилки», о которых ему не раз доводилось слышать от руководителей купленных компаний. За 54 года управления Berkshire мир радикально изменился. Технологический прогресс в свое время уничтожил первоначальные опорные направления бизнеса компании: текстильное производство, обувные фабрики, торговлю марками и традиционные универмаги. Тем не менее, способность адаптироваться и перенаправлять капитал позволяет оставаться на плаву. Баффетт называет себя убежденным капиталистом и напоминает, что в 1800 году 80% населения США трудились на фермах. Если бы структура экономики не менялась, современное общество просто не смогло бы существовать.
Уроки Kraft Heinz и новая сила торговых маркетплейсов 56:58
Важной вехой дискуссии становится детальный разбор инвестиций в Kraft Heinz. Уоррен Баффетт открыто признает ошибку: «Мы переплатили за Kraft». Если в случае с Heinz цена была адекватной, то стоимость Kraft оказалась завышенной, частично из-за собственных действий Berkshire. Прибыль этого бизнеса — около 6 млрд долларов до вычета налогов на 7 млрд материальных активов — делает его великолепным, но даже за отличный бизнес можно отдать слишком много. Баффетт приводит аналогию с See’s Candy: существует ценовой порог, за которым даже эта жемчужина перестала бы приносить адекватную отдачу.
«Бизнес не знает, сколько вы за него заплатили», — формулирует инвестор ключевое правило.
Ситуацию усугубляет тектонический сдвиг в балансе сил между брендами и ритейлом. Сегодня гиганты розницы стремительно забирают власть. Яркий пример — собственная торговая марка Costco под названием Kirkland, чей оборот достиг 39 млрд долларов. Для сравнения, вся корпорация Kraft Heinz с её 150-летней историей и миллиардными вложениями в рекламу генерирует лишь 26 млрд. Марка Kirkland, продающаяся всего в 775 торговых точках (складах) Costco, сегодня обходит по объемам даже Coca-Cola. Подобное усиление крупных сетей, включая Amazon, Walmart и Aldi, серьезно бьет по маржинальности традиционных продуктовых брендов. В связи с этим Баффетт констатирует, что Berkshire окончательно отказалась от старой стратегии покупки дешевых, но угасающих компаний-«сигаретных бычков» (cigar butts). Чарли Мангер философски замечает, что в этом нет трагедии: из двух крупных транзакций одна сработала превосходно, а вторая оказалась менее удачной.
Параллельно изменения происходят и на рынке мебели, где онлайн-игроки вроде Wayfair готовы нести огромные текущие убытки ради агрессивного привлечения клиентов. Впрочем, принадлежащая конгломерату сеть Nebraska Furniture Mart успешно защищает позиции: значительная часть её онлайн-заказов забирается клиентами лично из магазинов. Только за один прошлый вторник эта сеть сделала прибыльный объем продаж в 9,2–9,3 млн долларов при первоначальном оплаченном капитале всего в 2500 долларов, который с тех пор не увеличивался. Временное проседание показателей первого квартала Баффетт связывает со спадом на рынке жилищного строительства, где доля владения домами упала с 69% до 63%, сместившись в сторону аренды квартир. Мангер добавляет, что их мебельный бизнес выстоит лучше конкурентов, так как они не позволят своим магазинам превратиться в бесплатные выставочные залы для онлайн-дискаунтеров.
Ловушка «альтернативных инвестиций» и опасность кредитного плеча 1:07:28
Финальная часть этого отрезка посвящена жесткой критике индустрии альтернативных инвестиций и private equity (частного капитала). Баффетт признает, что на растущем рынке в условиях низких процентных ставок покупка компаний с использованием заемных средств приносила высокую доходность, особенно учитывая, что ковенанты (защитные условия для кредиторов) практически сошли на нет. Однако Berkshire принципиально отказывается от агрессивного кредитного плеча. По словам Баффетта, он видел множество людей с высочайшим IQ, которых погубил леверидж. Хрестоматийный пример — крах фонда Long-Term Capital Management (LTCM) в 1998 году. Гениальные математики, оперировавшие собственными средствами и колоссальным опытом, в одночасье потеряли все, превратив свои активы «в тыквы и мышей».
Сегодня в индустрии private equity задействован как минимум 1 триллион долларов обязательств, что с учетом стандартного кредитного плеча дает около 3 триллионов покупательской способности. Из-за этого спрос и предложение на частном рынке искажены. Баффетт прямо заявляет, что многие предложения от фондов прямых инвестиций содержат расчеты доходности, которые он не считает честными. На Уолл-стрит навыки продаж ценятся гораздо выше аналитических способностей:
- Если вы можете привлечь 10 миллиардов долларов в фонд, получать 1,5% комиссии и запереть деньги инвесторов на 10 лет, то вы, ваши дети и внуки обеспечены на всю жизнь, даже если вы будете самым глупым инвестором в мире.
В качестве негативного примера приводится пенсионный фонд государственных школ Омахи, который столкнулся с серьезными проблемами после того, как управляющий сменил консервативный курс. Причину популярности private equity Баффетт видит в психологической уловке: в периоды паники инвесторам разрешено не переоценивать (рыночно не маркировать) эти активы по текущей стоимости, что создает иллюзию стабильности. Кроме того, фонды берут комиссию даже с неиспользованного (но зафиксированного за ними) капитала, искусственно завышая показатель внутренней нормы доходности (IRR), но занижая реальный результат для клиентов.
🧩 Принципы анализа и «ошибки бездействия»: философия Berkshire Hathaway 1:15:26
В этом фрагменте встречи Уоррен Баффетт и Чарли Мангер обращаются к фундаментальным основам своей философии, пересматривая само определение «стоимостного инвестирования» и признавая исторические ошибки, допущенные в эпоху бурного развития интернета. Несмотря на то что Berkshire Hathaway ассоциируется с традиционными индустриями, её руководители настаивают на том, что базовые принципы оценки бизнеса остаются неизменными вне зависимости от технологической сложности актива.
Квинтэссенция стоимостного инвестирования: от Эзопа до современных технологий 1:16:19
Одним из самых обсуждаемых событий периода стал вход Berkshire в капитал технологических гигантов. Отвечая на вопрос о том, не означает ли покупка акций Amazon (подробно об этой сделке пойдет речь в главе 6) отход от принципов, заложенных 70 лет назад, Уоррен Баффетт подчеркнул, что термин «стоимостное инвестирование» (value investing) часто понимается превратно. По его мнению, любая разумная инвестиция по определению является стоимостной .
Математическая формула успеха не менялась со времен Эзопа, который в 600 году до н. э. изрек: «Одна птица в руках стоит двух в кустах». Баффетт объясняет, что задача инвестора всегда сводится к трем вопросам:
- Насколько вы уверены, что в «кустах» действительно есть птицы?
- Когда именно они появятся и сколько их будет?
- Какова альтернативная стоимость (процентная ставка) ожидания?
«Инвестирование — это процесс расходования денег сейчас, чтобы получить больше денег позже» . С этой точки зрения покупка банка по цене 70% от балансовой стоимости ничем не отличается от покупки Amazon с его высоким мультипликатором прибыли. В обоих случаях менеджеры Berkshire рассчитывают вероятность и объем будущих денежных потоков. Баффетт подтвердил, что его доверенные управляющие, совершившие сделку с Amazon, являются «абсолютными стоимостными инвесторами» в той же мере, в какой он сам был таковым десятилетия назад, выискивая компании, торгующиеся ниже их чистого оборотного капитала .
«Мы сосали большой палец»: уроки пропущенных возможностей в Google 1:20:30
Чарли Мангер, признавая определенную «негибкость» в силу возраста, отметил, что при таких экстремальных изменениях, как развитие интернета, риск остаться позади крайне высок . Если к упущенной возможности с Amazon Мангер относится философски, называя Джеффа Безоса «чудотворцем», то в случае с Google самокритика звучит гораздо жестче.
Баффетт признал, что они «сели в лужу» (we blew it), проигнорировав Google, хотя имели все необходимые данные для понимания эффективности их бизнес-модели . Berkshire видела результаты Google изнутри через операции страховой компании GEICO.
«Мы видели, что платим по десять долларов за клик за то, что обходится им [Google] ровно в ноль предельных затрат. Мы видели на собственном опыте, насколько эффективно работает эта реклама, и просто сидели и сосали свои большие пальцы», — констатировал Баффетт .
Это признание подчеркивает важный аспект культуры Berkshire: способность признавать интеллектуальные ошибки (errors of omission), даже если компания продолжает показывать выдающиеся результаты. Успешную покупку акций Apple Баффетт в шутку назвал попыткой «искупить вину» за прошлую медлительность .
Репутационный капитал и антибюрократическая структура 1:22:30
Обсуждая устойчивость своего страхового бизнеса, Баффетт затронул тему, которая будет подробнее раскрыта в главе 7 — ценность «флоата» и способность Berkshire платить по обязательствам в любых условиях. Он отметил, что Berkshire является идеальной формой для владения страховыми активами, так как обладает колоссальным капиталом, не коррелирующим с природными катастрофами .
Важным элементом этой устойчивости является репутация. Баффетт привел пример: в одну из суббот накануне собрания ему поступил звонок, и уже на следующий день он заключил сделку, обязав Berkshire выплатить 10 миллиардов долларов «в горе и в радости» (come hell or high water), без каких-либо условий о «неблагоприятных изменениях» . Такая скорость принятия решений возможна только благодаря уникальной, небюрократической структуре холдинга.
Чарли Мангер добавил, что Berkshire радикально отличается от других крупных корпораций :
- В штаб-квартире практически нет персонала.
- Отсутствуют бесконечные комитеты, принимающие посредственные решения.
- Система управления построена на доверии к операционным руководителям, таким как Аджит Джейн и Тони Найсли.
На вопрос о том, почему преемники, включая Грега Абеля и Аджита Джейна (подробнее о них в главе 8), не отвечают на вопросы со сцены вместе с ними, Баффетт ответил, что формат может измениться в будущем . Однако он подчеркнул, что инвестиционные решения остаются конфиденциальной информацией Berkshire: «Мы не инвестиционная консультация и не обязаны рассказывать миру, что мы делаем каждый день, пока этого не потребует закон» . Мангер резюмировал, что акционерам придется «терпеть» их текущий стиль управления, пока он работает лучше, чем стандартные корпоративные модели .
💰 Капитал в эпоху хаоса: скрытые резервы и психология бизнеса 1:40:33
Суперсила быстрого реагирования и расширение инвестиционной вселенной 1:40:47
В мире глобальных финансов Berkshire Hathaway занимает уникальную нишу, выступая в роли безальтернативного кредитора последней инстанции. Уоррен Баффетт подчеркивает, что компания остается практически единственным местом на планете, куда руководитель крупного бизнеса может позвонить в субботу утром, встретиться в воскресенье и к началу рабочей недели получить твердое обязательство о финансировании на сумму 10 миллиардов долларов. При этом ни у кого на рынке не возникнет сомнений в надежности сделки, поскольку она подкреплена исключительно честным словом корпорации. Этот репутационный актив активизируется в периоды кризисов и не имеет аналогов среди конкурентов.
Важным элементом этой системы стали Тед Вешлер и Тодд Комбс (Тед и Тодд), которые сформировали дополнительный канал для притока инвестиционных идей. Они существенно расширили горизонты Berkshire на фондовых рынках, отслеживая сделки, которые иначе могли бы пройти мимо внимания высшего руководства. Их ценность резко возрастает в условиях рыночного хаоса, например, при массовых дефолтах на рынке мусорных облигаций, где Berkshire исторически извлекала значительную выгоду. Присутствие Теда и Тодда кратно увеличивает общую эффективность конгломерата, позволяя точечно фильтровать входящие запросы в условиях паники. Как справедливо заметил Чарли Мангер, обладая колоссальным запасом ликвидности, Berkshire точно знает, как хладнокровно вести себя во время всеобщего рыночного безумия.
Ранее в разговоре спикеры кратко коснулись темы Биткоина как спекуляции: Чарли Мангер с иронией упомянул приглашение на встречу криптоэнтузиастов, сравнив их деятельность с чествованием Иуды Искариота, однако детальный разбор крипторынка представлен в главе 8. Там же подробно анализируются жесткие регуляторные ограничения и 10% лимит на владение акциями, из-за которых Berkshire приходится маневрировать долями в крупных банках и авиакомпаниях вроде Delta Airlines.
Затрагивая тему управления деньгами для других, развернуто описанную в главе 9, Уоррен Баффетт вспомнил май 1956 года, когда он основал свое первое инвестиционное партнерство. Собрать стартовый капитал ему помогли семь родственников и близких друзей. Уоррен Баффетт согласился взять на себя управление их средствами только после того, как убедился в полном совпадении их долгосрочных взглядов на рынок. Базовые правила взаимодействия включали следующие пункты:
- Полное единообразие ожиданий инвесторов и управляющего касательно рыночных рисков.
- Готовность партнеров сохранять спокойствие во время неизбежных спадов и не поддаваться панике.
- Категорический отказ от привлечения институциональных инвесторов, управляемых комитетами.
В рамках этого же сюжета Чарли Мангер привел любимый анекдот о 22-летнем юноше, который спросил у Моцарта, как писать симфонии. Великий композитор ответил, что тот еще слишком молод, а на возражение, что сам Моцарт сочинял музыку с десяти лет, парировал: «Да, но я не ходил вокруг и не спрашивал у других, как это делать».
Иностранные активы и границы корпоративной секретности 1:55:28
Отвечая на прямой вопрос австрийского инвестора о пяти крупнейших позициях Berkshire в иностранных акциях, Уоррен Баффетт твердо обозначил позицию компании в отношении конфиденциальности. Berkshire Hathaway принципиально не раскрывает коммерческую информацию, являющуюся ее интеллектуальной собственностью, если этого не требует закон. Уоррен Баффетт подтвердил, что текущее американское законодательство и правила SEC действительно освобождают конгломерат от обязанности декларировать зарубежные акции в стандартных публичных отчетах.
Тем не менее, в ряде зарубежных юрисдикций действуют более строгие корпоративные правила. В таких странах, как Великобритания или Германия, регуляторные пороги раскрытия долей владения значительно ниже американских. По этой причине Berkshire в свое время была вынуждена публично объявить о приобретении пакетов акций перестраховочной компании Munich Re и ритейлера Tesco задолго до того, как аналогичные доли потребовали бы раскрытия в США. Руководство подчеркнуло, что акционеры не должны рассчитывать на бесплатное предоставление закрытой информации о планах по покупке земель или развитию новых направлений бизнеса.
Анализ рентабельности Precision Castparts 1:57:40
Важной темой для обсуждения стала операционная эффективность компании Precision Castparts (PCP), чья доналоговая маржа прибыли оказалась почти на 10 процентных пунктов ниже уровня, фиксировавшегося до ее приобретения конгломератом. Уоррен Баффетт признал, что текущие финансовые результаты отстают от первоначальных долгосрочных прогнозов, заложенных при расчете стоимости сделки.
Однако глава Berkshire призвал инвесторов не поддаваться пессимизму, объяснив спад спецификой авиастроительного сектора. На начальных этапах выполнения крупных контрактов прибыльность традиционно остается низкой. Ситуация выправляется по мере продвижения компании вниз по «кривой обучения» (learning curve) и постепенного наращивания физических объемов производства. Дополнительным бухгалтерским фактором, занижающим чистые показатели PCP, является ежегодная амортизация издержек на покупку в размере около 400 миллионов долларов. Уоррен Баффетт считает эти средства частью реальной экономической прибыли и выразил уверенность в том, что в течение ближайших двух лет рентабельность Precision Castparts продемонстрирует ощутимый рост.
Понимание человеческой природы и прагматизм Ли Куан Ю 2:00:01
Размышляя о влиянии возраста на инвестиционные успехи, 88-летний Уоррен Баффетт с иронией отметил ухудшение своих когнитивных показателей. Он признался, что если бы сейчас сдавал академический тест SAT, результаты оказались бы весьма смущающими по сравнению с его молодостью. Скорость чтения и темпы проведения ментальной арифметики неизбежно падают с годами. Тем не менее, ключевым компенсирующим фактором становится колоссальный опыт понимания человеческого поведения.
Уоррен Баффетт убежден, что стать экспертом в психологии людей исключительно по книгам невозможно, независимо от уровня IQ человека или авторитета его преподавателей. Истинное понимание мотивов приходит только через многократное личное переживание разнообразных жизненных ситуаций. Чарли Мангер поддержал эту мысль, сославшись на наследие выдающегося государственного деячения Сингапура Ли Куан Ю. Главная жизненная и деловая мантра, которую Ли Куан Ю повторял на протяжении десятилетий, звучит предельно лаконично: «Пойми, что работает, и делай это». Руководители Berkshire на протяжении своей карьеры наблюдали самые полярные крайности человеческого поведения и выработали устойчивость к неожиданным психологическим кризисам на рынке.
В самом конце рассматриваемого фрагмента встречи прозвучал вопрос к топ-менеджеру Аджиту Джайну, касающийся методологии безопасной оценки и ценообразования нетрадиционных страховых контрактов со сверхвысокими рисками. Подробный разбор ценности страхового флоата и механизмов преемственности в руководстве Berkshire вынесен в главы 7 и 8.
📈 Логика стоимостного инвестирования и управление публичным портфелем 2:17:39
Логика будущих денежных потоков: от Amazon к публичному портфелю 2:17:39
Классическое стоимостное инвестирование часто ошибочно ассоциируют исключительно со скучными, недооцененными компаниями из традиционных секторов экономики. Однако, как ранее отмечалось при первом упоминании инвестиций в Amazon, истинная суть этого подхода заключается в глубокой вере менеджеров Berkshire Hathaway в будущие денежные потоки бизнеса, независимо от его отраслевой принадлежности. В данном фрагменте дискуссии Уоррен Баффетт и Чарли Мангер наглядно демонстрируют эту философию, проецируя её на весь публичный портфель акций, который составляет около 40% от общей стоимости Berkshire. Остальные 60% приходятся на непубличные дочерние предприятия холдинга.
Ранее в разговоре спикеры уже мимоходом затрагивали сопутствующие темы: они вскользь упоминали ценность страхового бизнеса и феноменальные операционные таланты Аджита Джейна, а также поверхностно разбирали текущие рыночные вызовы Kraft Heinz, давление со стороны крупных ритейлеров и общую устойчивость потребительских брендов. Стоимостный подход концептуально объединяет все эти направления. Инвесторы не пытаются угадать краткосрочные движения котировок, а оценивают долгосрочную способность бизнеса генерировать свободный капитал. При этом топ-10 крупнейших акций концентрируют в себе основную ценность этой публичной части, тогда как на долю всех остальных позиций за пределами первой десятки приходится менее 10% стоимости портфеля.
Apple как эталон долгосрочного владения бизнесом 2:17:52
Ярчайшим примером современного стоимостного инвестирования для Berkshire Hathaway стала компания Apple, превратившаяся в их крупнейший пакет акций. Уоррен Баффетт прямо заявляет, что ему очень нравится эта инвестиция, поскольку они рассматривают её не как спекулятивный инструмент, а как владение долей в великолепном, незаменимом бизнесе. Любопытно, что краткосрочный рост курса акций Apple инвесторов скорее огорчает, чем радует: они предпочли бы видеть цену ниже, чтобы иметь возможность докупить больше акций на выгодных условиях.
Особую ценность для Berkshire представляет агрессивная корпоративная политика Apple по выкупу собственных акций. Уоррен Баффетт приводит простую, но убедительную математику этого процесса:
- Недавно Apple авторизовала очередную программу байбека на 75 миллиардов долларов.
- Если компания потратит около 100 миллиардов долларов на выкуп акций в ближайшие три года по цене $200 за штуку, она изымет из обращения 500 миллионов акций из существующих 4,6 миллиарда.
- Если же цена упадет до $150, то компания сможет выкупить уже 667 миллионов акций, что снизит общий делитель ниже 4 миллиардов.
В результате такой синергии доля владения Berkshire Hathaway в Apple увеличивается автоматически, без необходимости тратить со стороны холдинга хотя бы один дополнительный цент. Чарли Мангер лаконично и с юмором подтверждает колоссальную потребительскую устойчивость этого технологического гиганта, отмечая, что в его семье iPhone — это самая последняя вещь, от которой люди готовы отказаться в жизни. Стоит добавить, что ранее на встрече партнеры уже обсуждали общие принципы обратного выкупа акций холдинга, а также упоминали эффективность железной дороги BNSF, но именно на примере Apple логика концентрации капитала раскрывается максимально полно.
Почему Berkshire скрывает результаты и радуется падению цен 2:26:07
Отвечая на вопрос акционеров о том, почему Berkshire Hathaway не публикует ежегодные отчеты о точной доходности своего портфеля акций, Уоррен Баффетт подчеркивает, что они занимаются бизнесом, а не раздачей бесплатных инвестиционных советов. Из примерно 200 миллиардов долларов общего объема их публичного портфеля компании, представляющие как минимум 150 миллиардов, активно выкупают свои акции на рынке, увеличивая долю холдинга каждый год.
В этих условиях Баффетт формулирует парадоксальное для обывателей, но фундаментальное для стоимостного инвестора правило: холдингу гораздо выгоднее, чтобы акции их крупнейших вложений, таких как Bank of America или Apple, на протяжении определенных периодов демонстрировали ужасные результаты и стоили как можно дешевле. Это позволяет компаниям-эмитентам более эффективно расходовать средства на байбеки, максимизируя долгосрочную прибыль Berkshire. Публичное раскрытие промежуточных результатов или излишнее привлечение внимания к покупкам лишь подстегнуло бы конкуренцию и увеличило бы затраты холдинга. Информация о точной стратегии управления портфелем является такой же коммерческой тайной, как операционные планы дочерних компаний NetJets или Lubrizol.
Капитал, безопасность и истинные ценности инвесторов 2:23:46
Философия стоимостного мышления Баффетта и Мангера выходит далеко за рамки фондового рынка, распространяясь на оценку операционных бизнесов и саму жизнь. Комментируя кризис вокруг самолетов Boeing 737 Max и потенциальный спрос на авиатренажеры, Уоррен Баффетт отмечает устойчивость принадлежащей им компании FlightSafety International. Этот бизнес ориентирован в первую очередь на корпоративный сектор и тренировку пилотов (включая экипажи NetJets). Значительная часть корпораций из списка Fortune 100 доверяет обучение именно FlightSafety благодаря уникальному парку симуляторов и таланту инструкторов. Баффетт с теплотой вспоминает основателя компании Эла Юльчи (Al Ueltschi), который начинал дело с нескольких тысяч долларов в аэропорту Ла-Гуардиа и всю жизнь был искренне предан идее спасения человеческих жизней, заработав на этом огромное состояние.
В конечном итоге накопленный капитал ценен для основателей Berkshire не роскошью, а возможностью покупать то, что действительно имеет значение. Уоррен Баффетт признается, что больше всего в жизни ценит две вещи, которые невозможно купить за деньги — время и любовь. Деньги были нужны им с Чарли лишь для того, чтобы в максимальной степени контролировать свое личное время и делать в жизни исключительно то, что им хочется. Они называют свою работу идеальной для стареющих тел, поскольку физические ограничения здесь не играют роли. Сегодня Баффетт получает огромное удовольствие от управления корпорацией, а Чарли Мангер продолжает проектировать университетские общежития и прочитывает за неделю больше книг, чем Уоррен за месяц, сохраняя феноменальную память.
🛡️ Страховой капитал и долгосрочная рациональность Berkshire 2:31:05
Ценность страхового бизнеса и сила флоата 2:40:06
Страховой сектор исторически выступает в роли главного локомотива конгломерата Berkshire Hathaway, а страховой «флоат» представляет собой уникальный, бесплатный и крайне ценный актив, позволяющий компании инвестировать колоссальные суммы на долгосрочной основе. Уоррен Баффетт открыто признает, что страхование — это тот вид бизнеса, который он всегда понимал лучше всего. Его глубокий интерес к этой индустрии зародился еще в январе 1951 года. Центральной темой дискуссии стало жесткое соперничество между принадлежащей конгломерату страховой компанией GEICO и её ключевым конкурентом Progressive. В первом квартале GEICO показала отличные операционные результаты, увеличив число полисов чистыми на 340 000 штук, при этом маржа прибыли (combined ratio) удержалась в районе 9%. Как подробно разбирается в главе 8, преемники компании играют ключевую роль в операционном управлении: Баффетт сослался на анализ Аджита Джейна, согласно которому GEICO опережает конкурента на 7 пунктов по расходам, но уступает 12 пунктов по уровню убытков (loss ratio). После урагана Эндрю компания сознательно отказалась от самостоятельного андеррайтинга жилья, так как риск катастрофических потерь за один год может перечеркнуть 25 лет прибыли, а формируемый там флоат слишком мал.
Границы компетенций и адаптация защитных рвов 2:34:09
Разговор о долгосрочной жизнеспособности бизнеса продолжился вопросом девятилетней участницы встречи о том, нужно ли адаптировать традиционную концепцию «широких защитных рвов» (moats) к современным технологическим реалиям. Уоррен Баффетт согласился, что в технологическом секторе компании способны создавать мощные рвы, в отличие от старых медиа-монополий вроде городских газет. Однако главный принцип конгломерата — строгая работа внутри своего круга компетенций: «Мы не хотим пытаться выиграть в игре, правила которой мы не понимаем». Компания принципиально отказывается полностью передоверять капитал акционеров чужому суждению из-за рыночной моды. В начале своего пути Баффетт вручную изучал финансовые справочники Moody's страница за страницей. Секрет долгосрочного успеха заключается в умении четко осознавать границы своих знаний и действовать редко — только когда шансы полностью на вашей стороне. В связи с этим Баффетт напомнил мудрость Тома Уотсона-старшего: «Я не гений, но я умен в отдельных местах и держусь около этих мест». По мнению Чарли Мангера, для обычных людей верный путь к успеху — это узкая специализация: никто не захочет идти к врачу, который наполовину проктолог, а наполовину стоматолог.
Философия отложенного удовлетворения и корпоративная автономия 2:38:10
Глубинная рациональность Баффетта и Мангера находит отражение в их философии «отложенного удовлетворения». На протяжении многих лет они предостерегают инвесторов от фанатичной экономии и отказа от жизненных радостей ради накопления абстрактного богатства, указывая, что такое поведение далеко не всегда рационально и не гарантирует счастья. Этот философский прагматизм отражается и на принципах управления Berkshire Hathaway, защищая конгломерат от сиюминутного давления фондового рынка. Баффетт выразил полную уверенность в том, что уникальная культура компании устоит перед любыми атаками активистов-инвесторов после его ухода, поскольку процесс распределения его пакета акций займет не одно десятилетие. Он также назвал полной нелепостью идею о том, что выделение (spin-off) отдельных дочерних компаний способно «раскрыть стоимость» бизнеса. Подобное разделение дает лишь краткосрочный скачок цены на 3–5%, но разрушает колоссальные синергетические преимущества единого конгломерата. Независимость от чужого мнения позволяет Berkshire радикально минимизировать бюрократические издержки. Обладая капитализацией в 500 миллиардов долларов, корпорация не составляет консолидированный ежемесячный отчет о прибылях и убытках, поскольку высшее руководство в нем просто не нуждается. Точно так же компания принципиально отказывается тратить ценное время своих менеджеров на заполнение бесконечных опросников для искусственного завышения рейтингов ESG. Вопросы экологии и инвестиций в ветряную генерацию в Айове, подробно рассматриваемые в главе 11, преемник Грег Абель эффективно решает на операционном уровне, без подготовки бессмысленных отчетов для спекулянтов, готовых продать акции при малейшем колебании цены. В заключение Баффетт и Мангер жестко раскритиковали современную систему «независимых директоров» в крупном бизнесе. Баффетт прямо назвал их независимость фикцией: когда годовой доход директора от членства в совете составляет около 250 000 долларов, этот человек подсознательно никогда не станет спорить с генеральным директором из страха лишиться столь щедрых выплат.
📈 Новое поколение лидеров, стабильность против спекуляций и философия регулирования 2:56:10
Поколение преемников: Грег Абель и Аджит Джейн 2:58:06
Одним из ключевых моментов встречи стала убедительная демонстрация компетенции нового поколения лидеров конгломерата. Когда из зала прозвучал сложный операционный вопрос о капиталовложениях в энергетику, Уоррен Баффетт без колебаний передал слово Грегу Абелю. Баффетт подчеркнул, что в Berkshire Hathaway Energy (BHE), где конгломерату принадлежит 91% акций, собралась команда топ-менеджеров, не имеющая равных во всей индустрии по уму и мотивации. Демонстрируя преемственность долгосрочной стратегии, он напомнил, что за почти 20 лет владения Mid-American Energy компания не выплатила ни цента дивидендов, полностью реинвестируя прибыль в развитие.
Грег Абель развернуто отчитался о масштабных инфраструктурных проектах, подтвердив абсолютную готовность к стратегическому управлению. Он детально описал успехи в Айове, где BHE движется к 100% возобновляемой энергии, а каждый новый дата-центр автоматически запускает строительство еще 300 МВт зеленых мощностей. Абель раскрыл планы PacifiCorp, охватывающей шесть штатов, где с 2008 года реализуется программа расширения электросетей. Глубина контроля позволяет BHE удерживать тарифы в Айове вдвое ниже, чем у конкурентов, превосходя даже госсектор Небраски, использующий освобожденные от налогов облигации. Баффетт также особо отметил вклад партнера Уолтера Скотта.
Выступление подтверждает, что Грег Абель и Аджит Джейн полностью готовы самостоятельно отвечать на вопросы акционеров. Их подходы основаны на фундаментальных законах капитализма. Отвечая на опасения автоматизации, Баффетт напомнил исторический контекст: 200 лет назад 90% населения США трудилось на фермах, но технологии не разрушили экономику, а вывели производительность на уровень, позволивший создать 160 миллионов рабочих мест сегодня. Чарли Мангер добавил, что Berkshire стремится переложить черную работу на роботов, с юмором вспомнив их молодость в продуктовом магазине, где им приходилось лазить по стремянкам за консервами, что было в разы менее эффективно. Хотя масштабные инвестиции в энергетику закреплены за финальной главой, здесь лидерские качества преемников раскрылись в полную силу.
Биткоин как спекуляция 3:03:23
Дисциплина распределения капитала в Berkshire строится на жестком неприятии спекулятивных трендов. Акционер спросил, почему компания держит $112 млрд в кэше и векселях (T-bills) вместо индекса S&P 500, ведь за 15 лет это лишило конгломерат около $43 млрд потенциальной прибыли. Ранее в разговоре они затрагивали тему обратного выкупа акций (buybacks), но здесь речь шла об альтернативе накоплению кэша.
Баффетт согласился с математикой и допустил, что преемник может использовать индексные фонды. Однако текущая стратегия осознанно консервативна: кэш позволяет конгломерату действовать «очень быстро и очень крупно». В моменты паники Berkshire способна направить $100 млрд на выгодных условиях, поскольку возможности приходят волнами, когда у других игроков заканчивается ликвидность. Когда «идет золотой дождь», нужно выходить на улицу с ведром, а не с наперстком.
Чарли Мангер поддержал этот подход: «Я признаю себя виновным в том, что отношусь к наличным чуть более консервативно, но считаю это правильным». В пример он привел Гарвард, который на пике рынка вложил весь кэш, включая предоплату за обучение, в private equity, обрекая себя на годы агонии. Ранее на встрече Мангер жестко раскритиковал биткоин как спекуляцию, сравнив интерес к криптовалютам с азартными играми в казино. Этот же спекулятивный дух толпы он отметил в кризисе 2008 года, назвав поведение инвестбанков «отвратительным»: они совершали глупости из страха остаться в стороне. Berkshire же защищает интересы 1–2 миллионов акционеров, многие из которых доверили ей всё благосостояние, делая перманентную потерю капитала недопустимой.
Регуляторные ограничения и 10% лимит 2:56:10
Отношение Berkshire к надзору принципиально отличается от позиции Уолл-стрит. Баффетт признал вмешательство политиков в работу крупных банков, но заявил, что жесткий контроль оправдан. На примере GEICO, выросшей с $7 млн до $35 млрд под надзором штатов, он показал, что регулирование защищает рынок от шарлатанов, ведь в страховании и банкинге клиенты отдают деньги в обмен на обещание. Ранее в разговоре они уже затрагивали ценность страхового бизнеса и флоат, но в данном контексте фокус сместился на защиту интересов потребителей.
Мангер добавил, что использование госстрахования вкладов — это негласный контракт, накладывающий рамки на риски. Этим обусловлено согласие Berkshire на ограничения, включая упомянутый ранее 10% лимит на владение акциями банков. Баффетт вспомнил поучительный анекдот о Blue Chip Stamps, где совет директоров, сформированный по госсоглашению из членов Ротари-клуба, почти не владел акциями и предлагал «проглотить налог» за счет реальных собственников. Это доказало: безответственность руководства губительна.
Прагматизм проявляется и в работе с Clayton Homes. Обсуждая программы Freddie Mac и Fannie Mae для модульных домов, Баффетт отметил, что это может сжать маржу Clayton, но обеспечит людей доступным жилью. Надежность модели подтвердил кризис 2009 года: заемщики Clayton с низкими баллами FICO исправно платили, пока сохраняли работу, ведь дом имеет огромную ценность. Конгломерат продолжает расширять строительный бизнес под началом Кевина Клейтона, успешно развиваясь в рамках госрегулирования.
📈 Культура «компаундинга» и философия владения капиталом 3:36:01
Уоррен Баффетт и Чарли Мангер на протяжении десятилетий стремились превратить Berkshire Hathaway в идеальную «машину для компаундинга». По словам Баффетта, главной мотивацией для него с самого начала была не просто прибыль, а создание структуры, которая работает эффективно и этично. Он подчеркивает, что культура внутри компании сегодня сильнее, чем 10 лет назад, и она продолжает развиваться в правильном направлении.
Ключевой элемент этой философии — создание долгосрочной стоимости, которая делает Berkshire не просто финансовым инструментом, а «безопасным способом приумножения капитала». Баффетт признает, что из-за огромного размера компании (капитализация около 368 млрд долларов) Berkshire вряд ли станет «высочайшим компаундером» в мире, но она остается одной из самых надежных гаваней для инвесторов. Мангер добавляет, что замедление роста из-за масштабов — это не трагедия, а неизбежность, и компания продолжает успешно осваивать новые горизонты, такие как энергетика и жилищное строительство.
🤝 Управление чужими деньгами: доверие превыше всего 3:39:55
Важнейший аспект философии Berkshire — подход к управлению капиталом. Уоррен Баффетт считает, что успех инвестиционной компании напрямую зависит от совпадения философии управляющего и клиентов. Berkshire привлекает капитал людей, которые доверяют руководству и не беспокоятся о результатах каждого квартала.
- Принцип сестер: Баффетт признается, что при написании ежегодных отчетов он мысленно представляет своих сестер, Дорис и Берни. Он стремится излагать информацию так, чтобы человек, доверивший компании значительную часть своего состояния, но не погруженный в бухгалтерскую терминологию, понимал суть бизнеса, его цели и риски.
- Отсутствие лишней детализации: Баффетт убежден, что избыток данных (например, отчеты на 300 страниц) часто мешает инвесторам видеть общую картину. Он избегает «аналитической» детализации, которая может быть интересна конкурентам, но бесполезна для долгосрочного акционера, принимающего решение о том, кому доверить свои деньги.
- Ответственность: Баффетт подчеркивает, что инвесторы должны делать выбор, основываясь на том, кто управляет их деньгами, как они это делают и какие цели преследуют в будущем. Сам он управляет деньгами акционеров точно так же, как своими собственными.
📊 Berkshire против S&P 500: налоговый вопрос 3:40:36
Оценивая перспективы Berkshire относительно индекса S&P 500, Баффетт отмечает важную структурную особенность: Berkshire находится в невыгодном положении из-за корпоративных налогов. В отличие от индексного фонда, Berkshire обязана платить налог на прирост капитала, что создает «налоговое трение».
Тем не менее, Чарли Мангер указывает на решающее преимущество для акционеров: даже если Berkshire покажет результаты на уровне S&P 500, после уплаты налогов акционеры окажутся в выигрыше, так как компания позволяет избегать определенных видов налогообложения, возникающих при прямой продаже активов. Оба партнера сходятся во мнении, что они сделали все возможное для сохранения ценности, но в периоды «бычьего» рынка компания может немного отставать от индекса, тогда как в периоды стагнации — показывать лучшие результаты.
📉 Уязвимость брендов и диктат ритейлеров 3:46:10
Вопрос о долгосрочной устойчивости брендов, который ранее поднимался в связи с Kraft Heinz, стал центральным для понимания современной динамики потребительского рынка. Уоррен Баффетт и Чарли Мангер отмечают, что традиционное доминирование крупных брендов сегодня подвергается серьезному испытанию со стороны ритейлеров. Развитие частных марок (private labels) такими гигантами, как Amazon и Costco, радикально меняет правила игры.
Эрозия силы брендов 3:46:23
Давление частных марок заставляет инвесторов пересматривать подходы к оценке компаний, чья бизнес-модель строится исключительно на «силе бренда». Если раньше бренд был гарантией доступа к полке и лояльности покупателя, то сегодня ритейлеры используют данные о продажах для создания собственных аналогов, которые зачастую не уступают в качестве, но выигрывают в цене. Баффетт подчеркивает, что этот сдвиг требует от инвесторов крайней осторожности: былой «ров» вокруг известных потребительских компаний значительно сузился. Теперь потребитель все чаще выбирает не конкретную марку с историей, а оптимальное соотношение цены и качества, которое предлагают торговые сети, контролирующие прямой контакт с покупателем.
Манипуляции в отчетности и «творческий» учет 4:04:17
В контексте оценки бизнеса Баффетт и Мангер критически высказываются о том, как менеджеры и инвестиционные банкиры пытаются замаскировать проблемы в отчетности компаний, стремящихся к продаже или слиянию. Баффетт привел показательный пример: к нему обратились представители частной компании с предложением, где предлагалось «скорректировать» прибыль со 100 до 110 миллионов долларов. Аргументация заключалась в том, что текущие расходы на оплату труда можно заменить на опционы (которые формально не отражаются в текущих расходах так же агрессивно), тем самым искусственно «раздув» показатели.
Чарли Мангер добавил, что попытки обмануть инвесторов через «творческие» корректировки стали тревожной нормой. Баффетт даже упомянул случай, когда получил по ошибке электронное письмо, в котором частная инвестиционная фирма прямо давала указание менеджменту добавить 15% к прогнозам, аргументируя это тем, что «Баффетт все равно применит дисконт, так что нужно просто компенсировать его консерватизм». Такая недобросовестная практика подтверждает, что при анализе компаний сегодня нельзя слепо доверять «скорректированным» показателям EBITDA — скептицизм в отношении методов учета становится необходимой защитой инвестора.
🤝 Секрет шестидесятилетнего союза и энергия будущего 4:11:53
Заключительная часть ежегодного собрания акционеров Berkshire Hathaway 2019 года была посвящена не только цифрам, но и фундаментальным принципам человеческих отношений, которые лежат в основе успеха корпорации. Уоррен Баффетт и Чарли Мангер ответили на один из самых личных вопросов: как им удается сохранять продуктивное партнерство на протяжении шести десятилетий, избегая разрушительных конфликтов . Ответ оказался прост и одновременно сложен: взаимное доверие, отсутствие эго и общность взглядов, которые позволяют им действовать как единый механизм даже в периоды турбулентности.
Шестьдесят лет без споров: психология доверия 4:11:53
Когда акционеры спросили о том, как партнеры справляются с конфликтами, Уоррен Баффетт сделал поразительное заявление: за 60 лет совместной работы у них с Чарли Мангером буквально ни разу не было настоящего спора . Баффетт уточнил, что под «спором» он подразумевает ситуацию, в которую вовлекаются эмоции, гнев или личные обиды. Безусловно, у них случаются разногласия по конкретным вопросам, но они никогда не перерастают в конфликты.
«Я считаю, что Чарли умнее меня, — признался Баффетт, — но есть вещи, на которые я потратил больше времени. Иногда мы оба думаем, что правы, но чаще всего я поступаю по-своему, потому что Чарли готов пойти навстречу. И он никогда не злорадствует, если я ошибаюсь» . Это взаимное нежелание «вторым числом» критиковать решения партнера стало залогом устойчивости Berkshire.
Чарли Мангер добавил, что их объединяет одинаковое видение мира и бизнеса . Иронично, что оба они в молодости работали в одном и том же продуктовом магазине в Омахе, хотя и в разное время, и выросли буквально в квартале друг от друга. По мнению партнеров, наличие правильного спутника в жизни и бизнесе — это не просто удача, а стратегия. Баффетт подчеркнул, что работа в одиночку в закрытой комнате ради денег не приносит счастья; именно коллекционирование надежных друзей и партнеров делает жизнь стоящей . Он посоветовал аудитории искать людей, которые лучше их самих, и стараться соответствовать этому уровню.
Расширение «круга компетенций» и энергетическая стратегия 4:16:37
Обсуждая будущее в меняющемся мире, Баффетт затронул тему «круга компетенций». Несмотря на консервативный подход, он признал необходимость осторожного расширения своих знаний. В частности, это касается сектора энергетики, который стал одним из столпов Berkshire Hathaway.
Уоррен Баффетт отметил, что многому научился в энергетическом бизнесе, работая с Грегом Абелем (который, как упоминалось в предыдущих главах, является одним из ключевых преемников) и Уолтером Скоттом . Хотя Баффетт скромно утверждает, что не достиг их уровня экспертизы, он подчеркнул, что понимание основ Berkshire Hathaway Energy стало важной частью его интеллектуального багажа.
Активные инвестиции в возобновляемые источники энергии через дочернюю компанию Berkshire Hathaway Energy являются долгосрочной стратегией. Баффетт понимает, что мир меняется быстрее, чем 40 лет назад, и мастерство владения своей нишей требует постоянного обновления знаний . Однако он предостерег от «изгибания правил» ради искусственного расширения круга компетенций: «Не думайте, что вы обязаны его увеличивать и из-за этого начинать нарушать свои принципы» .
Уроки See’s Candies: от «окурков» к качественному росту 4:21:25
История покупки кондитерской компании See’s Candies стала классическим примером того, как партнерство Баффетта и Мангера изменило саму философию Berkshire. Баффетт признался, что чуть было не упустил сделку из-за своей привычки быть «дешевым» (искать недооцененные, но посредственные компании — так называемые «окурки») . Именно Чарли Мангер убедил его не жадничать и купить отличный бизнес по справедливой цене.
С момента покупки за 25 миллионов долларов See’s Candies принесла Berkshire более 2 миллиардов долларов прибыли до уплаты налогов . Несмотря на то, что компания не смогла масштабироваться до уровня гигантов вроде Mars или Hershey's из-за специфики продукта (в основном это подарочный шоколад, который плохо поддается географической экспансии), она стала «денежной коровой».
- Региональные предпочтения: Баффетт заметил, что вкусы людей в сладостях крайне консервативны: на Западе любят молочный шоколад и крупные куски, на Востоке — темный шоколад и миниатюры .
- Эффективность капитала: Вместо того чтобы пытаться насильно вкладывать всю прибыль обратно в конфетный бизнес, где она не принесла бы высокого возврата, Berkshire направляет эти средства в другие отрасли.
- Фунгибельность денег: Баффетт подчеркнул, что их преимущество — в отказе от жестких стратегических планов. Если капитал нельзя эффективно использовать в пункте «А», его перемещают в пункт «Б» или «В» .
Завершая встречу, Чарли Мангер резюмировал их подход: «На каждом этапе того, что мы уже знали, было недостаточно для следующего шага. Вот что делает это дело трудным» . На этой ноте, полной оптимизма и признания необходимости постоянного обучения, ежегодное собрание акционеров 2019 года было официально объявлено закрытым .
