Игра на выживание: стоят ли США на пороге войны с Ираном? 1:08
В эпицентре геополитической напряженности между США и Ираном разворачивается масштабная игра, которую ведущий подкаста Prof G Скотт Гэллоуэй характеризует как «игру в цыпленка» между двумя лидерами — Дональдом Трампом и Верховным лидером Ирана. В то время как администрация Трампа наращивает военное присутствие в регионе, достигая уровня, сопоставимого с вторжением в Ирак в 2003 году, эксперты и аналитики пытаются понять: является ли это подготовкой к масштабному конфликту или попыткой давления для достижения выгодной сделки.
Геополитическая шахматная партия или риск войны? 1:20
По мнению Скотта Гэллоуэя, действия США выглядят как «фед-плей» (fed play): Трамп, вероятно, не стремится к ядерной сделке, предпочитая демонстрировать силу, подобно тому, как это происходило в Венесуэле. Гэллоуэй полагает, что военная операция весьма вероятна, учитывая масштабное накопление ресурсов, включая постоянную инфраструктуру для дозаправки авиации («газовые станции в небе»), что свидетельствует о подготовке к длительной кампании.
Карим Саджадпур, старший научный сотрудник Фонда Карнеги за международный мир, предлагает иной взгляд:
- Трамп, вероятно, предпочел бы мирное решение, если бы удалось получить значительные уступки от Ирана без необходимости вступать в войну.
- Риски для США остаются огромными: Иран, будучи значительно мощнее Венесуэлы, угрожает ракетными ударами по базам США в Персидском заливе, нефтяным объектам и даже союзникам, таким как Дубай.
- Саджадпур считает, что вероятность сделки на данный момент низка, что делает риск военной операции значительно более высоким.
Иран: Между двух огней 12:12
Саджадпур описывает Иран как страну, находящуюся «между двух огней» — внутренним протестным движением и внешним давлением. Эксперт отмечает, что за последние годы Трамп трижды «бросал кости» в отношениях с Ираном: выход из ядерной сделки (2018), устранение Касема Сулеймани (2020) и применение «бункерных бомб» летом прошлого года. Трамп, по-видимому, чувствует себя оправданным, так как ни одно из этих событий не привело к региональной войне, что заставляет его рассматривать Иран как «бумажного тигра».
Позиция региональных игроков и перспективы смены режима 18:00
Региональные союзники США занимают неоднозначную позицию:
- Израиль публично и приватно поддерживает жесткие действия в отношении Ирана и, по всей вероятности, будет участвовать в американской операции.
- Страны Персидского залива (ОАЭ, Саудовская Аравия, Катар) испытывают глубокую амбивалентность. Публично они выступают против ударов, опасаясь возмездия Ирана, который уже атаковал их через прокси, такие как хуситы.
- Главное опасение ближневосточных стран заключается в возможности «налета и побега» (hit-and-run): США могут нанести удар и уйти, оставив союзников один на один с враждебным соседом.
Что касается смены режима, Саджадпур подчеркивает, что это «режим на заемном времени». Однако он предупреждает: историческая статистика неумолима — лишь один из пяти переходов от авторитаризма к демократии заканчивается успехом; в остальных 80% случаев к власти приходит новый авторитарный лидер.
Аспирации иранского народа 48:09
Несмотря на политику режима, Саджадпур отмечает, что Иран — это «самое светское общество на Ближнем Востоке».
- Население стремится к отделению религии от государства, а не к её усилению.
- По мнению эксперта, иранская молодежь видит, что страна не сможет реализовать свой потенциал, пока официальным лозунгом остается «Смерть Америке».
- Гэллоуэй и Саджадпур сходятся во мнении, что значительная часть иранцев хотела бы видеть внешнюю поддержку своих стремлений к свободе и процветанию.
Саджадпур заключает, что текущая ситуация — это пример того, как американские интересы и ценности (демократия, свободные рынки) пересекаются. США, по его словам, недооценивают свою «мягкую силу» и способность соответствовать чаяниям людей, которые в конечном итоге и определят будущее Ирана.
