В рамках подкаста Rational Reminder ведущие Бенджамин Феликс и Кэмерон Пэссмор обсудили технологические и экономические реалии криптовалютной индустрии с доктором Николасом Уивером, ученым в области компьютерных наук из Университета Беркли. Эксперт, много лет изучающий сетевую безопасность и криптографию, поделился критическим взглядом на блокчейн-индустрию, назвав её неэффективной и социально опасной. В интервью подробно разбираются механизмы работы публичных сетей, природа стейблкоинов, скрытые мотивы венчурных фондов и реальная ценность распределенных данных.
💸 Истинная суть блокчейна: обход законов и сомнительная децентрализация 2:56
По словам Николаса Уивера, с теоретической точки зрения технология публичного блокчейна решает лишь одну задачу — упрощает обход законов о борьбе с отмыванием денег. Цифровые и одноранговые (peer-to-peer) платежные системы существовали десятилетиями, включая PayPal, однако классические инструменты имеют центральных посредников для блокировки мошенничества или транзакций, связанных с криминалом. Криптовалюты же, как считает ученый, созданы для распределенного ведения учета, при котором теоретически никто не несет юридической ответственности за соблюдение правил финансовых переводов. На практике, по мнению эксперта, система оказалась «великолепно коррумпированной» и идеально подходящей для покупки запрещенных веществ в даркнете, выплат многомиллионных выкупов и масштабного мошенничества с ценными бумагами, запрещенного в реальном секторе за последние 500 лет развития.
Уивер указывает на фундаментальную разницу между распределенными (distributed) и децентрализованными (decentralized) системами. В распределенной системе участники идентифицированы, а доверие выстроено иерархически, что исключает атаку Сивиллы (создание множества фейковых аккаунтов для манипуляции голосами). В криптовалютах из-за отсутствия идентификации приходится использовать механизмы Proof of Work (бесполезная трата энергии) или Proof of Stake. Последний, по словам гостя, официально закрепляет правило «у кого больше золота, тот и устанавливает законы».
При этом реальная децентрализация, как утверждает исследователь, отсутствует: три-четыре майнинговых пула контролируют сети Bitcoin и Ethereum, обладая фактическим правом вето и занимаясь манипуляциями вроде MEV (фронтраннинг и бэкраннинг), которые незаконны на традиционных биржах.
🐌 Проблема масштабирования и иллюзия «компьютера будущего» 7:58
Глобальная сеть Bitcoin способна обрабатывать всего от 3 до 7 транзакций в секунду, что делает её принципиально немасштабируемой. По мнению Уивера, решение второго уровня — Lightning Network — полностью противоречит идее децентрализации, поскольку стремится к привлечению крупных централизованных акторов. Более того, пропускная способность создания или закрытия каналов в Lightning жестко ограничена базовым уровнем в те же 3–7 операций в секунду.
В качестве примера эксперт приводит эксперимент в Эль-Сальвадоре: по его сведениям, большинство транзакций населения проходило не через Lightning Network, а внутри государственного приложения Chivo, то есть представляло собой простое изменение чисел в централизованной базе данных, аналогично электронным деньгам прошлых поколений.
Виртуальную машину Ethereum, которую сторонники называют «мировым компьютером», Уивер оценивает скептически. Её вычислительная мощность составляет лишь 1/5000 часть от возможностей микрокомпьютера Raspberry Pi стоимостью $50, а стоимость работы долгое время составляла около $100 в секунду. Ученый утверждает, что аналогичную Bitcoin или Ethereum систему можно построить силами всего 10 идентифицированных участников, из которых 6 должны быть честными.
Потребление энергии такой сети составило бы всего 500 Ватт (как несколько старых лампочек) против энергопотребления целых стран у существующих криптовалют. Однако создатели блокчейнов не идут на это, так как статус именованных юридических лиц обязал бы их соблюдать законы о биржах и финансовых переводах.
📜 Ложь концепции «код — это закон» и миф о безопасности 13:55
Идея «безоговорочного доверия к системе» (trustlessness) кажется Уиверу иллюзией, поскольку пользователям все равно приходится доверять коду и узкому кругу майнеров. Тезис сторонников криптовалют «код — это закон» (code is law) ученый прямо называет ложью, приводя в пример историю с взломом проекта The DAO в первые годы существования Ethereum. Тогда 10% всех монет ETH были заблокированы в децентрализованном фонде, но хакер обнаружил баг с рекурсивным выводом средств (reentrancy bug) и опустошил смарт-контракт. Когда разработчики Ethereum поняли, что потеряли собственные деньги, они, как подчеркивает гость, мгновенно отказались от принципа «код — это закон» и принудительно изменили код самого блокчейна, чтобы отменить транзакции и вернуть средства.
Разбирая технические нюансы, Уивер объясняет разницу между узлами (нодами) и майнерами, которую часто путают комментаторы:
- Узлы (ноды) лишь передают сообщения по сети и не имеют права голоса при подтверждении транзакций.
- Майнеры обладают реальными голосами, и если небольшая группа пулов контролирует большинство мощностей, они полностью определяют состояние сети.
Из-за отсутствия фундаментальной ценности и слабой технологии криптовалюты, по мнению гостя, превратились в финансовую самовнушаемую схему Понци, жизнеспособность которой зависит исключительно от притока новых участников. При этом концепция необратимости транзакций (отсутствие кнопки «отмена») делает систему небезопасной для обывателя: потеря ключей, взлом компьютера, баг в генераторе случайных чисел на смартфоне — все это ведет к безвозвратной потере денег. Напротив, традиционная финансовая система защищена механизмами предотвращения мошенничества и возможностью отката операций.
🏴☠️ Эпидемия вымогательства: почему криптовалюту нужно «запустить на Солнце» 21:56
Уивер признается, что исторически разделял умеренно либертарианские взгляды, распространенные в Кремниевой долине, однако криптовалюты заставили его поверить в жесткую необходимость законов против отмывания денег. По его оценке, глобальная эпидемия вирусов-вымогателей (ransomware), наносящая мировой экономике ущерб в десятки и сотни миллиардов долларов ежегодно, существует исключительно благодаря криптовалюте.
Этот криминальный бизнес координируется преимущественно из России, и ключевой проблемой для преступников всегда было получение оплаты. Традиционная банковская система блокирует подозрительные переводы, а получение выкупа наличными (например, $5 млн весят около 50 кг) сопряжено с огромным физическим риском для злоумышленников. Биткоин же позволяет скрывать и перемещать миллионные транзакции, как это произошло при атаке на Colonial Pipeline.
Отношение Уивера к технологии менялось по мере ее развития:
- В 2013 году он считал криптовалюту бесполезной, но забавной темой, дающей много «комедийного золота» (comedy godel) для написания академических статей.
- В 2017 году масштаб вреда от майнинга вырос, но материал все еще подходил для исследований.
- Сегодня, по мнению эксперта, криптовалюту необходимо «запустить на Солнце», поскольку разрушительные внешние эффекты стали слишком велики, чтобы общество их терпело.
🌍 Миф о спасении развивающихся стран 26:07
Популярный аргумент о том, что Биткоин помогает жителям стран третьего мира со слабыми правовыми и банковскими системами, Уивер называет банальным отвлечением внимания. Сторонники крипты, по его мнению, игнорируют историю и реальный контекст: в развивающихся странах давно и успешно работают органические электронные платежные системы.
Ярким примером служит M-Pesa в Кении, которая зародилась как сервис обмена телефонными кредитами и стала полноценным платежным рельсом в стране, где у 25% населения нет электричества. В ситуациях, когда местная валюта нестабильна, люди во всем мире традиционно используют физические наличные доллары или евро, что гораздо надежнее волатильных токенов. Ситуацию в Эль-Сальвадоре эксперт считает катастрофой, критикуя действия президента, который, по словам гостя, принудил население к использованию биткоина и играет государственными деньгами.
🎰 Стейблкоины как фишки в казино 42:43
Криптовалютный рынок Уивер сравнивает с казино, где стейблкоины выполняют роль игровых фишек — статического инструмента сохранения стоимости между ставками на волатильные токены вроде Dogecoin или Shiba Inu. Эксперт разделяет стейблкоины на три класса:
- Алгоритмические (например, Terra/Luna, Waves Neutrino). Уивер утверждает, что они представляют собой чистые пирамиды; протоколы вроде Anchor обещали 20% доходности исключительно в рамках схем Понци, а в проекте Waves, по мнению гостя, инсайдеры вывели около полумиллиарда долларов через манипуляции с займами.
- С избыточным обеспечение (например, Maker DAI). Для выпуска $1 токена требуется залог в размере $1.5 в Ethereum. Эксперт отмечает, что обеспечение в 150% не работает, когда рынок падает на 50%, что приводит к автоматическим ликвидациям.
- Обеспеченные активами (Tether, Circle). По сути, это цифровые банкноты банков XIX века. Уивер выражает глубокое недоверие к их реальному обеспечению.
По мнению гостя, поверить в честность Tether на пике в $70 млрд — значит поверить в существование инвесторов масштаба тридцати компаний MicroStrategy, которые предпочли офшорные и нерегулируемые биржи прозрачным американским площадкам. На самом деле, как считает ученый, крупные клиенты (например, Alameda Research) могли просто брать миллиард долларов в Tether под залог биткоинов, создавая рекурсивную схему.
Уивер сомневается и в стабильности Circle (USDC), чей объем резко вырос на фоне падающего рынка и неспособности майнеров продавать монеты без обрушения цены. Стейблкоины от Circle и Tether не децентрализованы: эмитенты могут замораживать любые кошельки, что, по мнению Уивера, юридически делает их полноценными операторами денежных переводов.
🛠️ «Суперсила» приватных блокчейнов и железный закон Уивера 50:12
Если публичные блокчейны используются только для криптовалют, то приватный блокчейн — это обычная структура данных с ограниченным списком авторов и возможностью записи только в конец (append-only). Уивер поясняет, что это обычная подписанная цепочка хэшей (signed hash chain), известная с 1999 года.
Однако у слова «блокчейн» есть реальная суперсила: под этим соусом ИТ-директора могут выбивать у руководства гигантские бюджеты. Эксперт описывает типичный сценарий: если попросить $10 млн на модернизацию базы данных и портала для вендоров, руководство откажет, но если назвать это «внедрением блокчейна», деньги будут выделены. Инженер получает финансирование, обновляет базу данных, включает лог транзакций и раз в пять минут подписывает его хэш-скриптом через OpenPGP, отчитываясь о создании блокчейн-системы.
Пример успешного ИТ-обновления под таким брендом гость видит в Walmart Canada. Проблема ритейлера заключалась в форматах обмена и контроле доступа к данным, а не в способе их записи, поэтому блокчейн как метод хранения там вторичен.
Попытки внедрить блокчейн в реальные процессы часто оборачиваются абсурдом. Уивер вспоминает презентацию, где спикер предлагал контролировать температурный режим цепочки поставок вакцин в Индии с помощью блокчейна. Ученый подчеркивает, что эта задача тривиально решается наклейками-индикаторами ShockWatch, меняющими цвет при нагреве коробки. На основе таких примеров компьютерный ученый сформулировал свой «железный закон блокчейна»: любой, кто публично заявляет, что блокчейн может решить задачу X, не понимает задачу X, и его можно смело игнорировать.
🏫 Венчурный капитал, академический хайп и правильные инвестиции 58:10
Приток крупных венчурных инвестиций в криптосферу Уивер объясняет открытием нового способа обхода законов о ценных бумагах. Если раньше фонды вроде Andreessen Horowitz (a16z) годами развивали стартапы до стадии IPO, то теперь схема упростилась. По мнению Уивера, фонд инвестирует в проект без готового продукта, получает огромный объем внутренних токенов по бросовой цене, добивается их листинга на подконтрольной бирже Coinbase или DeFi-площадках и распродает незарегистрированные ценные бумаги розничным инвесторам, избегая прямой ответственности.
Популярность блокчейн-программ в престижных вузах (MIT, Cornell, UC Berkeley) также имеет прагматические причины. Внешние курсы для бизнеса — это высокодоходные центры прибыли для университетов, эксплуатирующие хайп. Внутренние же курсы для студентов часто ведут преподаватели, имеющие собственные блокчейн-стартапы, либо те, кто хочет избежать реальной педагогической нагрузки, забивая расписание приглашенными спикерами. Сам Уивер в итоге покинул позицию лектора в Беркли из-за бюрократических споров вокруг зачета его высокой преподавательской нагрузки.
Большинство авторитетных технологов, по наблюдениям Уивера, относятся к крипте как к бутафории. В качестве доказательства он приводит «Письмо обеспокоенных технологов» (Concerned Tech Letter), инициированное Хорхе Столфи (Jorge Stolfi), которое собрало 1500 подписей специалистов всего за две недели.
В финале беседы Николас Уивер озвучил свой взгляд на разумные инвестиции, полностью совпадающий с позицией ведущих Rational Reminder:
- Наиболее надежный подход — покупка индексных и взаимных фондов с долгосрочным горизонтом планирования в несколько десятилетий.
- Настоящие инвестиции имеют положительную сумму за счет дивидендов, процентов и обратного выкупа акций реального бизнеса.
- Краткосрочный трейдинг в приложениях вроде Robinhood — это чистый гэмблинг. По мнению Уивера, для азартных игр лучше поехать в Лас-Вегас, поскольку там хотя бы вкуснее кормят.
