Текущий кризис суверенного долга и стремительный рост цен на золото знаменуют собой финал масштабного кейнсианского эксперимента. В ходе совместного обсуждения на канале Wealthion управляющий партнер Bristol Gold Group Трей Райх и управляющий партнер Equity Management Associates Ларри Лепард проанализировали коренные причины девальвации фиатных валют и взрывной динамики драгоченных металлов. Эксперты подробно разобрали макроэкономические триггеры, роль биткоина как комплементарного актива и инвестиционные перспективы сектора золотодобывающих компаний в условиях глобальной финансовой нестабильности.
🔔 Сигнал тревоги: крах фиатной системы и «Великая печать» 0:02
Рекордные показатели стоимости золота служат главным индикатором приближения к завершению глобального кейнсианского эксперимента. По мнению Ларри Лепарда, непрерывный рост цен на драгметалл является громким сигналом тревоги, свидетельствующим о глубоком кризисе суверенного долга. Недавно выпущенная книга Лепарда под названием The Big Print («Великая печать»), которая к настоящему моменту разошлась тиражом около 15 000 экземпляров, призвана объяснить рядовым гражданам устройство современной монетарной системы.
Как утверждает автор, ключевой причиной высокой инфляции и падения уровня жизни является вовсе не корпоративная жадность, а целенаправленная политика Федеральной резервной системы США. Лепард полагает, что созданная финансовая модель вынуждена постоянно печатать новые деньги для поддержания жизнеспособности, из-за чего с 1971 года доллар потерял уже 97% своей стоимости по отношению к золоту. Оставшиеся 3%, по прогнозам эксперта, также находятся на пути к исчезновению. В качестве защитных инструментов в своей книге он рекомендует использовать физическое золото, серебро и биткоин.
⚖️ Золото против биткоина: конкуренты или союзники? 5:07
В контексте формирования инвестиционного портфеля Ларри Лепард рассматривает золото и биткоин не как конкурирующие, а как взаимодополняющие активы. С его точки зрения, настоящим конкурентом для них выступают фиатные деньги, печатаемые государственными центробанками. Выбор между золотом и биткоином во многом зависит от возраста и склонности инвестора к риску:
- Для пожилых инвесторов (80–90 лет): золото представляется оптимальным выбором, поскольку оно защищает от девальвации монетарной системы и не подвержено экстремальной волатильности. При этом оно обладает меньшей избыточной доходностью (альфой) по сравнению с криптовалютой.
- Для молодыx инвесторов: биткоин выглядит более привлекательным, так как молодое поколение готово переждать глубокие просадки ради более высокой доходности, обусловленной тем, что актив находится на стадии активного внедрения (adoption curve).
Несмотря на разницу в волатильности, Лепард сам владеет обоими активами и отмечает, что многие его клиенты поступают так же. Сравнивая масштабы рынков, эксперт указывает на то, что капитализация золота составляет почти 20 трлн долларов, тогда как биткоина — около 2 трлн долларов. По его оценке, места в «одной лодке» хватит для обоих инструментов, а конечной целью должен стать возврат к нейтральной резервной валюте. В то же время Лепард констатирует, что 20- и 30-летние инвесторы сегодня практически полностью потеряли интерес к акциям золотодобывающих компаний, предпочитая выражать свои ожидания девальвации через покупку биткоина.
📈 Ралли до $3100: истинные причины глобального спроса 7:33
Финансовые показатели золота демонстрируют беспрецедентную динамику: после роста на 27% в прошлом году, актив прибавил еще 19% с начала текущего года, что означает совокупный рост на 51% за двухлетний период. Цена унции достигла отметки в 3100 долларов. Деловые СМИ связывают текущее ралли исключительно с физическим перемещением золотых запасов на фоне ожиданий введения пошлин Дональдом Трампом, однако Ларри Лепард не согласен с этой трактовкой.
По мнению Лепарда, реальным драйвером роста выступают сверхбогатые люди и крупные пулы капитала, стремящиеся защитить свои средства от масштабной эмиссии валют. Эксперт приводит следующие расчеты:
- Общий объем мирового богатства оценивается примерно в 900 трлн долларов.
- Совокупный объем рынка золота составляет 20 трлн долларов, однако значительная его часть заблокирована в центральных банках и музеях.
- Объем физического золота, реально доступного для частных инвесторов, составляет всего около 5 трлн долларов.
Лепард подчеркивает, что если хотя бы 5–10% от глобального богатства в 900 трлн долларов устремятся в защитный металл, это неизбежно спровоцирует взрывной рост котировок.
🪤 Фискальная ловушка и крах доверия к доллару 9:48
Трей Райх выделяет три ключевых фактора долгосрочной силы золота: дефицит бюджета США, усиление антидолларовых настроений в мире и падение доверия к ФРС. Ларри Лепард полностью разделяет эту позицию, напоминая, что заморозка российских резервов послала четкий сигнал другим странам о небезопасности хранения средств в долларах. Ситуацию усугубляет тот факт, что после пандемии COVID-19 государственные расходы США так и не были сокращены, а дефициты вышли из-под контроля.
Лепард скептически оценивает перспективы Департамента эффективности государственного управления (DOGE). По мнению гостя, планы Илона Маска сократить бюджетные расходы на 2 трлн долларов излишне оптимистичны и нереализуемы в текущих условиях. Это означает, что государству придется продавать еще больше долгов, подталкивая вверх процентные ставки, график которых уже приобретает параболический вид. Лепард указывает, что подобные фискальные ловушки многократно встречались в истории развивающихся стран, но уникальность текущего момента заключается в том, что в аналогичный кризис погрузилась крупнейшая экономика мира, обладающая главной резервной валютой.
🏦 Теневые закупки центробанков и институциональные сигналы 12:34
Аналитики банка Goldman Sachs в своем недавнем отчете обратили внимание на масштабные объемы покупок золота центральными банками. Из-за отсутствия прозрачности (например, Швейцария не публикует данные о транзакциях в отличие от Великобритании) эксперты банка используют косвенный метод оценки: вычитают объемы швейцарского импорта из британского экспорта, чтобы выявить недокументированные закупки. Ларри Лепард с иронией отмечает, что когда Goldman Sachs начинает публично прогнозировать рост цен на золото, это верный знак того, что институциональные игроки уже заняли нужные позиции. Трей Райх и Ларри Лепард сходятся во мнении, что значительная часть спроса перемещается от официальных ведомств к суверенным фондам, семейным офисам и частным инвесторам за пределами Западного полушария.
Среди других скрытых сигналов нестабильности финансовой системы собеседники выделяют:
- Внедрение стандартов Базель III (Basel III): намеченное на июнь, оно официально переводит физическое золото в категорию безрискового коллатераля (Tier 1 asset), что повышает его привлекательность для коммерческих банков.
- Сворачивание QT Федеральной резервной системой: Джером Пауэлл снизил темпы количественного ужесточения по казначейским облигациям с 25 трлн долларов до 5 трлн долларов в месяц, что фактически отражает общее стремление регулятора замедлить изъятие ликвидности.
- Регуляторные послабления: Скотт Бессент озвучил идею временной отмены коэффициента дополнительного кредитного плеча (SLR) для банков, чтобы стимулировать их к покупке казначейских облигаций на перегретом рынке.
- Инициативы Брукингского института: эксперты предложили ФРС выступать гарантом для так называемой «базисной торговли» (basis trade), используемой хедж-фондами для выкупа краткосрочного госдолга США.
Лепард сравнивает эти процессы с дымом, идущим из здания финансовой системы, и предполагает, что в ближайшие 3–6 месяцев на рынке может произойти крупный крах одного из недооценивших риски участников.
🛶 Жизненная лодка на «Титанике» и ориентир на $10 000 18:47
Для инвесторов, опасающихся покупать золото на исторических максимумах в $3100, Ларри Лепард рекомендует стратегию усреднения долларовой стоимости (DCA) на протяжении одного-двух лет, напоминая поговорку: «Лучшее время посадить дерево было год назад, второе лучшее время — сегодня». При этом он предупреждает, что события могут развиваться нелинейно, по аналогии с кризисом 2008 года.
«Если финансовая система и фиатная валюта — это „Титаник", то покупка золота — это место в спасательной шлюпке. Да, в 2018 году это место стоило 1365 долларов, а сейчас — 3100. Но главный вопрос в том, нужно ли вам это место в принципе», — проводит аналогию Ларри Лепард.
Применяя модель теневой денежной базы к балансу ФРС, Лепард указывает, что для обеспечения 100% находящихся в обращении долларов золотом, цена унции должна составлять около 80 000 долларов. В текущем цикле эксперт с высокой долей уверенности прогнозирует достижение отметки от 5 000 до 10 000 долларов за унцию. В то же время он предостерегает от паники во время неизбежных промежуточных коррекций, ссылаясь на исторический график Дэна Оливера, демонстрирующий высокую волатильность цен на золото в немецких марках во времена гиперинфляции в Веймарской республике. По оценке Лепарда, процесс трансформации монетарной системы займет около 10 лет.
⛏️ Золотодобывающие компании: поиск денежных потоков и «альфы» 27:39
В отличие от физического золота, которое Уоррен Баффетт справедливо называет «гусыней, не несущей яиц», акции золотодобывающих компаний способны генерировать реальные денежные потоки за счет разницы между себестоимостью добычи и рыночной ценой металла. Исторически этот сектор обеспечивал доходность (альфу) в 2–3 раза превышающую рост самого золота.
Лепард разделяет компании сектора на три основные категории:
- Действующие производители (Sweet spot): предприятия, имеющие работающие рудники с высокой операционной маржой. Главный критерий Лепарда — способность самостоятельно генерировать кэш без необходимости привлекать дополнительное финансирование и эффективно реинвестировать его в расширение производства.
- Разведочные компании (Drill stories): компании без коммерческой добычи, которые ведут бурение и пытаются доказать наличие крупных запасов в недрах. Обладают высоким потенциалом роста, но и максимальными рисками.
- Разработчики (Developers): игроки с подтвержденными ресурсами (согласно стандартам NI 43-101), выполнившие предварительную экономическую оценку (PEA) или ТЭО. Их показатели прибыльности часто бывают неустойчивыми, но покупка таких акций на ранних стадиях может принести высокую доходность.
📉 Синдром GDX и ловушка крупных мейджоров 31:21
Трей Райх вводит термин «негативная ошибка выжившего» применительно к золотодобывающей отрасли. В отличие от других секторов, где покупка крупнейших корпораций минимизирует риски, в золотодобыче инвесторам зачастую следует избегать топ-10 компаний. Популярный биржевой фонд VanEck Gold Miners ETF (GDX) включает в себя тяжеловесов рынка, которые сталкиваются с серьезной проблемой — невозможностью адекватного восполнения отработанных запасов.
Ларри Лепард подтверждает, что если небольшая компания с добычей 100–200 тысяч унций в год может легко заместить этот объем новыми открытиями, то для таких гигантов, как Barrick Gold или Newmont, добывающих по 5 млн унций ежегодно, восполнение резервов становится практически невыполнимой задачей. Именно поэтому Лепард не держит акции Barrick и Newmont в своем портфеле, делая редкое исключение лишь для корпорации Agnico Eagle, демонстрирующей эффективное управление масштабами бизнеса.
Подводя итог, Лепард отмечает, что после жесткого кризиса в секторе в 2011–2015 годах, когда падение составило около 85%, дисциплина менеджмента значительно улучшилась. Руководители компаний стали даже слишком консервативными, неоправданно затягивая процессы слияний и поглощений перспективных мелких игроков. Для розничных инвесторов эксперты формулируют строгое правило: покупка одной-двух акций золотодобытчиков сопряжена с колоссальным риском, поэтому для формирования устойчивого портфеля необходимо диверсифицировать вложения как минимум среди 5–10 различных эмитентов.
