Человеческий разум обладает уникальной способностью отрываться от текущего момента и переноситься в виртуальные миры благодаря воображению. Однако масштаб и глубина этой способности у разных людей кардинально различаются, что привело к открытию феномена афантазии — полной слепоты «мысленного взора». В рамках лекции в The Royal Institution профессор Адам Земан (Adam Zeman) представляет результаты многолетних исследований этого явления, раскрывая нейробиологические механизмы как репродуктивного, так и продуктивного воображения.
🧠 Открытие афантазии: когда «мысленный взор» слепнет 0:18
Воображение традиционно считается одной из главных отличительных черт человеческой психики, позволяющей реконструировать прошлое, прогнозировать будущее и погружаться в миры, созданные искусством или наукой. Британский антрополог Робин Донар отмечал, что человека выделяет именно «жизнь в уме, способность воображать». Однако около 20 лет назад исследовательская практика профессора когнитивной и поведенческой неврологии Адама Земана изменилась, когда к нему обратился пациент, потерявший способность к какому-либо визуальному представлению.
Этот пациент, вошедший в научную литературу под инициалами MX, сообщил, что после перенесенной медицинской процедуры (ангиопластики) полностью утратил внутреннее зрение. Раньше перед сном он привык мысленно визуализировать лица своих детей и внуков или использовать специальную технику расслабления — считать в обратном порядке от 99, наглядно представляя сменяющие друг друга черно-белые цифры. После операции его мысленный экран навсегда погас, хотя базовые когнитивные функции и память на факты остались нетронутыми.
Чтобы продемонстрировать разнообразие этой способности широкой аудитории, Адам Земан предлагает провести классический психологический тест. Участникам предлагается закрыть или открыть глаза и максимально четко представить последовательность образов:
- Восходящее солнце, поднимающееся над горизонтом в туманное небо.
- Постепенно проясняющийся небосвод, окружающий солнце синевой.
- Появление грозовых туч, шторм и вспышки молний.
- Финальное появление яркой радуги.
При оценке живости сформированных образов по шкале от идеального сходства с реальным зрением до полного отсутствия картинки выявляется широкое распределение. Большинство людей находится в центре этой шкалы, обладая умеренно четким воображением, но на краях спектра всегда присутствуют те, кто видит образы как наяву, и те, кто не видит абсолютно ничего, понимая лишь саму концепцию предмета. По словам исследователя, визуальные образы задействуются человеком при воспоминаниях об отпуске, чтении художественной литературы, дневных грезах и ночных снах. Более того, воображение способно выступать в роли «эмоционального усилителя»: например, визуализация плитки шоколада или бокала любимого напитка существенно усиливает чувство тяги.
🔍 Анатомия визуализации: как мозг симулирует реальность 5:57
В научном сообществе воображение часто описывают как «слабое восприятие» или «слабое зрение». Экспериментальным подтверждением этого тезиса служит реакция зрачков: по словам Адама Земана, если человек смотрит на солнце, его зрачки сужаются, но аналогичное сужение происходит и тогда, когда он просто интенсивно представляет яркое солнце. И наоборот, при воображении темной комнаты зрачки немного расширяются.
Современные методы функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ) позволяют детально изучить архитектуру этого процесса, основываясь на принципе, что мозг работает подобно мышце: при активации определенной зоны в ней усиливается кровоток. Исследования показывают, что реальное восприятие и мысленное представление задействуют одни и те же нейронные сети, но с разной интенсивностью:
- Веретенообразная извилина (fusiform gyrus): расположена на нижней поверхности височной доли, играет ключевую роль в распознавании лиц. При визуализации лица эта зона активируется, но слабее, чем при реальном взгляде.
- Миндалевидное тело (amygdala): отвечает за считывание эмоционального тона.
- Верхняя височная борозда (superior temporal sulcus): анализирует мимику и выражение лица.
- Парагиппокампальная область мест (parahippocampal place area): демонстрирует высокую активность при взгляде на здания, пейзажи или архитектурные памятники, такие как Эйфелева башня или Вестминстерский дворец. Приочередное воображение лиц и мест вызывает в этих структурах точно такие же колебания активности, как и их реальное чередование.
Произвольная визуализация (например, яблока по просьбе психолога) требует волевого решения. Поэтому, помимо зрительной коры, активируются лобные области, отвечающие за когнитивный контроль (исполнительные функции), а также структуры памяти, необходимые для извлечения информации о внешнем виде объекта. На основе метаанализа 20 функциональных томографических исследований коллега Земана Кроуфорд Винлоу (Crawford Winlove) создал комплексную 3D-модель распределенной нейросети визуализации. Адам Земан подчеркивает, что аналогичные принципы и перекрытие зон восприятия и воображения характерны и для других органов чувств — будь то «мысленное ухо», воспроизводящее мелодию, или двигательное воображение бегущего за автобусом человека.
🧬 Феномен афантазии и его многоликие проявления 13:41
Уникальность случая пациента MX заключалась в том, что при попытке представить знакомые лица фМРТ зафиксировала нормальную активацию мозга при реальном осмотре, но полное отсутствие ответа (гипоактивацию) в веретенообразной извилине при попытке визуализации. Одновременно наблюдалась гиперактивация лобных долей, свидетельствующая о чрезмерном когнитивном усилии. Публикация статьи об этом случае привлекла внимание американского научного журналиста Карла Циммера (Carl Zimmer), написавшего заметку в журнал Discover. После этого с профессором Земаном связались около 20 человек, заявивших, что они живут в таком состоянии всю свою жизнь.
Для их обследования ученые применили опросник живости зрительных образов (VVIQ), состоящий из 16 сценариев. Максимальный балл (80) означает реалистичность уровня живого видения, а минимальный (16) свидетельствует об исключительно концептуальном мышлении без картинок. Все обратившиеся добровольцы набрали баллы на самом нижнем пороге шкалы. Феномен требовал научного названия. В ходе обсуждения за чашкой чая в кафе Блумсбери филолог-классик Дэвид Митчелл предложил использовать аристотелевский термин для обозначения мысленного взора — phantasia, добавив отрицательную приставку. Так родился термин «афантазия» (aphantasia), а для противоположного состояния максимальной четкости образов было принято название «гиперфантазия» (hyperphantasia).
Анализ анкет первых 20 участников выявил ряд закономерностей:
- Большинство замечает свою особенность в раннем взрослом возрасте при обсуждении воспоминаний или на уроках медитации.
- Главным открытием для них становится то, что фраза «мысленный взор» — это не метафора, а реальный чувственный опыт других людей.
- Половина респондентов отметила мультисенсорный характер дефицита: они не только не видят образов, но и не слышат внутреннюю музыку или не могут мысленно воспроизвести тактильное ощущение бархата.
- При этом большинство участников сохранило способность видеть полноценные визуальные сны по ночам.
- Две трети опрошенных заявили о «тонкой» автобиографической памяти, фиксирующей значительно меньше деталей личного прошлого по сравнению со сверстниками.
Примером компенсаторных механизмов служит эксперимент с подсчетом окон в своей квартире. Афантасты успешно справляются с этой задачей, но их подход сугубо абстрактен: они «знают», где расположены окна, мысленно перемещаясь по комнатам как по схематической карте, оперируя интенциями и объектами без воссоздания их визуального облика. Благодаря интернету и прессе исследование масштабировалось: группа из 20 человек выросла до 20 000 участников, а ученые установили, что афантазия характерна примерно для 4% мирового населения.
📊 Клинические ассоциации, генетика и изменчивость опыта 18:25
Профессор Адам Земан подчеркивает, что афантазия не является монолитным нарушением, а представляет собой признак, проявляющийся в различных контекстах. Исследования выявили устойчивые корреляции афантазии с другими ментальными особенностями:
- Прозопагнозия: клиническая сложность распознавания лиц. У афантастов фиксируется избыток жалоб на трудности с идентификацией людей, что подтверждается объективными тестами.
- Северизированный дефицит автобиографической памяти (SDAM): более 30% людей с афантазией заявляют о плохой памяти на события собственной жизни. Количественные тесты подтверждают, что они извлекают значимо меньше деталей прошлого, чем люди со средним воображением или гиперфантазией.
- Аутичные черты: в рамках докторской диссертации Кэндис (Kandice) в Сассекском университете было доказано статистически значимое увеличение аутичных черт среди лиц с афантазией.
- Особенности восприятия текстов: афантасты редко получают удовольствие от пространных описаний в прозе (например, у Чарльза Диккенса), поскольку текст не трансформируется у них в автоматические мысленные образы.
Впечатляющий эксперимент провел исследователь воображения Джоэл Пирсон (Joel Pearson) в Сиднее. Участникам предлагалось читать пугающие хоррор-истории. У людей с сохранным воображением в процессе чтения резко возрастала электродермальная активность (кожная проводимость) из-за выделения пота — мозг реагировал на воображаемый ужас. У афантастов вегетативной реакции не наблюдалось. Однако при демонстрации реальных страшных картинок они потели точно так же, как и контрольная группа. Это доказывает, что афантасты способны испытывать страх, но визуальные образы служат обязательным медиатором между вербальным описанием и физиологическим откликом.
Генетический анализ указывает на наследственную природу феномена: при наличии афантазии риск обнаружить ее у родственников первой степени родства возрастает примерно в 10 раз. Одним из известных примеров стал первооткрыватель, впервые расшифровавший геном человека, Крейг Вентер (Craig Venter), который связал свои научные успехи именно со свободой разума от «загромождающих» картинок.
Помимо врожденной формы, встречается приобретенная афантазия. Адам Земан приводит в пример случай пациентки из Чехии, которая внезапно потеряла внутреннее зрение ночью. МРТ-сканирование выявило у нее небольшой глубокий острый инсульт в зоне, критически связанной с механизмами визуализации. Кроме того, афантазия может иметь психогенную природу. Еще в 1880-х годах французский психиатр Жюль Котар (Jules Cotard) описал бред отрицания (синдром Котара), при котором больные утверждают, что они умерли или не существуют. Котар предполагал, что в основе этого парадоксального психоза лежит именно утрата «психического зрения». По наблюдениям Земана, депрессия и деперсонализация также могут угнетать воображение, порождая в том числе внушаемые формы афантазии.
🎨 Творчество, профессии и природа сновидений у афантастов 24:39
Статистические данные показывают, что афантазия мягко подталкивает людей к выбору профессий в сфере STEM (наука, технологии, инженерия, математика и IT), тогда как гиперфантазия чаще ассоциируется с творческой деятельностью. Тем не менее, это правило имеет исключения: в команду Земана обратилось множество художников-афантастов. По их словам, невозможность визуализировать объект внутри лишь обостряет их интерес к внешнему визуальному миру — создание картин становится способом увидеть то, что нельзя вообразить. Одним из ярких примеров является Глен Кин (Glenn Keane), главный аниматор мультфильма «Русалочка» студии Disney. Кин признался, что не имеет никакого предварительного визуального образа перед началом работы: он начинает со множества хаотичных набросков и каракулей, постепенно стирая лишнее и позволяя форме родиться непосредственно в процессе рисования.
Удивительный феномен заключается в том, что большинство афантастов видят яркие сны. С неврологической точки зрения это объясняется радикальным изменением состояния мозга во время сна. В период бодрствования активен широкий спектр нейромедиаторов, поддерживающих сознание. В фазе медленного сна они затихают, а в фазе быстрого сна (REM-сон), когда и возникают сновидения, в мозге начинает доминировать ацетилхолин. При этом отключаются зоны логического контроля, такие как префронтальная кора, но резко активизируются структуры, связанные с памятью и эмоциями (гиппокамп и миндалевидное тело). Профессор Земан предлагает простую карикатурную модель:
- Произвольное воображение при бодрствовании: это «нисходящий» процесс (top-down), идущий от волевого решения в лобных долях вниз к зрительной коре.
- Сновидения: это «восходящий» процесс (bottom-up), генерируемый глубинными структурами спонтанно и запускающий зрительные области снизу вверх.
В то время как у некоторых исследователей, таких как Оливер Сакс (Oliver Sacks), избирательно отсутствовало лишь визуальное воображение при сохранном «мысленном ухе», сооснователь Firefox Mozilla Блейк Росс (Blake Ross) описал в своем манифесте тотальную афантазию во всех сенсорных модальностях. Исключением часто остается пространственное воображение (spatial imagery), которое носит абстрактный, схематичный характер и может быть даже усилено у афантастов. В противовес этому, гиперфантазия часто коррелирует с синестезией (например, когда дни недели или буквы имеют фиксированные цвета). Сканирование мозга в состоянии покоя показало, что у людей с гиперфантазией связи между лобными областями мышления и затылочными зрительными зонами существенно прочнее, чем у лиц с афантазией. На основе этого Адам Земан делает вывод, что Аристотель ошибался, утверждая, будто «разум никогда не мыслит без мысленного образа» — афантазия доказывает существование безобразного, чисто символического и семантического мышления.
🛠️ Формула продуктивного воображения: триада SKIDS 32:48
Переходя от репродуктивного воображения (способности воспроизводить отсутствующие объекты) к продуктивному (креативности, порождающей новое и полезное), Адам Земан предлагает игровую мнемонику SKIDS, которая включает три нейрокультурных пререквизита: Мастерство/Навык (Skill), Отстранение (Detachment) и Спонтанность (Spontaneity).
Первый элемент — Skill (Мастерство) — представляет собой совокупность телесных и ментальных привычек, позволяющих эффективно выполнять сложные задачи на основе прошлого опыта. Биологическим фундаментом мастерства выступает нейропластичность. Около 150 лет назад великий анатом Сантьяго Рамон-и-Кахаль (Santiago Ramón y Cajal), рассматривая нейроны под микроскопом с помощью окрашивания Гольджи, писал, что был ошеломлен и не мог оторвать глаз. Сегодня известно, что человеческий мозг содержит около 86 миллиардов нейронов. Они представляют собой электрически active клетки, генерирующие ритмичные импульсы. Однако в точках контакта — синапсах — сигнал передается химическим путем с помощью нейромедиаторов. Лауреат Нобелевской премии Эрик Кандел (Eric Kandel), изучая простейшую нервную систему морского слизня аплизии (содержащую всего 20 000 нейронов), доказал, что обучение и память базируются на усилении, ослаблении или разрастании синаптических связей.
С культурной точки зрения мастерство человека опирается на уникальный механизм «разделения разума» (mind sharing). Профессор Земан демонстрирует видеозапись общения с 8-недельным младенцем, подчеркивая, что столь интенсивный двусторонний диалог и обмен эмоциями уникальны для человеческого вида. К 9–12 месяцам это взаимодействие становится триадным: родитель и ребенок направляют внимание на внешние объекты, младенец начинает использовать указательные жесты, открывая бесконечные возможности репрезентации. К 4–5 годам формируется модель психического человека (theory of mind) — способность понимать чужие ментальные состояния. Люди постоянно просчитывают до пяти уровней вложенности («Я думаю, что ты думаешь, что я считаю...»), а писатели-романисты доходят до семи уровней. Этот процесс активирует внутреннюю поверхность лобных и теменных долей. Нейрональным мостом для подражания и разделения опыта служат зеркальные нейроны, активные как при выполнении действия, так и при наблюдении за ним. Языковые же функции традиционно латерализованы в левом полушарии: передние зоны отвечают за плавность речи, а задние структуры верхней височной доли — за понимание ее смысла. В отличие от приматов, человек обладает удлиненным периодом детства и подросткового возраста, что дает ему колоссальный временной ресурс для освоения сложнейших культурных навыков.
🌌 Отстранение и Спонтанность: нейросети вдохновения 43:01
Второй элемент формулы — Detachment (Отстранение) — это способность отрываться от текущего момента «здесь и сейчас». Она обеспечивается механизмами когнитивного контроля, которые психологи называют исполнительными функциями. На анатомическом уровне этот процесс опирается на увеличенные лобные доли человеческого мозга, которые глубоко взаимодействуют с базальными ганглиями (страдающими при болезни Паркинсона) и мозжечком, координирующим не только баланс движений, но также мысли и чувства. Вторым источником отстранения служат символические технологии — язык, математика и нотации, позволяющие создавать репрезентации над репрезентациями.
Третий элемент — Spontaneity (Спонтанность) — описывает механизмы озарения. Традиционно творческий процесс делят на четыре стадии: подготовка (preparation), инкубация (incubation), озарение (illumination) и верификация (verification). Спонтанность отвечает именно за этап озарения. Иллюстрацией этого служит история создания романа «Франкенштейн». Мэри Шелли сбежала со своим возлюбленным Перси Шелли на берег Женевского озера, где они проводили время в компании лорда Байрона. Из-за колоссального извержения вулкана Тамбора этот год вошел в историю как «год без лета» — небо было затянуто тучами, солнца не было, и компания решила сочинять страшные истории. Мэри долго мучилась от невозможности что-то изобрести, но однажды ночью, после разговоров о природе искусственной жизни, ее воображение «самовольно овладело и повело ее, одарив сменяющимися образами необычайной живости».
Такие описания спонтанного озарения, по словам Земана, являются абсолютным правилом для творцов: от математиков XIX века до Гёте, заявлявшего, что «песни создавали меня, а не я их», и Льюиса Кэрролла, утверждавшего, что диалоги «Алисы в Стране чудес» приходили сами собой.
Нейробиологическим объяснением этого процесса служат открытые за последние 20 лет сети покоя (resting state networks). Мозг никогда не прекращает работу, и когда человек просто отдыхает, активизируются специфические системы:
- Сеть пассивного режима работы мозга (Default Mode Network, DMN): наиболее активна в покое. Она отвечает за воспоминания о прошлом, моделирование будущего, размышления о себе и других, а также за принятие моральных решений. Это базовая сеть дневных грез и воображения.
- Центральная исполнительная сеть (Central Executive Network): включается при решении конкретных когнитивных задач (например, назвать как можно больше слов на букву «П»).
- Сеть выявления значимости (Salience Network): активируется при внезапных важных триггерах (например, известие о том, что ребенок упал с велосипеда).
Дополнительным механизмом спонтанности выступает феномен «воспроизведения» (replay), обнаруженный у животных. Когда крыса изучает лабиринт, нейроны ее гиппокампа последовательно активируются. Когда животное спит или отдыхает, те же клетки воспроизводят ту же последовательность вспышек, консолидируя память. У людей этот процесс проявляется в виде внезапных ментальных всплытий («mind pops»), когда образ старого знакомого или места возникает в сознании без видимой причины.
⚡ Озарение, поток и эволюционный триумф культуры 51:48
Изучение феномена инсайта с помощью теста отдаленных ассоциаций (Remote Associates Task) подтверждает спонтанную природу озарения. Когда человеку предлагают найти связующее слово для понятий «сосна» (pine) и «соус» (sauce), правильный ответ — «яблоко» (apple, образующее слова ананас/pineapple и яблочный соус). Сравнение мучительного логического поиска и мгновенного интуитивного озарения показало, что в момент инсайта в правой височной доле мозга происходит мощная вспышка высокочастотной активности. По мнению Земана, именно в этой зоне смысловые связи представлены максимально широко и свободно, что способствует нахождению далеких ассоциаций.
Творческая и воображаемая деятельность подкрепляется мощной системой вознаграждения. Американский энтомолог Эдвард Уилсон описывал удовольствие от удовлетворения любопытства как сильнейший наркотик. Творчество дарит человеку состояние «потока» (flow) — самотрансценденции, при которой масштаб задачи соответствует талантам, внимание полностью поглощено, а чувство времени и собственного «я» исчезает. Об этом писал Альберт Эйнштейн, отмечая, что художник, поэт и ученый переносят центр тяжести своей эмоциональной жизни в созданный ими ясный образ мира, чтобы обрести покой, недоступный в узких рамках личного опыта.
Нейробиологическое исследование Энн Блад (Anne Blood) и Роберта Заторре (Robert Zatorre) изучало феномен «мурашек по коже» от прослушивания музыки. Профессиональные музыканты отбирали треки, вызывающие у них этот физиологический отклик. Выяснилось, что «музыкальные мурашки» активируют те же подкорковые структуры системы вознаграждения, которые задействованы при потреблении шоколада, занятиях сексом или приеме психоактивных веществ. При этом отключаются зоны страха, включая миндалевидное тело.
Делая общие выводы, профессор Земан соглашается с идеями поэта-романтика Сэмюэла Тейлора Кольриджа о первичной и вторичной ипостасях воображения. Первичное воображение — это живая сила и агент любого человеческого восприятия, поскольку даже обычный взгляд на мир требует от мозга колоссальной работы памяти, потребления кислорода и глюкозы для конструирования реальности. Вторичное воображение — это уже осознанное творчество, растворяющее и воссоздающее образы ради идеализации и объединения.
С эволюционной точки зрения человек является биологически культурным существом. За последние три миллиона лет объем человеческого мозга утроился при неизменных размерах тела. Этот взрывной рост происходил параллельно с важнейшими культурными вехами:
- Создание первых каменных орудий труда началось более 3 миллионов лет назад.
- Освоение огня произошло около 900 000 лет назад.
- Приготовление пищи на огне (кулинария) зародилось примерно 600 000 лет назад.
Культура выступала главным драйвером эволюции мозга. К моменту появления наскальной живописи в пещарах 30 000–40 000 лет назад наши предки были полностью сформированными культурными созданиями. Подобно тому, как птицы адаптированы к воздуху, а рыбы — к воде, человек биологически адаптирован к культуре. Современная нейробиология доказала, что мозг является идеальным домом для воображения: он непрерывно активен, репетирует опыт, консолидирует память, генерирует озарения и способен испытывать экстаз. Резюмируя, профессор Адам Земан напоминает знаменитые слова Пабло Пикассо: «Все, что мы можем вообразить, реально».
