В новом выпуске программы «Interesting Times» консервативный публицист и колумнист New York Times Росс Даутэт беседует с миллиардером и идеологом Кремниевой долины Питером Тилем. Спустя почти 15 лет после публикации своего знаменитого манифеста о технологическом застое, Тиль анализирует, смогли ли ИИ и Илон Маск вернуть человечеству веру в будущее или мы по-прежнему заперты в «мире битов» при полной деградации «мира атомов».
📉 Диагноз: 50 лет великой стагнации 0:00
Питер Тиль подтверждает, что его тезис о технологическом застое, сформулированный в эссе «Конец будущего» (2011), остается в силе и в 2025 году . По его мнению, период с 1750 по 1970 год был эпохой ускоряющихся перемен: железные дороги, автомобили, самолеты, полет на Луну . Однако после 1970-х скорость прогресса в физическом мире резко замедлилась.
Основными признаками стагнации гость называет:
- Отсутствие прорывов в энергетике (ядерная энергетика фактически заморожена) .
- Кризис в биотехнологиях: отсутствие значимого прогресса в лечении деменции и болезни Альцгеймера за последние 40 лет .
- Замедление роста уровня жизни: сегодня 30-летние миллениалы живут не лучше, чем их родители-бумеры в том же возрасте .
Росс Даутэт приводит визуальный пример из массовой культуры . В фильме «Назад в будущее» разница между 1955 и 1985 годами (30 лет) была колоссальной. Но если сравнить 1985 и 2015 годы, мир выглядит почти одинаково, за исключением появления смартфонов . По мнению Даутэта, мы живем в «декадентском» обществе, где комфорт и страх риска заменили амбиции.
Тиль утверждает, что стагнация — это не просто отсутствие новых гаджетов, а экзистенциальная угроза для западных институтов . Все современные бюджеты и социальные системы США строятся на ожидании роста. По словам гостя, «средний класс — это люди, которые ожидают, что их дети будут жить лучше, чем они». Когда это ожидание исчезает, общество начинает разрушаться изнутри .
🐘 Трамп и Кремниевая долина: политика как венчурный капитал 16:13
Росс Даутэт характеризует политическую активность Тиля в 2010-х годах как работу «венчурного капиталиста в политике». Тиль был одним из немногих в Долине, кто открыто поддержал Дональда Трампа в 2016 году, видя в нем «агента разрушения» .
Тиль признается, что его ожидания от первого срока Трампа были умеренными. Он хотел, чтобы в американском дискурсе хотя бы начался честный разговор об упадке страны . По словам гостя:
- Трамп стал первым за 100 лет республиканцем, который отказался от «слащавой чепухи» в духе семьи Буш .
- Лозунг «Make America Great Again» сам по себе был пессимистичным признанием того, что страна больше не является великой .
- Изначально гость надеялся, что победа Трампа позволит начать серьезную дискуссию о будущем, но в 2016 году общество оказалось к этому не готово .
Обсуждая выборы 2024 года, Тиль отмечает массовый сдвиг Кремниевой долины в сторону Трампа, включая Илона Маска и Марка Цукерберга . По его оценке, это не обязательно глубокая идеологическая приверженность «трампизму». Скорее, это реакция на провал левого либерализма. Тиль считает, что Цукерберг и другие осознали: «повестка воук» (woke) и бесконечное вливание денег в неработающие институты ведут в тупик .
Тем не менее, сам Тиль в последнее время дистанцировался от прямого финансирования политиков, называя политическую среду «невероятно токсичной» и игрой с нулевой суммой, где каждый участник наживает себе врагов .
🚀 Илон Маск и крах «марсианского проекта» 27:38
Одной из самых неожиданных частей диалога стало обсуждение амбиций Илона Маска. Тиль вспоминает свой разговор с Маском в 2024 году, в котором он осознал, что Илон фактически перестал верить в Марс как в независимый политический проект .
Раньше Марс виделся «либертарианским раем», местом, где можно построить новое общество, свободное от земных ограничений . Однако Тиль пересказывает встречу Маска с Демисом Хассабисом (основателем DeepMind), на которой Хассабис заявил, что создаваемый им «суперчеловеческий ИИ» сможет последовать за Маском на Марс .
Ключевые выводы Тиля:
- В 2024 году Маск осознал, что «социалистическое правительство США и воук-ИИ» доберутся до Марса раньше него .
- Битва за будущее теперь должна вестись на Земле, а не в космосе.
- Попытки Маска реформировать правительственные бюджеты — это признак того, что он переключился с «бегства на Марс» на попытку спасти систему изнутри .
🤖 Искусственный интеллект: пузырь или сингулярность? 29:39
Тиль занимает осторожную позицию в отношении ИИ, называя его «единственным исключением из общего правила стагнации» . Он не разделяет энтузиазм тех, кто верит в неизбежный приход сверхразума, решающего все проблемы человечества.
Скептицизм Тиля базируется на нескольких аргументах:
- Масштаб влияния: Он сравнивает текущий момент в ИИ с интернетом конца 90-х. Это создаст великие компании и добавит 1% к росту ВВП, но не станет «полной трансформацией общества» .
- Проблема IQ: В Кремниевой долине существует культ интеллекта (IQ). Сторонники ИИ верят, что если просто увеличить «умственную мощь» машин, они мгновенно вылечат рак или Альцгеймер. Тиль же полагает, что многие проблемы человечества — не интеллектуальные, а культурные и институциональные .
- Риск «конформного ИИ»: Гость опасается, что ИИ может стать инструментом углубления стагнации. Вместо прорывных идей он будет генерировать бесконечный поток «среднего» контента (как алгоритмы Netflix), делая людей еще более пассивными и зависимыми .
Тиль заключает, что если ИИ будет просто «традиционно умным» и конформным, он не принесет реального прогресса . Тем не менее, он считает, что ИИ — это лучше, чем полное отсутствие прогресса: «Если у нас есть только ИИ, я согласен на него» .
☦️ Бессмертие и «христианские амбиции» 38:24
Обсуждая трансгуманизм и стремление к бессмертию, Даутэт и Тиль обращаются к религиозным истокам этих идей. Тиль напоминает, что проект раннего Модерна (Фрэнсис Бэкон, Кондорсе) открыто обещал победу над смертью .
Основные тезисы дискуссии:
- Крионика и бумеры: В 1999 году Тиль устраивал в PayPal вечеринки, где сотрудники могли подписаться на заморозку своих тел (или только голов) после смерти . Сегодня этот энтузиазм угас.
- Критика трансгуманизма: С точки зрения христианства, трансгуманисты «недостаточно амбициозны» . Они хотят просто заменить части тела машинами, в то время как христианское обещание — это полное преображение души и тела .
- Природа человека: Тиль утверждает, что в Ветхом Завете слово «природа» не встречается ни разу . Библейское видение подразумевает преодоление «падшей» человеческой природы через божественную помощь.
Росс Даутэт выдвигает контраргумент: попытка достичь бессмертия с помощью машин, а не через благодать, неизбежно приведет к созданию «антиутопических персонажей» .
👹 Сценарий Антихриста: мир, безопасность и Грета Тунберг 45:36
В финальной части беседы Тиль развивает свою концепцию «Антихриста как политического феномена». В его трактовке Антихрист — это не «злой гений» из фильмов, а лидер, который устанавливает мировое тоталитарное правление, обещая людям избавление от страха перед катастрофами .
Логика «плохой сингулярности» по Тилю:
- Экзистенциальные риски как инструмент: Нас постоянно пугают ядерной войной, изменением климата или вышедшим из-под контроля ИИ .
- Мировое правительство: В качестве единственного решения предлагается глобальный контроль. Чтобы остановить опасный ИИ, нужно логировать каждое нажатие клавиши у каждого человека на планете .
- Лозунг «Мир и безопасность»: Тиль цитирует Первое послание к Фессалоникийцам (5:3), утверждая, что именно обещание безопасности станет основой глобальной тирании .
В этой картине мира символом застоя выступает Грета Тунберг, а не «Доктор Стрейнджлав» . Гость полагает, что современный человек больше боится прогресса, чем его отсутствия, и готов променять свободу на обещание «экологической стабильности» .
Несмотря на мрачные прогнозы, Тиль отвергает детерминизм. Он считает, что история не предопределена богом или технологиями — в ней всегда остается место для человеческой свободы и действия . Его призыв: не впадать в медитативное спокойствие, ожидая, пока «львы съедят тебя», а активно сопротивляться застою .
