Профессор Массачусетского технологического института (MIT) Джон Грубер завершает курс лекций по общественной экономике анализом налоговых реформ. В центре внимания — вечный спор между эффективностью «плоской» шкалы и справедливостью прогрессивного налогообложения, а также вопрос о том, почему США так и не вернулись к «золотому стандарту» налоговой политики 1986 года.
📈 Эластичность налоговой базы и поведение богатых 0:55
По мнению Джона Грубера, центральным параметром для понимания эффективности налогообложения является эластичность налоговой базы по отношению к налоговой ставке . Исследования последних 25 лет выявили три ключевые закономерности:
- Общий показатель: Средняя эластичность составляет примерно -0,4. Это означает, что при повышении налоговой ставки на 10% доходы бюджета вырастут лишь на 6%, так как возникают косвенные эффекты .
- Эффект Лаффера: По словам профессора, падение сборов почти никогда не связано с тем, что люди начинают меньше работать или меньше сберегать. Основная причина — использование налоговых лазеек, изменение способов отчетности и прямое уклонение .
- Социальный разрыв: Для среднего класса («working stiff») эластичность практически равна нулю — у обычных работников нет инструментов для манипуляций с доходами . Для богатых же этот показатель составляет от -0,7 до -0,8 .
Грубер отмечает, что сверхбогатые налогоплательщики обладают уникальной возможностью — мобильностью. Он ссылается на исследования о высокооплачиваемых футболистах и топ-менеджерах в Европе: как только страна повышает верхнюю ставку налога, они просто меняют налоговую резиденцию .
🏛️ Политическая асимметрия и уроки 1986 года 5:12
Существует широкий экономический консенсус относительно того, что налоговая система 1986 года (три ставки, широкая база, отсутствие льгот для прироста капитала) была предпочтительнее нынешней . Однако вернуться к ней мешают политика и экономика переходного периода.
По мнению Грубера, политики предпочитают вводить налоговые льготы вместо прямого увеличения государственных расходов. Он приводит в пример Билла Клинтона: в 1992 году его обвиняли в стремлении раздуть бюджет («big-spending Democrat»). Когда Клинтон предложил вместо прямых инвестиций в образование «налоговые вычеты на образование», это встретило всеобщий восторг, хотя по сути это были те же траты бюджета, скрытые в налоговом кодексе .
📉 Налоговые приюты и проблема «дедушкиной оговорки» 8:46
До реформы 1986 года в США процветали «налоговые приюты» — виды деятельности, созданные исключительно ради минимизации налогов . В середине 80-х в такие схемы ежегодно инвестировалось более $10 млрд.
Особенно наглядно это работало в нефтегазовой отрасли. Профессор приводит пример инвестиции в $100 000 в убыточное предприятие, которое через год продается за $90 000 . Без налогов это потеря $10 000. Но благодаря 60% вычету на инвестиции и ставке налога 50% в 1983 году, инвестор экономил $30 000 на вычетах и еще $5 000 на признании убытка, получая чистую прибыль в $25 000 за счет государства .
Главным препятствием для отмены таких льгот является «горизонтальная несправедливость» или переходная несправедливость :
- Цены на активы уже подстроились под налоговые льготы.
- При резкой отмене льгот честные инвесторы, действовавшие по закону, мгновенно теряют капитал.
- Для решения этой проблемы политики используют «дедушкину оговорку» (grandfathering) — сохранение старых правил для тех, кто уже в системе . Грубер приводит пример Вирджинии, где попытка отменить налоговый вычет в $12 000 для лиц старше 65 лет стоила бюджету $300 млн только из-за того, что старым льготникам разрешили их сохранить .
🍏 Налог на потребление против налога на доход 18:16
Грубер цитирует Томаса Гоббса, который считал справедливым облагать налогом то, что человек извлекает из экономики (потребление), а не то, что он в нее привносит (производство/доход) .
Аргументы «ЗА» налог на потребление:
- Улучшение распределения капитала: Исчезает искажение между разными типами инвестиций .
- Стимулирование сбережений: В нынешней системе сберегатели наказываются дважды — сначала налогом на доход, затем налогом на проценты с вклада . Профессор иллюстрирует это на примере Гомера (который все проедает) и Мардж (которая сберегает). При налоге на доход Мардж платит больше налогов в приведенной стоимости, чем Гомер, хотя их стартовые условия одинаковы .
- Простота: Налог на продажи гораздо легче администрировать, чем сложный подоходный налог .
🚩 Риски и недостатки системы налогов на потребление 26:27
Основным аргументом против является вертикальная справедливость. Бедные слои населения тратят почти весь доход (сбережения составляют лишь 3% от пожизненного дохода), в то время как богатые сберегают около 25%, а топ-1% — до половины своего дохода . Переход на налог на потребление станет колоссальным подарком для богатых.
Другие проблемы по мнению профессора:
- Налог на наследство: Если сбережения богатых не облагаются налогом, они должны облагаться при передаче наследникам. Но в США поступления от налога на наследство остаются плоскими, несмотря на четырехкратный рост богатства верхушки за 30 лет из-за обилия лазеек .
- Переходный шок: Больше всего пострадают 70-летние. Они всю жизнь платили подоходный налог, а когда вышли на пенсию и начали тратить сбережения, их заставят платить налог на потребление еще раз .
- Соблюдение правил: При ставке налога на потребление в 25% (необходимой для замены подоходного налога) возникнет мощный черный рынок. Люди начнут покупать товары «из багажника фургона», использовать биткоин и другие способы ухода от контроля .
📦 НДС как решение проблемы «каскадирования» 35:00
Обычный налог на потребление может привести к каскадному эффекту — налогообложению комплектующих на каждом этапе. Решением является НДС (налог на добавленную стоимость), популярный в Европе .
На примере производства стола за $100 Грубер показывает механику: лесоруб платит налог со своих $25, производитель — с разницы между ценой продажи ($75) и ценой дерева ($25), ритейлер — со своей наценки в $25 . НДС самоисполняем (self-enforcing): производитель требует чек у лесоруба, чтобы вычесть его из своих налогов, что заставляет лесоруба фиксировать продажу .
🏁 Итоги: кризис экспертизы и «вредные» экономисты 55:20
В завершение курса Джон Грубер призывает студентов быть критическими потребителями информации. Он отмечает «кризис экспертизы» и винит в нем в том числе MIT: ученые часто говорят на слишком сложном языке и не объясняют свои идеи понятно для общества .
Профессор рассказывает свой любимый анекдот, ставший метафорой экономического подхода: Врач, священник и экономист играют в гольф и застревают за очень медленным игроком. Выясняется, что игрок слепой. Врач обещает открыть отделение для слепых, священник — бесплатную столовую. Экономист же спрашивает: «Если он слепой, почему бы ему не играть в гольф ночью?» .
По словам Грубера, задача экономиста — быть «занозой в заднице» (pain in the ass), задавая неудобные вопросы об эффективности, чтобы в конечном итоге сделать мир лучше .
