В современном медиапространстве разворачивается масштабный кризис доверия к научным институтам, подстегиваемый вирусными выступлениями знаменитостей. В центре дискуссии оказались актер Терренс Ховард с его альтернативной математикой и политический обозреватель Кэндис Оуэнс, поставившая под сомнение фундаментальные основы современной науки.
🌀 Феномен Терренса Ховарда: от Голливуда до «новой математики» 0:00
Виральное интервью актера Терренса Ховарда на подкасте Джо Рогана, длившееся более четырех часов, вызвало широкий общественный резонанс и тревогу в научной среде . Ховард представил ряд теорий, которые радикально расходятся с общепринятыми научными фактами:
- Утверждение, что $1 \times 1$ на самом деле равно $2$ .
- Теория о том, что периодическая таблица Менделеева должна быть пересмотрена на основе тональностей звука (например, водород имеет ту же «тональность», что и углерод) .
- Заявление о том, что 96% физики основано на «выдуманной материи» (темная материя), созданной для того, чтобы подогнать расчеты под наблюдения .
- Представление собственной геометрической системы на основе платоновых тел с криволинейными сторонами .
Эрик Вайнштейн характеризует большинство этих утверждений как «совершенно необоснованные» и «безумные» с точки зрения как традиционной, так и альтернативной науки . По его мнению, сомнения Ховарда в элементарной арифметике абсолютно не оправданы . Тем не менее, Эрик Вайнштейн отмечает, что актер обладает определенными инженерными способностями и создал интересные геометрические структуры, которые могут иметь прикладное значение в искусстве или дизайне .
🛠️ «Линчпин» и инженерное чутье: есть ли зерно истины? 15:36
Несмотря на критику фундаментальных теорий Терренса Ховарда, Эрик Вайнштейн находит в его работах один проект, заслуживающий внимания — дрон под названием «Lynchpin» (Линчпин) .
По словам Эрика Вайнштейна, в основе этого дрона лежит интересная геометрическая идея:
- Ховард использует углы правильного пятиугольника (108 градусов), которые близки к углам тетраэдра (около 109,27 градусов) .
- Это позволяет вписать шесть двигателей в структуру тетраэдра с минимальными погрешностями.
- Такая конструкция дает дрону шесть степеней свободы, позволяя ему вращаться вокруг центра масс и перемещаться в любую точку трехмерного пространства .
Эрик Вайнштейн считает «репугнантным» (отвратительным) стремление академического сообщества выставлять Терренса Ховарда полным идиотом, игнорируя его реальные инженерные находки . Он подчеркивает, что история науки знает примеры самоучек, таких как Джордж Грин (мельник без образования, создавший функции Грина), которые внесли колоссальный вклад в дисциплину .
📚 Период полураспада доверия: кризис рецензирования 19:58
Дискуссия выявила глубокие разногласия между учеными относительно системы рецензирования (peer review). Профессор Брайан Китинг утверждает, что рецензирование необходимо для очистки интеллектуальной среды от «загрязнения» и фальсификаций . Однако Эрик Вайнштейн выдвигает жесткую критику этой системы:
- Исторический аспект: По утверждению Эрика Вайнштейна, современная форма рецензирования — это недавнее изобретение (1960–70-е годы), призванное ограничить доступ общественности к контролю над распределением грантов .
- Изоляция: Термин «peer» (пэр) в данном контексте, по мнению гостя, аналогичен Палате лордов: это способ сказать налогоплательщикам, что они не квалифицированы для оценки работы ученых .
- Препятствие прогрессу: Эрик Вайнштейн напоминает, что Альберт Эйнштейн был возмущен, когда одну из его статей (о гравитационных волнах) впервые отправили на рецензию в 1930-х годах, и после этого он больше не публиковался в этом журнале .
Брайан Китинг возражает, заявляя, что рецензирование помогло Эйнштейну исправить ошибку в той самой статье, благодаря чему открытие гравитационных волн стало возможным десятилетия спустя . Китинг настаивает, что научное сообщество — это «самокорректирующийся механизм», который, несмотря на недостатки, остается лучшим способом проверки истины .
💉 Кэндис Оуэнс и «культ науки» после пандемии 36:56
Политический обозреватель Кэндис Оуэнс открыто заявляет о своем отказе от того, что она называет «культом науки» . Она аргументирует это тем, что официальные институты неоднократно лгали обществу в вопросах вакцинации, контрацепции и побочных эффектов медицинских препаратов.
Участники дискуссии выделяют несколько причин роста популярности таких взглядов:
- Провал коммуникации: Том Билью считает, что ученые создали «проблему брендинга» . Во время пандемии наука подавалась как догма («верьте в науку»), хотя сама суть научного метода заключается в сомнении и поиске ошибок .
- Политизация здравоохранения: По мнению Эрика Вайнштейна, общественное здравоохранение (Public Health) — это не наука, а гибрид истины и «благородной лжи» . Он обвиняет таких чиновников, как Энтони Фаучи и Фрэнсис Коллинз, в дискредитации компетентных диссидентов, таких как Джей Бхаттачарья из Стэнфорда .
- Эффект ореола: Брайан Китинг отмечает, что аудитория доверяет Кэндис Оуэнс или Терренсу Ховарду из-за их популярности в других сферах, ошибочно перенося их авторитет на область физики или биологии .
🚀 Будущее науки: между элитарностью и популизмом 48:49
Том Билью подчеркивает, что мир вступил в «эпоху заговоров», где доверие к элитам полностью разрушено . По его мнению, ученые обязаны вступать в открытые дебаты с такими фигурами, как Терренс Ховард, если их идеи достигают критической массы . Простого игнорирования или насмешек уже недостаточно, так как в эпоху социальных сетей каждый является издателем .
Основные выводы о будущем научного диалога:
- Фокус на полезности: Том Билью призывает оценивать идеи по их практической пользе (utility). Прорыв Эйнштейна важен не потому, что у него был диплом, а потому что это дало нам GPS и ядерную энергию .
- Открытость к ошибкам: Наука должна позиционироваться не как истина в последней инстанции, а как процесс постоянного исправления ошибок .
- Оптимизм: Брайан Китинг сохраняет надежду, указывая на будущие прорывы в области термоядерного синтеза, комнатной сверхпроводимости и изучения ранней Вселенной .
Эрик Вайнштейн резюмирует, что «избавление от экспертов-диссидентов обходится обществу дороже, чем открытие дверей для публичных дискуссий» . По его убеждению, пока профессора в университетах боятся высказывать независимое мнение из-за культуры отмены, люди будут продолжать искать ответы у медийных личностей .
