В новом выпуске подкаста We Study Billionaires сооснователь и сопредседатель инвестиционной компании The Carlyle Group Дэвид Рубенштейн (David Rubenstein) делится своим глубоким анализом текущих глобальных экономических вызовов. Легендарный инвестор подробно описывает структурные изменения в энергетическом секторе, даёт оценку устойчивости различных экономик и раскрывает философию, которая помогла ему построить одну из крупнейших инвестиционных платформ в мире. Этот материал представляет собой подробный разбор ключевых идей и практических выводов, прозвучавших в ходе беседы.
🌍 Геополитика и энергетический кризис в Европе 0:03
Нынешний энергетический кризис, вызванный действиями России на европейском рынке, заставил многих аналитиков пересмотреть свои прогнозы. По мнению Дэвида Рубенштейна, к любым предсказаниям, звучащим из Вашингтона, следует относиться с большой осторожностью, поскольку никто не способен точно предвидеть развитие событий на полгода вперёд. Анализируя устойчивость Европы в поддержке Украины, инвестор отмечает, что Запад, по всей видимости, недооценил экономическую и политическую стойкость российского руководства.
Ожидания того, что масштабные санкции и поставки военной техники быстро приведут к перемирию или мирному соглашению, не оправдались. Как указывает Рубенштейн, текущая ситуация складывается для России вполне благоприятно: страна получает около миллиарда долларов в день в виде доходов от продажи нефти и газа. Это связано с тем, что мировые цены на энергоносители выросли почти вдвое. Даже при снижении физических объёмов экспорта продажа сырья по значительно более высоким ценам позволяет компенсировать любые потери.
Главное опасение в Европе сегодня касается готовности граждан и правительств мириться с бытовыми неудобствами ради геополитических целей. Рубенштейн подчёркивает, что ключевой вопрос заключается в том, согласятся ли немцы столкнуться с холодом в своих домах ради продолжения поддержки Украины. В какой-то момент общественное мнение в Германии может сместиться в сторону прагматизма, ведь люди хотят жить в тепле в зимний период.
Капитуляция Германии в вопросе санкций ради получения энергии стала бы серьёзным ударом по репутации Запада. Чтобы не допустить подобного сценария, США и другие страны должны оперативно нарастить поставки сжиженного природного газа (СПГ) и использовать иные альтернативные источники энергии для отопления немецких домов и предприятий. Намеренное сокращение прокачки по трубопроводу «Северный поток» наносит колоссальный ущерб немецкой промышленности, хотя в долгосрочной перспективе это всё же снизит общие доходы российской стороны.
📉 Макроэкономика: инфляция, маржин-коллы и судьба фунта стерлингов 3:31
Резкий рост цен на энергоносители уже спровоцировал деструктивные процессы в экономике. На рынках наблюдается колоссальное давление: объём маржин-коллов в энергетическом секторе достиг астрономических 1,5 триллиона долларов. Это ставит под вопрос необходимость нового запуска печатных станков центральными банками. Оценивая состояние европейской экономики, Дэвид Рубенштейн выражает серьёзный пессимизм, особенно в отношении Великобритании.
По словам инвестора, британская экономика находится в крайне тяжёлом положении, а курс фунта стерлингов приблизился к паритету с долларом США, чего не наблюдалось уже очень давно. При этом политический раскол внутри страны сохраняется. Никто из тех, кто голосовал за Brexit, не готов признать это ошибкой, равно как и противники выхода из ЕС не меняют своего мнения. Рубенштейн считает, что если бы референдум проводился сегодня, результаты были бы практически идентичными, несмотря на то, что выход из Евросоюза нанёс экономике Великобритании очевидный вред и породил множество непредвиденных сложностей.
В отличие от европейской, экономика США демонстрирует большую устойчивость и продолжает расти. Рубенштейн ожидает, что показатели третьего квартала покажут положительную динамику по сравнению с первыми двумя кварталами года. В Европе же ситуация выглядит гораздо слабее, поскольку энергетический кризис бьёт по ней намного сильнее, чем по американскому рынку.
Попытки европейских стран смягчить удар за счёт монетарных стимулов — например, выделение Германией 65 миллиардов евро на борьбу с инфляцией — неизбежно ведут к девальвации валют. Евро также оказался у черты паритета с долларом. Парадоксально, но агрессивное повышение процентных ставок Федеральной резервной системой США только укрепляет доллар. Это несколько снижает конкурентоспособность американского экспорта, но создаёт огромные преимущества для американцев, приобретающих товары или активы за рубежом.
🪙 Криптовалютный ландшафт и инвестиции в инфраструктуру 6:13
Обсуждая попытки России обойти американские санкции и международную долларовую систему с помощью криптовалют, Дэвид Рубенштейн выражает скептицизм. По его мнению, российское руководство заинтересовано в максимизации денежного потока, а перевод расчётов за энергоресурсы в биткоины или корзину криптовалют не принёс бы желаемого объёма доходов.
Если бы миллиарды долларов ежедневного торгового оборота в сфере энергетики перешли в биткоин, это вызвало бы взрывной рост стоимости криптовалюты из-за колоссального спроса. Однако инвестор считает сценарий масштабных государственных расчётов в цифровых активах маловероятным, поскольку трудно представить проведение транзакций на десятки миллиардов долларов ежедневно в таком формате.
Сам Рубенштейн, будучи представителем старшего поколения, открыто признаёт, что не инвестирует в криптовалюту напрямую. Он отмечает явную возрастную специфику этого рынка:
- Основная масса покупателей криптовалют — это люди моложе 30–35 лет.
- Среди инвесторов старше 70 лет практически невозможно встретить тех, кто активно приобретает цифровые активы.
Вместо попыток угадать, какая именно монета окажется успешной, Рубенштейн использует стратегию «продажи лопат во время золотой лихорадки». Его семейный офис инвестирует в финтех-компании и инфраструктурные проекты, такие как Paxos, которые будут развиваться и получать прибыль независимо от того, какая конкретно криптовалюта или блокчейн-платформа займёт лидерские позиции на рынке.
📜 Исторические параллели и уроки эпохи Картера 9:10
Как опытный исследователь истории, Рубенштейн напоминает знаменитые слова сэра Джона Темплтона о том, что фраза «в этот раз всё иначе» является самой опасной в языке инвестиций. Любые текущие события всегда имеют исторические аналоги. Для Рубенштейна нынешняя макроэкономическая ситуация во многом напоминает конец 1970-х годов, когда он работал в администрации президента Джимми Картера.
В те годы экономика США столкнулась с похожим набором проблем:
- Инфляция, превышающая 15%.
- Крайне медленный экономический рост (стагфляция).
- Высокие цены на энергоносители и хаос на энергетических рынках.
Однако инвестор указывает и на важные структурные различия. В 1970-х американская экономика была более изолированной, сильно зависела от профсоюзов и не была столь глубоко интегрирована в глобальные цепочки, а Китай ещё не являлся значимым фактором в мировой торговле. С иронией вспоминая те времена, Рубенштейн шутит, что в высокой инфляции тех лет была его личная вина как молодого помощника Белого дома, хотя эта проблема досталась Картеру ещё от администрации Джеральда Форда.
Важнейший урок той эпохи заключается в методах борьбы с кризисом. Пол Волкер, возглавлявший ФРС, поднял дисконтную ставку сразу на 200 базисных пунктов за один уикенд, никого не предупреждая и не давая публичных объяснений. В те времена ФРС действовала в условиях полной секретности, и рынку приходилось угадывать её шаги по косвенным признакам. Современный подход Джерома Пауэлла кардинально отличается: регулятор обеспечивает максимальную прозрачность, заранее анонсирует свои намерения и детально разъясняет каждое решение, что помогает снизить панику на рынках.
💼 Тренды венчурного рынка, оценка компаний и инсайды от Carlyle 12:47
Изменение монетарной политики ФРС и рост ставок оказали мгновенное влияние на венчурный капитал и рынок прямых инвестиций. По словам Рубенштейна, сегодня наблюдается значительный разрыв между ценовыми ожиданиями продавцов бизнеса и тем, что готовы платить покупатели.
До масштабного рыночного краха в мае 2022 года, ознаменовавшегося обвалом технологического и криптовалютного секторов, условия были совершенно иными. Продавцы компаний в сфере выкупа (buyout) рассчитывали на мультипликаторы EBITDA в районе 13–14x. Венчурные капиталисты оценивали стартапы без какой-либо выручки в огромные суммы, основываясь лишь на красивой идее, бизнес-плане и харизме генерального директора.
Сейчас эти времена остались в прошлом. По оценке Рубенштейна, сделки по выкупу теперь проходят по мультипликаторам в районе высоких однозначных или низких двузначных чисел EBITDA, и то лишь для компаний исключительного качества. Венчурный рынок не заморожен полностью, но инвесторы стали предельно избирательны и требуют от стартапов реальной выручки и прибыли.
В качестве яркого примера Рубенштейн приводит шведский финтех-стартап Klarna (в транскрипте — CARNA):
- На пике рынка семейному офису Рубенштейна предлагали инвестировать в эту компанию при оценке более 18 миллиардов долларов.
- Условием входа в сделку был минимальный чек в 100 миллионов долларов личных средств — только при этом условии генеральный директор соглашался на переговоры.
- В ходе последующего раунда финансирования оценка Klarna рухнула примерно до 6 миллиардов долларов, и компании пришлось приложить огромные усилия для привлечения капитала.
🏥 Перспективные сектора: здравоохранение и токенизация спорта 16:19
Несмотря на общую осторожность, семейный офис Дэвида Рубенштейна активно ищет возможности в долгосрочных секторах. Одним из главных приоритетов является здравоохранение, доля которого в ВВП США сегодня составляет космические 21–22% (для сравнения, в конце 1970-х годов этот показатель находился на уровне всего 7–8%).
Инвестор отмечает глобальный тренд: богатея, люди во всём мире стремятся жить дольше и оставаться здоровыми. Они готовы тратить огромные средства на медицинские услуги, правильное питание и фитнес, особенно по достижении 50–70 лет. И хотя совместная инициатива таких гигантов, как Amazon, JPMorgan и Berkshire Hathaway, по созданию собственной медицинской компании потерпела неудачу в плане снижения издержек, это не отменяет колоссального потенциала сектора. Семейный офис Рубенштейна активно инвестирует в революционные медицинские технологии, включая редактирование генома CRISPR, а также в сферу квантовых вычислений, ожидая увидеть реальную выручку от этих направлений в горизонте пяти лет.
Ещё одним перспективным трендом Рубенштейн считает создание платформенных структур в спортивной индустрии. Он прогнозирует появление публичных диверсифицированных спортивных конгломератов в недалёком будущем:
- Бейсбольные клубы будут покупать баскетбольные и хоккейные команды, а также европейские футбольные клубы.
- Такие структуры сформируют устойчивые и диверсифицированные потоки выручки, крайне привлекательные для публичных инвесторов.
- В эти активы начнут активно вкладываться государственные пенсионные и суверенные фонды.
Популярность спорта обусловлена ценностью живого контента. Из 50 самых рейтинговых телепередач в США около 45 составляют именно спортивные трансляции. Дополнительным мощным драйвером роста индустрии выступает легализация и бурное развитие спортивных ставок.
🏛️ Искусство фандрейзинга и ДНК великого лидера 20:33
Процесс привлечения капитала в фонды прямых инвестиций стал беспрецедентно сложным. Рубенштейн объясняет это двумя ключевыми факторами. Во-первых, из-за избытка ликвидности в прошлые годы управляющие инвестировали средства гораздо быстрее, чем обычно. Вместо традиционного четырёхлетнего цикла они возвращались к инвесторам за новыми деньгами уже через 1,5–2 года. Это вынуждало фонды досрочно перераспределять капитал. Во-вторых, сработал так называемый «эффект знаменателя»: из-за падения фондового рынка более чем на 20% доля альтернативных инвестиций в портфелях пенсионных и суверенных фондов искусственно выросла, что заставило их резко сократить новые вливания.
Вспоминания зарождение The Carlyle Group в 1987 году, Рубенштейн отмечает, что они начинали с полного нуля. Первые четыре инвестора в совокупности вложили всего 5 миллионов долларов (около 13 миллионов в сегодняшних ценах), после чего компании долгое время приходилось собирать средства отдельно под каждую конкретную сделку. Мать Рубенштейна открыто называла идею создания фирмы прямых инвестиций в Вашингтоне смехотворной.
Однако именно географическое положение в столице стало их главным конкурентным преимуществом. Партнёры Carlyle смогли доказать инвесторам по всему миру, что они глубоко понимают бизнес компаний, напрямую зависящих от государства и федерального бюджета: аэрокосмическую и оборонную промышленность, здравоохранение и телекоммуникации.
На основе многолетних наблюдений, изложенных в его книгах, Рубенштейн выделяет общие черты великих лидеров и успешных инвесторов:
- Происхождение из среднего или рабочего класса и феноменальное трудолюбие.
- Высокий уровень образования и отличные математические способности.
- Готовность брать на себя полную ответственность за ошибки и разделять успех с командой.
- Умение быстро забывать неудачные сделки и переключаться на новые задачи.
- Способность идти против консенсуса и традиционных представлений рынка.
- Высокий уровень личного смирения и активная благотворительная деятельность.
В качестве примера эффективного лидерства он приводит Сандру Хорбах (Sandra Horbach), выпускницу Стэнфорда, которая возглавляет направление US Buyout в Carlyle и является самой влиятельной женщиной в мировой индустрии выкупов. Из сторонних мастеров Рубенштейн выделяет главу Oaktree Capital Брюса Карша (Bruce Karsh), чей колоссальный опыт в сфере проблемных долгов (distressed debt) становится особенно востребованным в текущих условиях роста ставок и замедления экономики.
🧩 Филантропия, личные привычки и секрет счастья миллиардера 39:58
Розничным инвесторам Дэвид Рубенштейн советует подходить к управлению сбережениями максимально осознанно: детально изучать track record управляющих, внимательно просчитывать комиссии и никогда не складывать все яйца в одну корзину. Он также остаётся ярым сторонником высшего образования, подчеркивая, что его ценность заключается не в прямой финансовой окупаемости, а в расширении кругозора и доступе к сообществу успешных людей.
Сам Рубенштейн пришёл к написанию книг и телевизионной карьере лишь после 70 лет, обнаружив в себе уникальный талант интервьюера. Его фирменным стилем стал самоироничный юмор, который он считает важным защитным механизмом, развившимся с детства на фоне скромного происхождения.
Будучи одним из первых участников инициативы Giving Pledge, Рубенштейн управляет своей благотворительной деятельностью лично, без раздутого штата. В работе с проектами он руководствуется четырьмя жесткими принципами:
- Инициировать то, что без него никогда бы не началось.
- Завершать то, что без него не было бы закончено.
- Иметь глубокий интеллектуальный интерес к проекту (входить в совет директоров, тратить личное время).
- Видеть реальный прогресс проекта ещё при своей жизни.
Рубенштейн получил широкую известность благодаря «патриотической филантропии». Он выкупил у Росса Перо последнюю находившуюся в частных руках копию Великой хартии вольностей (Magna Carta) за 25 миллионов долларов, чтобы сохранить этот важнейший для американской истории документ в США. Также в память о своём отце, ветеране Второй мировой войны, инвестор полностью профинансировал реставрацию мемориала Иводзимы.
Отвечая на вечный вопрос о богатстве, миллиардер констатирует, что деньги не способны купить счастье, а самые богатые люди зачастую оказываются наиболее глубоко несчастными и измученными личностями. Секрет его собственной продуктивности и долголетия кроется в жесткой самодисциплине и отказе от пустой траты времени: Рубенштейн никогда в жизни не употреблял алкоголь, не играет в гольф, не смотрит сериалы и работает без выходных.
