«Никогда не поверю», — ответил Владимир Путин на искреннее заявление Леонида Бершидского о коммерческих интересах иностранных владельцев «Ведомостей». Пережив путь от подпольного студенческого казино в США до создания главных бизнес-изданий России и статуса топового колумниста Bloomberg, медиаменеджер окончательно ассимилировался в Германии и объявил войну искусственным границам. Сегодня его опыт — это редкая оптическая линза, через которую видно, как рушатся медиаимперии, рождаются технополии и почему человеческая непредсказуемость всегда останется на полшага впереди алгоритмов.
📈 «Ведомости», казино в Калифорнии и первая встреча с Путиным 0:21
Карьерный старт: журналистика без советского прошлого 3:27
Леонид Бершидский — один из самых заметных медиаменеджеров постсоветской России, чей путь в профессии начался аномально рано. Свою карьеру он запустил в 17 лет , и к моменту создания газеты «Ведомости» уже обладал десятилетним стажем репортерской работы . Его назначение на пост главного редактора ведущего делового издания страны в столь молодом возрасте стало возможным благодаря уникальному для того времени бэкграунду: у Бершидского полностью отсутствовал «советский опыт» .
Для западных акционеров из Financial Times и Wall Street Journal это было критическим фактором, так как старая школа журналистики в их глазах была неразрывно связана с пропагандой, коррупцией и практикой платных материалов — «джинсой» . До «Ведомостей» Леонид Бершидский никогда не работал в российских изданиях и даже не писал на русском языке профессионально, специализируясь на англоязычной прессе . Ему пришлось фактически заново учиться письменному русскому языку, уже возглавляя редакцию .
Иностранные издатели крайне настороженно относились к российскому медиаландшафту 90-х. Бершидский вспоминает, как редактор отдела мнений Wall Street Journal Боб Бартли подарил ему биографию Джея Гулда — одиозного «барона-разбойника» и символа беспринципного капитализма . Выяснилось, что ранее Бартли презентовал такую же книгу Владимиру Гусинскому . Этим жестом акционер давал понять молодому редактору, с кем ему придется иметь дело в России и какие методы используют местные олигархи .
Студенческое казино и возвращение в «октябрьскую» Москву 6:46
В начале 90-х Леонид Бершидский предпринял попытку сменить сферу деятельности и уехал в США учиться на программиста в системе государственных университетов Калифорнии . Попасть туда помогли не только блестяще сданные тесты, но и система рекомендаций: его тогдашний босс из Philadelphia Inquirer был лично знаком с президентом университета .
Жизнь в американском кампусе оказалась далека от академической скуки. Бершидский вместе с тремя соседями по общежитию организовал подпольное казино, где играли в покер и блэкджек . Несмотря на то что азартные игры в Калифорнии были под запретом, заведение процветало, а среди постоянных клиентов были даже те, кто по долгу службы должен был пресекать подобные нарушения .
Мирную учебу прервали новости из России. Наблюдая по CNN за событиями октября 1993 года — расстрелом Белого дома и разгоном Верховного Совета — Бершидский почувствовал, что занимается «фигней» вдали от эпицентра исторических событий . Все выигранные в студенческом казино деньги он потратил на дорогостоящие международные звонки в поисках работы в Москве . В итоге он нанялся репортером в московское бюро Newsweek и вернулся в Россию, осознав, что «спрыгнул» с важной новостной повестки слишком рано .
Профсоюзная борьба в The Moscow Times 10:02
Следующим важным этапом стала работа в ежедневной англоязычной газете The Moscow Times, которой руководил Дерк Сауэр . Издание пользовалось огромной популярностью у многотысячного сообщества экспатов и считалось эталоном «правильной журналистики» . Чтобы попасть в штат, Бершидскому пришлось доказывать главному редактору Марку Чемпиону, что он действительно способен писать глубокие тексты на английском: его первый материал о массовой миграции немцев из Сибири в Германию был настолько хорош, что редактор поначалу не поверил в авторство Леонида .
В редакции Бершидский неожиданно для себя занялся профсоюзной деятельностью. Поскольку Дерк Сауэр придерживался левых убеждений, в компании существовал рабочий комитет . Бершидский стал представителем российских сотрудников и пошел на открытый конфликт с руководством, требуя уравнять зарплаты местных журналистов и приезжих экспатов .
- Разница в доходах была существенной, хотя экспаты тратили огромные суммы на аренду жилья в Москве .
- На претензии Леонида о несправедливости Дерк Сауэр философски ответил: «Ну окей, жизнь несправедлива» .
- Несмотря на этот жесткий ответ, Сауэр со временем постепенно выровнял оклады, и к моменту запуска «Ведомостей» разрыв в заработках исчез .
«Крыша» от Financial Times и первая встреча с Путиным 14:24
Идея создания «Ведомостей» родилась из потребности Дерка Саура создать независимую деловую газету, защищенную от влияния российских олигархических групп. Для честной работы в России того времени требовалась серьезная политическая «крыша» . Сауэр не хотел зависеть от местных акционеров, таких как группа «Менатеп» Михаила Ходорковского, которая владела долей в Independent Media, но, по мнению Бершидского, не до конца понимала принципы независимости прессы .
В итоге Сауэр провел сепаратные переговоры с Financial Times и Wall Street Journal . Изначально конкуренты не планировали объединяться, но, осознав перспективность российского рынка и не желая нести 100% рисков в одиночку, решили создать совместное предприятие . Это дало газете беспрецедентный для России уровень защиты .
Вскоре после запуска «Ведомостей» Леонид Бершидский начал посещать встречи главных редакторов в Кремле . Именно там состоялся его первый диалог с Владимиром Путиным .
- Путин прямо спросил: «А какие интересы преследуют ваши иностранные владельцы?» .
- На ответ Бершидского о коммерческом интересе Путин отрезал: «Никогда не поверю» .
- Первое впечатление от будущего президента у Леонида было скорее положительным: Путин казался внятным, профессиональным, обладал отличной памятью на цифры и внимательно слушал собеседников . Однако уже тогда была заметна «гэбэшная школа» и глубокое недоверие ко всему иностранному .
Внутренняя политика «Ведомостей» также была предметом дискуссий. Бершидский признает, что принял личное решение не выносить тему Чеченской войны на первую полосу . Это не было сделкой с Кремлем; Леонид стремился жестко выдержать позиционирование газеты как исключительно делового, а не общественно-политического издания, чтобы отличаться от многочисленных конкурентов .
🖋️ От блеска Forbes до пророчеств Оруэлла 25:28
Ранее в разговоре Елизавета Осетинская и Леонид Бершидский уже касались периода запуска газеты «Ведомости» и резонансной истории с архивом Марины Салье. Бершидский вспоминает, что в то время его приоритетом было ежедневное выживание издания и наполнение полос , а расследование о прошлом Владимира Путина казалось ему на тот момент недостаточно «докрученным» . Вскоре после этого пути Бершидского и «Ведомостей» разошлись: по словам гостя, за три года он совершенно «износился» . Дерк Сауэр (Derk Sauer) отнесся к ситуации бережно и даже помог Леониду с оплатой учебы в бизнес-школе, рассчитывая на его возвращение в компанию . Однако планы изменились, когда лицензию на издание Newsweek в России получил не Сауэр, а концерн Axel Springer .
Трагедия Forbes: Пол Хлебников и цена расследований 32:22
Сотрудничество со Шпрингером привело Леонида Бершидского к запуску Forbes Russia — проекта, который стал феноменально успешным на фоне стремительно растущего числа российских миллионеров . Леонид стал первым издателем журнала, но триумф был омрачен трагедией: через три месяца после выхода первого номера был убит главный редактор Пол Хлебников . Бершидский признается, что изначально был против назначения Хлебникова и его приезда в Россию .
Пол Хлебников, потомок первой волны эмиграции, обладал специфическим набором качеств:
- Он придерживался имперских и даже монархических взглядов, унаследованных от деда-адмирала .
- Был блестящим расследователем, но, по мнению Бершидского, «зверски неосторожным» в своих оценочных высказываниях .
- Его книга «Крестный отец Кремля» о Борисе Березовском создала на Западе крайне негативный образ российского бизнеса тех лет .
Леонид вспоминает, что Пол выглядел «чужеродным персонажем» для тогдашней российской реальности . В день убийства Бершидский был в отпуске, а его коллега Александр Гордеев находился рядом с раненым Полом до приезда скорой, которая добиралась полчаса . Говоря о мотивах преступления, Бершидский отмечает, что версия следствия о «чеченском следе» имеет основания: Хлебников выпустил книгу-интервью с полевым командиром, в которой не скрывал своего отношения к нему как к «животному» . В те времена за такие вещи не просили извинений, а стреляли сразу . Кроме того, Пол постоянно «копал» под влиятельных людей, включая «питерских связистов», и любая из этих тем могла стать роковой . Несмотря на страх, команда Forbes продолжила заниматься расследованиями и после гибели своего лидера .
«1984»: Почему Оруэлл стал актуальнее новостей 42:58
К 2019 году Бершидский сознательно решил оставить ежедневную журналистику . Работа колумнистом в Bloomberg стала его тяготить: российская и украинская экспертиза постепенно утрачивалась в эмиграции, а источники внутри стран начали «затыкаться» . Леонид нашел себя в автоматизации редакционных процессов, используя свои навыки программирования .
Перевод антиутопии Джорджа Оруэлла «1984» стал для него способом высказаться в момент, когда обычных слов стало недостаточно . Бершидский поставил перед собой задачу создать современный текст для читателей, живущих в нынешних российских реалиях . Он принципиально не читал классический перевод Виктора Голышева перед началом работы, чтобы не попасть под его влияние .
Работа над книгой оказалась тяжелым испытанием:
- Эмоциональное выгорание: Леонид описывает это как «болезненный экспириенс» — книга буквально «ест» переводчика изнутри .
- Пророческий смысл: В романе Бершидский видит точное описание нынешнего состояния российско-украинского конфликта, в частности концепцию «вечной войны» .
- Популярность: Роман остается бестселлером в России, несмотря на расцвет пропаганды . По мнению гостя, даже сторонники нынешнего курса не хотят на самом деле жить в условиях тоталитаризма, описанного Оруэллом .
Диктатура и вороны: роман «Проверено на животных» 49:11
Логичным продолжением литературного пути Бершидского стало написание собственных художественных произведений. Говоря о своей идентичности, Леонид скромно называет себя «автором», а не «писателем» . Его роман «Проверено на животных» представляет собой метафорическое исследование природы власти и диктатуры .
Сюжет книги строится на трех линиях: российской, немецкой и американской . Российская часть начинается с образа ворон, которые катаются на задницах с золотых куполов цитадели, подозрительно напоминающей Кремль . В центре сюжета — развитие параноидальных отношений между диктатором и этими птицами . По словам Елизаветы Осетинской, в книге легко считываются современные политические сюжеты, включая обстановку закрытых форумов, напоминающих Валдай . Этот роман стал для Бершидского способом деконструировать механику единоличной власти через гротеск и анималистические образы.
🤖 Технополии и «чистое зло»: Искусственный интеллект в медиа 59:49
Леонид Бершидский, обсуждая в беседе с Елизаветой Осетинской свой новый роман, отмечает, что «безумие» стало сквозной темой не только для вымышленных диктатур, но и для современной западной реальности . Ранее в разговоре они уже касались темы диктатуры и параллелей с Владимиром Путиным , но в контексте глобальных процессов Бершидский видит новые угрозы, исходящие не от политиков, а от технологических гигантов. Одной из самых разрушительных сил он называет современную стартап-культуру, которая, по его мнению, породила опасные «технополиполии» .
Стартап-культура как источник «чистого зла» 59:49
Бершидский подвергает жесткой критике современную стартап-индустрию, считая её одним из «самых страшных демонов» современности . Именно из этой среды, по его словам, вырос Илон Маск с его «разрушительным наполеоновским комплексом» . Гость программы убежден, что компании, разрабатывающие большие языковые модели (LLM), представляют собой «чистое зло», поскольку их бизнес-модель строится на эксплуатации чужого труда и ресурсов .
Основные претензии Бершидского к ИИ-гигантам:
- Использование краденого контента: Модели тренируются на данных, на которые у разработчиков нет прав .
- Производство «слопа» (slop): Термин, обозначающий низкокачественный, сгенерированный машиной мусорный контент, заполняющий сеть .
- Монополизация ресурсов: Из-за огромных потребностей в вычислительных мощностях, энергии и воде формируется узкая олигополия .
Леонид подчеркивает, что эта ситуация — результат агрессивного лоббизма со стороны таких фигур, как Сэм Олтмен, Илон Маск и Джефф Безос . Используя свои медийные ресурсы — от социальной сети X (бывший Twitter) до газеты The Washington Post — они продвигают свои интересы, влияя на политику и общественное мнение .
В качестве примера негативного влияния Бершидский приводит исследование профессора Университета Мэриленда Махита Айера . Согласно его данным, около 7% контента в американской прессе сейчас генерируется искусственным интеллектом без соответствующих указаний . Проблема усугубляется тем, что в системные промты моделей вшиты определенные этические и политические фильтры (guard rails), которые незаметно транслируются в журналистику через «ленивых авторов» .
AI в Bloomberg: Борьба с рутиной и этические границы 1:03:44
Несмотря на скепсис по отношению к бесконтрольному развитию нейросетей, Бершидский профессионально занимается внедрением ИИ в производство новостей в Bloomberg . Однако он проводит четкую грань между «мусорной» генерацией и профессиональным инструментом. В Bloomberg ИИ используется для автоматизации рутины: переработки данных, создания дайджестов и отчетов .
Бершидский настаивает на строгих правилах:
- Прозрачность: Любой текст, созданный с участием машины, должен быть маркирован, даже если детекторы ИИ (такие как Pangram) показывают 0% участия модели .
- Человеческий контроль: Перед публикацией каждый текст обязательно проверяется редактором-человеком .
- Авторское право: Bloomberg не обрабатывает тексты, на использование которых у компании нет четких юридических прав и контрактов .
Цель этой автоматизации — освободить «нормального журналиста» от скучной работы, которую никто не любит делать . По мнению Леонида, настоящий профессионал хочет путешествовать, разговаривать с людьми и вести расследования, а не перекладывать цифры из отчетов в новостные ленты . При этом он признает, что современные агенты и промты пишутся людьми с журналистским опытом, что позволяет сохранять качество выше среднего по рынку .
Пределы технологий: Почему машина не заменит человека 1:07:43
В разговоре с Елизаветой Осетинской Бершидский выражает уверенность в том, что ключевые аспекты журналистики останутся недоступны для алгоритмов. Он считает невозможным заменить человеческое интервью работой модели, так как общение строится на «общей истории» и личном контакте . «Никакого эксклюзива ты не получишь без личного контакта», — утверждает медиаменеджер .
Даже в таких областях, как OSINT (разведка по открытым источникам), где модели применимы, за ними необходим постоянный присмотр . Бершидский отмечает, что архитектура ИИ склонна «срезать углы», а мораль моделей зависит от промтов, написанных людьми, к чьей этике есть большие вопросы .
Существует и более глубокая проблема — «замыкание» моделей на самих себе. Когда ИИ начинает обучаться на контенте, созданном другими ИИ («поедать собственный кал», по выражению Бершидского), это ведет к деградации данных и остановке прогресса . В качестве примера он приводит сервис Stack Overflow: из-за засилья сгенерированного кода пользоваться им стало практически невозможно, так как качество ответов резко упало .
Эрозия качества и успех «человеческого» контента 1:13:31
Осетинская и Бершидский обсуждают сдвиг в восприятии качества: многие потребители и маркетологи уже готовы принимать синтетический продукт как стандарт . Тем не менее, Леонид приводит обнадеживающие данные из исследования профессора Чакраборти из Университета Стоуни-Брук . Ученый проанализировал рынок самиздата на Amazon, где авторы массово используют LLM для написания любовных романов и ужастиков .
Результаты исследования показали, что в рамках одного и того же жанра книги, написанные людьми, продаются значительно лучше, чем сгенерированные машиной, даже если они никак не маркированы . Это дает Бершидскому повод верить, что человеческое мастерство (крафт) сохранит свою ценность для той части общества, которая не удовлетворяется простыми ответами и стремится к сложности . «Человеческая составляющая — это золото не только для людей, но и для моделей», — резюмирует он .
📈 Необычный виток: из главных редакторов в банкиры 1:21:36
Разговор об искусственном интеллекте и его способности имитировать человеческий ритм текста плавно переходит к одному из самых парадоксальных периодов в биографии Леонида Бершидского . В 2007 году его карьера, до этого развивавшаяся строго в рамках медиа — от «Ведомостей» до Forbes и Smart Money — сделала резкий крен в сторону реального сектора . Бершидский принял предложение Александра Винокурова и стал топ-менеджером в банке «Кит Финанс» .
Ловушка для журналиста: предложение, от которого трудно отказаться 1:22:18
История прихода в банк началась с классической журналистской работы. Александр Винокуров , тогда ещё не медиамагнат, а успешный финансист, был фигурой харизматичной и яркой . На тот момент он состоял в браке с Натальей Синдеевой, и их пара была заметной частью московской светской и деловой жизни . Бершидский, будучи главным редактором журнала Smart Money, планировал взять у Винокурова интервью .
Однако бизнесмен использовал встречу как повод для хантинга. «Приходи, у меня к тебе разговор есть про работу», — процитировал Бершидский слова Винокурова . Журналист поначалу отказывался, настаивая на интервью, но после публикации текста Винокуров позвонил снова . Леонид признаётся, что ситуация была этически сложной: когда ты пишешь статью о человеке, зная, что он готовит для тебя заманчивое предложение, это «греет голову» и может влиять на объективность .
Мотивация перехода была во многом финансовой. Если зарплата руководителя ведущего делового издания тогда составляла около 10 000 евро , то в банке Бершидскому предложили «кратно больше» — десятки тысяч долларов в месяц . Эти деньги позволили ему закрыть ипотеку и купить дачу под Москвой , хотя, как иронично замечает гость, «деньги к нему не липнут» и на Лазурный берег он так и не заработал .
Консерваторы против визионеров: устройство «Кит Финанса» 1:22:44
«Кит Финанс» на тот момент входил в топ-30 крупнейших российских банков . При этом он выглядел аномалией: банк не принадлежал ни одной из известных олигархических групп . В совете директоров заседали весьма специфические персонажи — от «дагестанского аспиранта» до представителей петербургского «Метростроя» .
Внутри организации существовал глубокий культурный разрыв:
- С одной стороны — Александр Винокуров, визионер, склонный к экспериментам и «завиральным идеям» .
- С другой стороны — крайне консервативная операционная команда из Санкт-Петербурга, которую пугали любые инновации .
Бершидский, по его собственным словам, был приглашён как единомышленник и союзник Винокурова в строительстве «замков из песка» . Они пытались внедрять инновационные подходы в ипотечном бизнесе и рознице, но на реализацию всех идей часто не хватало ресурсов . Тем не менее, для Бершидского это стало редкой возможностью проверить свои теоретические знания о бизнесе, полученные в Калифорнии, на практике .
Крах банка и «школа стервятников» 1:27:45
Банковский опыт Бершидского закончился вместе с глобальным финансовым кризисом. «Кит Финанс» стал одним из самых громких банкротств 2008–2009 годов . Наблюдение за тем, как рушится структура такого масштаба, Леонид называет «бесценной школой», пройденной за чужой счёт .
Особенно запоминающимся стал период, когда «стервятники прилетели клевать труп» . Под стервятниками Бершидский подразумевает различных инвесторов и кредиторов («женихов Пенелопы»), которые пытались забрать остатки активов на выгодных для себя условиях . Несмотря на то, что банк фактически перестал существовать, Винокуров не объявил о личном банкротстве . Он потерял свою мажоритарную долю, которая обеспечивала ему место в списке Forbes , но сохранил амбиции и энергию для новых проектов.
Рождение «Слона» и «Дождя» на руинах фининститута 1:28:37
Спустя некоторое время после краха банка Винокуров снова позвонил Бершидскому с предложением «что-нибудь замутить» . На вопрос бизнесмена «Что ты умеешь?» Бершидский ответил просто: «СМИ умею делать» . Так появилось издание Slon.ru (ныне Republic), которое они буквально «слепили» вместе .
В этот же период Бершидский принял участие в запуске телеканала «Дождь» . Он выполнял функции первого временного главреда и занимался наймом новостной команды . Леонид вспоминает, что в «Дождь» были вложены огромные по тем временам средства — по оценкам Forbes, только на старте инвестиции составили около 30 миллионов долларов . Несмотря на финансовые потери от банкротства банка, у Винокурова всё ещё оставались средства для запуска масштабных медиапроектов, которые позже станут определяющими для российского рынка 2010-х.
После завершения этого этапа и работы в издательстве «Эксмо» , Бершидский примет решение покинуть Москву, чувствуя растущее давление цензуры и нежелание идти на компромиссы с властью, что приведёт его к украинскому этапу карьеры .
🇺🇦 Украинская громада и переезд в Берлин: журналистика на разломе эпох 1:40:46
Культурный код Forbes Ukraine: от коррупции до «громады»
Период работы Леонида Бершидского в Киеве стал важной вехой в его карьере, позволившей изнутри увидеть фундаментальные отличия украинского общества от российского. Запуск Forbes Ukraine проходил в условиях, когда вся государственная система была пропитана коррупцией на всех уровнях — от низового до высшего руководства страны . По воспоминаниям Бершидского, Украина времен Януковича напоминала «большой кусок коррупции», где даже юридические вопросы или получение дипломов могли решаться через фальсификации .
Однако за этим фасадом скрывалась уникальная особенность — мощная низовая самоорганизация, которую гость называет термином «громада» . Именно эта сеть взаимопомощи позже стала фундаментом для сотен Майдана, а в 2022 году — основой для невероятной устойчивости страны в начале полномасштабной войны . Леонид отмечает, что украинский воентех (MilTech) возник именно как горизонтальная инициатива:
- кустарные изготовители дронов наладили прямые связи с подразделениями ;
- возникли масштабные волонтерские сборы и сети поддержки ;
- сформировалась устойчивость к любым потрясениям — от войны до сумасшедших режимов .
Несмотря на профессиональный успех, Бершидский принял решение покинуть проект. Причины были как личными (разрыв с женой, которая не поехала в Киев, и тоска по младшей дочери), так и этическими . Леонид признается, что ему становилось «стыдно брать это бабло» — зарплата была слишком высокой, и он не чувствовал, что отрабатывает её в полной мере по сравнению с коллегами . После его ухода и покупки холдинга Курченко проект изменился, а современный Forbes Ukraine под руководством Владимира Федорина (ранее в интервью уже упоминался их совместный старт в «Ведомостях») выходит теперь только на украинском языке, в то время как версия Бершидского была полностью русскоязычной .
Крымский перелом и «имперская оптика» друзей
Вернувшись в Москву в 2013 году, Бершидский на время оказался в творческом поиске. В этот период он написал книгу «Ремесло», которую многие до сих пор ошибочно считают учебником журналистики, хотя сам автор называет её скорее «трактатом» о профессии . Окончательную точку в вопросе пребывания в России поставила аннексия Крыма в 2014 году .
К этому моменту Леонид уже несколько лет сотрудничал с агентством Bloomberg в качестве внештатного колумниста . События 2014 года вызвали у него не только чувство физического дискомфорта, но и глубокое разочарование в окружении. Он столкнулся с тем, что даже его близкие друзья и «хорошие знакомые» искренне радовались присоединению Крыма, транслируя то, что он называет «имперской оптикой» . Многие из тех людей, кто тогда рассуждал о «возвращении домой» русскоязычного региона, не смогли пережить уже события 2022 года и тоже оказались в эмиграции .
Решение об отъезде было принято после разговора с Дэвидом Шипли (David Shipley), руководителем Bloomberg Opinion. Леонид объяснил ему, что больше не может оставаться в Москве и чувствует угрозу . Реакция Шипли была ироничной: «Хочешь в Касабланку?» . Из-за серьезности момента Бершидский не сразу оценил шутку и начал объяснять, что у него дети и Касабланка не лучший вариант. Тогда Шипли предложил Берлин . Несмотря на полное отсутствие знания немецкого языка на тот момент, Леонид согласился и переехал в Германию, где живет по сей день .
В штате Bloomberg: как продать Россию западному читателю
С 2014 по 2019 год Бершидский работал штатным колумнистом Bloomberg . Этот опыт позволил ему стать «международно узнаваемым журналистом» — его имя знали пиарщики, к его мнению прислушивались серьезные люди, а Дональд Трамп даже репостил его колонки во время своего первого президентского срока .
Однако работа на глобальную аудиторию имела свою специфику. Леонид подтверждает тезис Елизаветы Осетинской о том, что западные медиа часто упрощают ситуацию в России ради кликов . Основные правила «продажи» текста западному читателю выглядели так:
- Фактор Путина: если не вставить имя Vladimir Putin в первый абзац, текст рискует остаться незамеченным .
- Борьба за внимание: американская аудитория зачастую зашорена и плохо интересуется тем, что происходит за пределами их штата .
- Упаковка смыслов: серьезные темы приходится «заворачивать» так, чтобы их купили люди, для которых Россия не является основным интересом .
Работа колумнистом в Bloomberg считалась «работой мечты» с очень высоким доходом, который в кризис 2014 года из-за валютных скачков мог превышать миллион рублей в месяц . Тем не менее, Леонид со временем отошел от регулярного написания колонок, сосредоточившись на литературе. Он отмечает, что после ухода из штата его доход даже вырос, а возможность заниматься книгами стала для него критически важной формой самовыражения в условиях, когда публичное высказывание в журналистике часто начинает «звучать фальшиво» [1:50:44, 1:58:10]. (Позже в беседе они затронут темы его новых романов и философского восприятия эмиграции).
🏁 На полшага впереди: о «немецкости», Кафке и будущем без стран 2:05:40
В финале большого разговора Леонид Бершидский подводит итоги не только своей карьеры, но и личной трансформации. Журналист, стоявший у истоков ключевых деловых медиа России, сегодня окончательно определяет себя как человека иной культуры, размышляя о том, что позволяет живому автору сохранять конкурентоспособность в эпоху алгоритмов и почему мир без границ — это единственная работающая утопия.
Человеческий фактор и «посмертная» ассимиляция 2:05:53
Размышляя о глобальных процессах, Бершидский подчеркивает: мир остается человеческим, даже если внешне он выглядит как «робот, торгующий с роботом» . Любые системы нуждаются во вторжении из реального мира и в больших идеях, которые может сформулировать только живой разум . По мнению медиаменеджера, человек просто не может «органично выписаться» из истории, даже если технологии пытаются его вытеснить .
Этот антропоцентричный взгляд на мир тесно связан с личным опытом Бершидского. Вспоминая период работы в «Ведомостях» (о котором подробно шла речь в первой главе), Леонид признает свой тогдашний стиль управления «авторитарным и жестким» . Оглядываясь назад, он отмечает:
- Сегодня он бы действовал иначе, но тогда, в 27 лет, молодым и амбициозным руководителем двигала жажда самоутверждения .
- Авторитарность была продиктована дефицитом ресурсов: нужно было выжимать максимум из маленькой команды .
- Это не было насилием ради насилия, а скорее попыткой заставить людей делать то, что они и сами хотели, но с десятикратной интенсивностью .
Нынешний Бершидский далек от корпоративного диктата. Он полностью ассимилировался в Европе, называя себя «местным» и «немцем» . На вопрос Елизаветы Осетинской о том, что должно произойти для его возвращения в Россию, он отвечает категорично: «Уже ничего» . Эмиграция для него стала своего рода переходом в иное состояние, где старые споры (например, из-за денег или трактовок текстов) теряют смысл . Он даже не всегда может вспомнить, на каких позициях стоял в многочисленных медийных «срачах» прошлого .
Искусственный интеллект против автора: гонка на полшага 2:11:18
Одной из центральных тем финала стала конкуренция между человеческим талантом и нейросетями. Леонид Бершидский, который давно использует английский как основной язык для творчества , уверен, что ИИ уже сегодня способен имитировать его стиль . Однако между подражанием и созиданием лежит пропасть.
«Искусственный интеллект может писать как я, подражая мне, но он не может писать так, как я пишу, когда я пишу заново», — формулирует свою позицию журналист . Его стратегия выживания в профессии проста: всегда оставаться на полшага впереди машины за счет непредсказуемости и поиска новых форм .
В качестве примера непостижимости творческого процесса Бершидский приводит опыт работы с черновиками Франца Кафки . Переводя роман «Процесс», Леонид изучал немецкие научные издания, где рукописи были разобраны по тетрадкам . Он обнаружил удивительную деталь: Кафка, писавший весь роман в третьем лице от лица Йозефа К., на самой последней странице внезапно «сбился» на первое лицо . Этот глубоко человеческий, возможно, неосознанный слом дистанции между автором и героем — именно то, что невозможно алгоритмизировать. Бершидский считает «Процесс» книгой, которую обязан прочитать каждый .
Мир без стран и право на свободу 2:12:33
Завершая интервью, Леонид Бершидский делится своим видением идеального мироустройства. Его позиция радикальна и гуманистична одновременно: он хотел бы изменить мир так, чтобы в нем не существовало стран . По мнению писателя, именно государственные границы являются источником «всего зла», и в этом убеждении он солидарен с Джоном Ленноном .
В этом глобальном мире без границ ключевой ценностью остается свобода слова. Бершидский уверен, что она не просто возможна, но и осуществима во все стороны — он сам пользуется этим правом в полной мере . Несмотря на прошлые профессиональные ошибки, такие как публикация текста о Винокурове, о которой он жалеет , Леонид выступает против закрытия каких-либо изданий цензурным путем . Его манифест — «пусть расцветают все цветы», а любые споры должны решаться в поле дискуссии, а не запретов .
