В новом выпуске подкаста Forward Guidance ведущий Тайлер Невилл и политический философ Майкл Миллерман обсуждают тектонические сдвиги в глобальной политической философии и их влияние на макроэкономику. В центре дискуссии — переосмысление знаменитого эссе Питера Тиля «Штрауссианский момент», крах либерального консенсуса и неизбежный переход к многополярному миру. Собеседники исследуют, как идеи Джона Локка, Лео Штрауса, Карла Шмитта и Александра Дугина помогают понять природу современных геополитических конфликтов и почему Биткоин идеально вписывается в формирующуюся мировую архитектуру.
🎭 Эссе Питера Тиля и конец эпохи беззаботности 5:07
Ведущий подкаста Forward Guidance Тайлер Невилл начинает беседу с метафоричной истории о двух молодых рыбах, которые не знают, что такое вода, подчеркивая, что самые очевидные и важные аспекты реальности зачастую труднее всего заметить. По мнению Невилла, политическая философия представляет собой «нули и единицы» инвестирования, без понимания которых можно пропустить важнейшие исторические переломы. Современный инвестиционный анализ, как полагает ведущий, превратился в конвейер монотонного мышления и полностью упускает из виду масштабные структурные сдвиги.
В качестве отправной точки дискуссии собеседники выбирают эссе инвестора Питера Тиля «Штрауссианский момент», написанное в 2004 году. Как отмечает Майкл Миллерман, Тиль всегда мастерски сочетал политический анализ с теологическими, религиозными и даже мистическими категориями. Само эссе представляет собой глубокое переосмысление всей эпохи модерна через призму безопасности и идеологии.
Миллерман объясняет ключевые тезисы эссе Тиля следующим образом:
- Террористические акты 11 сентября 2001 года стали шоком для Запада, поскольку напомнили о существовании регионов, где религия и вера важнее материального благополучия.
- Западное общество, по мнению Тиля, долгое время строилось на стремлении уйти от фундаментальных экзистенциальных дебатов ради избежания насилия.
- Ради мира западная цивилизация оттеснила на периферию вопросы о природе человека и божественного, заменив их концепцией комфортного самосохранения.
Как заявляет Миллерман, западный человек фактически отказался жертвовать собой ради политического сообщества или церкви, выбрав вместо этого свободное, рациональное существование и погоню за материальными благами.
📜 От Джона Локка к Карлу Шмитту: переосмысление либерального договора 8:22
Майкл Миллерман указывает, что, согласно анализу Тиля, базой американской республиканской системы и всего западного политического проекта послужила философия Джона Локка. По словам исследователя, Локк заставил западный разум отказаться от поиска ответов на «большие вопросы», тонко подменив их понятиями индивидуальных прав, частной собственности и стремления к счастью, которое превратилось в синоним потребления.
Однако эта локкианская модель, по мнению участников дискуссии, столкнулась с серьезными вызовами. Тиль утверждает, что Локку пришлось пойти на определенные искажения в описании экономики, скрывая насилие, лежащее в основе распределения материальных ресурсов. В качестве примера Миллерман приводит недемократические режимы, чье колоссальное богатство основано исключительно на обнаружении запасов нефти, что позволяет им атаковать Запад вне рамок локкианской рациональной логики.
Эта уязвимость возвращает исследователей к философии Карла Шмитта. Миллерман напоминает, что Шмитт в своей книге «Понятие политического» определял политику через фундаментальное разделение на «друзей» и «врагов». По мнению немецкого мыслителя, в отличие от экономики (выгода/убыток) или морали (добро/зло), политика — это сфера потенциального вооруженного столкновения экзистенциальных групп, защищающих свой образ жизни.
В рамках этой концепции собеседники выделяют несколько важных феноменов:
- Попытка подавить политическое разделение приводит к скрытому лицемерию, когда борьба с врагами ведется под лозунгом «антифашизма», где несогласные все равно жестко сегрегируются.
- Шмитт предупреждал, что ведение войны во имя всего «человечества» лишает противника человеческого статуса, делая конфликты еще более жестокими и катастрофическими.
- Индустрия развлечений стала кульминацией ухода от реальной политики, заменив реальные подвиги и мысли симулякрами: жестокими видеоиграми, аттракционами и мыльными операми.
Как резюмирует ведущий, современная западная культура погрузилась в состояние нигилизма, где люди фактически «развлекают себя до смерти», пытаясь спрятаться от экзистенциальных угроз мироздания.
🤫 Лео Штраус и Рене Жирар: тайные механизмы власти 16:48
Когда либеральный миропорядок сталкивается с тупиком, на сцену выходят идеи Лео Штрауса. Миллерман подчеркивает, что для Штрауса важнейшее значение имела сфера государственных тайн и скрытых механизмов управления. Прозрачность, с точки зрения штрауссианства, не является главной добродетелью политики; напротив, разумно организованная секретность позволяет эффективно действовать за кулисами. Правители и основатели систем всегда имеют одну ногу внутри закона, а другую — вне его, обладая степенью свободы, недоступной обывателям.
Питер Тиль в своем эссе предлагает радикальную альтернативу публичной дипломатии. Вместо Организации Объединенных Наций с ее бесконечными парламентскими дебатами, которые Тиль иронично сравнивает с рассказами шекспировских «идиотов», он призывает рассматривать систему электронной разведки Echelon как подлинный и эффективный инструмент поддержания глобального мира Pax Americana. Собеседники сходятся во мнении, что именно эта непубличная деятельность спецслужб позволяла либеральной системе удерживать доминирование на протяжении последних двадцати лет.
Миллерман противопоставляет взгляды Лео Штрауса и антрополога Рене Жирара на исторический процесс:
- Штраус полагал, что разрыв между «невежественным большинством» (the vulgar) и «знающим меньшинством» (the wise) непреодолим, и подлинная природа политики всегда останется привилегией избранных.
- Жирар, напротив, считал, что тайные механизмы политики — в частности, теория козла отпущения и миметический конфликт — со временем неизбежно раскрываются и теряют свою сакральную силу.
- По мнению Жирара, христианство исторически разоблачило этот механизм жертвенного насилия, показав невиновность жертвы и сделав скрытые пружины политики явными для всего человечества.
Таким образом, ключевое различие между двумя философами, как отмечает Миллерман, заключается в понимании истории: у Жирара она ведет к постепенному осознанию скрытого насилия, тогда как у Штрауса тайное знание требует вечной конспирации.
🌪️ Политический слом и феномен Дональда Трампа 23:04
Тайлер Невилл напоминает недавнее высказывание Питера Тиля о том, что банкротство либерализма происходило по классической схеме Хемингуэя — «постепенно, а затем внезапно». По мнению Тиля, либеральный миропорядок существовал последние двадцать лет в режиме «зомби», но сегодня эпоха прогрессивного культа, зародившаяся в университетах, окончательно завершилась.
Анализируя текущие события в США через призму философии Жирара, Майкл Миллерман выдвигает гипотезу о том, что либеральный истеблишмент долгое время пытался сделать Дональда Трампа главным «козлом отпущения», возлагая на него вину за все проблемы американской политики и популизма. Однако покушения на жизнь политика полностью изменили сакральный контекст.
По словам Миллермана, после неудавшегося убийства Трамп приобрел в глазах общества статус лидера, обладающего «мандатом неба». Философ отмечает, что именно этот мифический перелом побудил Илона Маска открыто поддержать Трампа, что коренным образом изменило траекторию американской избирательной кампании и запустило процесс переформатирования государства.
🗺️ Александр Дугин и Четвёртая политическая теория 30:42
Важной частью дискуссии становится обсуждение идей российского философа Александра Дугина. Миллерман, переводивший труды Дугина на английский язык, подчеркивает, что его аналитические модели заслуживают пристального внимания вне зависимости от политического отношения к его фигуре. Крупные частные инвесторы уже около десяти лет используют тексты Дугина для понимания глобальных структурных сдвигов, пока академическая среда игнорирует эти процессы.
Суть предложенной Дугиным концепции Миллерман сводит к нескольким пунктам:
- XX век был ареной борьбы трех идеологий — либерализма, коммунизма и фашизма. После поражения соперников либерализм остался единственным доминирующим учением.
- Оставшись без внешних оппонентов, либерализм начал разрушать коллективные идентичности — сначала национальные и религиозные, а затем гендерные и общечеловеческие, переходя к трансгуманизму.
- «Четвертая политическая теория» призвана создать интеллектуальное пространство для тех, кто отвергает либерализм, но не желает возвращаться к тоталитарным практикам прошлого.
Дугин активно продвигает концепцию многополярного мира, состоящего из суверенных цивилизационных блоков. Интересно, что Питер Тиль также выражает глубокую обеспокоенность угрозой создания единого Мирового правительства, призванного решать глобальные проблемы авторитарными методами. Миллерман подчеркивает, что любой аналитик, использовавший цивилизационную оптику в последнее десятилетие, не был удивлен ни конфликтом между Россией и Украиной, ни формированием устойчивой оси Россия — Китай.
🪙 Биткоин как суверенный ответ новому миропорядку 37:34
Ведущий Тайлер Невилл связывает идею геополитической многополярности с процессами децентрализации в финансовой сфере. По его мнению, Биткоин идеально подходит на роль глобального резервного актива в новой системе, где традиционные институты теряют доверие.
В качестве яркого примера суверенного поведения в экономике собеседники рассматривают Сальвадор. Президент страны Найиб Букеле открыто демонстрирует доходы от биткоин-активов государственной казны. Миллерман убежден, что переход Сальвадора на Биткоин-стандарт напрямую связан с его внутренней и внешней политикой:
- Это проявление подлинного государственного суверенитета и отказ от правил институтов, контролируемых глобалистскими структурами.
- Экономическая независимость подкрепляется радикальной внутренней политикой, жестким подавлением преступности и массовым тюремным заключением членов банд.
Миллерман напоминает, что Питер Тиль писал предисловие к переизданию пророческой книги «Суверенный индивид» (The Sovereign Individual). В этой системе координат Биткоин выступает как инструмент защиты личных ресурсов от избыточного контроля со стороны увядающих государств-монополистов. Многие ученики Миллермана сочетают изучение философии суверенитета Джорджо Агамбена с практическим инвестированием в криптовалюту, видя в этом единый исторический процесс освобождения от надзора регуляторов,.
🏛️ Переход к «Первому повороту»: новые институты и инфраструктура 53:44
В завершение беседы Тайлер Невилл обращается к социологической теории «Четвертого превращения» Нила Хау. По его мнению, мир преодолел кризисную фазу деструкции и вступает в эпоху «Первого превращения» (First Turning), которая характеризуется строительством новых, более эффективных и жизнеспособных институтов.
Среди таких признаков обновления Невилл выделяет:
- Создание Департамента эффективности правительства США (DOGE), призванного разрушить старую бюрократическую и регуляторную систему.
- Радикальное снижение регуляторного бремени («красной ленты»), мешавшего масштабным технологическим проектам.
- Новый виток развития ядерной энергетики, которая долгие годы находилась под жестким давлением из-за фобий прошлого.
По мнению Невилла, понимание глубоких тектонических сдвигов в политической философии освобождает колоссальный потенциал для выстраивания долгосрочных и успешных инвестиционных стратегий, позволяя видеть возможности там, где консервативные аналитики видят лишь хаос.
