Семь из десяти самых быстрых спринтеров в истории попадались на допинге, а почти половина действующих олимпийцев тайно нарушают правила. Проект Enhanced Games предлагает прекратить системное лицемерие и легализовать научный апгрейд тела, превратив спорт в технологическую витрину эволюции человечества. Финансируемая венчурными миллиардерами альтернатива Олимпиаде бросает радикальный вызов не только спортивным монополиям, но и консервативной медицине, запрещающей улучшение здоровых людей.
🚀 Новая парадигма спорта: Рождение Enhanced Games 0:15
Идея и концепция Enhanced Games 0:15
История альтернативных Игр началась с глубокого анализа кризиса современного спортивного движения. Президент и основатель Enhanced Games Арон Д’Суза рассказывает, что изучал олимпийское движение всю свою жизнь. Главным толчком к созданию совершенно нового формата стали шокирующие статистические данные: согласно исследованиям, проведенным по заказу Всемирного антидопингового агентства (WADA), около 44% олимпийцев анонимно признались в использовании запрещенных препаратов за последний год. Ведущий подкаста Джо Роган иронично замечает, что остальные 56%, скорее всего, либо лгут, либо проигрывают на фоне улучшенных соперников.
Ранее в разговоре собеседники упоминали финансовую эксплуатацию атлетов на Олимпиаде, указывая, что средний американский олимпиец зарабатывает всего 30 000 долларов в год, пока чиновники осваивают миллиардные бюджеты.
Вместо попыток реформировать глубоко коррумпированную старую систему, создатели проекта решили начать с чистого листа и изобрести «Третью Олимпиаду». Главная концепция Enhanced Games заключается в создании открытых соревнований без допинг-контроля, призванных продемонстрировать пиковые возможности человеческого тела под строгим и высокотехнологичным медицинским наблюдением. Кристиан Ангермайер подчеркивает, что проект принципиально аполитичен: эпоха национализма в спорте прошла, а концепция соперничества между государствами окончательно устарела, уступив место состязанию конкретных людей за звание быстрейшего или сильнейшего на планете.
Арон Д’Суза сравнивает Enhanced Games с космической программой прошлого века: «Мы строим миссию "Аполлон" для XXI века». По его задумке, проект покажет, на что способен человеческий вид, использующий передовую науку и технологии для преодоления своих естественных эволюционных лимитов. Огромный интерес к этой идее подтверждается практикой: совместно со знаменитым режиссером Ридли Скоттом организаторы объявили масштабный кастинг для документального фильма об Играх, на который откликнулись более 1000 профессиональных спортсменов, включая действующих участников летних Олимпийских игр.
Программа соревнований будет сфокусирована на пяти ключевых направлениях:
- легкая атлетика,
- плавание,
- единоборства (включая бокс и ММА),
- гимнастика,
- силовые дисциплины.
Около 15% заявок на участие поступило именно от бойцов смешанных единоборств, включая бывших атлетов UFC, для которых это уникальный шанс вернуть физические кондиции своей молодости. При этом участие открыто и для «чистых» атлетов, уверенных, что они выиграли генетическую лотерею и способны победить улучшенных соперников за счет природных данных.
Ранее в разговоре они также вскользь затронули экономику подбора дисциплин и децентрализацию, упомянув крупные призовые выплаты в миллион долларов за каждый побитый мировой рекорд.
Системный допинг и наследие «Икаруса» 3:34
Обсуждение скрытой реальности современного спорта неизбежно вывело собеседников на тему системных государственных махинаций. Джо Роган напоминает о знаменитом документальном фильме Брайана Фогеля «Икарус», который наглядно обнажил изнанку Олимпийских игр в Сочи. Беспрецедентная история Григория Родченкова, сбежавшего из России и попавшего под федеральную программу защиты свидетелей из-за раскрытия масштабной государственной системы допинга, доказывает: запрещенные вещества давно стали неотъемлемой частью больших достижений.
Реальность такова, что стимуляторы и гормоны окружают нас повсюду. По статистике, 6,3% мужчин в западном мире использовали анаболические стероиды в какой-то момент своей жизни, а 75% постоянных посетителей тренажерных залов открыто заинтересованы в их применении. Enhanced Games предлагает вывести этот процесс из криминального подполья под официальный клинический надзор ради безопасности самих атлетов.
Арон Д’Суза призывает четко разделять понятия «законно» и «запрещено правилами частных ассоциаций». Большинство веществ из списка ВАДА — такие как гормонозаместительная терапия (ГЗТ), пептиды или ДHEA — являются абсолютно легальными медицинскими препаратами, одобренными FDA. Джо Роган приводит в пример бойца UFC Халила Раунтри, которого отстранили от важнейшего поединка из-за случайного употребления спортивной добавки с примесью ДHEA, купленной в обычном магазине GNC, хотя около 25% товаров на полках таких торговых сетей содержат компоненты, формально запрещенные спортивными агентствами.
Системный обход правил и сокрытие фактов со стороны целых государств остаются международной нормой. Собеседники вспоминают громкий скандал с 23 китайскими пловцами, у которых перед Олимпиадой в Токио обнаружили запрещенный кардиопрепарат триметазидин. ВАДА под давлением китайских властей попросту замяло этот инцидент, позволив спортсменам выиграть шесть медалей, включая три золотые, о чем открыто заявил глава Антидопингового агентства США (USADA) Трэвис Тайгарт.
Подобное лицемерие пронизывает спорт высших достижений на протяжении десятилетий:
- В велогонке «Тур де Франс» после дисквалификации Лэнса Армстронга первым гонщиком, никогда не имевшим проблем с тестами на допинг, оказался спортсмен, занявший лишь 18-е место.
- Среди десяти самых быстрых бегунов на 100 метров в истории семеро имели официальные допинговые нарушения, и единственным чистым атлетом в топ-5 остается Усэйн Болт.
Олимпийское тестирование превратилось в обычный «тест на интеллект», проверяющий лишь знание периодов полувыведения препаратов и умение использовать маскирующие агенты вроде капельниц. Опыт применения допинга легендами прошлого, такими как Бен Джонсон, Карл Льюис и Брюс Дженнер, доказывает историческую фикцию «чистого» спорта.
Исторические прецеденты показывают, что зрители всегда хотели видеть бескомпромиссное зрелище. В культовой японской лиге Pride FC контракты бойцов прямо гласили заглавными буквами: «МЫ НЕ ТЕСТИРУЕМ НА СТЕРОИДЫ», благодаря чему участники выглядели настоящими супергероями. При этом сама структура Международного олимпийского комитета полностью лишена прозрачности. Как объясняет Д’Суза, МОК — это закрытый «клуб европейских аристократов», созданный в 1896 году, который сам выбирает своих членов, не контролируется ни одним правительством мира и уходит от финансовой ответственности перед спортсменами.
Ранее в разговоре они мимоходом касались темы замены карательного допинг-контроля мониторингом здоровья ради безопасности атлетов.
🧬 Научный подход к улучшению возможностей человека 27:13
Арон Д’Суза и Кристиан Ангермайер подчеркивают, что ключевой проблемой нынешней индустрии «улучшения» физических и ментальных показателей является её подпольный характер. Большинство спортсменов сегодня опираются на «бро-науку» с интернет-форумов или советы неквалифицированных тренеров из соцсетей. Чтобы легитимизировать Enhanced Games, основатели делают ставку на строгий научный процесс: сбор клинических данных и публикацию результатов в ведущих рецензируемых журналах.
Научный совет Игр включает экспертов международного уровня, ранее работавших с FIFA, а также генетика из Гарварда, профессора Джорджа Чёрча. Создание такого медицинского института необходимо для того, чтобы превратить соревнования в серьезное начинание, опирающееся на доказательную медицину, а не на догадки.
💉 Уроки прошлого: Гормональная терапия в ММА 25:18
Опыт использования тестостероновых исключений (TRT) в UFC начала 2000-х годов служит наглядным уроком радикального влияния гормональной терапии на ветеранов спорта. Джо Роган приводит в пример Витора Белфорта: в период разрешения TRT он выглядел «как пришелец» и демонстрировал феноменальную мощь, несмотря на возраст. Однако последствия оказались разрушительными: после отмены исключений и прекращения терапии эндокринная система атлета была подорвана, а мышечная масса и выносливость исчезли в течение нескольких лет. Это подчеркивает острую необходимость в профессиональном медицинском контроле, которого не было в ту эпоху.
🛡 Безопасность и этика: Бои без ограничений 29:30
Дискуссия о допинге в единоборствах часто упирается в страх: не сделает ли «улучшение» бойцов более опасными для оппонентов? Арон Д’Суза отмечает, что это зачастую подмена понятий. Если мы принимаем существование бокса или «Пауэр Слэп», значит, мы изначально соглашаемся с риском травматизма. При этом существует аргумент в пользу безопасности: улучшенные атлеты быстрее восстанавливаются после тренировок и полученного в бою урона. Для атлетов старше 30 лет снижение времени на восстановление становится критическим фактором, позволяющим продлить карьеру и тренироваться на пике возможностей.
⚖️ Юридические барьеры: Доклад Флекснера и медицина «болезней» 35:50
Кристиан Ангермайер указывает на фундаментальную проблему современного здравоохранения, заложенную еще в 1920-х годах после доклада профессора Альберта Флекснера. Тогда медицина была законодательно ограничена лечением патологий — «деланием больных людей менее больными». С тех пор врач юридически не может помочь здоровому 39-летнему человеку стать «экстраординарным». Ангермайер призывает к изменению этого подхода, аргументируя это тем, что запрет на использование стероидов (например, анавара) у пожилых людей при лечении саркопении и остеопороза — это неоправданная стигма, лишающая миллионы людей качества жизни.
🧠 Психоделический ренессанс и шкала вреда 39:20
Основываясь на работах профессора Дэвида Натта из Великобритании, Ангермайер выступает за пересмотр отношения к психоактивным веществам через объективную «шкалу риска». Исследование, опубликованное в журнале The Lancet, показывает, что алкоголь и героин занимают верхние строчки по общественному и индивидуальному вреду, в то время как психоделики демонстрируют значительно меньшие риски.
Ранее в разговоре они касались темы «Икаруса» и системного допинга.
Для Ангермайера психоделики стали инструментом исцеления, а не развлечения. Инвестиции в компании типа Compass Pathways и Atai Life Sciences направлены на то, чтобы легализовать их медицинское использование через клинические данные, как это делается с любыми другими препаратами. Несмотря на недавние сложности с одобрением MDMA FDA, он считает, что путь к легализации лежит через строгую научную методологию и преодоление «пузыря» непонимания, в котором находится большая часть общества.
🧠 Эволюция восприятия: от древних культов к экономике будущего 50:25
🏛️ Психоделики и каннабис: от ритуалов к биохакингу 50:25
Разговор о расширении человеческих возможностей неизбежно затрагивает тему веществ, изменяющих сознание. Кристиан Ангермайер обращает внимание на то, что исторически психоделики никогда не были продуктом массового потребления. В древних культах, таких как Элевсинские мистерии или культ Осириса, их использование жестко контролировалось шаманами и ограничивалось всего одним-двумя разами в год. Нарушение этого фреймворка и вынос священного напитка «кикеон» (природного аналога ЛСД) за пределы мистерий карались смертной казнью. Древние видели в этом строго контролируемый инструмент просветления, требующий жесткой терапевтической рамки, что созвучно современным идеям медицинской психоделии.
Джо Роган, со своей стороны, защищает идею телесной автономии и отмечает высокую эффективность микродозинга псилоцибина и ЛСД. Он также призывает не исключать марихуану из категории психоделиков, указывая на особый механизм ее метаболизма при употреблении в пищу. Попадая в печень, ТГК превращается в метаболит 11-гидрокси-ТГК, который в пять раза более психоактивен, чем обычный ТГК. В высоких дозах еда с каннабисом способна вызывать мощнейшие психоделические переживания, сопоставимые с псилоцибином, особенно в условиях сенсорной депривации в изоляционной капсуле. Тем не менее, Джо Роган признает риски: регулярное употребление высоких доз каннабиса может спровоцировать шизофрению у людей с хрупкой психикой или семейной предрасположенностью.
Собеседники сходятся на важности чистой научной базы, которая позволила бы убедить консервативное общество. Кристиан Ангермайер упоминает исследования Чикагского университета, которые на больших выборках не смогли подтвердить анекдотичные заявления о росте креативности при микродозинге, и предостерегает от опасных комбинаций веществ, таких как одновременный прием алкоголя, кокаина и грибов. В качестве исторического примера стигматизации они вспоминают креатин: после Олимпиады 1992 года в Барселоне пресса называла его «новым суперстероидом», а регбийные федерации Ирландии и Франции его запрещали. Сегодня же креатин воспринимается как абсолютно безопасная и повседневная добавка.
👟 Мифология брендов и венчурный капитал Питера Тиля 1:03:04
Арон Д’Суза раскрыл долгосрочную стратегию развития Enhanced Games, подчеркнув, что это проект на целое столетие вперед. Игры уже привлекли миллионы долларов от крупнейших венчурных капиталистов мира, включая Питера Тиля (Peter Thiel) и Баладжи Шринивасана. Финансовая подушка позволяет организаторам полностью обеспечивать проведение соревнований в течение как минимум трех лет даже в условиях гипотетического отсутствия доходов от продажи медиаправ, спонсорства или билетов.
Несмотря на первоначальные опасения, что проект сочтут слишком скандальным, крупные спортивные бренды сами начали выходить на связь с организаторами. Джо Роган описывает этот феномен через призму разрушения корпоративных мифов. Например, вся рыночная мифология компании Nike строится на утверждении, что их обувь носят самые быстрые люди на планете. Когда на Enhanced Games будут побиты все существующие мировые рекорды, и атлеты сделают это не в Nike, а в экипировке компаний-челленджеров, это нанесет сокрушительный удар по стомиллиардному бренду.
🏟️ Экономика подбора дисциплин и децентрализация Игр 1:03:31
Главный экономический порок традиционной Олимпиады заключается в колоссальной инфраструктурной расточительности: проведение Игр обходится городам-организаторам в сумму от 30 до 100 миллиардов долларов, а построенные стадионы выбрасываются за ненадобностью через две недели. Стратегия Enhanced Games коренным образом отличается от этой модели:
- Сокращение количества дисциплин до пяти базовых видов спорта с максимальным охватом на телевидении и в социальных сетях.
- Полный отказ от концепции одного города-хозяина, требующего строительства олимпийских деревень.
- Распределение соревнований по миру: плавание может пройти в Сиднее, легкая атлетика — в Лос-Анджелесе, а тяжелоатлетический блок — в Лас-Вегасе.
Поскольку 99,9% зрителей потребляют спортивный контент через экраны телевизоров и смартфонов, децентрализация на базе магии телевидения позволяет свести издержки к минимуму и сделать проект высокоприбыльным. Первые Игры запланированы на конец 2025 года.
💰 Финансовая эксплуатация атлетов на Олимпиаде 1:07:46
В то время как права на телетрансляции Олимпийских игр оцениваются в 4 миллиарда долларов за игры, сами спортсмены годами подвергались жесткой финансовой эксплуатации со стороны Международного олимпийского комитета. Арон Д’Суза приводит в пример американские студенческие лиги (NIL), где 18-летние баскетболисты ездят на Lamborghini, пока олимпийцы остаются финансово ущемленными.
Enhanced Games намерены в корне изменить эту несправедливую экономическую систему. Игры уже заставили спортивных чиновников реагировать: глава World Athletics Себастьян Коу объявил о выплате 50 000 долларов за золотую медаль на Олимпиаде в Париже, что медиа напрямую связывают с давлением со стороны команды Д’Сузы. На самих Enhanced Games за каждый побитый мировой рекорд атлету будет выплачиваться гарантированный 1 миллион долларов, а базовая компенсация составит около 100 тысяч долларов. Такая бизнес-модель открывает новые горизонты для спонсорства: вместо традиционного продвижения фастфуда, алкоголя и гемблинга, Игры предлагают научно-оптимистичный взгляд на мир, привлекательный для крупнейших фармацевтических гигантов.
🧪 Оземпик и коммерциализация препаратов долголетия 1:12:17
Индустрия улучшения человеческого тела (enhancement) уже сейчас демонстрирует невероятный финансовый потенциал, затмевающий даже бум искусственного интеллекта. Арон Д’Суза отмечает, что совокупная стоимость всех ИИ-стартапов, включая OpenAI, составляет около 200 миллиардов долларов. В то же время препараты класса ГПП-1 (Оземпик и аналоги) добавили 1 триллион долларов к рыночной капитализации таких компаний, как Novo Nordisk и Eli Lilly. Всего один класс препаратов для улучшения качества жизни оказался в 5 раз ценнее всей индустрии генеративного ИИ.
Кристиан Ангермайер, сам принимающий Мунджаро (Monjaro) как средство «аутсорсинга discipline», указывает на тектонический сдвиг в мышлении генеральных директоров фармкомпаний. В США Оземпик и другие ГПП-1 агонисты выписываются офф-лейбл (не по прямому медицинскому назначению) в 83% случаев. Люди используют их не для лечения диабета, а ради эстетических целей, коррекции веса и улучшения внешности. Это в корне меняет парадигму: индустрия переходит от концепции «лечения уже нанесенного ущерба» к поддержанию здоровья, продлению активной жизни и осознанному улучшению человеческого организма.
🧬 Технологический апгрейд человека: от излечения старения до «чистого» допинга 1:15:17
Старение как излечимая болезнь и вызов эпохи ИИ 1:15:17
Современная медицина застряла в парадигме лечения симптомов, вместо того чтобы переосмыслить биологические рамки человеческого существования. Кристиан Ангермайер (Christian Angermayer) отмечает, что старение до сих пор официально не признано болезнью, из-за чего врачи юридически не могут выписывать препараты против него. В качестве исторического прецедента он приводит остеопороз: до 1997 года его считали просто естественной, неизбежной частью увядания организма. По мнению инвестора, обществу необходима фундаментальная революция восприятия. Цель медицины должна сместиться от банального «сделать больных чуть менее больными» к радикальному улучшению качества жизни каждого человека, чтобы расширить грани человеческих возможностей.
Этот апгрейд — не просто каприз, а экзистенциальная необходимость в XXI веке. Живя в эпоху стремительного развития искусственного интеллекта, когда машины совершенствуются экспоненциально, человечество обязано улучшать собственную биологию, чтобы оставаться конкурентоспособным. В качестве позитивного тренда Джо Роган (Joe Rogan) указывает на коммерческий успех препаратов вроде Оземпика, которые люди используют офф-лейбл ради улучшения внешнего вида, что открывает дорогу для легального применения других улучшающих субстанций в будущем (ранее в разговоре собеседники уже затрагивали коммерциализацию препаратов долголетия).
Арон Д’Суза (Aron D'Souza) убежден, что когда на первых Enhanced Games атлеты начнут массово бить мировые рекорды, страх перед неизвестным исчезнет. По оценкам его научной команды, открытый доступ к фармакологии добавит около 5% к результативности спортсменов. Однако успех Игр будет обусловлен не только химией, но и устранением финансовой эксплуатации атлетов, которой они подвергаются на классической Олимпиаде (ранее в разговоре они касались этой темы). Вместо работы в фастфуде ради выживания, спортсмены получат достойные контракты и люксовые условия проживания вместо спартанских и шумных картонных кроватей в Олимпийской деревне.
Секретное оружие за пределами стадионов: бета-блокаторы в искусстве и киберспорте 1:21:27
Обсуждение допинга традиционно ассоциируется с тяжелой атлетикой или спринтом, однако реальное использование улучшающих препаратов в обществе развито гораздо шире и тоньше. Арон Д’Суза (Aron D'Souza) раскрывает малоизвестный факт: около 75% профессиональных оркестровых музыкантов регулярно используют бета-блокаторы. Эти препараты официально запрещены Всемирным антидопинговым кодексом на спортивных соревнованиях, но в мире академической музыки они применяются массово. Бета-блокаторы позволяют стабилизировать руки, убрать тремор и подавить панический сценический стресс, помогая исполнителям сохранять предельную концентрацию.
Джо Роган (Joe Rogan), вспоминая свой личный опыт выступлений на гигантских аренах вроде Мэдисон-сквер-гарден, соглашается, что уровень стресса перед огромной аудиторией колоссален. Как выясняется, бета-блокаторы давно стали незаменимым средством повышения эффективности не только за дирижерским пультом, но и среди киберспортсменов. В гейминге они помогают сохранять хладнокровие в критических игровых ситуациях. В традиционном спорте жесткий контроль за ними ведется лишь в узких дисциплинах, требующих идеальной точности, например, в стрельбе из лука. При этом использование этих веществ в культуре постепенно нормализуется — так, концертмейстер оркестра Чаттануги открыто заявляет в прессе о своей многолетней практике их приема. Собеседники сходятся во мнении, что право на телесную автономию должно позволять взрослым информированным людям самостоятельно выбирать препараты из чистых фармацевтических источников, вместо того чтобы криминализировать спрос и обогащать черные рынки.
Ирония Олимпиады: спортивный маркетинг на службе фастфуда и сахара 1:25:26
Настоящим парадоксом современной массовой культуры является то, что пока спортивные чиновники ведут показательную войну против стероидов, общество игнорирует самые разрушительные и аддиктивные субстанции — переработанную пищу и сахар. Кристиан Ангермайер (Christian Angermayer) подчеркивает глубокую иронию: главными спонсорами сборной США на Олимпийских играх выступают корпорации Kelloggs, McDonald's и Coca-Cola. Весь свой мировой успех и величие брендов эти гиганты построили именно на агрессивном спортивном маркетинге, продвигая самые опасные для детского здоровья продукты через образы идеальных атлетов.
Ситуация усугубляется системным кризисом доверия к официальным институтам здравоохранения. Сегодня общественности стали доступны архивы, доказывающие, что в свое время сахарная индустрия напрямую подкупала ученых, заставляя их фальсифицировать данные и лгать об исключительной опасности насыщенных жиров, целенаправленно выгораживая сахар. В результате миллионы людей десятилетиями ориентировались на ошибочную «пищевую пирамиду», созданную в угоду коммерческим лоббистам.
Джо Роган (Joe Rogan) соглашается, что именно плохая диета и отсутствие физической нагрузки сегодня являются главными факторами общей смертности в мире. При этом вредные пищевые привычки насаждаются на государственном уровне. Кристиан приводит пример: один и тот же йогурт Chobani, купленный в Нью-Йорке, содержит существенно больше сахара, чем его аналог в Лондоне. Производители сознательно накачивают продукты подсластителями и вредными семенными маслами ради вкусовых качеств и прибыли. Собеседники настаивают: капитализм должен работать на благо общества через честное и открытое информирование потребителей. Свобода выбора обязана базироваться на точных данных, будь то выбор продуктов питания или участие в альтернативных спортивных состязаниях. В финале беседы Роган поднимает вопрос о том, как организаторы Игр планируют решать проблему трансгендерных атлетов, что открывает новую дискуссию о правилах будущих соревнований (ранее они вскользь упоминали этот аспект, который будет подробно разобран в следующей главе).
🧬 Будущее человека: от молекулярной генетики до киборгизации 1:46:06
Дискуссия о будущем спорта неизбежно упирается в вопросы трансгуманизма, которые Джо Роган обсуждает с Ароном Д’Сузой и Кристианом Ангермайером. По мнению основателей Enhanced Games, сегодняшний допинг — это лишь малая часть грядущих изменений. В ближайшие десятилетия нас ждет интеграция нейроинтерфейсов (BCI-имплантов) и активное использование технологий редактирования генов, таких как CRISPR.
Ангермайер отмечает, что мы уже входим в эпоху, где дети могут рождаться с генетически модифицированными характеристиками, выбранными родителями. Это процесс «в один конец»: став «улучшенными людьми», они не смогут обратить биологические изменения вспять, при этом сами не давали согласия на вмешательство. Участники дискуссии сходятся во мнении, что Enhanced Games со временем превратятся в витрину эволюции вида, где границы человеческих возможностей будут постоянно расширяться благодаря науке. Роган предполагает, что в будущем это может привести к появлению атлетов с принципиально иными физическими параметрами, что сделает нынешние олимпийские идеалы «древнегреческой стариной», неспособной адаптироваться к технологическому прогрессу.
🧬 Научный подход к категориям атлетов 1:41:40
Один из самых острых вопросов современности — участие трансгендерных атлетов — Арон Д’Суза и Кристиан Ангермайер предлагают перевести из политической плоскости в строго научную. Они аргументируют это тем, что существующая система классификации по гендерному признаку подвержена манипуляциям с обеих сторон баррикад.
Предложение инвесторов заключается в замене разделения на «мужчин» и «женщин» на категориальную систему по хромосомному статусу: XX и XY. Д’Суза подчеркивает, что современные технологии трансгендерного перехода, несмотря на их значимость для многих людей, остаются на стадии «Alpha-технологий» — они меняют внешние характеристики, но не затрагивают хромосомы. Роган отмечает, что даже при гормональной терапии биологические преимущества, такие как структура костей, объем легких и сердечно-сосудистая система, сохраняются у людей, рожденных мужчинами, что делает невозможным создание «равных условий» в женской категории.
🩺 Здоровье как приоритет: конец карательного допинг-контроля 1:55:08
В отличие от олимпийской системы, сфокусированной на поиске запрещенных веществ, Enhanced Games делают ставку на мониторинг физиологического состояния. Кристиан Ангермайер объясняет, что любой препарат, даже легальный, имеет предел токсичности. В их модели безопасности каждый спортсмен обязан публично заявить своего врача — по аналогии с ведущим инженером в команде «Формулы-1».
Ключевым инструментом контроля станет обязательное комплексное обследование на месте: например, МРТ сердца. Если данные показывают критический износ организма, спортсмен просто не будет допущен к соревнованиям. Роган и его гости подчеркивают: цель состоит не в том, чтобы заставить атлетов употреблять максимальные дозы стероидов, а в том, чтобы сделать этот процесс прозрачным и безопасным, избегая «подпольного» ущерба здоровью, который часто наблюдается в спорте сегодня. Ранее в разговоре они касались темы вреда, наносимого атлетам в рамках жестких тренировочных систем и неконтролируемого потребления препаратов.
🎭 Терапевтические исключения: олимпийская симуляция 1:57:24
Особое внимание уделяется «терапевтическим исключениям» (TUE), которые Д’Суза считает главным инструментом фальсификаций в олимпийском спорте. Статистика поражает: если в обычном мире астматиками являются около 2% населения, то в некоторых олимпийских дисциплинах, особенно в плавании, этот показатель достигает десятков процентов.
Роган и его собеседники прямо называют это «фейковой астмой», используемой для легального получения доступа к мощным гормональным ингаляторам. Они обсуждают отсутствие прозрачности в диагностике, когда «нужный диагноз» ставится собственным командным врачом спортсмена без серьезных клинических доказательств. Хотя существует гипотеза, что хлорированные бассейны действительно могут вызывать астму у пловцов, участники подкаста склонны видеть в этом системную проблему глобального спорта, где бюрократия и маркетинговые интересы (включая многомиллиардные контракты вещателей) доминируют над честной игрой.
