Профессор Стэнфордской высшей школы бизнеса Анат Адмати и лауреат Пулитцеровской премии Дэвид Барбоза обсуждают скрытые механизмы глобальной экономики, непрозрачность корпоративного владения и революцию в анализе данных. В центре дискуссии — уникальный опыт расследований в Китае, создание стартапа WireScreen и технологические вызовы, с которыми сталкиваются правительства и инвесторы при картировании транснациональных сетей. Собеседники анализируют, почему в США сложнее узнать реальных бенефициаров компаний, чем в КНР, и какие риски несут в себе сложные юридические структуры для глобальной финансовой стабильности.
🏆 Пулитцеровская премия и парадоксальная прозрачность Китая 0:00
Профессор Анат Адмати представляет гостя программы — Дэвида Барбозу, известного журналиста-расследователя, который долгое время работал корреспондентом газеты The New York Times в Китае . В 2012 году его многолетнее расследование принесло изданию Пулитцеровскую премию . Журналисту удалось доказать, что родственники высокопоставленных чиновников КНР тайно владели долями в крупнейших государственных и частных китайских компаниях через многоуровневые холдинговые структуры .
По словам Дэвида Барбозы, работа над материалом заняла около полутора лет . Ему пришлось распутывать цепочки владения, которые скрывались за 6–7 уровнями подставных компаний-оболочек . Расследование потребовало изучения тысяч корпоративных отчетов и даже личных визитов на кладбища для проверки данных о родственниках чиновников . Результатом публикации стал не только международный резонанс, но и блокировка сайта The New York Times на территории Китая .
В ходе дискуссии Дэвид Барбоза делится неожиданным выводом: вопреки стереотипам, Китай на тот момент обладал одной из самых прозрачных и полных систем корпоративного учета в мире . В КНР можно было получить официальные бумажные (а позже — оцифрованные) документы объемом в сотни страниц практически на любую компанию — от мелкого бизнеса до гигантских госкорпораций . Из этих реестров в черно-белом цвете четко прослеживалось, кто именно владеет предприятием и контролирует его .
🇺🇸 Проблема корпоративной тайны в США 3:44
Анат Адмати противопоставляет китайский опыт американской реальности, отмечая, что в США ситуация с прозрачностью бизнеса выглядит гораздо хуже . По ее словам, даже американское правительство зачастую не знает, кто является конечным бенефициарным владельцем многих зарегистрированных в стране корпораций .
В США был разработан и принят закон о корпоративной прозрачности (Corporate Transparency Act), однако Анат Адмати подчеркивает, что этот документ вызывает ожесточенные споры и до сих пор не внедрен в полной мере . Профессор обращает внимание на критический нюанс: даже после полноценного запуска закона доступ к данным о бенефициарах получат только государственные органы, в то время как для журналистов-расследователей и общественности эта информация останется закрытой .
Дэвид Барбоза соглашается с тем, что в США крайне трудно получить данные о владельцах частных компаний, однако отмечает наличие других источников информации . В распоряжении американских журналистов есть глубокие базы данных публичных корпораций, патентные реестры, а также коммерческие платформы личных данных, такие как TLO .
По воспоминаниям Барбозы, во время работы в The New York Times журналисты использовали подобные оцифрованные справочники для мгновенного поиска контактов жителей в районах чрезвычайных происшествий (например, при авиакатастрофах) . Тем не менее, спикеры сходятся во мнении, что такая доступность персональных данных в США граничит с нарушением права на частную жизнь, в то время как финансовые потоки корпораций остаются надежно защищенными от посторонних глаз .
💻 От ручной работы к платформе WireScreen 5:54
Около четырех лет назад Дэвид Барбоза принял решение покинуть The New York Times, чтобы применить свой опыт расследователя в сфере технологического предпринимательства . Вместе с партнерами он основал компанию WireScreen . Идея стартапа родилась из простого вопроса: можно ли автоматизировать процесс картирования корпоративных связей, который во время журналистской работы приходилось выполнять вручную с помощью карандаша и таблиц Excel .
Целью проекта стало создание платформы, аналогичной терминалу Bloomberg, но сфокусированной на анализе структуры владения . Вместо того чтобы тратить полтора года на распутывание одной схемы, пользователи WireScreen могут мгновенно получить ответы на сложные запросы :
- Является ли конкретная фирма государственной?
- Связано ли предприятие с оборонно-промышленным комплексом Китая?
- Имеются ли скрытые политические риски за цепочкой собственников?
На начальном этапе компания сфокусировалась на данных КНР, Гонконга и Тайваня . Однако со временем платформа начала масштабироваться на другие регионы, включая Вьетнам, Индию, Великобританию и офшорные юрисдикции вроде Каймановых и Британских Виргинских островов .
Барбоза объясняет, что WireScreen стремится охватить ключевые экономические узлы, начиная с США и Китая . Конечная цель стартапа — объединить три ключевых направления бизнес-аналитики, которые он называет «Золотым треугольником» :
- Структура владения (Ownership)
- Инвестиционные потоки (Investments)
- Торговые цепочки поставок (Trade)
По мнению Барбозы, сегодня на рынке нет ни одной аналитической компании, которая могла бы одинаково качественно закрывать все три элемента этого треугольника .
🔍 Сферы применения и клиенты корпоративных данных 11:51
Обсуждая практическую пользу глубокого анализа корпоративных связей, собеседники выделяют несколько ключевых групп клиентов, для которых критически важна прозрачность данных . По словам Дэвида Барбозы, платформа находит применение как в государственном, так и в частном секторах .
Основными сценариями использования данных являются:
- Государственный контроль: Правительственные ведомства применяют платформу для мониторинга соблюдения экспортных ограничений и предотвращения передачи технологий конечным военным потребителям в других странах .
- Корпоративный комплаенс и Due Diligence: Бизнес использует систему для проверки своих контрагентов, партнеров по совместным предприятиям и поставщиков, чтобы избежать репутационных и санкционных рисков .
- Конфликты интересов: Платформа помогает выявлять скрытые связи топ-менеджеров и членов советов директоров, которые могут тайно владеть долями в компаниях-конкурентах или поставщиках .
- Инвестиционный анализ: Фонды и инвесторы проводят проверку структуры активов перед сделками слияния и поглощения (M&A) .
- Налоговый контроль: Фискальные органы получают возможность отслеживать скрытые офшорные активы граждан .
Анат Адмати задается вопросом: почему американское правительство само не создает подобные аналитические инструменты, а вынуждено покупать их у частных стартапов ?
Дэвид Барбоза объясняет это спецификой госуправления . По его мнению, федеральные ведомства США часто ограничены рамками сменяющих друг друга администраций и не обладают компетенциями для построения глобальных платформ . Госорганы привыкли действовать по точечным запросам, а не анализировать всю картину целиком . Именно поэтому на рынке возникают коммерческие провайдеры данных, такие как WireScreen или PitchBook .
🕸️ Архитектура VIE и юридические ловушки для инвесторов 17:39
Спикеры подробно останавливаются на причинах чрезвычайной сложности корпоративных структур в современном мире . Барбоза считает, что запутанность холдингов обусловлена не только криминальным желанием спрятать концы в воду, но и вполне легальной налоговой и регуляторной оптимизацией . Компании регистрируют филиалы в разных провинциях и офшорах, чтобы пользоваться местными льготами или обходить ограничения на движение капитала .
Ярким примером такого обхода регуляторных барьеров стала структура VIE (Variable Interest Entity — акционерное общество с переменным интересом) . Дэвид Барбоза напоминает, что китайское законодательство исторически запрещало прямые иностранные инвестиции в стратегические секторы, включая интернет-индустрию .
Чтобы привлечь американский капитал, китайские компании создали юридическую схему, при которой иностранные инвесторы (например, Goldman Sachs) покупают акции не самого китайского бизнеса, а подставной компании на Каймановых островах . Эта офшорная структура, в свою очередь, связана с операционной компанией в Китае через серию сложных контрактов, а не через прямое владение акциями .
Анат Адмати рассказывает, что ее студенты в Стэнфорде проводили исследование рисков структуры VIE . Они пришли к выводу, что рядовые американские инвесторы часто не понимают, что именно они покупают . Если правительство КНР решит заблокировать эти контракты как противоречащие национальному законодательству, иностранные акционеры останутся ни с чем, так как у них нет реальных прав собственности внутри Китая .
По словам Барбозы, такие гиганты, как Alibaba, Tencent, Baidu и владелец TikTok — компания ByteDance, построены именно по схеме VIE . Пекин сознательно терпел эту схему годами, поскольку КНР остро нуждалась в американском капитале и технологиях для развития собственного технологического сектора . Однако, подчеркивает журналист, в этой схеме контроль всегда оставался за китайскими основателями, имеющими лицензии, а иностранцы несли все основные юридические риски .
⚖️ Баланс сил: США, Китай и Россия 24:20
Анат Адмати и Дэвид Барбоза обсуждают фундаментальное различие в распределении власти между государством и частным сектором в США и Китае . По мнению Барбозы, китайское правительство обладает несопоставимо большим контролем над национальной экономикой, чем администрация США .
В КНР частные предприниматели могут получать огромную свободу действий для развития бизнеса на определенное время, но государство всегда оставляет за собой право мгновенно вмешаться . Ярким примером этого Барбоза называет давление на основателя Alibaba Джека Ма . Журналист указывает, что в Китае десятки крупнейших бизнесменов в разное время внезапно исчезали, подвергались арестам или сталкивались с жестким давлением на свои компании . В США, даже в периоды крупнейших корпоративных скандалов вроде краха Enron, государство никогда не демонстрировало подобного тотального доминирования над бизнесом .
Сравнивая китайскую модель с российской, Барбоза отмечает существенные различия :
- Характер капитализма: В Китае развился динамичный «капитализм Дикого Запада» в сочетании с государственным контролем на стратегическом уровне .
- Роль олигархов: По мнению Барбозы, в Китае никогда не было классического класса олигархов, подобного российскому . Власти КНР жестко пресекали чрезмерную концентрацию личного политического влияния крупного бизнеса.
- Структура активов: Россия пошла по пути приватизации тяжелой промышленности и сырьевого сектора с сохранением жесткого контроля элит над этими ресурсами . Китай же позволил частному сектору бурно развиваться во множестве новых отраслей, оставив за государством лишь базовую инфраструктуру вроде металлургии .
Тем не менее, оба собеседника сходятся во мнении, что авторитарные режимы имеют схожие методы контроля информации, формирования государственной «правды» и преследования независимых журналистов и предпринимателей . Из-за публикации расследований о китайской элите Барбоза сейчас фактически лишен возможности безопасно посещать КНР и Россию .
🧠 Будущее WireScreen: ИИ и технологические вызовы 28:04
В финальной части беседы Дэвид Барбоза рассказывает о буднях своего стартапа, в котором сейчас работает около 40 человек . Он отмечает, что построение карты глобальных бизнес-сетей сопряжено с колоссальными технологическими вызовами . Основная сложность заключается в идентификации сущностей в разных юрисдикциях . Один и тот же бенефициар может быть записан по-разному в реестрах Китая, Гонконга, США или офшоров из-за различий в языках, транслитерации и форматах документов .
Кроме того, растет противодействие со стороны государств. По словам Барбозы, Китай постепенно закрывает доступ к своим корпоративным базам данных для внешнего мира . Скрытные юрисдикции также мотивированы прятать информацию под предлогом защиты конфиденциальности .
Чтобы преодолевать эти препятствия, WireScreen активно внедряет технологии искусственного интеллекта . Разработчики компании обучают нейросети для автоматического сопоставления имен и названий на разных языках, поиска скрытых связей и присвоения индекса доверия (confidence score) тем или иным цепочкам владения .
Дэвид Барбоза надеется, что автоматизация рутинных процессов позволит ускорить анализ данных в разы . Это поможет его команде продолжать выявлять теневые финансовые потоки и возвращать обществу право на знание реальной структуры мировой экономики.
