«Святое дерьмо!» — восклицает Джо Роган, сравнивая мощность современных ядерных испытаний с бомбардировками Хиросимы, и это лишь одна из многих точек напряжения в трехчасовом диалоге, охватывающем всё: от фальши голливудских улыбок до взрывной опасности литий-ионных аккумуляторов. Грег Фитцсиммонс и Роган препарируют современность через призму мужской уязвимости, ИИ-революции и темных изнанков глобального производства, превращая частные байки в честный анализ состояния мира.
🧢 Бритая голова, ностальгия по барбершопам и мужские откровения в лесу 0:28
Смена имиджа: почему хромированная лысина требует маскировки 0:28
Разговор между давними приятелями начинается с обсуждения неизбежных атрибутов студийной записи — профессиональных наушников, без которых Джо Роган (Joe Rogan) решительно отказывается работать. Тема внешнего вида плавно перетекает на головные уборы: Грег Фитцсиммонс (Greg Fitzsimmons) обращает внимание на стильную кепку-восьмиклинку ведущего. Как признается Джо Роган, его переход на постоянное ношение головных уборов был вынужденной мерой. После того как он окончательно побрился налысо, во время совместных фотографий с фанатами свет прожекторов и вспышек настолько сильно отражался от его идеальной «хромированной» головы, что лицо буквально исчезало в кадре. Сначала Джо пытался спасаться обычными бейсболками, но те на сцене отбрасывали слишком густую тень, скрывая мимику от зрителей. Идеальным решением стали именно плоские кепки газетчика. Сам процесс бритья головы Роган начал практиковать во время пандемии, избавившись от необходимости следить за редеющими остатками волос по бокам, что Грег одобрительно назвал избавлением от затянувшегося абсурда.
Ностальгия по барбершопам и эволюция мужских пространств 1:07
Отказ от регулярных визитов к парикмахеру принес Джо Рогану еще одно очевидное облегчение — больше не нужно выслушивать чужие глупые истории. Это воспоминание вызывает у собеседников волну ностальгии по классическим мужским пространствам прошлого. Грег Фитцсиммонс вспоминает свои подростковые годы в Нью-Йорке и легендарную парикмахерскую «Stag Brothers», которой владели два брата-итальянца. Для местных парней, которых мамы оставляли у входа, это место было культовым: там на столах в открытом доступе лежали журналы Penthouse. Грег с юмором описывает, как 15-летние подростки отчаянно молились о длинной очереди, чтобы успеть рассмотреть глянцевые страницы, а затем судорожно прятали внезапную эрекцию под парикмахерской накидкой.
Джо Роган развивает мысль, отмечая, что традиционные барбершопы всегда выполняли функцию своеобразных клубов по интересам для мужчин, которые не умеют или не любят играть в бильярд. Тем не менее, Роган скептически относится к излишней публичности таких мест, ведь любой зашедший с улицы незнакомец мешает вести по-настоящему откровенные, «грязные» разговоры. В качестве альтернативы современной культуре барбершопов собеседники выделяют сигарные клубы. Грег и Джо с теплотой вспоминают закрытый клуб Grand Havana Room в Беверли-Хиллз. Это было культовое «место силы», где можно было арендовать личный хьюмидор, наслаждаться стейком или пастой и легально курить дорогие сигары прямо за столиком. Фитцсиммонс вспоминает, как продюсеры демонстрировали ему завсегдатаев этого заведения, среди которых были боссы крупных киностудий, а также звезда сериала «NYPD Blue» Дэвид Карузо, чья карьера позже поучительным образом пошла на спад после поспешного ухода из успешного шоу.
Анатомия мужских страхов: уязвимость, травмы и проверки на прочность 6:12
Разговор о мужской природе неизбежно сворачивает на тему детских страхов и осознания собственной уязвимости. Грег вспоминает, как в детстве вид взрослого мужского полового органа в общественном туалете вызывал у маленьких мальчиков неподдельный ужас и замешательство. Комики со смехом обсуждают гротескные анатомические особенности некоторых своих коллег, вспоминая огромные яички Джои Диаса. Эта физиологическая грубость заставляет собеседников задаться вопросом: почему женщины вообще соглашаются на близость с мужчинами, которые по своей природе представляют собой плотную, тяжелую массу, способную причинить вред? Женское доверие в рамках устоявшегося силового динамизма между полами — это настоящий феномен, требующий огромной смелости.
Особое место в жизни любого мужчины занимают физические травмы гениталий, способные нанести глубокую психологическую травму. В отличие от женщин, чья анатомия защищена гораздо надежнее, мужчины сталкиваются с первобытным страхом необратимых повреждений. Джо Роган, посвятивший жизнь боевым искусствам, признается, что получал удары в пах не менее сотни раз. Он детально описывает два самых пугающих случая из своей практики:
- Удар на турнире по тхэквондо: боец из корейской национальной сборной нанес мощнейший удар под голень Джо, с легкостью пробив защитную раковину. Правое яичко Рогана мгновенно опухло. По дороге домой в машине Джо терзали страшные мысли о бесплодии, и чтобы проверить функционал органа, он прибег к экстренной мастурбации, назвав успешный результат «лучшим оргазмом в жизни».
- Травма на тренировке по джиу-джитсу: Роган тренировался без защитной чашки, и соперник при проходе гарда случайно впечатал колено прямо в его пенис. Обнаружив кровь на экипировке в раздевалке, Джо подошел к вопросу клинически и снова проверил орган прямо в туалет. Несмотря на лопнувший сосуд и хлынувшую кровь, на следующий день все зажило без каких-либо опасных последствий.
Эксперименты молодости: неловкая встреча в лесу Бостона 9:12
Тема мужской анатомии и скрытых страхов находит неожиданное продолжение в автобиографической истории Грега Фитцсиммонса. Будучи студентом третьего курса филологического факультета, Грег увлекался творчеством писателей-битников, таких как Аллен Гинзберг и Джек Керуак, а также андрогинными образами Дэвида Боуи и Игги Попа. Вдохновившись рок-идолами, Грег решил, что легкие гомосексуальные эксперименты — это нормальная часть бунтарской молодости.
Однажды ночью, будучи сильно пьяным, около трех часов утра Грег возвращался в свои апартаменты в Бостоне, расположенные прямо напротив Фенуэя — парковой зоны, которая тайно использовалась для анонимных гей-знакомств. Поддавшись минутному порыву, Грег зашел вглубь леса. Из-за дерева к нему неожиданно вышел невысокий мужчина, похожий на «гей-лепрекона». Незнакомец без лишних слов расстегнул ширинку и продемонстрировал свои гениталии. Увидев это вблизи, Грег мгновенно осознал полное отсутствие интереса и непреодолимое отвращение к происходящему. Охваченный паникой от того, что он находится один в темной чаще с голым незнакомцем, Фитцсиммонс резко оттолкнул мужчину. Тот упал, а затем испуганно убежал обратно в заросли. Грег поспешил покинуть парк, а на следующий день вдобавок ко всему обнаружил у себя сильнейшую сыпь от ядовитого плюща.
Ранее в разговоре они касались тем отравления дикими грибами и искусства снайперской стрельбы, которые закреплены за следующими главами.
📸 Технологии, опасные увлечения и закат Голливуда 25:23
Ужасы отравления грибами 17:09
В ходе беседы участники затронули тему опасности самостоятельного сбора диких грибов. Даже с учетом того, что ранее в разговоре они касались мужских страхов и физических травм, этот вопрос был выделен как критический пример некомпетентности. Были упомянуты трагические случаи, когда отсутствие глубоких знаний приводило к смертельным исходам. Собеседники сошлись во мнении, что грибная охота — это не просто хобби, а занятие, требующее экспертного уровня подготовки, где ошибка может стоить жизни.
Искусство снайперской стрельбы 19:24
Переходя к дисциплинам, требующим максимальной концентрации, Грег Фитцсиммонс и Джо Роган обсудили снайперскую стрельбу. Роган отметил невероятную техническую сложность стрельбы на дальние дистанции, которая сегодня превратилась в высокотехнологичный процесс. Снайперы используют специализированные приложения для расчета баллистики и поправок на ветер. Роган рассказал о профессионалах, которые тренируют звезд боевиков, таких как Киану Ривз для «Джона Уика» или Хэлли Берри, чтобы их действия в кадре выглядели аутентично и профессионально. В таких сообществах существуют строгие соревновательные курсы на время, где побеждают настоящие «волшебники» обращения с оружием [25:23–26:03].
Влияние ИИ на кинопроизводство 32:05
Одной из самых тревожных тем стало стремительное развитие нейросетей, таких как Sora, которые ставят под удар будущее всей индустрии развлечений. Джо Роган продемонстрировал возможности ИИ, создающего видео по текстовому запросу, например, «съемка дроном над заснеженным Токио». Качество текстур, естественность движений людей и освещение выглядят настолько реалистично, что отличить их от реальности практически невозможно.
Последствия для индустрии уже начали проявляться:
- Тайлер Перри отменил строительство киностудии в Атланте стоимостью 800 миллионов долларов, осознав, что физическое производство декораций теряет смысл.
- Остро стоит вопрос защиты прав актеров: студии стремятся выкупать цифровую копию внешности даже у массовки, чтобы использовать их образы бесконечно долго без дополнительной оплаты.
- ИИ способен генерировать не только видеоряд, но и полноценные сценарии, имитирующие стиль конкретных режиссеров, например, вестерн в эстетике Квентина Тарантино.
Собеседники выразили опасение, что «цифровая реальность» становится слишком совершенной, порой превосходя качество обычного видео, из-за чего фильмы теряют художественную глубину, создаваемую специфической «киношной» размытостью фона.
🎬 Дух комедийной сцены: от фальши Голливуда до магии старых клубов 50:24
Кино о стендапе: почему Голливуд ломает комедийную реальность 50:24
Голливудские попытки перенести живую атмосферу стендапа на большой экран часто спотыкаются о фальшь и жесткие условности кинопроизводства. Как отмечают Джо Роган и Грег Фитцсиммонс, в фильмах про комиков выступления почти всегда выглядят неестественно: массовку в зале просят не выкрикивать с мест, а реакция публики кажется искусственно подогретой монтажерами. Ярким примером подобного диссонанса стала культовая картина «Изюминка» (Punchline, 1988). Шутки главной героини в исполнении Салли Филд выглядели откровенно слабыми, хотя весь материал для фильма писал один из ярчайших и самобытных комиков того времени Бэрри Собель. Собель буквально «разрывал» залы вживую, но специфика кинематографа безвозвратно сгладила этот драйв.
Настоящая, неэкранная комедийная сцена далека от глянца. К 1994 году, когда Грег Фитцсиммонс только начинал регулярно приходить в The Comedy Store, клуб напоминал песчаный пляж после мощного шторма: огромная волна комедийного бума, поднятая Сэмом Кинисоном, отхлынула после его трагической гибели в автокатастрофе. В залах порой сидело всего по 18 случайных зрителей, а на сцене выступали ветераны, не менявшие свой репертуар последние 30 лет. Лишь редкие внезапные появления таких легитимных тяжеловесов, как Дом Маррера или Дэймон Уайанс, напоминали молодым артистам, что они находятся в культовом месте.
Особое, почти мифическое место в воспоминаниях комиков занимает Робин Уильямс, чья запредельная энергия на сцене контрастировала с удивительной скромностью в жизни. Уильямс мог замаскироваться, надев шляпу и вырастив огромную бороду, отстоять общую очередь в клубе The Improv и просто сделать искренний комплимент молодому артисту, даже не назвав своего имени. Тем не менее в индустрии за ним прочно закрепилась слава «похитителя шуток». Его мозг впитывал чужой материал как губка, и комик Рик Овертон даже регулярно получал чеки от менеджмента Уильямса в качестве компенсации за присвоенные биты.
В эпоху до интернета кража удачной шутки могла пустить под откос карьеру автора, ведь на одном мощном номере комики выстраивали целые сольные программы. Жертвами плагиата становились даже признанные мастера, такие как Ларри Миллер с его легендарным закрывающим номером о десяти стадиях опьянения. Сегодня благодаря интернету и покадровым видеосравнениям воровство мгновенно становится очевидным, обнажая колоссальную пропасть между чужим украденным материалом и собственным слабым творчеством артиста. Индустрия страдала не только от воровства шуток, но и от копирования образов: на пике популярности Билла Хикса комедийные залы были буквально переполнены его блеклыми клонами.
Магия деревянных подмостков: дух и наследие старых клубов 57:59
Масштабы слепого подражания великим комедиантам в свое время привели к появлению исторической надписи на стене гримерки старого клуба The Punch Line в Атланте: «Хватит пытаться быть Хиксом». Сам этот полностью деревянный клуб на протяжении трех десятилетий оставался образцом идеального комедийного пространства. Даже вынужденно переехав в новое, меньшее по размеру помещение, соединенное с типичной американской закусочной, он умудрился сохранить ту самую крупицу магии старой школы.
Историческое наследие — это тонкая материя, которую невозможно симулировать в современных безликих сетевых заведениях с высокой текучкой кадров. В по-настоящему культовых местах вроде Zanies в Нэшвилле, The Punch Line в Сан-Франциско или Comedy Works в Денвере многолетний смех миллионов зрителей будто физически въелся в стены здания. Эту уникальную экосистему формируют не только артисты, но и преданный персонал. В хороших клубах можно встретить официанток, которые работают там по 20 лет: у них давно есть основная дневная работа, но они продолжают выходить на смены по пятницам просто ради неповторимой праздничной атмосферы и общения со старыми друзьями-комиками.
Отличным примером правильного распределения энергии служит филиал The Comedy Store в Ла-Хойе. Эта классическая комната во многом превосходит главный голливудский клуб: здесь нет дурацких шумных коридоров, разрушающих атмосферу, а публика представляет собой идеальный срез нормальных людей без столичного пафоса. К слову, уважение к комедийным корням простирается вглубь истории штата: старейшим непрерывно работающим клубом в стране остается The Ice House в Пасадине, который в начале XX века служил самым настоящим складом для хранения гигантских ледяных блоков, развозимых по домам задолго до изобретения грузовиков и холодильников.
Чернобыль шоу-бизнеса: токсичный Лос-Анджелес против живого Нью-Йорка 1:01:24
Главное проклятие Лос-Анджелеса заключается в его тотальной, граничащей с безумием одержимости славой. В отличие от остальной Америки, где условный Майк, управляющий заводом John Deere, приходит на выходных в клуб просто посмеяться и отдохнуть с женой, в Голливуде практически каждый зритель в зале подсознательно мечтает сам оказаться на сцене. Он оценивает комика сквозь призму собственной нереализованности.
«Радиоактивные осадки этого ментального Чернобыля проникают абсолютно во все, что делают люди в этом городе», — констатирует Джо Роган.
Фальшь индустрии развлечений отравляет любое повседневное общение. Этот контраст становится максимально очевидным при сравнении Лос-Анджелеса с Нью-Йорком. На нью-йоркских улицах и в ресторанах люди ведут живые, интеллектуальные дискуссии о большой политике, культуре, новых авторах и книгах. В Лос-Анджелесе же даже ваш лечащий терапевт или психоаналитик во время сеанса стремится похвастаться тем, что к нему ходил покойный Леонард Нимой, и развешивает актерские портреты по стенам своего кабинета.
Эта ярмарка тщеславия и публичное давление способны обострить любые ментальные проблемы. Грег Фитцсиммонс вспомнил курьезный, но показательный случай из жизни, когда его собственный психотерапевт нарушил этику и рассказал, что к нему на прием пришел глубоко депрессивный пациент. Причиной чужого нервного срыва оказалось то, что мужчина слишком близко к сердцу принял эфир радиошоу Говарда Стерна, где ведущий в рамках комедийного бита жестко высмеивал и «пытал» Грега.
(В ходе этой беседы комики также вскользь затронули тему детской дисциплины через жесткие спортивные секции, борьбу и восточные единоборства, однако этот пласт воспоминаний авторы подробно разбирают в других главах хроники).
Единственным спасением от удушающего психологического климата индустрии для Фитцсиммонса стали строгая спортивная дисциплина, йога и ежедневная медитация. Согласно медицинской статистике, регулярные физические нагрузки работают в 1,25 раза эффективнее современных антидепрессантов класса СИОЗС. Нынешняя изнеженность общества и зацикленность на ментальных травмах блекнут перед лицом суровой реальности первой половины прошлого века, когда жесткий школьный буллинг считался абсолютной нормой жизни, а иммигранты в промерзших мегаполисах без логистики и свежих продуктов месяцами выживали на диете из капусты и консервов.
🧊 Ледяная промышленность: от пещер до доставки в июле 1:15:34
В эпоху, предшествовавшую электрическому охлаждению, человечество проявляло поразительную изобретательность в поиске способов сохранения льда в летнюю жару. Джо Роган и Грег Фитцсиммонс обсуждают, как доставлялся лед в американские города еще в начале XX века, когда холодильники не были нормой. Это было целое искусство: лед заготавливали зимой на замерзших реках и озерах, распиливали на массивные блоки и перевозили в специальных изолированных фургонах.
Истоки этой индустрии уходят в глубокую древность. Технологии хранения льда в подземных ямах (айс-питах) использовались еще в Шумере около 1775 года до н.э.. Позже Александр Македонский приказывал запасать снег в вырытых ямах, прокладывая слой соломы для изоляции. В США же первые «ледяные дома» использовали глубокие ямы с толстыми каменными стенами и дренажем на дне, чтобы отводить воду от тающих масс. Удивительно, но при правильной изоляции удавалось сохранять лед, заготовленный зимой, вплоть до октября или ноября.
Сегодня, когда мы привыкли к моментальному доступу к холоду, трудно представить масштаб тех усилий. Однако даже сейчас современные технологии — например, высококачественные термоконтейнеры типа Yeti — позволяют удерживать лед до 7–9 дней, превращая, казалось бы, обычный поход в демонстрацию инженерной эффективности.
🥋 Боевые искусства как фундамент воспитания 1:06:19
Джо Роган и Грег Фитцсиммонс сходятся во мнении, что единоборства являются важнейшим инструментом для формирования характера ребенка. Дисциплина, которую прививают тренировки, помогает детям не только физически развиваться, но и учит их экологично справляться с собственной агрессией. Занятия спортом дают выход накопившейся энергии, превращая импульсивное поведение в структурированную работу над собой.
По мнению участников беседы, в современном мире, где дети часто отвлечены гаджетами, единоборства возвращают их к базовым человеческим инстинктам: проверке своих сил, умению преодолевать боль и уважению к сопернику. Это своего рода «фильтр», позволяющий ребенку понять свои возможности и границы, прежде чем он столкнется с реальными взрослыми вызовами.
Ранее в разговоре они также кратко затрагивали темы мужских травм и личных страхов, которые часто находят свое отражение в процессе обучения боевым искусствам.
☢️ Ядерная угроза и геополитическая нестабильность 1:40:40
Современная геополитическая обстановка вызывает всё большую тревогу из-за доступности ядерного оружия у режимов, которые Джо Роган и Грег Фитцсиммонс называют «маньячными». Обсуждение началось с анализа данных от Организации Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (CTBTO), которая фиксирует сейсмическую активность, свидетельствующую о проведении подземных ядерных взрывов.
Для наглядности масштаба угрозы собеседники сравнили исторические данные:
- Хиросима: мощность взрыва составила около 15 килотонн.
- Нагасаки: около 25 килотонн.
- Северная Корея (2024 год): по оценкам южнокорейских ведомств, мощность испытаний достигала 50–60 килотонн, хотя некоторые сейсмологические центры давали оценки до 120 килотонн.
Джо Роган выразил недоумение по поводу того, что у диктаторов есть доступ к такой разрушительной силе. Собеседники сошлись во мнении, что если бы, например, Гитлер обладал ядерным оружием, он, будучи в нестабильном состоянии из-за употребления тяжелых препаратов, несомненно, применил бы его. Говоря о текущей ситуации, они обсудили эксцентричную дипломатию вокруг Ким Чен Ына, в шутку предложив кандидатуру Денниса Родмана в качестве официального посланника, чтобы «разрядить обстановку».
🇰🇵 Реальность внутри Северной Кореи 1:46:22
Грег Фитцсиммонс отметил, что жизнь в КНДР напоминает тоталитарную секту, где любые инакомыслие или недостаточная эмоциональная вовлеченность в культ личности лидера могут привести к тюремному заключению или отправке семьи в исправительный лагерь. В таких лагерях наказанию подвергаются целые поколения, включая детей.
Роган упомянул общение с Ёнми Пак (Yeonmi Park), которая сбежала из КНДР в 13 лет, подчеркнув, насколько глубоко этот страх и жесткий контроль пронизывают все аспекты жизни граждан. Ситуация осложняется тем, что КНДР эксплуатирует своих граждан, отправляя их на принудительные работы в Китай, где те живут в бараках с колючей проволокой, работая на предприятиях, продукция которых может попадать даже на американский рынок.
🏭 Глобальная экономика и человеческая цена 1:50:24
Обсуждение плавно перешло к проблеме производственной этики в странах с сомнительными стандартами труда. Роган привел в пример заводы Foxconn, где для предотвращения самоубийств рабочих устанавливали специальные защитные сетки на крышах. Грег Фитцсиммонс согласился, что отсутствие местного производства в США лишает потребителей контроля над тем, в каких условиях изготавливаются товары — от смартфонов до продуктов питания. В качестве другого примера были упомянуты кобальтовые шахты в Африке, где рабочие вынуждены спускаться на огромную глубину в крайне опасные условия, рискуя жизнью ради добычи металлов, необходимых для современной электроники.
Ранее в разговоре они касались тем мужских страхов и травм, а также культуры голливудских клубов.
🔋 Бомбы на колёсах и изнанка дешёвого глянца 2:06:11
Опасность электросамокатов и литий-ионных батарей 2:06:11
Джо Роган и Грег Фитцсиммонс начинают обсуждение с технологических новинок автомобильного рынка, упоминая революционные анонсы от Samsung. Южнокорейский гигант разрабатывает инновационные аккумуляторы для электромобилей, способные полностью заряжаться всего за 9 минут и обеспечивать запас хода до 600 миль. Однако, несмотря на очевидный технологический прорыв, Роган признаётся, что колоссальная плотность и скорость передачи энергии вызывают у него серьёзные опасения: «Я бы подключил такую машину к сети и сразу побежал прочь, потому что чёрт знает, что может случиться при такой мощности». Этот страх плавно перерастает в глубокий разбор скрытых угроз литий-ионных батарей, которые сегодня массово используются в персональном электротранспорте — от смартфонов до электросамокатов и электровелосипедов.
Ведущий обращает особое внимание на смертельно опасную изнанку этой технологической революции, которая заполняет интернет леденящими душу кадрами. Роган подробно описывает трагический инцидент, зафиксированный камерой наблюдения: мужчина заходит в лифт, держа в руках аккумулятор от электровелосипеда, который внезапно начинает искрить, а затем мгновенно взрывается, заполняя всё замкнутое пространство кабины яростным пламенем. В таких условиях у человека просто нет шансов выжить — он фактически сгорает заживо внутри металлической ловушки. Проблема заключается в том, что литий-ионный элемент при повреждении, перегреве или коротком замыкании не просто медленно разгорается, а детонирует подобно настоящей зажигательной авиабомбе, выбрасывая направленные струи концентрированного огня. Подобные катастрофы регулярно происходят и в жилых домах, когда владельцы оставляют свои дешёвые электросамокаты заряжаться на ночь в гаражах или прихожих. Грег Фитцсиммонс с сожалением отмечает горькую иронию ситуации: пытаясь сэкономить немного денег на покупке бюджетного транспорта, люди в одночасье полностью сжигают собственные дома.
Кроме того, собеседники вдребезги разбивают устоявшийся миф об абсолютной «экологической чистоте» электрического транспорта. Роган обрушивается с жёсткой критикой на тех, кто покупает электровелосипеды ради спасения планеты, напоминая, что потребляемое ими электричество не берётся из ниоткуда: «Для его выработки где-то на электростанции всё равно сжигается ископаемое топливо — будь то уголь или природный газ, что приводит к выбросам в атмосферу». К этому добавляются глобальные экологические и этические проблемы, которые корпорации стараются замалчивать. Роган упоминает катастрофические условия добычи кобальта, проходящей в ужасающих условиях, а также полное отсутствие внятной индустрии утилизации отработанных токсичных аккумуляторов, масштабы вреда от которой мир до сих пор не до конца осознаёт. В процессе беседы продюсер Джейми всё же выводит на экран видеозапись взрыва батареи в лифте, что заставляет участников подкаста содрогнуться от осознания того, насколько быстро и неотвратимо наступает смерть в подобных техногенных инцидентах.
Рабочие условия на китайских фабриках 2:09:58
Разговор о глобальном производстве и потреблении находит неожиданное продолжение через бытовую историю Грега Фитцсиммонса. Находясь в затяжном гастрольном туре в поддержку своего нового комедийного спецвыпуска, комик столкнулся с абсурдными ценами на обслуживание в люксовом отеле. Попытка постирать минимальный набор вещей — пять пар носков, пять футболок и пять смен нижнего белья — обошлась ему в астрономические 105 долларов. Джо Роган иронично замечает, что на эти деньги можно было просто купить совершенно новые вещи, вспоминая покойного стендап-комика Митча Хедберга, который именно так и поступал в поездках, поскольку ненавидел заниматься стиркой. Этот пример заставляет Фитцсиммонса задуматься о реальной стоимости текстиля и задать ключевой вопрос: кто и в каких условиях создаёт сверхдешёвую одежду, наводнившую западные рынки?
Грег выносит на обсуждение феномен Shein — китайского онлайн-гиганта ультрабыстрой моды, продающего вещи за бесценок. Он рассказывает о пугающих расследованиях и вирусных кампаниях в социальных сетях, где пользователи демонстрируют скрытые послания, якобы найденные в посылках от этого бренда. На клочках бумаги и ярлыках были начертаны отчаянные призывы о помощи: «Пожалуйста, помогите, у меня невыносимая зубная боль» или «Меня удерживают здесь силой». Роган призывает Джейми проверить факты использования принудительного и детского труда этой корпорацией.
Поисковая выдача показывает, что хотя теории заговора вокруг записок собирают десятки миллионов просмотров в Tik Tok и не всегда имеют железобетонные индивидуальные доказательства, системные проблемы Shein абсолютно реальны. Сама компания официально признала, что в ходе проверок цепочки поставок за 2023 год было зафиксировано как минимум два подтверждённых случая использования детского труда. Джо Роган подчёркивает, что официальные отчёты — лишь надводная часть айсберга, так как коммунистический Китай жёстко контролирует информацию и защищает свои фабрики от независимого аудита. Роган также упоминает, что на подобных закрытых объектах могут незаконно эксплуатироваться подневольные рабочие из Северной Кореи, чьё рабское положение полностью игнорируется международными регуляторами.
Главная этическая дилемма, по мнению Рогана, заключается в коллективной слепоте западного потребителя. Покупая товары даже в крупных американских магазинах, люди остаются в абсолютном неведении относительно того, где и какой ценой они были произведены. В качестве позитивной альтернативы собеседники приводят редкие примеры этичного бизнеса. Они вспоминают обувную компанию Tom’s Shoes, внедрившую модель благотворительности, при которой за каждую проданную пару обуви вторая пара бесплатно отправляется босоногим детям в развивающихся странах. Также упоминается бренд Patagonia, чей менеджмент выстроил строгую систему экологического контроля и сознательного выбора фабрик для пошива своей продукции.
☢️ ЯДЕРНЫЙ ВЗРЫВ В КОСМОСЕ И ФАЛЬШИВЫЕ ЛИЧНОСТИ 2:39:27
Операция «Starfish Prime»: как США едва не уничтожили спутниковую связь 2:39:40
В ходе беседы Джо Роган (Joe Rogan) и Грег Фитцсиммонс (Greg Fitzsimmons) затронули тему радиационных поясов Ван Аллена, окружающих Землю, и безумных попыток человечества «пробить» в них брешь. Самым известным и катастрофическим экспериментом такого рода стала операция «Starfish Prime». 9 июля 1962 года США запустили с атолла Джонстон ракету «Тор» (Thor) с термоядерной боеголовкой W49.
Целью было взорвать ядерный заряд на высоте около 250 миль (примерно 400 км), чтобы проверить, можно ли расчистить путь для космических аппаратов от радиации. Однако результат оказался прямо противоположным: взрыв не проделал «дыру», а, напротив, «накачал» пояса Ван Аллена высокоэнергетическими электронами, сделав их в разы опаснее.
Последствия для технологий того времени были разрушительными:
- В Гавайях произошли массовые отключения электричества.
- Искусственно созданные радиационные пояса вывели из строя как минимум шесть спутников, включая первый в мире коммерческий спутник связи Telstar и первый британский спутник Ariel 1.
- Электромагнитный импульс и захваченная радиация сохранялись в течение долгого времени, ставя под угрозу будущие миссии.
Джо Роган (Joe Rogan) отмечает, что это было время «сумасшедших ученых», которые действовали по принципу «а давайте попробуем и посмотрим, что будет».
Проклятие фильма «Завоеватель» и радиационное наследие 2:43:39
Обсуждение радиации неизбежно перешло к её влиянию на здоровье людей. По разным оценкам, наземные и высотные ядерные испытания могли стать причиной преждевременной смерти от 10 000 до 100 000 человек из-за радиоактивных осадков и рака щитовидной железы. Одной из самых известных жертв этой эпохи считается легендарный «Герцог» — Джон Уэйн.
Грег Фитцсиммонс (Greg Fitzsimmons) вспоминает историю съемок фильма «Завоеватель» (The Conqueror), которые проходили в штате Невада, неподалеку от испытательных полигонов. Статистика по съемочной группе выглядит пугающе:
- Из 220 человек, работавших над фильмом, у 91 был диагностирован рак.
- Среди умерших были сам Джон Уэйн (скончался в 1979 году в возрасте 72 лет) и его партнерша по фильму Сьюзен Хэйворд (умерла в 57 лет).
Джо Роган (Joe Rogan) с горькой иронией замечает, что в те времена люди не имели ни витаминов, ни солнцезащитных кремов, а вредное воздействие токсинов и радиации часто игнорировалось ради «прогресса» или эффектного кадра.
Сачен Литлфезер и культура «транс-белых» 2:45:12
От темы физической радиации разговор переходит к теме радиации социальной — культуре фальшивых личностей и присвоения чужой идентичности. Отправной точкой стал знаменитый инцидент на «Оскаре» 1973 года, когда Марлон Брандо отказался от награды, отправив вместо себя женщину в традиционном индейском наряде — Сачен Литлфезер (Sacheen Littlefeather).
Долгое время эта история считалась триумфом политического активизма, однако Джо Роган (Joe Rogan) указывает на недавние разоблачения: родные сестры Сачен заявили, что она никогда не была коренной американкой и полностью сфабриковала свою биографию ради славы. Это была «этническая мистификация» чистой воды.
«Она была одной из первых, кто украл чужую культуру и даже говорила на ломаном английском, хотя это был фейк», — отмечает Роган.
Это обсуждение выводит собеседников на феномен «транс-расовой» идентичности, ярким примером которой стала Рейчел Долезал — белая женщина, выдававшая себя за черную. Грег Фитцсиммонс (Greg Fitzsimmons) шутит, что скоро появится понятие «транс-белый» (trans-white), и общество, вероятно, отнесется к этому спокойно: «Я идентифицирую себя как белый. Ладно, никого это не волнует».
Разговор касается двойных стандартов в вопросах апроприации:
- Женщины, идентифицирующие себя как мужчины, часто не вызывают агрессии у «мужского сообщества».
- Напротив, биологические мужчины, идентифицирующие себя как женщины и претендующие на женские пространства, вызывают резкий протест и чувство угрозы у женщин.
В завершение темы Грег и Джо иронизируют над тем, что люди всегда стремятся быть кем-то другим, потому что «трава у соседа всегда зеленее», будь то желание казаться коренным американцем или попытка скрыть свои немецкие корни после Второй мировой войны, как это делали беглецы в Аргентине и Бразилии.
Ранее в разговоре они касались темы геополитических угроз, но эти исторические примеры личного и государственного безумия показывают, насколько странным может быть человеческое поведение. К концу часа беседа плавно перешла к классике кинематографа и фильму «Бильярдист» (The Hustler), что открыло новую страницу обсуждения — стратегии игры в пул.
🎱 Стратегия, ставки и бильярдный азарт
[[JUMP:25:549]]
Бильярд остается для Джо Рогана и Грега Фитцсиммонса не просто хобби, а глубоко интеллектуальной дисциплиной, требующей уникального сочетания концентрации и хладнокровия. Обсуждая культуру профессионального бильярда, собеседники отмечают, что на крупных турнирах, таких как «Derby City Classic» в Луисвилле, разворачиваются настоящие драмы [25:562]. Этот 10-дневный фестиваль становится местом притяжения для «road players» — профессионалов, которые путешествуют по стране в поисках игры на высокие ставки, порой доходящие до 50 000, 60 000 или даже 100 000 долларов [25:554].
Роган вспоминает, что в 1970-х годах такие игроки часто поддерживали свою выносливость и остроту ума с помощью амфетаминов, оставаясь невероятно худыми и собранными, способными не пропускать ни одного удара на протяжении нескольких суток [25:627]. Сравнивая бильярд с гольфом, Роган подчеркивает психологическую сложность процесса: игроку необходимо постоянно переключаться между режимом гиперфокуса и полной расслабленности, когда можно позволить себе выпить, послушать музыку и отвлечься от игрового напряжения [25:639]. К сожалению, признают собеседники, популярность бильярда сегодня уступает видеоиграм, которые гораздо проще и доступнее для молодежи, хотя при должном обучении бильярд мог бы увлечь любого [25:651].
Закат эпохи бильярдных залов Лос-Анджелеса
[[JUMP:25:718]]
Особую ностальгию у гостей вызывает упадок культуры классических бильярдных в Лос-Анджелесе. Грег Фитцсиммонс рассказывает, как приобщал свою дочь к игре, когда ей было 19–20 лет, но найти подходящее место оказалось трудной задачей из-за нехватки специализированных залов на West Side [25:718]. Культовое место «House of Billiards» в Санта-Монике закрылось несколько лет назад, что заставляло отца и дочь посещать обычные бары со столами [25:725].
Фитцсиммонс делится забавным случаем: когда они с дочерью играли командой против других мужчин, те часто принимали отца за «старого крипа», который пытается соблазнить молодую талантливую бильярдистку, пока не понимали, что они — семья [25:743]. Роган также вспоминает легендарное место «Hollywood Billiards», которое было разрушено землетрясением в 1994 году, и турниры в Шерман-Оукс, где он когда-то часто играл вместе с комиком Домом Иррерой (Dom Irrera) [25:823]. Именно за игрой в «Amsterdam Billiards», которой владел стендап-комик Дэвид Бреннер, Джо Роган и подружился с Домом: они встретились, когда оба достали свои личные кии и решили сыграть партию [25:917].
Новые проекты и гастрольный график Грега Фитцсиммонса
[[JUMP:25:942]]
В завершающей части беседы Грег Фитцсиммонс переходит к анонсу своих актуальных проектов. Комик официально представил новый стендап-спешл под названием «You Know Me», который уже доступен для просмотра на YouTube [25:942]. Зрители могут найти прямую ссылку на материал через его официальный сайт fitzdog.com [25:948].
Что касается гастрольных планов, Фитцсиммонс активно готовится к выступлениям:
- В ближайшие выходные он даст концерты в легендарном клубе Comedy Works в Денвере, который оба собеседника называют одним из лучших в истории жанра [25:956].
- Далее по графику стоят выступления в Такоме и TLS [25:956].
Джо Роган и Грег Фитцсиммонс также упомянули свою деятельность в подкастинге — Фитцсиммонс пригласил слушателей следить за его проектами «Sunday Papers», «FitzDog Radio» и «Childish», которые также транслируются на его YouTube-канале.
