В новом выпуске проекта Conversations with Tyler известный экономист и ведущий Тайлер Коуэн беседует с уникальным гостем — гиперполиглотом Воном Смитом из Мэриленда, который способен понимать около 36 языков и свободно изъясняться на восьми из них. Работая обычным чистильщиком ковров, Вон демонстрирует феноменальные когнитивные способности, позволяющие ему переключаться между сложнейшими лингвистическими системами и видеть сны на десяти языках. В этой глубокой философской дискуссии собеседники обсуждают природу памяти, социокультурное значение редких наречий, проблемы сельской Мексики и эволюцию глобального английского языка.
💤 Сны и языковой арсенал гиперполиглота 0:04
Исследование феномена гиперполиглотии Вон Смит предлагает начать с анализа глубинного уровня подсознания — человеческих сновидений. По его словам, он регулярно видит сны примерно на 10 различных языках. В его ночных сценариях могут фигурировать чешский язык, отдельные вкрапления латышских слов, а также науатль, испанский, русский, английский и словацкий. Вон Смит вспоминает, что в одном из недавних снов он абсолютно естественно и свободно общался с собеседником именно на словацком.
Оценивая масштаб своего лингвистического багажа, Мэрилендский полиглот выделяет несколько уровней владения:
- Начальное понимание и базовый уровень коммуникации охватывают порядка 36 языков.
- Абсолютная языковая свобода и беглость (флуентность) распространяются примерно на 8 языков.
⏳ Эволюция таланта: от билингвизма к осознанному выбору 1:07
Развитие способностей Вона Смита не было результатом внезапного озарения в раннем детстве; оно происходило как постепенное осознание внутренней предрасположенности. Базовым фундаментом послужил врожденный билингвизм — его мать была родом из Мексики, из города Орисаба в штате Веракрус, благодаря чему мальчик с ранних лет параллельно осваивал английский и испанский языки.
Дальнейшая хронология самостоятельного обучения Вона выглядит следующим образом:
- В возрасте 11 лет он увлекся французским языком, обнаружив дома учебные материалы своей матери, которая сама была очарована Францией.
- В 13 лет, будучи школьником, он абсолютно автономно, без какого-либо направления со стороны учебных заведений, начал изучать немецкий язык.
- В 15 лет наступил ключевой переломный момент, когда Вон переходил из средней школы Элис Дил (Alice Deal Junior High School) в старшую школу Уилсона (Wilson High School). Именно тогда он твердо решил сделать изучение языков своей главной жизненной опорой и уникальным навыком.
Окружающие сверстники Вона Смита начали замечать его выдающееся произношение, а сам подросток осознал, что способен запоминать иностранную лексику с колоссальной скоростью. Важно отметить, что Вон Смит никогда не воспринимал школьные уроки как принуждение, поскольку двигался исключительно за счет личного искреннего интереса.
🎭 Юмор, агрессия и эмоции на разных языках 2:39
Разные языки, по мнению Вона Смита, активируют специфические грани человеческого темперамента и по-разному подходят для выражения тонких эмоциональных состояний. Лучшими инструментами для трансляции юмора гость называет испанский, русский и, в некоторой степени, финский языки.
Лингвистическая специфика юмора и эмоций, согласно Вону Смиту, имеет свои особенности:
- Мексиканский вариант испанского языка (особенно в Орисабе) невероятно богат разговорными формами, метафорами, искусными оскорблениями и каламбурами, сопровождающими повседневный быт.
- Русскоязычная среда отличается высоким остроумием, а сами носители языка обожают постоянно шутить и рассказывать анекдоты.
- Русский язык требует от говорящего огромных энергетических затрат; по наблюдениям Вона Смита, он звучит в два раза громче и экспрессивнее, чем традиционно тихая речь американцев.
Переключение на определенный язык часто происходит неосознанно под влиянием контекста из прошлого. Вон Смит признается, что когда он злится за рулем из-за подрезающих его водителей, он начинает ругаться исключительно по-словацки. Эта привычка укоренилась в нем во время совместной работы со словацкими иммигрантами Душаном и Таней Pavelkovi. Эти люди принадлежали к субэтнической группе восточных словаков (Východňare), известных своим горячим, импульсивным нравом и экспрессивной манерой выражать недовольство. С тех пор в стрессовых ситуациях у Вона автоматически вырываются такие фразы, как «Prisahám Bohu» («Клянусь Богом»).
🌿 Красота и имперское прошлое языка науатль 3:35
Особое место в сердце гиперполиглота занимает науатль — древнее наречие, обладающее уникальной эстетикой и плавностью звучания. По словам Вона, быстрая и певучая речь науатль у него ментально ассоциируется исключительно с живописными, сочными горными пейзажами и буколической атмосферах сельской Мексики, исключая любые скучные образы. В отличие от множества других локальных языков с небольшой базой носителей (около 2 миллионов человек), науатль обладает мощным цивилизационным фундаментом, поскольку исторически являлся официальным языком великой империи ацтеков.
Процесс освоения и структура языка науатль имеют свою специфику:
- Язык колоссально варьируется от деревни к деревне. Вон Смит выбрал для изучения диалект, географически наиболее близкий к его мексиканскому дому.
- Основным очагом живой речи для него стал поселок Рафаэль-Дельгадо (также известный как Сан-Хуан-дель-Рио), расположенный в 10–15 минутах езды на автобусе к югу от Орисабы. Там науатль доминирует на улицах, а испанский выполняет лишь вторичную роль.
- Главным наставником Вона Смита выступил его дальний родственник, профессионально преподающий науатль в качестве профессора.
Вон Смит подчеркивает, что для его когнитивной системы критически важно сначала освоить именно устную, живую форму языка, и лишь затем переходить к чтению и фиксации слов с помощью латинской графики, наложенной на науатль после испанского завоевания.
📚 Лингвистическая теория, когнитивные особенности и память 8:52
Вон Смит позиционирует себя как практик, полностью сфокусированный на живом освоении языков, а не на теоретических изысканиях. Он признается, что не читал фундаментальных трудов Ноама Хомского по структурной лингвистике и не знаком с классической гипотезой Сепира — Уорфа. Тем не менее, его домашняя библиотека включает специализированную литературу: одной из его любимых книг является «История литовского языка», присланная ему жительницей Литвы Неолой Скрипкайте. Из этого труда Вон черпает редкие исторические факты о близости древнебалтийских вариантов к санскриту и заимствованиях из древнескандинавского языка.
Размышляя об устройстве своего разума, Вон Смит и Тайлер Коуэн сопоставили различные модели памяти:
- Эпизодическая память: Вон обладает превосходной способностью детально помнить конкретные жизненные эпизоды и истории, в то время как Тайлер Коуэн заявляет о полной слабости своей эпизодической памяти.
- Память на расписания: Это уязвимая зона Вона Смита; из-за особенностей концентрации внимания ему трудно удерживать в голове абстрактные временные графики встреч, что сейчас успешно компенсируется электронным календарем.
- Долговременное удержание: Усвоенные языковые структуры хранятся в его мозге десятилетиями. Вон описывает этот процесс как «медленную перезагрузку компьютера». Например, посетив день открытых дверей в посольстве ЕС, он смог успешно вести диалог на латышском языке, который не использовал более 15 лет, и на болгарском, где пауза составляла 10 лет.
Гость также опровергает романтический стереотип о том, что романские языки априори лучше всего подходят для любви. По его мнению, абсолютно любой язык способен передавать нежные чувства, и для него самого финский звучит гораздо романтичнее португальского, поскольку финскому языку его когда-то обучала любимая девушка.
🔤 Самые сложные языки и методика обучения 10:38
Центральным элементом при штурме любого нового лингвистического направления Вон Смит считает грамматический каркас. У него нет сложностей с фонетикой, произношением или освоением незнакомых алфавитов, но глубинная архитектоника языка всегда бросает вызов. Самыми сложными с точки зрения грамматики он называет эстонский, финский, литовский и венгерский языки.
Вон Смит подробно описывает свой личный рейтинг сложности:
- Абсолютный лидер по сложности: Венгерский язык. Его тяжело освоить из-за обилия падежных форм существительных, колоссального активного словарного запаса и сложных глагольных трансформаций, зависящих от объекта действия (например, разница между szeretnék — «мне нравится» и szeretnélek — «ты мне нравишься»).
- Самый простой язык: Норвежский язык. Его грамматику Вон считает элементарной: слова не флексируют, форма глагола остается неизменной независимо от лица, а для образования настоящего времени достаточно прибавить букву «r» к инфинитиву.
- Сложность графики: Наибольшие трудности в плане письменности вызывают китайские иероглифы (кандзи / путунхуа) из-за огромного объема визуальной информации, требующей механического запоминания.
В качестве альтернативного метода обучения Вон активно практикует погружение через музыку. В начале 1990-х годов его школьный товарищ Сергей Куксенко снабжал его кассетами с записями культовых русских рок-групп: «Кино», «Крематорий», «Наутилус Помпилиус». Вон Смит выработал уникальный метод контекстуального дешифрования: если ему было знакомо хотя бы 50% слов в строке песни, он математически вычислял значения оставшихся неизвестных лексем, сужая диапазон их смыслов. Позже аналогичным образом он расшифровывал тексты на чешском и словацком языках.
Вон Смит формулирует ключевое правило для эффективного преподавания языков: категорически нельзя перегружать учеников огромными объемами лексики за одно занятие. Необходимо комбинировать чтение и письмо, но делать ключевой упор на аудирование, поскольку биологически человек развивается и перенимает речь исключительно через многократное прослушивание. В свои 46 лет Вон уверен, что возраст лишь незначительно усложняет процесс избавления от акцента, и планирует в будущем заняться изучением исчезающего мексиканского языка отоми.
🏛️ Сохранение исчезающих языков и жизнь в сельской Мексике 22:11
Проблема стремительного исчезновения автохтонных языков вызывает у Вона Смита серьезную тревогу. Молодое поколение в коренных общинах Мексики по разным причинам массово отказывается от родных наречий в пользу испанского или английского. Тем не менее, в стране существуют очаги сопротивления языковой ассимиляции. Вон выделяет работу двух профессоров из Оахаки — Армандо Алонсо Лимона и его племянника Мигеля Торре, которые являются главными хранителями лексического фонда своего региона и преподают в специализированных билингвальных школах.
Вон Смит делится трогательной личной историей 25-летней давности, иллюстрирующей психологию коренных народов:
«Когда я впервые пришел в дом профессора Армандо с тетрадью и ручкой, чтобы записывать слова науатль, вслед за мной пришли еще шестеро местных детей с такими же блокнотами. Увидев, что иностранец, похожий на типичного американского "гринго", проявляет искренний интерес к их наречию, дети внезапно осознали: их родной язык имеет огромную ценность во внешнем мире».
Описывая общее положение дел в сельских регионах Мексики, Вон Смит отмечает глубокие социально-экономические проблемы. Местные земли часто изымаются в коммерческих целях, коренное население подвергается жесткой эксплуатации, а деревенские дети, приезжая в города, сталкиваются с насмешками и дискриминацией из-за своего происхождения. По наблюдениям Вона, за внешними улыбками сельских жителей скрывается глубокая меланхолия и навязанное ощущение себя людьми «второго сорта». Для исправления ситуации гость предлагает создавать школы с приоритетом местных языков, чтобы поднять уровень самооценки и гордости коренных общин.
Вон Смит также признается в любви к традиционной мексиканской кухне, выделяя два главных кулинарных шедевра:
- Барбакоа: Мясо, запекаемое под землей в течение всей ночи, которое он считает лучшим барбекю в мире.
- Моле: Традиционный оахакский густой коричневый соус на основе шоколада, орехов, масел, семян и различных видов перца, традиционно подаваемый с индейкой. Тайлер Коуэн отмечает, что в регионе Герреро под «моле» понимают совершенно другой, острый соус из семечек (пепитас) и зелени без добавления шоколада. Вон добавляет, что само слово «моле» в языке науатль исторически означает просто «соус».
🛠️ Профессия чистильщика ковров и альтернативные пути 29:13
В повседневной жизни Вон Смит находит применение своим навыкам в самых неожиданных локациях — например, помогая иностранцам сориентироваться в продуктовых супермаркетах на русском или литовском языках. В настоящее время он использует приложение Duolingo для изучения валлийского языка, отмечая его медленный темп, но достаточную эффективность для ведения базового диалога.
Трудовая биография Вона Смита включает весьма колоритные этапы:
- Около года (ориентировочно в 2000 году) он работал водителем минивэна и техником (роуди) у панк-рок группы The Goons, перевозя музыкантов на концерты из Вашингтона в Нью-Йорк и Хартфорд. Музыкальные направления панк и хардкор до сих пор остаются его любимыми.
- Его самой любимой и продуктивной работой была должность смотрителя территории в Фонде искусств Центральной и Восточной Европы (Central East European Art Foundation). Именно там, ежедневно коммуницируя с коллегами из Европы, он довел до совершенства чешский и словацкий языки, а также подтянул болгарский, румынский и сербский.
- Сейчас Вон работает в клининговом бизнесе своего родного брата, занимаясь чисткой ковров. Он подчеркивает, что в этой работе нет ничего романтичного или помогающего лингвистическому развитию, однако она дарит удивительные встречи.
Среди клиентов Вона Смита периодически попадаются носители латышского, финского, норвежского языков и даже ирландского гэльского. Гость вспоминает, как шокировал ирландскую клиентку, внезапно заговорив с ней на ее редком родном языке, который он самостоятельно изучал около 10 лет. Профессионально рассуждая о чистке ковров, Вон Смит называет самыми трудновыводимыми загрязнениями пятна от морилки для дерева и красители от напитков Kool-Aid, поскольку формула этих красителей изначально создана для перманентного изменения цвета. В будущем Вон выражает готовность работать профессиональным переводчиком по направлениям, которые знает лучше всего.
🗺️ Лингвистическое разнообразие Америки и Мексики 34:57
Желая продемонстрировать свои навыки Тайлеру Коуэну вживую, Вон Смит легко переключается на несколько языков прямо во время интервью: он демонстрирует нидерландский (вспоминая своего друга Брама Стаала из Гронингена, гостившего у него в Силвер-Спринг), финский (описывая встречу с финном в Мексике) и португальский, который он освоил благодаря ежедневному школьному общению с друзьями. Также Вон обладает способностью имитировать локальные акценты английского языка: от певучего шотландского до специфического говора жителей луизианских болот (байу), у которых он провел две недели после урагана Катрина в 2006–2007 годах.
Воспоминания Вона Смита о географических и культурных путешествиях охватывают обширные территории:
- В детстве его отец ежегодно устраивал масштабные автомобильные паломничества через всю территорию США к бабушке и дедушке в Санта-Розу (округ Сонома, Калифорния).
- Маршруты пролегали через национальный парк Льюиса и Кларка в Монтане, бесплодные земли Бэдлендс в Южной Дакоте и штат Кентукки.
- Вон фиксировал, как меняется глубина и специфика английского произношения в сельских районах Кентукки, на юге Индианы, в Иллинойсе и Миссури, сравнивая их с речью жителей Западной Вирджинии.
Главной географической мечтой Вона на данный момент является Финляндия, особенно Лапландия. Его манит северный климат, дикая природа, северное сияние и популяции северных оленей. Тайлер Коуэн замечает, что в Хельсинки русская кухня развита великолепно, и за счет качественных ингредиентов в условиях рыночной экономики финские рестораны до введения санкций готовили русские блюда значительно лучше, чем в самой России.
В быту Вон Смит остается консервативным человеком старой закалки. Он не держит открытыми десятки вкладок в браузере смартфона (в отличие от Тайлера, у которого открыта статья из Washington Post о Воне), а предпочитает возить в багажнике автомобиля около десяти бумажных книг. Его любимым процессом является просмотр культового научно-фантастического хоррора Джона Карпентера «Нечто» (1982 года). Вон Смит планирует активно развивать свой YouTube-канал, где собирается выкладывать короткие уроки, давать культурные советы путешественникам и популяризировать исчезающие языки коренных народов Северной Америки, включая навахо.
👁️ Язык как зеркало идентичности и будущего глобализации 45:42
Для Вона Смита язык — это не просто механический набор слов или имитация звуков, а священный и приватный ключ к душе человека, его культуре и мировосприятию. Вон утверждает, что при переходе на другой язык внутри человека активируется абсолютно новая, миниатюрная версия его собственной личности, впитывающая в себя концепты дома, родины и национальной идентичности носителей.
Анализируя лингвистические тренды в США, собеседники фиксируют масштабный поколенческий сдвиг:
- В 1940–1950-х годах в американском обществе доминировала жесткая ассимиляционная установка (например, итальянские иммигранты намеренно запрещали детям говорить на родном языке ради скорейшего превращения в «стопроцентных американцев»).
- В 1990-х годах началась тотальная глобализация, приведшая к открытию рынков и росту популярности двуязычных школ полного погружения начиная с детского сада.
- Сегодня молодые американцы из глубинки (например, из Луисвилла, Кентукки) осознанно и с большим интересом штурмуют сложнейший русский язык, что было немыслимо в эпоху молодости отца Вона.
Отвечая на вопрос о будущем глобального английского языка через 80 лет, Вон Смит выражает мнение, что вопреки падению рождаемости на Западе, английский язык не превратится в единую монолитную массу. Подчиняясь естественным лингвистическим законам, он продолжит дробиться на обособленные, уникальные локальные варианты и креольские смеси в разных точках планеты.
Молодым людям, обнаружившим в себе полиглотический талант, Вон Смит рекомендует не искать универсальные методики, а доверять собственной выработанной системе обучения. Главный совет мастера — обязательно сфокусировать усилия на освоении хотя бы одного крупного и стратегически важного в академической или деловой среде языка: испанского, русского, французского или путунхуа. Напоследок Вон Смит настоятельно призывает родителей-мигрантов никогда не лишать своих детей родного языка (будь то немецкий или любой другой) из опасения, что это затормозит освоение английского: вокруг слишком много английского языка, ребенок выучит его в любом случае без всяких проблем.
